Стань моим солнцем

Моргана открыла глаза и подумала, что она умерла. Просто потому что такой разительный контраст после нескольких дней темницы и пыток казался ей нереальным. Стены небольшой комнаты были выкрашены нежным бежевым цветом, который и не резал глаза, как чисто-белый, и не нагонял тоску, как темные оттенки. Полупрозрачные шторы, рассеивающие мягкий солнечный свет, бесшумно колыхались на слабом ветерке. Такую сказочную картинку показывали ей глаза, которые все ещё болели от солнечного света после полумрака темницы. А ощущения, боже… Моргана почувствовала своей спиной мягкость кровати под ней и чуть не застонала. Но как только она немного сдвинулась в сторону, раны по всему телу тут же дали о себе знать, и она поморщилась, закусив нижнюю губу и чуть не вскрикнув. Какого черта? Где я нахожусь? Решив, что больше двигаться она не будет, Моргана подробнее осмотрела комнату. Сундук у стены, небольшой столик с зеркалом в нежных тонах в углу, стол, на котором стояла ваза с такими же нежными цветами, которых девушка никогда до этого не видела. В целом, комната была похожа на покои Морганы в Камелоте, вот только здесь всё было более нежным, более мягким, более солнечным… более домашним. От такого уюта сердце предательски ёкнуло, а по телу разлилось тепло. Как бы она хотела назвать это домом. В целом, если она умерла, то она проведет здесь всю оставшуюся не-жизнь, поэтому её эта перспектива устраивала. В какой-то момент Моргана почувствовала на своей правой руке движение, и замерла, переведя туда взгляд. Там лежала Кара, вернее полулежала, сидя на стуле около кровати. Она положила свою белокурую голову на кровать, а рукой сжимала пальцы Морганы. Другая её ладонь покоилась на собственном правом боку, прижимая повязку, просвечивающую через белую рубашку. Принцесса Криптона была всё так же прекрасна, разве что немного бледнее, чем брюнетка её помнила. На её лице застыло спокойное выражение, которое нарушали разве что сдвинутые во сне брови. Видимо, Каре снилось что-то не слишком приятное. Тем не менее она крепко держала руку Морганы и не отпускала даже в царстве Морфея. Подопечная короля, нет, принцесса Камелота судорожно вдохнула и попыталась сдержать скопившиеся слезы. Она думала, что больше не увидит Кару, её Кару, которую она так любила. Но если Кара здесь, значит она тоже умерла? Нет, этого не может быть. Она спасла Кару не для того, чтобы оказаться вместе с ней в непонятном загробном мире. И если в том, что криптонская принцесса попадет в рай, она не сомневалась, то насчёт свой судьбы Моргана не была так уверена. Поэтому они, скорее всего, остались живы, но по какой причине, девушку сейчас волновало меньше всего. Тут в голове всплыли все события последних дней. Заключение в темнице, пытки Эридиана. Но не это было самое страшное. Все издевательства охотника были лишь физической болью. Но слова Утера, её отца, принесли неизлечимую моральную боль. Она могла стать, как Пендрагон-старший… Нет, она уже стала такой. Такой же холодной, черствой и кровожадной, как её сумасшедший отец. А если она тоже сойдёт с ума и будет причинять такую же боль всем окружающим? Если она будет причинять боль Каре? От этой мысли неприятный холодок пробежал по телу. Нет, она не могла этого допустить. Нужно было уйти от этой солнечной блондинки, пока она не сделала что-нибудь, о чём будет сильно сожалеть. Сбежать куда-нибудь настолько далеко, чтобы ни Кара не могла до неё добраться, ни у Морганы не было соблазна вернуться в такие любимые объятья. Девушка осторожно села и аккуратно и медленно выдернула свою руку из захвата криптонки. Каждое движение отдавалось жжением и неприятными уколами во всех частичках тела, и Моргана беззвучно плакала. То ли от боли, то ли от того, что ей нужно уйти. От потери контакта Кара нахмурилась во сне ещё больше, но не проснулась. Брюнетка так же медленно сползла с мягкой кровати, ступив босыми израненными ногами на прохладный пол. Мурашки пробежали по телу, но Моргана запретила себе останавливаться. Иначе она могла отказаться от задуманного. Девушка быстро нагнулась и открыла сундук. От этого движения уже начинающие заживать раны на спине снова потрескались, и Моргана закусила губу, чтобы не закричать. Она надеялась, что успеет добежать до какого-нибудь поселения до того, как истечет кровью. Достав какие-то штаны и рубашку, девушка быстро стянула с себя такую же мягкую, как и кровать, ночнушку, которая уже начала пропитываться кровью на спине, и переоделась. Главное сейчас постараться не привлекать внимание, чтобы ее не задержали раньше времени. Голова кружилась от недостатка еды, а губы потрескались и в горле пересохло из-за нехватки воды, но принцесса Камелота запретила себе об этом думать. Кара могла проснуться в любую минуту, и тогда она точно убедит её остаться. Уж лучше Моргана разобьёт сердце Каре сейчас, чем сделает это позже, когда чувства обеих возрастут в несколько раз. Из-за неё и так криптонцы пострадали больше, чем должны были. Брюнетка была уверена, что рану, которую сейчас прижимала криптонская принцесса, она получила, пока вызволяла её из темницы. Этот факт неприятно терзал сердце, словно мелкий кинжал, но входящий в мышцу в самом болючем месте. Это лишь подтверждало то, что задумка Морганы — верное решение. Переодевшись и найдя чьи-то сапоги, Моргана в последний раз взглянула на Кару на кровати. Её золотистые волосы ореолом были раскиданы вокруг головы, а измученное, но сильное и сейчас сгорбленные тело казалось таким хрупким, что хотелось защитить его во что бы то ни стало. Это Моргана сейчас и делала. Она поборола желание поцеловать эту золотую макушку, и лишь прошептала в молчаливую комнату: — Прощай, Кара. Я люблю тебя.

