И жизнь, и слезы, и любовь…

Время шло, с момента их личной трагедии прошел почти год. Рен и Хакс уже почти забыли о необходимости лечения, но не доктор Рсан. На ежеквартальном медосмотре он уделял этому немного больше внимания, чем обычно, прописывая генералу необходимые препараты, которые тот принимал за витамины, после их приема Хакс чувствовал себя лучше и регулярно пил их. Сопротивление так и не уничтожили, оно периодически, с завидным постоянством, вмешивалось в дела Верховного Лидера и Первого Ордена. Военный гений генерала работал по полной, он разрабатывал планы военных операций, не участвуя в них, как только Хакса посещало такое желание, взгляд его зеленых глаз сразу же останавливался на широком ремне Верховного Лидера и желание исчезало, как утренний туман. Впрочем, и сам Рен все меньше принимал участие в них лично, он претворял планы генерал, не покидая Финализатор. Однажды, бой в космосе, грозил перерасти в провальный, Рен бросился к своему боевому шаттлу, чтобы самому возглавить эскадрилью, за ним неосознанно кинулся генерал, на ходу сообщая, что он возглавит бой на планете, но натолкнулся на бешенный взгляд карих глаз супруга и остановился, пригвождённый этими глазами к месту, потом быстро метнулся обратно на мостик, командуя оттуда, как всегда. Неожиданно первый Орден выиграл этот бой и в космосе, и на планете. Уставший Верховный Лидер прямо из ангара, вбежал на мостик, схватил перепуганного генерала за локоть и потащил в покои. Хакс едва успел отдать приказ о переходе командование под руководство дежурного офицера и послушно засеменил за супругом. У него уже кружилась голова, сердце, от страха, стучало где-то в горле, но все же в этой несчастной голове рождалась оправдательная речь, у него есть смягчающие обстоятельства, какие, правда, Армитаж еще не придумал, но оочень хотел. Рен втащил испуганного супруга в каюту и толкнул в кресло, «Хорошо хоть не сразу на диван, — думал Хакс, — да и штаны еще на мне, так что пока бояться нечего», но взглянув в глаза Рена, понял, что вот бояться то как раз, самое время. Он вскочил, уже готовясь разразиться одной из своих пламенных речей, когда вдруг свет потух и он свалился без сознания, на руки к, теперь уже испуганному, Рену. Армитаж медленно приходил в себя и подумал: «Почему так кружиться голова… где я?», он вдруг понял, что штанов на нем нет и опять испугался, что сейчас ему достанется от Рена за свой порыв, спуститься на планету. Последний раз Кайло порол его больше года назад, но воспоминания о той порке были слишком яркими, такие не скоро забудешь. Глаза Хакса сами собой распахнулись, и он с удивление увидел стены медотсека и испуганный взгляд Рена, сидевшего рядом с кроватью на полу. Армитажу было плохо, мало того, что кружилась голова, так еще и во рту пересохло, как на Джакку. Он с трудом выговорил: — Рен, прости… пить хочу. Кайло встал и через несколько минут к губам Армитажа прижался стакан, Хакс с удовольствием сделал несколько больших глотков и вдруг, оттолкнув руку Кайло со стаканом, перегнулся с кровати и его вырвало прямо на пол, под ноги растерянного Верховного Лидера. Хакс вытер лицо ладонью и снова прошептал:  — прости… Рен… — откинувшись на подушки генерал наблюдал как дроид уборщик чистит пол, от резкого запаха чистящего средства его снова замутило и опять вырвало, уже в схваченное им в панике полотенце. Хакс хотел спросить, что с ним, но его прервал дикий, панический крик Рена: — ЛАНИИИ!!! В палату быстро вошла Лианна и доктор Рсан. Она подошла к Кайло и сказала: -Тихо, Рен, что ты так кричишь? Сопротивление уже захватило крейсер? От испуга, Кайло даже не понял, что на шутит и ответил: -Нет… к хаттам Сопротивление! Его рвет… уже два раза стошнило! Что с ним? Лианна поняла как испуган Кайло и поспешила успокоить его: -чшшш, тихо, тихо, все нормально…- она