Коронация Алисы

Тропинка за воротами была окружена с обеих сторон высокими изгородями, заманивая его в ловушку на линейной дорожке, которая вела к сердцу того, что, несомненно, было лабиринтом. Хотя в лабиринте был только один вход, Алиса был уверен, что фактический размер его был намного больше, чем он мог видеть в настоящее время. Его внимание, однако, было приковано не к единственному входу, а скорее к большому грибу, который стоял посреди площади. Грибы поменьше росли из него, как ветки, но даже они были такими же большими, как Алиса. Учитывая его настрой и опыт в предыдущих квадратах, кто-то должен был в конце концов появиться. Алиса, замерзая в своей мокрой одежде, не мог собраться с силами, чтобы сделать нечто больше, чем ждать. Он нашел маленький гриб у самой земли и забрался на него. Его руки и ноги неприятно болели. Алиса потер глаза. –Хорошо отдыхать время от времени, - устало пробормотал он. Его голова поникла. Алиса резко проснулся и моргнул, увидев глаза, уставившиеся на него — все шесть из них. –О, - сказал он – Привет. –Интересно, что за сон тебе снился, - размышлял человек, с любопытством вглядываясь в его лицо. Ее взгляд был неуютным, как будто она могла видеть больше, чем выражение его лица, что-то более неосязаемое. Алиса отвернулся, позволив волосам упасть ему на глаза. –Я спал недостаточно долго, чтобы видеть сны, - сказал он. –Понятно. Она попятилась от него, жужжа в воздухе своими полупрозрачными крыльями. Две пары ее глаз закрылись, оставив только одну открытыми. Она грациозно приземлилась на землю и улыбнулась. –Добро пожаловать в лабиринт. Я Гусеница - ваш судья. Алиса с сомнением посмотрел на её крылья, а также на сверкающую одежду, которую она носила. –Не бабочка? – Он спросил. Как будто она забыла о своей собственной внешности, Гусеница остановилась и потянула за угол своих крыльев. –Я еще не достигла финальной стадии своей жизни, - объяснила она – Всегда есть место для перемен. Является ли требование к Гусенице просто способностью менять формы в какой-то момент жизни? Алиса был не совсем уверен, но не стал задерживаться на этой теме — похоже, здесь, внизу, действовать как то, кем ты не являешься, было обычной практикой. Он потряс головой, чтобы избавиться от последней капли сонливости, цепляющейся за его сознание. –Ты упомянул, что будешь судить меня, - подсказал Алиса. –Чтобы ты мог пройти дальше, - согласилась Гусеница – Я уверена, ты заметил, что есть только один возможный путь – Она указала на узкое пространство между изгородями, которое он видел раньше – Это продолжается так, как только вы оказываетесь внутри. Этот лабиринт совершенно особенный тем, что его проходы можно открыть, только дав что-то взамен. Ничто не обходится даром. –Какова стоимость? –Секрет. То, что тебе дорого. Другими словами, информация. Разве это не самое важное достояние из всех? – Гусеница перевела взгляд на него – Я - единственный хранитель секретов Страны Чудес. Мой долг - судить, стоят ли ваши секреты вашего пути. Знакомый дискомфорт в животе усилился. Алисе не нравилось, когда другие рылись в его голове, независимо от того, насколько они были близки к нему. И Гусеница, в частности, заставила его почувствовать себя незащищенным. –Мы можем начать, когда ты будешь готов, - сказала ему Гусеница. Алиса проглотил ком в горле и поднялся на ноги. –Все в порядке, - твердо решил он – Мы можем начать прямо сейчас. Я не хочу ждать. Гусеница смерила его оценивающим взглядом и повела в лабиринт. Она парила в нескольких сантиметрах от земли и все время оставалась на несколько шагов впереди Алисы. Вероятность заблудиться в этом месте была равна нулю, учитывая его линейный путь, поэтому жест был непонятен для него. Он не заметил, насколько высокими были здесь стены. Они простирались далеко в небо, как будто могли никогда не закончиться. В сочетании с тем, что дорожка была достаточно широкой, чтобы вместить их тела, это создавало очень клаустрофобное место. Алиса поспешил на несколько шагов вперед, чтобы быть ближе к Гусенице. Путь довольно резко закончился тупиком. Алиса посмотрел на Гусеницу, когда они остановились. –Кто твои враги? – Она спросила. Он дважды моргнул. Хотя Алиса ожидал, что ему зададут вопрос или дадут любую другую подобную подсказку, ее слова имели для него мало смысла. –Другие фигуры, - ответил он в замешательстве – Я не понимаю, почему это секрет. –Потому что это не так, – Гусеница покачала головой – Обобщения не помогут. Ты должен заглянуть внутрь себя, мой дорогой. Она подняла руку над его грудью: "Какие чувства ты тихо скрывал?" – Другая рука покоилась