***

Двумя днями ранее Кара бы никогда не подумала, что летать на драконе настолько страшно. Читая в детстве книжки с вымышленными героями, которые без каких-либо эмоций забирались на этих существ и рассекали воздушные просторы, она хотела стать такой же, хотя и понимала, что драконы — редкость для их земель. Чудо, что один из них оказался под замком королевства, которое истребляет всякое проявление магии. Но в реальности же всё было не таким радужным, как описывалось в фантазиях. Сильный ветер буквально сносил микроскопических людей со спины дракона, пусть его напор и был ослаблен заклинанием Алекс. От каждого взмаха гигантских крыльев спина Килгарры извивалась, и было достаточно трудно усидеть на ней ровно. А учитывая, что Кара держала на руках ещё и Моргану, которой нужно было давать лекарство, это было ещё сложнее. В целом, блондинка не сильно жаловалась, особенно насчёт последнего. Уже буквально через несколько часов они добрались до границ Криптона. Удивительно, учитывая, что у конной армии это заняло два дня пути. «Насколько бы эффективнее стал транспорт, если бы мы научились разводить драконов», — пронеслось у Кары в голове. Они летели почти весь остаток ночи, и солнце уже начинало подниматься над верхушками деревьев, окрашивая небо в малиновый цвет. Яд в теле принцессы замедлил своё распространение благодаря магии Алекс, но девушка всё равно чувствовала, что слабеет. Осталось совсем чуть-чуть… Кара не сомневалась, что дракон в небе над королевством вызовет настоящий переполох. Но когда Килгарра мягко, насколько мог, сел на поляну перед замком, принцесса не ожидала увидеть как минимум половину армии Криптона, окружившую их. Однако, как только Алура увидела людей на спине дракона, она моментально отдала приказ, чтобы рыцари опустили оружие. Сами же правители королевства, Зор-Эл и Алура, кинулись к своей дочери, пока девушки медленно, но верно слезали с дракона. — Спасибо, Килгарра, ты нас очень выручил. Мы в долгу перед тобой, — Алекс склонила голову перед магическим существом, отдавая ему дань уважения. — Не стоит. Мы с Мерлином теперь квиты. Уговор есть уговор: я спасаю вас, а он дарит мне свободу. Юный маг выполнил своё обещание, а я лишь сдержал собственное слово. — В таком случае, ты свободен, Великий Дракон. Спасибо тебе за помощь и удачи. — Не стоит прощаться надолго. Мы с вами ещё увидимся, — дракон сощурил свои жёлтые глаза и хитро улыбнулся, подмигивая. — Великий Магистр, Королева, — поочередно кивая Алекс и Каре и прощаясь, Килгарра в последний раз улыбнулся своим мыслям и взмыл в небо. Сестры же лишь недоумевающе переглянулись от такого обращения, но обе были слишком уставшие, чтобы в этом сейчас разбираться. Дракон скрылся за лесом в считанные секунды, и почти сразу Кара почувствовала силу притяжения земли. Ноги слегка подкосились, и она упала бы, если бы Алекс её вовремя не подхватила. Рыцари Криптона окружили их плотнее, предлагая помощь и пытаясь забрать у Кары Моргану. Все знали принцессу в лицо, но почти никто не понимал, что за незнакомка находится на её руках. Поэтому блондинка не знала, что сделают с Морганой, и не хотела ее отпускать. — Кара, ей нужна помощь. И тебе нужна. Отпусти, о ней позаботятся. Потребовалось несколько минут уговоров, и только после того, как Кара увидела черные мелькающие точки перед глазами, она согласилась с этим утверждением. Выцепив из толпы глазами Лео, который пробирался вперёд, она осторожно передала ему Моргану, пробормотав лишь: «Ей нужна помощь. Как можно быстрее». А затем, убедившись, что брюнетка в надёжных руках, принцесса упала без сознания. Последнее, что она увидела, это как отец и мать подбежали к ним, почти одновременно восклицая, переводя взгляд на прибывших: — Элайза? Кара!

***

Моргана шла по освещённым солнцем коридорам замка, совершенно не понимая, куда она идёт. Со всех сторон доносились звуки переговоров или шагов, но за последние несколько поворотов девушка не встретила ни одной живой души. Она хотела найти какой-нибудь чёрный или потайной выход из замка, чтобы уйти незамеченной, однако это оказалось не так просто, как она думала. Множество извилистых коридоров переплетались между собой, образуя неизвестную сеть, и она чувствовала себя мухой, попавшей в паутину. Тем не менее спустя некоторое время скитаний по коридорам замка, Моргане удалось выйти на небольшую поляну. На другом её конце она увидела стену, оснащенную сторожевыми вышками. Девушка надеялась, что её внешний вид не привлечёт много внимания, и она сможет беспрепятственно пройти мимо рыцарей. С каждым пройденным метром спина неприятно болела, отдавая пульсацией в череп, а израненные ноги давали о себе знать с каждым шагом. Моргана не знает, как выглядит со стороны, потому что она не удосужилась посмотреть в зеркало, но надеялась, что её внешний вид не станет помехой. Алекс шла по замку вместе с Алурой. Только что закончился экстренный совет правительства, который внепланово собрала королева. На этом заседании обсуждались самые насущные вопросы на данный момент, а именно что необходимо делать с Утером и Камелотом в целом, а также какова дальнейшая судьба потенциального шпиона в стенах Криптона — Морганы. Девушки шли, тихо переговариваясь и обсуждая, что они только что услышали и к каким выводам пришли, при этом соблюдая субординацию. Всё-таки Алура была королевой, а Алекс всего лишь придворным магом. Но как только шатенка увидела Моргану, как призрак пробирающуюся через поляну к стене, она остановилась как вкопанная, не обращая внимания на слова королевы. — Прошу прощения, Ваше Величество, мне срочно нужно идти. С этими словами Алекс кинулась буквально бегом на поиски Кары. Только она могла сейчас договориться с Морганой до какой-то конкретной компромиссной точки, что бы ни стукнуло в голову брюнетке.