вдруг улыбнулась и произнесла: — Все не просто нормально… все хорошо! Даже очень! Они вдвоем непонимающе смотрели на нее, испуганный Рен и измученный тошнотой Армитаж. Лианна усадила Кайло на кровать, рядом с Хаксом, опять улыбнулась и произнесла: — То, чего вы оба так долго ждали, наконец-то случилось, — она снова улыбнулась, глядя на их растерянные этим заявлением лица и закончила:  — Армитаж — беременный! Хакс побледнел, теперь его лицо стало белее наволочки, на которой он лежал и неосознанно положил руки на живот, в глазах застыл не просто страх, там плескался дикий ужас и надвигающаяся паника. Кайло наклонился к нему, чуть приподняв, обнял и зашептал на ухо: -чшшш, спокойно, Арми, я с тобой, с тобой, все нормально. Доктор Рсан, видя, что новость не столько обрадовала, сколько напугала супругов, поспешил внести ясность: — Не надо пугаться, на этот раз все нормально, все гораздо лучше, чем тогда, анализы в норме, плод развивается хорошо, да и критический рубеж Вы, генерал, уже преодолели. Рен, повернулся к доктору, отпустив Хакса и тот, непонимающе уставился на Рсана, потом тихо спросил: — Что значит преодолели? Какой срок? Почему я ничего не почувствовал? За доктора ответила Лианна: — Срок 14 недель, не почувствовал, наверное, потому что был слишком занят… войной… а все нормально, потому что доктор продолжал твое лечение, о чем ты даже не подозревал. Она, наклонилась и поцеловала Армитажа в уголок губ, потом погладила Рена по голове и вышла, захватив с собой доктора, давая супругом осмыслить эту новость наедине. Армитаж лежал и думал, хотя голова по-прежнему кружилась, и тошнота не ушла, просто желудок был пустым и рвоты не было. Он вспомнил о недомогании по утрам, о повышенном аппетите, о том, что в сексе стал более чувствительным, прикосновения и ласки Рена стали восприниматься иначе, ярче, и заводиться он стал, как говорится с пол оборота, иногда от одного только взгляда Кайло, или мимолетного прикосновения к попке, но все это генерал списывал на их усталость или занятость, секс стал нерегулярным и от этого таким ярким. А вот теперь все вставало на свои места… он посмотрел на Кайло, который ждал реакции супруга пока не зная, что ему то делать, смеяться, плакать или успокаивать Армитажа. Рен увидел довольную улыбку на лице супруга, облегченно вздохнул, улыбнулся в ответ и подняв Армитажа на руки, прижал к себе, зарылся губами в его рыжие волосы и счастливо рассмеялся. Для Армитажа наступили тяжелые дни, мало того, что второй триместр оказался не таким легким как первый, Хакса периодически накрывал токсикоз, так еще и Рен носился с ним, как наседка со своим единственным цыпленком. Иногда от такой заботы генерал уставал, хотя, когда его тошнило, не только от еды, но и казалось от одного ее запаха или вида, именно Кайло держал его обессиленное тело над унитазом, умывал, а потом носил по каюте, нежно прижимая к себе и вытирая текущие по щекам слезы. От этой изматывающей тошноты и невозможности избавиться от нее, Армитаж тихонько скулил и иногда в минуты отчаяния, плакал. Лианна и Рсан делали, что могли, но справиться с токсикозом не получалось, доктор считал, что причина психогенного характера, первый триместр прошел спокойно так как Хакс вообще не знал о своем состоянии, а вот теперь, постоянно боится потерять ребенка, отсюда и токсикоз. Рсан регулярно осматривал Хакса и убеждал, что все в порядке и бояться нечего. Теперь с генералом постоянно находилась Лианна, только она могла уговорить Армитажа поесть, хоть немного, она уговаривала его и держа около плотно сжатых губ ложку, говорила: — Арми, поешь, солнышко мое, поешь пожалуйста… съешь хоть ложечку… будь хорошим мальчиком… — и все в таком духе, пока наконец, он не открывал рот. Хакс с отвращением ел мильеоровую кашу, чем-то напоминающую клейстер, которую не спасал ни сахар, ни