Добрый день, Дозор!

План Евгеши был прост, гибок и не предусматривал никаких союзников. Всё, как он любил. Существовал, разумеется, риск, но... Те элементы, что сильней всего вызывали тревогу, он постарался обезопасить. Например, слишком юный и слишком наивный для занимаемой должности Филипп Кларенс в этот план не входил. А так же осколки Круга пришлось припрятать в кабинете, в личном сейфе, куда по силам добраться разве что Серапину. В памяти осталось, неприятно коробя, что Филипп выглядел при их последней встрече обиженным, будто у него отняли только что подаренную игрушку. Евгеша снова действовал в обход него, понимал это, но не собирался подвергать светлого риску. Поскольку, к бабке не ходи, тот бы влез непременно в опасные неприятности с головой, с одному ему свойственными воодушевлением и энтузиазмом. И беспечностью. Пусть, с ним Евгеша после объяснится, когда всё закончится. Сторож при личном общении оказался прост как три рубля. Но это и не мудрено. Столько лет провести в заточении на замкнутой территории, общаясь лишь эпизодически с людьми в определённом психическом настрое. Да вот ещё, сектанты с промытыми им же мозгами. Убедить его особого труда не составило. Новый адепт преданно заглядывал в глаза и ловил каждое слово (Евгеша умеет, ему не привыкать), всем видом показывая - да, он желает обрести власть и силу (не особенно кривя душой). Поэтому пристально сканирующий его на предмет возможной лжи Сторож увидел именно то, что хотел. Но пуще всего прочего, Евгешу распирало любопытство, безмерное, природное. То самое, которое побуждало его, ещё мальчика, манипулировать одноклассниками и взрослыми, влезать в рисковые аферы подростком и, как печёную картошку из углей, вытаскивать крупицы очень! запретной информации из самых разных источников, уже будучи иным. Он хотел знать всё (или по крайней мере всё возможное) о том, кто такой Сторож на самом деле, откуда взялся, что намерен совершить. И самое главное - проверить, насколько верны его собственные выкладки. А сделать это можно, находясь максимально близко к первоисточнику. Но очень скоро выяснилось, что Сторожу... не везёт. Недаром викинги, по слухам, так почитали Удачу, что ценили её едва ли не пуще боевых навыков. Удача - это почти победа. А у Сторожа всё шло сикось-накось. (Не без участия Евгеши порой, конечно.) Жертвенные "бараны" погибали и разбегались. Круг в музее оказался неполон и тщательно охраняем. А ещё (Евгеша мысленно вдоволь нахихикался над потугами Филиппа к самостоятельным тайным действиям) заминирован какой-то магической штукой из арсенала светлых на любое взаимодействие с Сумраком в пределах объекта. О последнем Евгеша поспешил предупредить своего нового "хозяина", чем заслужил ещё один плюсик к доверию. Да и самому не очень-то хотелось взлететь на воздух в облаке из каменной крошки - в силе неведомого заклинания он ничуть не сомневался. Уж чего-чего, а силушки Филиппу хватает, в этом убедился не раз на собственном опыте. Эх, ещё бы к ней чуть опыта и хитрого ума... Ну да, дело молодое, всё у него впереди. Сторож тогда поворчал, шевеля нечёсаной бородой. И вдруг ухмыльнулся так, что видавшему виды Евгеше стало не по себе. Оказалось, ритуал можно провести и за городом, это был запасной план "хозяина". Евгеша подумал впервые, что зря его недооценивал. А все предшествующие события, вроде самоубийства Акимова, пролившего кровь на бывшем месте расположения Круга, стали понятны и заняли подобающие места в общей картине, нарисованной Сторожем сотни лет назад. Улучив минуту, Евгеша звякнул Серапину, чтобы тот успел обзвонить несостоявшихся соседей по участку, эвакуировав с Новых дач кого только можно. Только вот, Сторож заподозрил что-то. Померковал как-то с Сумраком через Круг, и связь пропала вообще. А тут ещё очередная напасть. Евгеша не удержался от хохота - новую светлую жертву, Аристарха Туманова, прямо из начавшего работать Круга выкрал вампир Ежов. Простите - Орлов. Прямо как песенный цыган прекрасную девицу из высокого терема. И впрямь, смех да и только. Ему было очень интересно, как теперь станет выкручиваться Сторож из этого круговорота диверсий. Сторож пришёл в ярость. Да такую, что стало не до смеха. А ведь он просто перестал сдерживать накопленную годами бездействия