***

Блондинка открыла глаза и уставилась в резной потолок. Последнее, что она помнила, — это как отдала Морагну Лео и потеряла сознание. Всё тело было сковано и ослабло, но мягкая кровать под ней компенсировала эти неудобства. — Ваше Высочество, Вы очнулись! — над Карой нависла девушка, голова которой была повязана белым платком. Маг первой помощи, определила принцесса. Зор-Эл слабо улыбнулась энтузиазму девушки, но потрескавшиеся губы заставили неприятно поморщиться. Кара жестами показала магу, что ей нужна вода, и уже через секунду перед ней оказался стакан прохладной жидкости. Она с благодарностью его выпила, в то время как девушка закрыла глаза и начала что-то бормотать. «Связывается с Алекс», — пронеслось у Кары в голове. Она оглядела помещение, в котором бывала уже несколько десятков раз. Это был обычный медицинский пункт, где принцессе часто обрабатывали ссадины на коленках после неудачно закончившихся игр или же раны после усиленных тренировок и турниров. Рядом стояло ещё несколько коек, и на всех лежали рыцари, так или иначе травмированные. Все, с кем она встречалась взглядом, благодарно кивали, отдавая дань почтения будущей королеве. К руке Кары была присоединена трубка, через которую в её кровоток поступал целебный раствор, позволяющий быстрее оправиться от отравления. Криптон славился своими достижениями в области медицины и магии и ушёл намного дальше своих современников. Однако делился этими новшествами исключительно с друзьями, а Камелот не входил в их число. Через несколько минут на пороге лазарета показалась Алекс. Кажется, она выдохнула с облегчением, когда увидела сестру в целости и сохранности. Шатенка быстро подошла к кровати и крепко обняла Кару. В ответ блондинка лишь хрипло усмехнулась, но в душе была благодарна сестре, что та всегда была рядом. — Как ты себя чувствуешь, Кара? — отстранившись, пробормотала Алекс. Девушка, что дала принцессе попить, тактично удалилась, оставив сестёр наедине. — Бывало и похуже, — Кара улыбнулась, на этот раз по-настоящему. Шатенка же лишь несильно стукнула её кулаком в плечо. — Ты бы знала, как ты нас всех напугала. Её Величество Королева… — …И твоя мама по совместительству, а также твой отец, очень сильно переживали за тебя, — девушки не заметили, как в помещение вошла женщина. Рыцари хотели было повскакивать со своих мест, чтобы поклониться королеве, но она знаками показала им оставаться на своих местах. Подойдя к девушкам, Алура мягко улыбнулась и погладила дочь по голове. — Мама, — голос Кары предательски дрогнул от наворачивающихся слёз, но она не позволила себе плакать в присутствии подчиненных, — я так соскучилась. — И мы соскучились, милая. И очень испугались за тебя. Когда мы увидели тебя с той девушкой на руках, а потом ты рухнула на землю… Рао, я так… В голове Кары что-то щелкнуло, и она перебила: — Где Моргана? С ней всё в порядке? Она пришла в себя? — Тише, Кара. Слишком много вопросов, — женщина снисходительно улыбнулась, словно знала об их связи с брюнеткой, пусть и не была свидетельницей её зарождения. Алекс же тихо стояла чуть поотдаль, боясь перебить королеву. — Мама, это очень важно, — Кара серьезно посмотрела в карие глаза Алуры, и королева поняла, что её дочь действительно сильно влюблена, как и успела ей вкратце рассказать Алекс. — Где она? — Не беспокойся, родная. С Морганой всё хорошо. К ней приставили лучших магов королевства, включая Элайзу. Они точно знают, что нужно делать. Я видела её раны, это ужасно, — до того, как Алура опустила глаза в пол, Кара заметила в них блеск слёз. Её мать всегда была доброй и сочувствующей, и это те качества, которые так старалась перенять у неё принцесса. — Я знала, что Утер бывает жесток, но чтобы настолько… Такое никому в голову прийти не могло. И я очень горжусь тем, что вы спасли её, — королева подняла глаза и посмотрела сначала на дочь, а потом на Алекс. Девушки же в ответ лишь поджали губы. Как будто у них был выбор. Кара просто физически не могла бросить её там, а сестра всегда следовала за ней по пятам. — Сколько я пробыла в отключке? — спросила Кара, посмотрев за окно. Солнечный свет бил нещадно по глазам, значит сейчас примерно полдень. Учитывая, что они прилетели на рассвете… — Полдня, — подтвердила её догадки Алекс. И как только Кара открыла рот, чтобы спросить ещё, дополнила, словно прочитала мысли сестры, — и нет, Моргана ещё не приходила в себя. В ответ Кара лишь кивнула и собралась встать. Обе женщины кинулись к ней, стараясь остановить: — Кара, тебе рано вставать!.. Ты ещё не восстановилась… Лекарству нужно больше времени, чтобы подействовать, — Алекс и Алура говорили одновременно, поэтому разобрать можно было только отдельные слова. Кара подняла руку, жестом показывая, что она хочет сказать, поэтому обе девушки замолчали. — Мама, Алекс, — она переводила взгляд между двумя дорогими ей людьми. Но у неё был ещё один дорогой человек, которому нужна была её поддержка, даже если та ещё не пришла в себя, — я очень благодарна вам за то, что вы находитесь рядом и помогаете мне преодолевать все препятствия. Я правда это очень ценю. И мне безумно повезло, что вы есть у меня. Но у Морганы нет никого, поэтому я хочу находиться рядом с ней, нравится вам это или нет. Я не отойду от неё ни на шаг, пока она не очнется. Это не значит, что я безрассудна, я возьму лекарство с собой, да и к тому же я чувствую себя намного лучше. Вы можете меня остановить, просто потому что сейчас вы обе сильнее меня одной, но я надеюсь, что вы меня поймете. Девушки переглянулись и кивнули друг другу, расступаясь и освобождая Каре проход. Блондинка же встала и крепко, с благодарностью обняла обеих. — Спасибо. Я вас люблю, вы же знаете? — И мы тебя любим. Беги к ней, — прошептала Алекс и в последний раз сжала предплечье сестры. Кара подхватила пузырёк с лекарством и на шатких ногах пошла в сторону, которую ей указала та самая маг первой помощи, когда блондинка к ней обратилась за помощью. Алекс и Алура же провожали её любящими взглядами, понимая, что никто и ничто сейчас не сможет её остановить. — Ты права, Алекс. Она действительно её любит. По-настоящему. — Больше жизни, Ваше Величество. Как и обещала, Кара не отходила от Морганы весь этот день. Когда она впервые увидела девушку, сердце принцессы болезненно сжалось. Брюнетку уложили в отдельную комнату, подальше от любопытных глаз и шумных рыцарей, чтобы полностью дать ей возможность восстановиться, и Кара была за это благодарна и Алекс, и матери. Лучшие маги лечили раны Морганы, но они оказались намного тяжелее, чем все предполагали. Из-за попадания грязи в раны на запястьях началось сильное воспаление, которое, в результате отсутствия лечения, привело к заражению крови. Если бы Моргана пробыла ещё сутки в темнице, она бы умерла. Всё время, что Кара провела в лазарете, девушку лихорадило и бросало то в жар, то в холод. Пульс был настолько быстрым, что маги не могли никак помочь. Раны на спине тоже были воспалены, и, возможно, девушка потеряет чувствительность некоторых участков кожи, потому что нервы тоже были повреждены. Степень истощения достигла такой степени, что Моргане не хватало сил даже на то, чтобы глубоко дышать. Всё это узнала Кара от Элайзы в первые десять минут, когда появилась в комнате. И больше она оттуда не выходила. Кара помогала обрабатывать раны бинтами, смоченными целебными растворами. Она аккуратно переворачивала Моргану, чтобы разогнать кровь по затекшим мышцам и предотвратить повторное развитие воспаления. Она протирала лоб девушки мокрым полотенцем, когда та в лихорадящем огне металась по кровати и что-то кричала во сне. Кара перебинтовывала раны, когда они вскрывались после таких сонных метаний. Всё оставшееся время, когда помощь принцессы Криптона была не нужна, она просто сидела рядом с Морганой, держа её за руку и шепча слова поддержки и любви. Кара просила и умоляла, чтобы брюнетка очнулась и вернулась к ней. Она обещала, что расправится со всеми, кто причинил подопечной короля хоть какую-то боль. Она плакала от вида тощих пальцев, выделяющихся скул и впалых глаз, под которыми залегли большие темные круги. Она целовала, нежно и аккуратно, чтобы не навредить, каждую рану и царапину на теле Морганы, наделяя это действие лечебной силой любви. И она молила Рао, чтобы он не отнимал у неё самое дорогое.