масло, ни мейлурун, с трудом глотая, с видом приговоренного к казни, через отравление. К его большому сожалению это была единственная еда, которая не просилась наружу сразу же, как только попадала в желудок. Этой кашей кормили младенцев, и Лианна шутила, что ребенку она уже нравится, раз только ее и удерживает желудок Хакса. Все остальное не задерживалась там надолго. Рен не мог оставить Империю без правителя, но старался каждую свободную минуту посвятить супругу, и конечно был с ним рядом каждую ночь. И это была еще одна причина расстройства генерала, Армитаж хотел секса… хотел до безумия! Хотя доктор был совершенно не против, Рен категорически отказывался. Он боялся навредить Хаксу и малышу. Кайло с удовольствием ласкал Армитажа, делал минет и всеми другими способами доводил его до оргазма, но категорически отказывался проникать в его тело, а именно этого и хотел Хакс. После долгих уговоров и откровенного, но так смутившего Рена, разговора с врачом, он согласился удовлетворить супруга пальцами, замена члену, конечно, так себе, но хоть что-то. Во время секса Армитаж забывал о тошноте, что окончательно убедило Рсана в своей правоте относительно психогенного происхождения токсикоза. Постепенно общими усилиями болезнь удалось победить или точнее пережить, и к третьему триместру Армитаж уже спокойно ел за столом, а не около освежителя, боясь не успеть добежать до него. И еще генерала выматывали осмотры на кресле, которые тоже прекратились, когда беременность достигла 24 недель, теперь доктор осматривал его, не заставляя залезать на это орудие пытки. Когда все пошло на лад, генерала не тошнило, он нормально питался, был удовлетворен (ну, почти) у Хакса появилось свободное время и он вспомнил… о мостике! Армитаж рвался работать! Чему тут же воспротивились Рен и доктор, Рсан с медицинской точки зрения доказывал генералу, что его работа это постоянный стресс и война, в конце концов, а Рен просто запретил, пригрозив, что прикует его наручниками к кровати (зная Верховного Лидера никто не сомневался, что именно так он и сделает). Лианна, наблюдавшая эту сцену и заметившая как от обиды поджались губы Армитажа, вот-вот готовые задрожать, остановила этот дикий ор двух разъярённых мужчин и выгнала их из каюты, сказав, что сама все решит. О чем говорили Лианна и генерал никто из них так и не узнал, но о работе Армитаж больше не заикался. Однажды вечером, Лианна сидела в кресле с датападом, блуждая по просторам голонета, Армитаж лежал на диване, а Рен сидя на полу около него, гладил округлившийся живот супруга, целовал его и прижимался щекой, слушая ребенка внутри. Миледи сказала, что нашла отличную клинику, где будет рожать Армитаж. И не сразу заметила, что на нее смотрят две пары удивлённых глаз, а когда заметила, спросила: — Что вы так смотрите? Клиника отличная, планета, правда, далековато отсюда, но ничего, время есть, долетим. Удивление на их лицах не исчезло, и она продолжила: — Вы же не думали, что Армитаж будет рожать на Финализаторе? И прочла в их глазах, что именно так они оба и думали. Лианна отрицательно покачала головой и продолжила: — Нет! Рожать ты будешь на планете. Рен разнесет крейсер ко всем хаттам, когда услышит, как ты будешь кричать, Арми. Теперь в их глазах был испуг, а на ее лице застыло удивление и… понимание. Она тихо произнесла: — Только не говорите, что вы оба не знаете как на свет появляются дети? Она смотрела на этих двух взрослых мужчин, открыв рот, вдруг понимая, что они в правда не знают! И уже не веря произнесла: — Нет… не может быть… и спросила: — Арми, прости, но… как у тебя тогда произошел выкидыш? Надеясь, что хоть Армитаж имеет представление, хотя бы отдаленное, как происходят мужские роды. Хакс немного побледнел и ответил: — Я был в клинике… мне стало больно внизу живота, а потом я ничего не помню. Сознание