собственную магию! Круг пришёл в странное движение, совершая непонятную трансформацию. В какой-то момент Евгеша то ли потерял сознание, а то ли сам Круг свернул это сознание набекрень. И всё переменилось до неузнаваемости. * * * Евгеша стоял посреди леса, пытаясь отдышаться и побороть тошноту. Лес был густой, тяжёлый, мрачный. Пахло болотной гнилью и прелью. Это совершенно не походило на тот сказочный лес, что был в прошлый раз. "Хозяин" и "жрец" вовсе пропали куда-то. Здесь было душно до одури, и пришлось скинуть дублёнку и шапку, шут с ними. А после, живо оглядываясь, Евгеша не удержался, ослабил узел галстука и расстегнул пару верхних пуговок рубашки. Потёр шею подрагивающими пальцами. На Сумрак это не походило. Каким образом Сторож накинул этакий купол на Круг в реальности? Или же это его, собственный Сумрак, каким-то чудом вобравший в себя территорию? Или это было личным Сумраком почти обретшего сознание древнего артефакта? Но ведь Круг, настоящий, находится теперь в музее? Что же это такое, если способно влиять на реальность на таком расстоянии? Евгеша нутром чувствовал какое-то недоброе шевеление, словно Круг... менялся, развиваясь? Как чудовищное насекомое, выбираясь из куколки, входя в реальную силу и мощь. От этого делалось до перебоев в сердце жутко. Он понимал, впрочем, что большинство его нынешних ощущений навеяны извне и старался от них отрешиться. Бояться нечего, - попытался убедить себя Евгеша, - У него ведь, как у книжного разведчика: то, что дорого, либо далеко и в безопасности, либо в душе. Получалось не очень. А особо взаимодействовать с Сумраком он опасался пока, неизвестно как отреагирует на его действия Круг. Страшней всего, когда совсем перестаёшь что-либо контролировать, не говоря уж о кропотливо построенных планах. Когда зависишь от чьей-то враждебной воли. Когда знать не знаешь, что произойдёт в следующий момент. Шелест травы, неловкие шаги. Кто-то приближался, очень решительно, но очень непривычно к лесным тропам. Чувство опасности давило на тёмного со всех сторон, заставив напрячься, вспомнить все возможные средства защиты и нападения. Деревья вдруг непостижимым образом отдалились, создавая округлое пустое пространство, вроде арены. Или лишая возможности спрятаться. Но приметив меж стволами знакомый тёмный пуховик и золотисто-светлую макушку, Евгеша выдохнул с облегчением. А потом ещё пуще напрягся. Вечно с этим светлым всё не так! И что бы ему не сидеть на заднице ровно?? Беспокоиться о ком-то кроме себя, в план Евгеши уж точно не входило! Филипп вышел на поляну, увидел Жальцева и встал как вкопанный. Взгляд угрюмый исподлобья, руки в карманах. - Филипп Даниилович, какими судьбами? Евгеша и рад был ему, и злился. Сам понять не мог, чего больше. Наверное, всё-таки - беспокойства за глупого светлого, опять влезшего добровольно на эшафот ритуала. - Да вот, - светлый пожевал нижнюю губу и перевёл взгляд на кроны деревьев, - Хотел задать вам пару вопросов. - Чудно, - оценил Евгеша, - Только что бы вам с вопросами до завтра не подождать? Мы ведь договаривались... - Это вы договаривались! - вспылил Филипп опять впиваясь взглядом в собеседника. Евгеша впервые видел его таким, - А на моё мнение вам было плевать. Кажется, каждый раз, когда я думаю, что вам можно... доверять, вы снова... Филипп прервался, тяжело дыша. Очевидно, пытался взять себя в руки. Но раздражение и досада оказались сильнее: - Что вы тут задумали? А? Использовать и Сторожа, и Круг в каких-то своих целях? Что же какого-нибудь инквизитора не взяли с собой, чтобы он убедился в рвении и лояльности Дневного Дозора? Или как раз для этого в городе находился Орлов? - Какие глупости вы говорите, - натянуто улыбнулся Евгеша, понимая, что на сей раз уж точно серьёзных разборок не избежать, и стараясь не думать о необратимых последствиях оных, - Я всего лишь думал о вашей безопасности. Да и при чём тут Орлов? - При том. Вы с ним всё спланировали? Подставить Ночной? Вы не думали, что гибель моих подчинённых будет на вашей совести? Впрочем, о чём я... - Филипп дёрнул ноздрями, как под действием мерзкого смрада, - Вы же - тёмный. Понять не могу, - он покачал головой, - зачем я вообще с вами связался? Евгеша сглотнул, сам не понимая вспышек глухой боли где-то внутри, от каждого