***

— Кара?! Кара! — Алекс влетела в комнату, которую предоставили Моргане для лечения и восстановления сил. Она обнаружила сестру, спящую на кровати, на которой самой брюнетки не оказалось. Маг в мгновение ока пересекла комнату и начала тормошить блондинку. — Кара, открой глаза! Моргана сбежала! — Что? — принцесса сонно подняла голову, но смысл сказанных слов быстро до неё дошёл. Она посмотрела на пустующие белоснежные простыни, на которых виднелись капельки крови и пота после тяжелых двух дней. Сердце вдвое участило свой ритм, когда на кровати не оказалось той, кого она оберегала всё это время. — Где она? — Я видела её в северном крыле, она направлялась за пределы замка. Кара, только ты можешь её остановить, она не станет слушать никого из нас. Но мне нужно тебе кое-то сказать… — последнюю часть фразы Алекс крикнула уже скрывшейся в коридоре блондинке. — Чёрт. Кара нагнала Моргану на окраине опушки, граничащей с лесом. Она бежала так быстро, как, кажется, никогда до этого не бегала. Дыхание сбивалось, пульс стучал в ушах, а бок неприятно болел, напоминая о недавней стычке с охотником, но это её не остановило. Всё, что кричало в её голове: «Нужно вернуть Моргану». Она не может её снова потерять. — Моргана! — Кара крикнула, когда увидела, как девушка собирается скрыться в лесу. Однако, вопреки ожиданиям блондинки, подопечная короля не остановилась, а ещё быстрее юркнула в чащу. Но у Морганы было не так много сил, чтобы долго скрываться от физически подготовленного рыцаря. Через несколько десятков метров Кара догнала её окончательно, пытаясь привести дыхание в норму. — Моргана, остановись, прошу тебя, — Кара нежно, чтобы не сделать больно, взяла девушку за перебинтованное запястье и развернула к себе. На лице брюнетки была нечитаемая маска. — Не нужно, Кара. Оставь меня. — Но я не могу… — Можешь, и ты это знаешь. Я очень благодарна тебе, что ты меня вытащила из темницы, но дальше наши пути расходятся. — Что? П-Почему?.. — Кара искренне не понимала. После того, через что они вместе прошли, теперь, когда все в безопасности… — Всё это было одной большой ошибкой. Не нужно было сюда приезжать. Я должна была просто уйти из Камелота и скитаться, но не жить на Криптоне. Мне здесь не место. — Но, Моргана, мы же хотели с тобой жить здесь. Помнишь? Ты сказала, что поехала бы со мной куда угодно. И вот мы здесь. Пойдем домой, — Кара протянула вторую руку, приглашая девушку последовать за ней. На секунду в зеленых глазах промелькнуло что-то вроде сожаления, но потом всё скрылось за маской безразличия. — Это твой дом, Кара. У меня его нет. Моргана хотела вырвать руку из захвата и развернуться, чтобы уйти, но блондинка не позволила, сильнее сжав пальцы. Брюнетка поморщилась от этого, и принцесса виновато пробормотала: — П-Прости, пожалуйста. Я не хотела. Но я не понимаю… — Тут нечего понимать, — Моргана начала раздражаться, боясь признаться себе, что иначе она просто сдастся и уступит этой солнечной блондинке. Ей больно было видеть, как в небесно-голубых глазах скапливаются слезы непонимания и бессилия. Тем не менее она знала, что ей нужно сказать. — Всё кончено, Кара. От шока блондинка отпустила руку и застыла, широко открытыми глазами смотря на девушку перед собой, словно видела её впервые. — Но… Я люблю тебя, Моргана. Сердце брюнетки предательски ёкнуло. Она столько раз слышала эти слова, но никогда с такой интонацией. Кара ещё никогда не говорила это так надломлено, с такой надеждой… так умоляюще. Но вопреки ору сердца Моргана холодно ответила: — А я тебя нет… Брюнетка развернулась и продолжила движение в неизвестном направлении, надеясь, что Кара её остановит и боясь этого больше всего на свете. Но принцесса Криптона, кажется, всё ещё не могла поверить в происходящее. Моргана удалялась всё дальше вглубь леса, совершенно не зная, куда она идет, лишь бы не назад и лишь бы не оборачиваясь. Она чувствовала на себе небесный взгляд, прожигающий дырку в её спине. Там, где, как она знала, начали проступать капельки крови от снова вскрывшихся ран. Когда брюнетка уже почти скрылась среди листвы деревьев, Кара её снова догнала и встала перед ней. По её глазам Моргана видела, что рыцарь полна решимости её остановить. — Я тебе не верю, — Кара испытывающе смотрела на брюнетку, стараясь найти что-то на её лице. Признаки вранья? Возможно, она бы их нашла, не научись Моргана так искусно скрывать свои эмоции в замке Пендрагонов. — Все наши взаимодействия были пустым звуком? — Нет, Кара, я просто тебя использовала, — холодно бросила Моргана. Это было первое, что пришло ей в голову, понимая, насколько это ранит её любимую криптонку. Тем не менее только так она могла сейчас уйти и спасти её. — Что? — снова удар в солнечное сплетение. Снова воздуха в легких не хватает. Очередная шутка судьбы, как будто ей не хватило всего юмористического шоу до этого. — Я. Тебя. Использовала, — с паузами повторила Моргана. На последнем слове её голос слегка дрогнул, но не значительно, чтобы ошеломленная Кара это заметила. — Мне нужно было сбежать из замка, избавиться от влияния Пендрагонов на мою жизнь. И был только один выход — ты. Или кто угодно другой, готовый вызволить несчастную девушку из башни, — брюнетка не думала, что говорила. Потому что если бы задумалась, голос внутри неё перекричал бы все неправильные слова, которые она сейчас произносила. — Когда ты предложила уехать, я ухватилась за эту соломинку. Я строила из себя влюбленную дурочку, чтобы ты забрала меня с собой. Что ж, теперь я далеко от Камелота, и ты мне больше не нужна. Моргана увидела, как по щекам Кары текут слёзы, и она огромным усилием воли заставила себя не пытаться вытереть их на любимом лице. Она ненавидела себя за то, что причиняла Каре боль, ненавидела каждое слово, которое сейчас вырвалось из её уст. Возможно, об этом говорил Утер? В лесу на долгие мгновения повисла тишина, нарушаемая лишь пением радостных птиц. Какой разительный контраст по сравнению с той бурей, которая разворачивалась сейчас в двух душах. — Прощай, Кара, — Моргана говорила это уже второй раз за день, вот только сейчас эти слова были произнесены без намека на любовь. Девушка обошла Кару, преграждавшую ей путь, и начала было идти, как её окликнул надломленный голос: — Просто использовала? А как же наша конная прогулка на рассвете? Все те разговоры вдали от ушей замка? Как ты переживала во время турнира? Или когда ты пришла на тренировку, рискуя раскрыть себя? Или, может быть, когда ты спасла мне жизнь на поле битвы, ты тоже меня использовала? Или доверила себя в первый раз в ту ночь, тоже чтобы просто уехать из Камелота? — Кара горько усмехнулась, вспоминая все эти моменты. Они были ценными для них обеих, но сейчас приобретали оттенок горечи. — Посмотри мне в глаза, Моргана, и скажи, что всё это было ради того, чтобы просто использовать меня! Блондинка выкрикнула это, и в её голосе слышались сдерживаемые рыдания. Подопечная короля знала, что Кара плачет, даже стоя к ней спиной. Она просто слышала это и чувствовала. — Скажи, что терпела пытки Эридиана пять дней, пять, черт возьми, дней, не сказав охотнику ни слова, что ты узнала от меня про Криптон за время нашего знакомства, просто чтобы использовать меня! Или что ты пожертвовала собой, была готова умереть ради меня, используя магию жизни! Это тоже было ради того, чтобы избавиться от Пендрагонов?! Моргана закрыла глаза, всё ещё стоя спиной к Каре, и по её щеке скатилась слеза. Она знала, что это оправдание максимально глупое, потому что она сделала слишком много для Кары, чтобы это было обычным использованием. Как и Зор-Эл сделала слишком много для неё. Они любили друг друга, но сейчас это чувство лишь создавало новые шрамы на их сердцах. — Я недавно нашла это у себя в одежде, — тихий шмыг носом, и Моргана почувствовала, что Кара подошла к ней сзади. Шумное глубокое дыхание, чтобы успокоить бешено колотящееся сердце, обдувало её легким ветерком, и голос, ставший тихим, но не менее наполненный горечью, мягко касался её уха. Около левого плеча она заметила листок бумаги, сложенный вдвое, который протягивала ей Кара. Моргана взяла его, стараясь скрыть дрожь в пальцах, и только взглянув на витиеватые буквы, поняла, что это было. — Ты передала мне это в день турнира, с письмом, в котором поддерживала меня, когда нам опасно было видеться. Ещё никто так меня не подбадривал… — Кара шумно вздохнула и, кажется, вытерла слезы на щеках. По крайней мере, так подумала Моргана по звукам за ней. — Ты написала: «Открой, когда всё это закончится». Я подумала, что речь