ушло, а когда пришел в себя все было кончено… он уже сидел на диване рядом с, обнимающим его, Реном. Лианна все еще не веря, что такое возможно, проговорила: — И за все это время, ни один из вас не поинтересовался как проходят мужские роды? Не посмотрел видео, ни прочел статью… — она говорила и не верила, хотя чему удивляться, на крейсере никто и никогда не рожал, и Рен, и Хакс почти всю жизнь провели в космосе, в состоянии войны, им даже в голову не пришло узнать, как все будет. Хотя Лианна почти не верила в такое невежество. Она, опершись ладонью о щеку, смотрела на этих двоих, совершенно не подозревавших, что ждет их вместе и каждого в отдельности. — Арми, ну ладно Рен… но, ты! Неужели ты не поинтересовался как все произойдет? Армитаж отрицательно покачал головой, потом сказал: — Я спросил Рсана, но он ответил, что пока рано, а потом мне все расскажут. Миледи поняла, доктор тоже не мог предположить, что Армитаж, и правда не знает и не стал рассказывать подробности, чтобы не пугать его. Она медленно, иногда с трудом подбирая слова, рассказала, что у мужчин как таковых родовых путей нет, все происходит через прямую кишку. Она пыталась объяснить, как родовой пузырь внутри перекроет кишечник, как он медленно раскроется и малыш, растягивая прямую кишку выйдет из тела, она заметила, что на этом участке этот орган хорошо растягивается, он эластичный. Она не сказала сколько боли при этом испытает Армитаж, но об этом они догадались сами. Их глаза стали как маленькие блюдца, они знали, что даже для проникновения члена, анус необходимо растянуть, а член, даже такой большой как у Рена не идет ни в какое сравнение с ребенком. Хакс, став бледным до синевы, прошептал: — Нет… я не смогу… я, я не смогу… — его губы задрожали и он, посмотрев на Кайло в панике, с трудом выговорил: — Рен… я не смогу! — его трясло, он дышал через рот, пытаясь успокоиться, и уже плача, произнес: — Я… не смо-гу, Рен! Кайло тоже трясло, он растерянно смотрел на супруга и пожал плечами, как бы говоря — я не знаю, что делать. Лианна вздохнула, подошла села на корточки перед ними и заговорила: — Арми, успокойся. Сможешь! Не ты первый, не ты последний. Все рожают… она вытерла дорожки слез с лица Армитажа и закончила: — Это и правда больно… очень больно и долго… но зато потом у тебя будет малыш. Рен вдруг спросил: — Лианна, а долго… это сколько? И можно как-нибудь… по-другому? Он с надеждой смотрел на миледи, ожидая ответа. — По времени у всех по-разному (она не стала говорить, что иногда до суток! Боясь, что они, прямо сейчас, зарыдают оба!) и уклончиво ответила: — Иногда несколько часов, иногда больше. По-другому, к сожалению, нельзя, только в крайних случаях, но это очень сложная операция из-за… — она запнулась, подбирая слова, и закончила: — Положения родового пузыря, к нему не так-то просто подобраться. Именно потому я и нашла хорошую клинику, где опытные акушеры — андрологи, они помогут тебе Арми. Генерал уже немного пришел в себя, он перестал плакать и кивнул. Лианна поняла, что теперь Хакс изучит процесс родов до мельчайших подробностей и будет готов к нему, ну по крайней мере, попробует приготовится. А вот Рен похоже был совсем не готов к такому повороту событий. Когда-то давно его изнасиловали в качестве пытки, но он до сих пор помнил боль от проникновения большого дилдо, и вдруг осознал, что ждет его супруга, сколько боли придется пережить Армитажу. Кайло судорожно вздохнул и посмотрел на Хакса с вымученной, виноватой улыбкой. Лианна оказалась права, Хакс просмотрел десятки статей, но видео смотреть не решился. Как только он включил ролик о мужских родах, каюту прорезал дикий крик мужчины и Армитаж в страхе нажал кнопку отмены. Они с Реном решили поговорить с доктором Рсаном. Лианна уже предупредила его о возможном приходе супругов, и доктор подготовился к нему. Он