на его голове: "Какие сомнения терзают твой разум?” –Я не... – Начал Алиса, но прервал себя. Он вспомнил, как смотрел шоу Безумного Шляпника, играл с близнецами и прогуливался с Чеширом. Хотя Траляля с самого начала относился к нему с подозрением, он никогда не действовал открыто; даже после того, как Алиса забрал у него брата, он никогда не набрасывался. Чешир тоже в значительной степени дала ему выиграть, несмотря на ее запутанный способ достижения этого. Было похоже на то, будто они хотели, чтобы Алиса победил. Его мысли блуждали к Белому кролику. Он думал о том, что, несмотря на её безответственность, она была на удивление надежной, когда появлялась необходимость. Она всегда была рядом, чтобы направлять его. Он подумал о тишине между ними в поезде. Тогда ее взгляд был отстраненным и немного грустным. Придется ли ему в конце концов украсть и ее имя? –Они никогда не были моими врагами, я не думаю, что я когда-либо видел их такими, - признался Алиса – Они никогда ничего со мной не делали. Они просто доживали свои дни, как будто я не был угрозой их существованию. Гусеница ничем не отличалась, не так ли? Его снова вели те, кого он должен был победить. Алиса нахмурился. –Как я могу называть такого человека своим врагом? Я уже отказался от чувства вины… Я думаю, это должно меня напугать. Возможно, это должно быть облегчением, наконец, рассказать о своих сомнениях, но это только еще больше взвесило Алису. Если они не были его врагами, тогда… Какого черта Алиса вообще здесь делал? –Это еще не все, - вмешалась Гусеница – Последний кусочек головоломки. Ее глаза снова открылись, и она наклонилась ближе, чтобы заглянуть в его. –Ты не можешь скрыть от меня свое сердце, - предупредила она. –Я уже ответил на твой вопрос, - запротестовал Алиса. –Есть еще один человек, которого ты не упомянул. Самый важный участник этой игры в шахматы. –Красная королева... Алиса старался не думать о Королеве. Когда мысли затрагивали его, все становилось в пять раз сложнее. Красная Королева больше, чем кто-либо, заставил его сомневаться в себе. –Я не знаю, - пробормотал Алиса – Легче продолжать, когда я думаю о нем как о своем враге. Я знаю, что он манипулирует исходом игры. Тем не менее, я... Он схватился за руку и отвернулся. –Почему-то я чувствую, что он здесь не для того, чтобы причинить мне боль. –Это верно. Эта суматоха – вот что делает тебя таким нерешительным, - заявила Гусеница без злого умысла – Ты вообще не задавал вопросов этому миру в своем путешествии, потому что боишься правды. Алиса слабо кивнул его словам. –Ты можешь продолжать. Растения, покрывающие путь, завяли и пеплом упали на землю, открывая путь вперед. Они продолжили свой путь. Поскольку смотреть было не на что, у Алисы не было выбора, кроме как погрузиться в свои мысли. Его беспокойство росло. –Это твой второй вопрос, Алиса, - сказала Гусеница в следующем тупике – Если не враг, то кто же тогда Красная Королева? Алиса не смог сдержать гримасу. –О... Кажется, я затронула больное место, - заметила она, забавляясь. –Я просто не знаю, что с ним делать, - слабо запротестовал Алиса – Он выглядел высокомерным, у него было ужасное отношение. Он не против использования грязных методов и даже поощряет это. Он наставляет меня на определенный путь. Можно сказать, что он кукловод1 всего этого. Алиса прервал разглагольствования недовольным фырканьем. Гусеница склонила голову набок. –Но? –Но он ладит со своими фигурами, и они готовы следовать за ним. Он делает все, что ему заблагорассудится, но это требует полной уверенности в себе. Я ему завидую. Он невесело рассмеялся: "Неудивительно, что все говорят о том, что моя воля слаба" – Его руки немного дрожали, поэтому Алиса сжал их в кулаки: "По сравнению с ним я просто...” –Достаточно, - прервала Гусеница тихим и спокойным голосом. –Спасибо. Они продолжали идти вперед. Небо над головой было просто далеким пятном. Алиса поднял глаза и попытался найти в себе силы сохранять спокойствие. В конце концов, это был всего лишь вопрос, какой бы секрет он ни раскрыл. Тем не менее, он не мог избавиться от страха, ревущего в его голове. –Это последний вопрос, Алиса. Алиса остановился и посмотрел на Гусеницу. Она снова смотрела прямо на него. –Кто ты? – Она спросила. –Что это за вопрос? – Он ответил, не задумываясь. Гусеница молчала – Хорошо. Дай мне минутку подумать... Если бы речь шла о том, кем он был… Чешир сказала, что их существование определяется их именами, которые держались в секрете здесь, в Стране чудес. Это должно было быть так. –Я… – Он расстегнул застежку на своей броши. Часть его не хотела, но он