шла про Утера и опасность в Камелоте, поэтому прочитала, когда нашла это вчера. Ведь мы теперь в безопасности, — блондинка горько усмехнулась, а у Морганы мурашки прошлись по коже от отчаяния в её голосе. — Так скажи мне, зачем ты мне написала это, если собиралась лишь использовать? Моргана шумно сглотнула, понимая, что этот довод слишком веский, чтобы подкосить весь тот вымысел, в котором она сейчас пытается убедить и Кару, и себя: что без неё принцессе Криптона будет лучше. Это было стихотворение. Стихотворение, которое Моргана написала, когда безмерно скучала по своей лучезарной блондинке, хотя они были знакомы меньше месяца. Когда она не могла не только поговорить или обнять Кару, но даже увидеть её. И когда она не знала, как ещё выразить свою любовь. Я разобьюсь на сотни стёкол и зеркал, Чтоб отражать весь свет твоей улыбки. Найду всех тех, кто тебя обижал, Чтоб отомстить за их ужасные ошибки. Я буду океаном твоих слёз — Всю грусть возьму и унесу с собою. Я буду одуванчиком из грёз — Окутаю волшебной тишиною. Я буду неумелым ветерком, Что сдует с щёк упавшие ресницы. Я стану непотухшим угольком — Прожгу насквозь печальные страницы. Готова быть и рыцарем, и стражем, Твоих спокойствия и счастья через край. Давай уйдем с тобой, и всем тогда докажем, Что на земле возможен тоже рай… Прощу тебе любую твою шалость, Лишь только солнцем моим стань на миг. Отправлюсь за тобой в печаль и в радость, Ведь ты — маяк, и ты — мой материк. Слова сами собой всплыли в памяти, хотя Моргана взглянула только на первую строчку. Несколько слезинок капнуло на немного помятую бумагу, и девушка быстро вытерла их большим пальцем. Она так хотела сейчас развернуться, обнять Кару и больше никогда не отпускать. Но она всё ещё надеялась, что сможет уйти… — Моргана, пожалуйста, — этот умоляющий голос пробирался до самого сердца брюнетки, — не отталкивай меня, по какой бы причине ты это ни делала. — Кара, не надо… — девушка знала, что если криптонка продолжит говорить, то она выскажет. Выскажет всё, что у неё на душе, и тогда она точно не сможет никого спасти. — Я знаю, что ты не такая, Моргана. Ты добрая, заботливая, ты готова вступиться за всех, кто тебе дорог, и, Рао, я так тебя люблю за это… — Остановись, Кара, — брюнетка закрыла глаза и судорожно вдохнула, стараясь абстрагироваться. Она почувствовала, как на её предплечья опускаются нежные руки, обхватывая её, словно большое и мягкое одеяло. И это почти сломало её. — Родная, ты не такая, какой пытаешься казаться. Ты не стала бы использовать кого-либо в своих целях, потому что ты не… — Потому что я не Утер? — Моргана отошла на шаг вперед и развернулась, теперь яростно смотря на Кару. Она ведь ничего до сих пор не знает. Но пришло время расставить все точки над «и». — Потому что я Горлуа? — Да, Моргана, и я тебе это уже говорила… — Но ты ошибалась, — сквозь зубы процедила брюнетка, сдерживая слёзы. Злость на Утера, бессилие и боль от того, что она срывается на Кару, раздражали и угнетали её, вызывая в душе смертоносную лавину. — Я уверена, что мы со всем справимся, что бы ты ни имела в виду… — начала было Кара, но Моргана её опередила. — Я дочь Утера! Я, черт возьми, Пендрагон! В лесу снова повисла тишина. Она не была уютной или комфортной, как до этого, когда девушки оставались наедине. Она давила и угнетала, потому что в ней витали те страшные слова, которые были произнесены. Не дождавшись никакой реакции от Кары, кроме широко раскрытых глаз, Моргана продолжила: — Всё это время он скрывал это от меня. Я думала, что я лишь его подопечная, но когда меня схватили, он мне всё рассказал. Он рассказал, как он убил моего, как я думала, отца, мою мать и даже мою сестру. Боже, у меня была сестра, а я даже не знала об этом из-за этого ублюдка! — Моргана схватилась за голову, не обращая внимания на слёзы, которые текли у неё из глаз. Кара была первой, кому она об этом рассказывала. — Когда он говорил всё это, я так его ненавидела. И сейчас тоже, но тогда я готова была его убить. Нет, я жаждала его убить. Размазать его ухмылку по стене темницы или тысячу раз заколоть кинжалом, — в изумрудных глазах смешались злость и слёзы, слёзы и ярость, которые не могли выйти наружу, потому что Моргана боялась. Боялась снова кому-то навредить. — Он отнял всё, что у меня было, и насмехался над этим… — Милая, это вполне нормальная реакция, что ты так себя чувствуешь. Утер ужасный человек, но мы справимся с этим, вдвоем, слышишь?.. — Ты не понимаешь, Кара! Я как он! Я — это Утер! Вот оно. — Я такая же безжалостная и кровожадная, как мой отец! Не Горлуа, а настоящий отец, который без малейшего зазрения совести отправляет каждый день людей на казнь. Во мне течет его кровь, и эта жестокость, всеобъемлющая и беспощадная жестокость сидит и во мне! И это только вопрос времени, когда я начну вредить кому-то, кто мне дорог, Кара! Я монстр, а не невинная овечка, как ты думаешь! Моргана рыдала, уже не сдерживаясь, опустив глаза в землю и теребя низ своей рубашки. В глазах Кары тоже стояли слёзы. Теперь она всё поняла. Она поняла, почему принцесса Камелота хотела сбежать, поняла, почему Моргана хотела оттолкнуть её, выдумывая всю ту чушь. Теперь она поняла. — Я так боюсь навредить тебе, Кара… — Моргана подняла полные слёз изумрудные глаза, в которых сейчас блондинка увидела больше, чем услышала. В них были неподдельный ужас, сожаление и раскаяние, одиночество и безмерное количество боли потерь. — Потому что я так сильно тебя люблю… В следующую секунду Кара шагнула к Моргане и обняла её так крепко, как могла и как позволяли раны на спине брюнетки. Принцесса Камелота уткнулась лицом в плечо криптонки, а худыми руками обхватила стройную талию. Послышался всхлип, потом ещё один, и ещё, а Кара стояла и гладила свою любовь по волосам, желая утешить. Она знала, что Моргана не такая, какой бы ни была её родословная. И ей было так больно видеть, как эти изумрудные глаза наполняются слезами. — Тише, родная. Мы со всем справимся… — А если я стану такой же ужасной, как он? — приглушенно, куда-то в область одежды пробормотала Моргана между всхлипами. — Не станешь, я в этом уверена. Я знаю тебя, Моргана. Кто бы ни был твой отец, ты никогда не будешь похожей на него. У тебя слишком доброе сердце, — Кара улыбнулась и поцеловала брюнетку в макушку. — А если я наврежу тебе?.. Я же не прощу себе этого, — принцесса Камелота снова заплакала. Она столько боли уже причинила Каре. Если с криптонкой что-нибудь случится по её вине… — Не навредишь. Даже если ты вдруг будешь кидать в меня магические огненные шары… — Кстати, об этом, — Моргана всё ещё прятала лицо в области плеча Кары, не желая раскрывать ещё один секрет. Но блондинка просто ждала, когда принцесса Камелота будет готова рассказать. Наконец, девушка отстранилась и вытерла рукавом слёзы. Кара же вопросительно на неё взглянула. — Кажется, я больше не владею магией. — Что? Эта новость не была так ужасающе разрушительна, как предыдущие, но все равно выбила почву из-под ног. Как может маг лишиться магии? — Сначала я думала, что это из-за недостатка сил, что нужно время. Может быть, так и есть, но… я больше не чувствую магию внутри себя. Раньше это была как лавина энергии, как бесконечный поток, как быстрая река. Но теперь ничего нет… — Моргана потерла шею, где раньше висело что-то наподобие железного ошейника. Его сняли и с принцессы Камелота, и с Элайзы, как только они попали в лазарет. Как потом объяснили Каре, это была специальная защита от магов, которая блокировала их силы. — Думаю… Может быть, вместо того, чтобы забрать у меня жизнь, магия жизни забрала мои силы? Изумрудные глаза поднялись и встретились с голубизной океанов. На этот вопрос вряд ли кто-то мог дать ответ, потому что магия жизни была чем-то настолько неизведанным, что даже маги Криптона с ней боялись работать. Кто знает, как распорядилась судьба? Почему Моргана осталась жива после того злополучного дня? Эти вопросы так и останутся висеть в воздухе, а девушкам не остается ничего, кроме как смириться с этим. — Даже если это так, — Кара обхватила ладонями любимое лицо напротив, впитывая всю зелень лесов в этих глазах, — я всё равно тебя люблю, Моргана. С силами ты или без, ты всё ещё самый прекрасный человек, которого я знаю. Да, тебе может быть тяжело первое время, ты, вероятно, будешь чувствовать себя потерянной без своей магии. Но я буду рядом с тобой, слышишь? Тебе необязательно проходить через это одной. Я буду рядом. — Обещаешь? — Моргана положила свои руки на ладони Кары, и блондинка улыбнулась. — Обещаю.