приготовил ролик, предназначенный для студентов медиков, где в полной мере доступно и ясно был показан весь процесс родов. От закрытия кишечника родовым пузырем, раскрытия его и выхода околоплодного яйца, показано как ребенок вытягивается внутри него и проходит по растянутой прямой кишке, как упирается изнутри головкой в анус и растягивая его, выходит. Рсан выбрал именно этот ролик потому, что в нем не было эмоций, никто не говорил, что раскрытие пузыря происходит медленно и болезненно, что схватки могут длится от 1-2 минут до 5-7, а потом и дольше, что кишка, растягиваясь и сокращаясь одновременно, причиняет страдания, что, выходя малыш до предела растягивает анус. Все это было и так понятно, но в ролике не было ни криков, ни стонов, только бесстрастный рассказ о процессе. Когда супруги закончили просмотр, вопросов почти не осталось, кроме одного — всего этого можно избежать или нет, от слова совсем. Рсан поставил другой ролик, в котором говорилось о последствиях хирургического вмешательства или применения сильных обезболивающих препаратов, пагубно влияющих на малыша, а иногда и продлевающих страдания роженика. После этого бледность Хакса внезапно сменилась румянцем, он встал, положил руки на округлившийся живот и спокойно произнес: — Благодарю, Вас, доктор, я все понял, я буду рожать в клинике, ее подобрала Лианна. Надеюсь, там мне помогут. Он немного помолчал как бы боясь задать вопрос или собираясь с мыслями, но все же спросил: — Доктор, а… ребенок сильно порвет меня… там… восстановление будет долгим? Рсан понял, о чем говорит генерал и поспешил его успокоить: — В хорошей специализированной клинике, Вас подготовят к родам, растянут анус с помощью смазки и инструментов, при таком раскладе разрывы будут минимальны, или их не будет совсем. И восстановление произойдёт быстро. Ваш организм приспособлен к родам, а это значит и к восстановлению тоже. Генерал удовлетворенно вздохнул и встал, потянув Рена за руку, тот поднялся следом. Рсан смотрел на них и глазам своим не верил, один только что узнал, что его ждут самые страшные и болезненные часы в его жизни, а второй, что его супругу предстоит пережить эти боль и страх, а на их лицах выражение холодного спокойствия. Рсан ошибался, генерал испугался, пожалуй, как никогда, но ради ребенка готов был на все, на его лице была решимость под маской спокойствия. А Кайло применил всю свою Силу, для того чтобы его лицо не изменилось, он только глаза чуть прикрыл, чтобы доктор не увидел плескавшийся в них ужас. Волю своим чувствам они дали только оказавшись в покоях. Хакс сидел на диване и нервно гладил себя по животу, а Кайло бухнулся перед ним на колени, спрятал в них лицо, а руками обнял ноги Армитажа, положив руки на ягодицы, тихонько поглаживая их. От страха Рен забыл, как его супруг реагирует на эти ласки, и его реакция не заставила себя ждать. Хакс судорожно вздохнул и шепотом произнес: — Рен, отнеси меня в постель… и там приласкай еще… — уже срывающимся от возбуждения голосом, проскулил: — пожалуйстаааа… Рееен… Кайло поднял голову, посмотрел в осоловевшие от желания глаза супруга и кивнул. Он понимал, что Хакса надо отвлечь и решил, что сейчас это самый надежный способ. Рен донес его до кровати, медленно раздел и уложил на спину, потом сбросив с себя лишнюю одежду, оставшись только в штанах, он по-прежнему не собирался входить в такую желанную попку и предпочитал не раздеваться полностью, оставляя хоть какую-то преграду между собой и обнаженным телом Хакса, лег рядом. Его руки начали ласкать Армитажа, губы прикоснулись в поцелуе, Хакс неистово ответил, он обнимал Кайло и теснее прижимал его большое тело к себе, как будто хотел раствориться в нем. Член генерала стоял, хотелось не просто разрядки, хотелось чтобы Рен был в нем, заполнил его уже зудящую от желания попу своим большим