услышанного слова. Вздохнул. Глупо было думать, что из этого вообще что-то выйдет. Напрасно сдался тогда, не дожал, после той авантюры в заброшенном детском саду. Одному и впрямь привычнее. Спокойнее. Хоть и всё равно... жаль? Да что ж, сейчас о другом стоит подумать. - Филипп Даниилович, я готов принять ваши претензии, - заторопился он, - Только давайте позже. Вам не кажется, что сейчас в приоритете... - Вы оставили меня караулить никому не нужное здание музея. Это вы предупредили Сторожа об опасности. И отправились сюда. Чья это была идея, Сторожа? Или ваша? - на лице светлого мелькнуло озарение, - Я давно подозревал, что вы в сговоре. Вы клялись, что не служите Балору... Конечно! Вы служили Сторожу. Всё это время. - Филипп, прошу вас, - попытался Жальцев в последний раз, но понял - бесполезно. Поздно. Лёд в серо-голубых глазах. Полнейшее равнодушие. Его уже не слышат. - Знаете, - Филипп наконец вынул руки из карманов, только это уже не радовало, - Я подумал вот что. Ритуал ведь уже начат. В прошлый раз, когда Балор выбрал неверные элементы для него, это стоило ему жизни. Так вот, если я лишу Сторожа одного из них, будет ли результат таким же? - Вы же... не собираетесь?.. - неуверенно начал Евгеша, тем не менее, отступая, и готовясь отразить атаку. Отразить? Да какое там? - мелькнуло в охваченном паникой рассудке, - В открытой драке с Филиппом Кларенсом у него нет шанса! С этой мыслью Сумрак принял его на первый слой, разросшись из тени дрогнувших ресниц. Высвободившееся из оков одежды тело почувствовало пронёсшийся мимо порыв прохладного ветра. Коготь паучьей лапы скребнул по земле, вырвав пучок травы. Деревья теперь были ещё дальше. Трава окоротилась и пожухла. Евгений Жальцев вздохнул полной грудью посвежевший воздух. Ничего, он ещё поборется. И сам себя оборвал. Это - Филипп. С ним он не будет бороться. Сейчас мальчик выпустит пар и можно будет поговорить ещё раз, спокойно. Евгеша умеет убеждать. Светлый, нырнувший в Сумрак следом, дёрнул половинкой верхней губы: - Мерзость какая. Ненавижу пауков. Сам он был по пояс обнажён, за спиной распахнулись три пары светло-серых, серебристо блестящих крыльев. Светлые волосы вздыбились, как под водой, сияют под несуществующим солнцем. Чёрные брюки, босые ступни. Боевая стойка. - Достойно ли светлого ненавидеть хоть кого либо из тварей Божьих? - криво усмехнулся в ответ Евгеша. - Есть те... твари, без кого мир станет только чище. Недостойные доверия. Недостойные общения. Недостойные ничего, даже жизни. Он напал без предупреждения. Евгеша едва не упустил момент, когда задымилась земля под ногами, будто облитая кислотой. Едва успел в удивлении влить сил в созданный щит. Он имел прежде удовольствие наблюдать как атакует светлый - легко, изящно, выискивая малейшую брешь в защите противника, изобретательно отражая атаки и никогда не повторяясь. Но сейчас на него обрушилось нечто иное. Должно быть, светлый был слишком зол на него. Оглушительные удары сыпались один за другим, похожие на прежние повадки в бою как дубина дикаря на гибкую шпагу. Евгеша же лишь отступал, латал дыры в защите, да уворачивался. И всё равно понимал, что долго так не выдержит. Что о перемирии уже не идёт и речи. Но попытаться стоит. - Филипп Даниилович, - крикнул он, - Может быть, вы меня всё-таки выслушаете? Если моя кровь прольётся на территории Круга, то ритуал всё равно состоится. - А это не обязательно, - светлый ухмыльнулся, хищно и совершенно незнакомо, - Я вам просто шею сверну. И Евгеша поверил. На него навалилась какая-то странная апатия. Он больше не боялся за собственную жизнь. На любые и всяческие дела Дозоров стало плевать. В самом деле, какой смысл трепыхаться, если... Филипп вскинул руки, сложив пальцы в странной фигуре, соединил обе кисти вместе. Огненным смерчем щит Евгеши просто снесло напрочь, а самому ему, кажется опалило брови и концы волос. - Остановитесь. - негромко попросил он, пытаясь наскрести в себе решимости на ответный удар. Светлый хлопнул крыльями и поднялся над землёй, над Евгешей. Казалось бы, это ужасно неудобно, нерационально - шесть крыльев у одного существа. Но в данном случае смотрелось это так гармонично, что тёмный невольно залюбовался зрелищем. Стремительно спикировавший вниз серафим почти успел схватить