***

— Ваше Высочество, — стражники поклонились, отворяя перед принцем дверь в большой зал, где ждал его отец. Артур сделал шаг вперед, совершенно не зная, чего ожидать сегодня от Утера. С утра ему донесли, что король в гневе. Пендрагон-младший понятия не имел, по какому поводу, но догадывался, что это связано с пропажей Морганы. При воспоминании о своей сводной сестре жевательные мышцы заходили под кожей принца, сдерживая нарастающий гнев. Артур был в ярости, когда увидел первый раз Моргану на руках Кары. Он не мог поверить, что отец на такое способен. Причем не с кем-нибудь, а со своей подопечной. Пусть у них с брюнеткой и были разногласия, но Артур по-своему любил Моргану. Просто потому что она понимала, каково это — жить под гнетом Утера. Только они могли друг друга поддержать в полной мере, просто находясь рядом и своим существованием говоря друг другу: «Я знаю, что это тяжело. Но мы вместе, а значит справимся». И то, как король поступил с Морганой, Артур не мог оправдать. Какой бы ни была причина, пусть хоть брюнетка участвовала в каком-либо заговоре против короны, как можно было так издеваться над девушкой? И если Утер сделал такое с ней, может ли он так же поступить со своим собственным сыном? Ведь корона ему важнее родственных связей. Всё это крутилось в голове юного принца с того самого момента, как он утопил тело охотника в дворцовской канализации, а сам исчез с места происшествия незамеченным. Максимум, кто его видел, — стражники на стене, которым он устроил внеплановую проверку. Но это не должно было повесить на Артура какие-либо подозрения. Мало ли что пришло принцу в голову посреди ночи? — Отец, — блондин подошёл к трону, на котором возвышался седовласый мужчина, и поклонился, — ты хотел меня видеть? — по лицу молодого человека нельзя было понять, какие эмоции он испытывает. — Да, Артур. Я хотел спросить, не видел ли ты Эридиана? — серые глаза кололи холодом и опасностью, но принц не подал виду, что к нему этот вопрос хоть как-то относится. — Не видел, Ваше Величество. Мне казалось, что Эридиан Ваш друг, а не мой. К тому же, не в моих правилах следить за гостями королевства, — Артур не смог удержаться от такой колкости в адрес отца, намекая на то, что он поручил Эридиану следить за криптонками. — Хорошо, — король сжал руку в перчатке в кулак. Больше ничего не выдавало, что он находится в гневе. — А Моргану ты когда видел в последний раз? — Тогда же, когда и остальные. Она же уехала из Камелота, разве нет? — блондин позволил себе приподнять бровь, но в остальном на его лице была непроницаемая маска. — Да, верно, — король на секунду растерялся и закусил губу, словно забыл, что про заточение собственной дочери было известно крайне узкому кругу людей. — Что ты делал вчера ночью? — серые глаза отца встретились с голубыми глазами сына, но в этом взгляде не было и намека на отеческую любовь. — К чему эти расспросы, Ваше Величество? — Вчера пропал очень важный заключенный из королевской темницы, — уклончиво ответил король. — Но какое это имеет отношение ко мне? Ты же не думаешь, что я… — Просто ответь на чертов вопрос! — прикрикнул король, и Артур остановился. Ни один мускул не дрогнул на его лице. — Я устроил проверку стражникам. После этого я вернулся в покои и лёг спать. Можешь допросить рыцарей, если хочешь. Если ты не доверяешь мне. Утер снова смерил сына подозрительным взглядом, но затем выдохнул и махнул рукой. Артур знал, что это знак, что он может быть свободен. Никаких извинений за подозрения родного сына или просто прощание. Но принца это не волновало. Больше нет. Отец потерял в его глазах любой авторитет. Выходя из зала, Артур нащупал в кармане своих штанов маленькую стеклянную сферу размером со сливовую косточку. Буквально за несколько минут до того, как его вызвали на ковер к Утеру, гонец из Криптона передал ему её через портал. Принц ещё не знал, что в этой сфере. Но записка от той женщины, которая ушла вместе с криптонками, от Элайзы, должна была всё это прояснить. Осталось только придумать, что делать дальше.