все равно отцепил брошь и сжал в руке – Кокичи— –Кокичи Ома2, да, - закончила Гусеница. Она накрыла ладонью руку Алисы и прижала ее к его груди, качая головой – Правило таково, что ты должен рассказать мне секрет, Алиса. Булавка с обратной стороны впилась ему в ладонь. –Могу я спросить, как вы это узнали? –Твое имя? – Гусеница усмехнулась. Ее глаза широко раскрылись, а крылья распахнулись. Она вглядывалась в Алису так, словно знала о нем все, что только можно – В конце концов, я знакома с этим именем. Алиса был уверена, что, кроме Белого Кролика и Чеширского кота, никто не знал его настоящего имени, не говоря уже о том, где оно спрятано. То, что эта безопасность снова была разрушена, заставило его неустойчиво стоять на ногах. –Откуда? –Королева, конечно, – Она склонила голову – Разве ты не знал, что у вас одно и то же имя? Во многих отношениях вы двое являетесь отражением друг друга. Если имена определяют чье-то существование здесь, то почему у них должно быть общее имя? Если бы он выиграл в шахматной партии у Королевы, он мог бы сделать что угодно, сбежать или управлять Страной Чудес. Это было то, что ему сказали. Он должен был каким-то образом доказать, что он сильнее Красной Королевы. Внезапно вся игра обрела больше смысла в его голове. Красная Королева и он, они оба боролись за право на существование. Коронация Алисы. Глава 8: Загадка лабиринта., изображение №1 –Это был единственный секрет, который у меня был, - встревоженно сказал Алиса – У меня больше ничего нет. Это вызвало вздох у Гусеницы. –Ты так мало знаешь себя, что даже не уверен, в чем твой собственный секрет? – Спросила она с разочарованием в голосе – Забыть, кто ты, - серьезная ошибка в Стране чудес, я уверена, тебе говорили. –Я не забыл. –Тогда кто ты, Алиса? –Я не знаю. Я не знаю! Разве это уже не секрет? – Это был спорный вопрос, он знал это, но новое откровение о том, что именно было поставлено на карту, если он проиграет, сделало Алису достаточно отчаянным, чтобы попытаться поторговаться любой из фишек, какой бы неразумной цена ни была. –Нет. –Пожалуйста, я так близко, - умолял Алиса. Гусеница схватила его за плечи, в то время как ее вторая пара рук обхватила его щеки. Он попытался избежать прикосновения, но преуспел только в том, что прижался спиной к стене. –Те, кто не уверен в том, кто они есть, никогда не должны идти вперед в этой игре, - сухо заявила Гусеница. –Какой у меня может быть секрет? – Горячо прошептал Алиса дрожащим голосом – Я уже сказал все, что мог... Ее шесть глаз были широко раскрыты, когда она вглядывалась в него, видя то, что даже сам Алиса не мог. –Тебе еще так много нужно рассказать, - настаивала она. Она продолжала нависать над ним. Алиса не мог моргнуть. Он не мог пошевелиться. Он был так близко. Он был... –Так всегда бывает, - тихо сказал он – Все вы говорите так, как будто знаете что-то, чего я не знаю. Смотрите на меня сверху вниз. Ты думаешь, я некомпетентен, наивен, идиот... Алиса оттолкнул Гусеницу и отступил на пять шагов. Его плечи были напряжены, как будто он был готов к удару, которого так и не последовало. Он посмотрел на Гусеницу. –Я не выношу этого места! И я тебя терпеть не могу. Я ненавижу твои понимающие улыбки. Я ненавижу ваши игры, – Он сделал глубокий вдох, затем выдох – Все ради чего, играть в игру, которая даже не забавна? Какой в этом смысл? Он всегда заботился о чем-то подобном? Он больше ничего не мог сказать. Его сердце бешено колотилось в груди. Это было все, что он слышал в своем сознании, какофония белого шума. –Хорошо, я уничтожу твою королеву, и тебя не будет там, чтобы плакать над этим! Это та правда, которую ты так сильно хотела?! У него болело горло — не от крика, а потому, что беспокойство становилось все сильнее, формируясь комом в горле3. Алиса уставился на свои руки. –Очаровательно, - удивленно заметила Гусеница – Ты всегда был таким? Это твоя истинная личность? –Я всегда был самим собой, - прямо ответил он – Кем еще я мог бы быть? Гусеница рассмеялась: “Понятно... Теперь я понимаю! Твой путь уже открыт, Алиса. Ты готов. Какое наслаждение”. Она похлопала себя по голове за цветок, украшающий ее волосы: "Твои секреты, я буду бережно хранить их” – Она предложила цветок Алисе. Лабиринт вокруг них начал увядать. Идеальный зеленый цвет стал коричневым, небо застелили тучи - пошел дождь. Единственным, кто избежал увядания, был цветок в его руках, на складках которого было написано имя: “Маюми Мидзухо”. Алиса стоял среди пыли. Он мог видеть замок впереди, теперь всего в одном квадрате от него. Тогда почему он испытывал такое сильное чувство потери?