членом, он так соскучился по этому ощущению заполненности, что едва не завыл, когда Кайло осторожно, но уверенно убрал его руку от своего паха, не давая даже прикоснуться к члену. Рен боялся, что едва рука супруга коснется его пениса, он уже не совладает с собой и возьмет это желанное тело, будет вбиваться в узкую тугую попку Армитажа, вбиваться сильно и долго, пока не кончит сам и не доведет Хакса до оргазма, а этого делать никак нельзя, сейчас уже и доктор был против такого активного секса. Кайло опустился и приласкал губами член Хакса, тот выгнулся на кровати и застонал, пальцы магистра дотронулись до мокрой дырочки, организм в период беременности вырабатывал много естественной смазки, и погладил анус, кожу вокруг, потом скользнул одним пальцем внутрь и сразу задвигал им, чем вызвал громкие стоны Хакса, тот уже извивался на кровати стараясь поглубже насадиться на пальцы, которых уже было два, а потом и три. Рен ласкал член Армитажа губами и двигал пальцами имитируя фрикции, он вгонял пальцы в податливый анус все быстрее, Хакс снова выгнулся, застонал и кончил в рот магистра. Тот без труда проглотил сперму, лизнул немного опавший член, провел языком по яичкам, промежности продолжая ласкать любимое тело, потом поцеловав супруга в колено встал и быстро ушел в освежитель. Хаксу было очень хорошо, во время секса не хватало проникновения, но в момент оргазма и после него, Армитаж просто растекался по кровати маленькой лужицей от удовольствия, теперь это длилось гораздо дольше чем раньше, и он не сразу понял, где Рен, а когда понял немного обиделся, он и сам мог довести его до оргазма, незачем бежать в ванную и делать это самому. Кайло и правда почти бежал в освежитель, едва закрыв дверь, он, судорожно дыша, стянул штаны и обхватил рукой стоявший колом член, он кончил быстро, только вспомнив розовое колечко мышц ануса, плотно сжимающее его пальцы. Через несколько минут Кайло вышел, и лег на кровать прижался животом к спине Армитажа, зарылся губами в волосы и прошептал: — Я тебя люблю… и немного помолчав, закончил: — И так боюсь за тебя… Через пару месяцев, когда до родов оставалось меньше трех недель, Армитажу уже не хотелось секса, почему-то теперь прикосновения к члену вызывали отнюдь не приятные ощущения, а совсем наоборот, и иногда даже причиняли боль. Доктор объяснил испуганным супругам, что организм готовиться к родам, и исключает любые потрясения, а оргазм — это судорожно сжимающиеся мышцы ануса и таза, что сейчас не желательно. Отказ Армитажа от секса даже обрадовал Рена, ему трудно было ласкать Хакса, не удовлетворяя самого себя и каждый раз боясь сорваться. Теперь же он спокойно давал себе разрядку в освежителе, не боясь накинуться на Хакса. Хотя иногда он все же раздевал Армитажа, ложился между его раздвинутых ног, осторожно ласкал анус, целовал, входил внутрь только языком, потом снова облизывал тугую узенькую попку супруга, не входя даже пальцами, чем ближе к родам тем труднее это давалось, доктор совсем запретил проникать внутрь, и Рену оставалось только ласкать тугое колечко мышц, держа при этом свой член, доводя себя до разрядки. Он все чаще думал, как такое возможно, чтобы это тугое кольцо и узенькая попка смогли раскрыться настолько, чтобы пропустить ребенка, понимая, насколько это больно, но молчал и только нежнее прикасался к анусу, лаская его пальцами, губами, языком. Армитажу не хотелось секса, но эти ласки были приятны, и еще ему нравилось, когда Рен бился рядом с ним в оргазме, нравилось видеть расслабленное лицо и выгибающееся тело супруга. Он был благодарен ему за понимание и терпение, которое никак не мог ожидать от такого темпераментного и несдержанного человека как Рен. Еще через пару недель Финализатор завис над планетой и Рен отвез немного испуганного, но полного решимости Армитажа в клинику, дожидаться родов.