***

Срочный совет правительства — Господа, минуту внимания! — громкий голос заставил великих мужчин и женщин прекратить свои обеспокоенные разговоры. Королева благодарно им улыбнулась и продолжила. — Как вы знаете, мы созвали экстренный совет не просто так, а потому что нашему королевству было нанесено непростительное оскорбление. Мало того, что на принцессу и первого мага Криптона было совершено покушение, и они были объявлены изменниками Камелота без видимых на то причин, так ещё и Утер Пендрагон позволил себе такую вопиющую наглость, как держать первого придворного мага в темнице десять лет без объявления об этом на международной арене… По залу пробежал негодующий шепот. Все слышали, что Элайза вернулась, и все были счастливы, что маг оказалась жива, потому что всё это время её считали мертвой. Но новость о том, что женщина всё это время провела в темнице, вызвала искреннюю ярость у патриотов королевства. Сама же Элайза сейчас сидела по правую руку от Алуры, не показывая свои эмоции и никак не комментируя эту речь. — Элайза, — королева обратилась к магу, когда возгласы снова затихли, — ты не могла бы поведать нам, что происходило в Камелоте за это время? Женщина окинула огромный зал взглядом, словно спрашивая: «Вы уверены, что хотите услышать эту историю?» — а затем поднялась, опираясь руками на массивный стол перед собой. Элайза словно не хотела снова все это вспоминать, погружаться в те непростые дни, но выхода не было. Такую вопиющую несправедливость нельзя было держать в тайне. «Ваши Величества, — Элайза кивнула головой королю и королеве, получив от них одобрение продолжать, — члены Совета, я знаю, что вы все — патриоты нашего королевства. И знаю, что в вас играет сейчас чувство ущемленной справедливости. Но я прошу вас дослушать всю историю до конца, и только потом приступить к дискуссии», — по залу пронесся одобрительный ропот, и королева снова кивнула Элайзе, в последний раз за предстоящий час улыбнувшись. «Наш отряд направлялся в разведывательный поход на границе королевств. Нам необходимо было выяснить, обладает ли тысячелистник криптонский магическими свойствами, а он растет только на склоне горы Рао. Наш отряд состоял из трёх магов и двух рыцарей, хоть мы и не ожидали, что нам придется отбиваться. Мы разбили лагерь практически на границе королевства, и в первую же ночь на нас напали рыцари Камелота. Насколько я поняла, они посчитали, что мы находимся на их территории. А учитывая, что магия в Камелоте запрещена, нас хотели схватить. Рыцари, как им и подобает, бились до последнего вздоха. Криптон может гордиться своими сынами и дочерьми, которых он потерял. Мою напарницу, Лию, тоже убили в ту ночь, а юного мага Эдриана взяли со мной в заложники. Мы бились настолько долго, насколько могли, но рыцари Камелота превосходили нас числом. Нас взяли в плен, надеясь получить награду от короля за какую-либо информацию о Криптоне или же просто за помощь в истреблении магии. Не знаю, получили ли они своё, но нас с Эдрианом посадили в темницу. Довольно долго нас никто не трогал, но голод, холод и неизвестность самостоятельно сделали своё дело. Эдриан не пережил ту неделю, хотя мы старались растягивать пищу, которая осталась у нас с собой, и делить её пополам. Магия в том месте не работала, и мы были практически беспомощны. Когда Эдриан умер, я попросила охрану, чтобы они позвали короля или ещё какое-нибудь доверенное лицо… — Кто-нибудь! Позовите лекаря! И короля! — Элайза прильнула к решетке и крикнула так громко, как позволяли оставшиеся силы. Несколько охранников подошли ближе и презрительно смерили женщину и труп около неё взглядом. — Что с ним? — хмуро поинтересовался один из мужчин. — Он мертв, — так же холодно ответила Элайза, бросая очередной взгляд на Эдриана. Было больно, ведь он был её учеником. Маг был очень способным, и юноша не заслуживал такой смерти. Мужчины помялись, потом один из них, видимо главный, кивнул, и махнул рукой остальным в сторону комнаты. Решетку отворили, и рыцарь подошёл ближе к Элайзе, удерживая её, пока двое других выносили тело за пределы камеры. Женщина подумала, что это идеальный шанс, чтобы улизнуть. Это решение было спонтанным, до этого она даже не предпринимала попыток разработать план или что-то в этом духе. Но она не могла отрицать, что сейчас возможность была. Элайза, дождавшись, когда двое мужчин вынесут тело Эрдиана за пределы камеры, сильно ударила стражника прямо перед собой между ног. Громила от неожиданности и боли согнулся пополам, и женщина смогла улизнуть от него, выбежав в коридор. Она было ринулась в другую от мужчин сторону, но один из них, бросив тело юного мага, нагнал её. Грубо схватив женщину за руку и развернув к себе, стражник зло зыркнул на неё и, не говоря ни слова, вернул обратно в темницу. Посередине на полу всё ещё корчился его напарник, хоть он уже начал приходить в себя. — Чертовка, — плюнул мужчина, поднимая своего друга с пола и закрывая решетку камеры с той стороны. Элайза же в ответ лишь проводила их хмурым взглядом. Сбежать не получилось, но надеюсь, что хотя бы это заставит короля прийти сюда. И мудрая женщина оказалась права. На следующий день её разбудил стук тяжелых сапог, остановившихся около её камеры. — И что ты устроила, женщина? Пыталась сбежать? Ты, вероятно, не знаешь, что в Камелоте самая лучшая стража, — серые глаза, прищурившись, смотрели на Элайзу, которая лежала на старом матрасе из соломы. — А как мне иначе было привлечь внимание? Чтобы кто-нибудь объяснил мне, зачем я здесь? — женщина не подавала виду, что узнала короля перед собой. Самый умный ход — вовремя прикинуться дурочкой. — Ты и твои дружки пересекли границу Камелота. А если ты не знаешь, в этом королевстве запрещена магия. Кто ты и зачем вы пришли на нашу территорию? — Я не понимаю, о чем Вы говорите. Руководитель нашей команды был уверен, что мы на своей территории… — Элайза, конечно же, не упомянула, что руководителем была она. — Кто ты? — рявкнул король, схватив прут решетки рукой в кожаной перчатке. — Тот же вопрос могу задать Вам, — Элайза хмуро уставилась на мужчину. Пока король владеет собой, он не выдаст, зачем её схватили. Только перестав себя контролировать, Утер всё расскажет. — Да как ты смеешь, — Утер зло скрипнул зубами, сильнее сжимая решетку в руке. В какой-то момент магу показалось, что король может погнуть металл. — Я могу сказать одно слово, и ты окажешься на площади на костре. Один приказ, и ты присоединишься к своему другу, кем бы ты ни была… — В таком случае зачем я вам? Давно бы уже приказали меня убить. Повисло долгое молчание. Утер, кажется, размышлял, стоит ли разговаривать с этой никчемной женщиной, а Элайза пыталась предугадать действия короля наперед. — Мы поступим вот как: ты ответишь на все мои вопросы, а я после этого расскажу тебе, зачем ты мне нужна. Кто ты? Элайза с минуту размышляла, стоит ли доверять Утеру Пендрагону, про злодеяния которого при дворе ходили не лучшие слухи, но решила рискнуть. — Обычный маг. — С Криптона? — Да. — Насколько ты близка к королевской семье? — Я живу в деревне на окраине королевства, занимаюсь приготовлением лекарств из трав. Думаю, что у Её Высочества королевы достаточно магов, чтобы они этим занимались, потому что мои услуги никогда не требовались Зор-Элам. Я помогаю людям из деревни, и только. — То есть ты не знакома с королевскими особами? — Никогда не видела их даже издалека. Конечно же, Элайза не будет рассказывать этому напыщенному мужчине, что она служит придворным магом самой королевы Алуры. Или что её дочь Алекс является лучшей подругой и практически сестрой принцессы Кары. Это ему знать совершенно необязательно. — Плохо, — король стукнул кулаком по прутьям, отчего они глухо затрещали, отдавая вибрацией в каменный пол. Утер отошёл от камеры и походил взад-вперед, о чем-то размышляя. Наверное, думал, каким образом убить мага: отрубить ей голову или сжечь на костре. Что ж, если Элайза действительно сейчас умрет, то она не жалеет о том, что не выдала ничего о своем родном доме. Единственное, что её гложет, — что она не попрощалась с Алекс. Но она была уверена, что дочь в надежных руках. — В таком случае, ты будешь мне помогать во всём, в чем надо, — Утер прекратил свои вышагивания и остановился около решетки, сверкая серыми глазами. — Маг при дворе не помешает. — Но вы разве не стремитесь истребить магию? — решение короля застигло Элайзу врасплох. — Именно. А всем известно, что лучше всего клин клином вышибается, — Утер блеснул белоснежными зубами в злобной усмешке и зашагал прочь из этой части замка, оставив женщину в темнице в полном недоумении». В зале повисла тишина. Все были, мягко говоря, в шоке. Сделать своим пленником мага, чтобы с его помощью истреблять других магов… Это было слишком даже для Утера. — Мне приходилось выполнять все приказы Утера, благо их было не так много. Через несколько лет после моего заточения появились специальные ошейники, блокирующие силы. Не знаю, откуда Утер их достал, но они были не самыми удобными, — женщина слабо усмехнулась и потерла шею. — На время выполнения каких-то заданий их снимали, но потом сразу возвращали на место. Мне пришлось зачаровать корень мандрагоры, и только потом я узнала, что он предназначался для Морганы, подопечной короля. Вернее, как оказалось позже, для его дочери… По залу прокатилась волна удивления, возмущения и негодования. Все знали, в каком состоянии находилась Моргана, и почти все знали, что это сделали с ней с прямого разрешения Утера. А факт, что девушка приходилась ему родной дочерью, просто не укладывался в голове. — Элайза, ты уверена в том, что ты говоришь? — Алура повернула голову к придворному магу и своей подруге, с опаской смотря на неё. — Бросаться такими обвинениями без оснований… Женщина подняла руку, прося дать ей возможность продолжить, и королева кивнула в знак согласия. — Когда Моргана только появилась в темнице, я не сразу поняла, кто она. Бедную девушку прикрепили цепями к стенам, хотя она была без сознания. И только когда пришел король, я поняла, кто она. Её камера находилась практически напротив моей, и все разговоры Утера и Морганы, Эридиана и девушки, все… все пытки охотника над принцессой я могла видеть и слышать. И никак не могла помочь, кроме этого… Элайза достала из кармана одежды небольшой стеклянный шарик и положила его на край стола, чтобы все члены совета смогли его увидеть. На Криптоне такие были распространены, поэтому удивления ни у кого маленькая Сфера не вызвала. — В крыле темницы не работали мои магические силы, но Сфера обладает собственной энергией, для активации которой не нужна магия. У меня осталась одна, когда все вещи у нас изъяли. Я смогла записать весь разговор Утера и Морганы, где король сознался во многих своих грехах. Я продублировала эту запись на пустую Сферу и направила её принцу Камелота. Будем надеяться, что она поможет ему совершить переворот и возглавить королевство…