его за горло... Все шесть крыльев вспыхнули радужным огнём. Атакующий закричал, отлетая прочь, будто сшибленный в полёте неведомой силой. Рухнул на землю, но быстро перевернувшись, встал на четвереньки. Обугленные крылья судорожно дергались. Светлые глаза сверкали злобой. Вот только смотрел он не на Евгешу. - Евгений Александрович! Евгеша обернулся. К нему со всех ног бежал... Филипп Кларенс. В распахнутом тёмном пуховике. Забавно придерживая на бегу прыгающие карманы. Жальцев моргнул, приходя в себя, словно с трудом выдираясь из дурного сна. Что это он, в самом деле помирать собрался? И с чего решил, что Филипп действительно стал бы... Или стал бы? А хорошенько пожженный ангел тем временем поднялся на ноги, готовясь к новому удару. Но тут уж Евгеша не дал ему опомниться. Длинное чёрное копье, сорвавшееся с пальцев, проткнуло крылатого насквозь, пригвоздив к земле в полулежачем положении. - Евгений Александрович, вы живы, - то ли вопрос, то ли удивление факту. Запыхавшийся Филипп, тяжело дыша, остановился рядом. Он наблюдал, как сделав своё дело, развеялось дымом черное копьё. Тело упало всем весом на хрустнувшие останки крыльев. Рот приоткрыт в несостоявшемся крике, в глазах удивление. Потом исчезло и тело. - Жив, - согласился Евгеша. Потоптался всеми шестью паучьими лапами на месте. Моргнул пару раз. Равновесие в душе и разуме медленно восстанавливалось. Очень медленно. - Я тут... - Филипп смотрел на него со странным выражением на слишком бледном лице, - труп ваш нашёл. Недалеко. А вы... Вы, получается, меня встретили? - Получается, не вас. - до Евгеши запоздало доходило уже пережитое возмущение, - А что вы здесь делаете, позвольте узнать? - То же, что и вы? - светлый пожал плечами, - Пытаюсь обезвредить и арестовать преступника? - Ясссно, - прошипел Евгеша, разглядев собеседника как следует, и просканировав для безопасности, - А осколки Круга вы зачем сюда принесли? И где вы их взяли? - Долгая история, - Филипп передёрнул плечами, кажется, до чего-то вдруг додумавшись, - А вы, получается, дрались... со мной? Почему? - А мы с вами поспорили, - поморщился Евгеша. - И на какую же тему? - О вопросе доверия, - нехотя ответил Жальцев. - И до чего же мы договорились? - Филипп прищурился. - Вы были обижены на то, что я действую за вашей спиной, не согласовывая с вами своих действий, - тёмный помялся, поджимая губы, но сказал, - Признаю, я сожалею. Был не прав. - Аха. - глубокомысленно оценил Филипп, - Поэтому вы меня, то есть его, не раскатали ковриком по здешней поверхности, а терпеливо ждали, пока вас прикончат? Евгеша не нашёлся, что ответить. Или не захотел отвечать. Лишь промычал что-то неразборчиво. - Но вы меня всё-таки убили! - вдруг опомнился Филипп. - Не... не вас! - Жальцев растерянно отступил. - Но как вы поняли, что он - не я? Что настоящий я - здесь? Вы сейчас в этом уверены? - Уверен. - Жальцев нетерпеливо нахмурился, - Давайте-ка лучше выбираться отсюда, да приступать к делу. Обезвреживать и арестовывать. Раз уж вы здесь. Не дожидаясь ответа, он пошелестел лапами по обугленной траве, передвигаясь в произвольно выбранном направлении. Филипп помедлил несколько секунд, и поспешил догонять. Сейчас паук-кентавр был выше него на пару голов. Мог позволить себе смотреть свысока. Да. - Подождите, - опять озаботился светлый, - Но как вы определили сейчас, что я настоящий? Евгеша резко притормозил, разворачиваясь боком. Филипп, не ожидавший этого, чтобы не наткнуться грудью на гладкий чёрный бок, уперся в него правой ладонью. Жальцев сделал вид, что не обратил на такую вопиющую фамильярность внимания. Потянулся и дёрнул его пальцами за воротник пуховика. - Дайте руку. Светлый безропотно протянул раскрытую ладонь, в которую тут же опустилась прозрачно-мимикрирующая бусинка. Паук поспешил дальше, не дожидаясь гневных вопросов: - Евгений Александрович! Вы на меня маячок нацепили?? Когда?? Впрочем, не важно. Это к вопросу о доверии, да?? - Только ради вашей безопасности. - И тем не менее! - Но я ведь не требую ответа, как вы влезли в мой личный сейф? - Евгеша предусмотрительно старался держаться на пару шагов впереди, - Вы сказали "долгая история" и я готов подождать. Они и не заметили, как пропал в никуда призрачный лес и Сумрак стал привычно пустынным.