***

Девушки вернулись в замок, никому не попавшись на глаза, если не считать единичных стражников. Ещё в лесу Кара взяла Моргану на руки, потому что брюнетка слишком вымоталась, а непобедимого рыцаря было трудно в чем-то переубедить. Они зашли в покои, которые предоставили принцессе Камелота, и заперлись в них, закрывшись ото всего мира. Пусть их ищут, пусть они будут кому-то нужны, но все проблемы они будут решать завтра. Сегодня им нужны отдых и время провести друг с другом. Кара подготовила перевязочный материал и целебные растворы, вызвавшись обработать вскрывшиеся раны. — Солнце, не стоит… Это не так важно, — начала было Моргана. Кара так давно не слышала это обращение к себе, что забыла, насколько оно согревало её сердце. Лишь покачав головой, криптонка возразила: — Родная, если это не сделать, может стать хуже. Поверь, мне столько ужасов успели рассказать за это время, что может стать с раной, если её не обработать, что я готова усадить тебя в ванну с целебными травами, — девушки усмехнулись, а Моргана залилась румянцем. — К тому же, всё что связано с тобой, важно для меня, помнишь? — Спасибо, — брюнетка заглянула в голубые глаза. — Не только за это, — девушка показала на свои бинты и обвела комнату рукой, — спасибо, что ты появилась в моей жизни. — Кара лишь улыбнулась, заливая сердце Пендрагон солнечным светом. — Кстати, идея про ванну неплохая. Кажется, мне нужно смыть с себя Камелот… — О, конечно, если ты хочешь, — Кара оживилась и начала бегать по комнате, готовя всё для водных процедур. Моргана же посмеивалась, сидя на кровати и наблюдая за ней, не веря своему счастью. — Мы можем позвать слуг, чтобы они набрали ванну? — предложила брюнетка, когда поняла, что Кара собралась собственноручно этим заняться. Зор-Эл же лишь приподняла бровь и улыбнулась: — Ты думаешь, что я не способна набрать теплой воды? Милая, кажется, ты меня недооцениваешь. Оказывается, на Криптоне вперед шагнула не только медицина и магия, но и сантехника. Моргана во все глаза смотрела, как Кара покрутила какую-то круглую железку, и из извилистой трубы полилась вода. Подставив пальцы, брюнетка поняла, что она горячая. Собиралась жидкость в вытянутой большой посудине на ножках, дырку в полу которой затыкала пробка. — И у вас везде такие… штуки? — Нет. К сожалению, это только привилегии королей, но мои родители работают над повышением качества жизни наших людей. У полевых и городских рабочих всё ещё такие же системы, как и в Камелоте — тазики, ведёрки и колодец. Но и нас родители не слишком балуют: такие ванны разрешают принимать только гостям или же членам королевской семьи по праздникам. Чтобы мы не зазнавались и помнили, как живут обычные люди. — Вот бы в Камелоте короли так же заботились о своих подчиненных… — Уверена, когда Артур станет королём, всё изменится. — Надеюсь… Уже через несколько десятков минут ванна, полная горячей воды, была готова. Кара побросала в неё травы, которые, как ей объясняла Элайза, способствуют заживлению ран, и повернулась к Моргане: — Если хочешь, я могу тебе помочь или же уйти, как ты скажешь… — Не уходи, пожалуйста, — брюнетка вцепилась в рукав рубашки блондинки, как будто боялась её потерять, и Кара её прекрасно понимала. — Хорошо, я буду рядом, — блондинка успокаивающе улыбнулась и провела рукой по бледной щеке. Моргана же закрыла глаза и отдалась этому чувству умиротворения. — Тебе помочь раздеться? — Я… — Кара увидела растерянность и страх в резко распахнувшихся изумрудных глазах. Блондинка нахмурилась, не понимая причину такого переменчивого настроения. — Я не могу… — Не переживай об этом, родная, я тебе помогу снять одежду… — Я не… — Моргана отошла на шаг, уперевшись задней поверхностью ног в бортик ванны. Девушка обхватила себя руками и покачала головой. Кара видела, что у неё начинается паника. — Я не хочу, чтобы ты меня видела… такой. — Милая, если ты забыла, я уже видела тебя раздетой, — Кара попыталась разрядить атмосферу, усмехнувшись, но она знала, что за этим страхом стоит что–то большее. — Солнце… — брюнетка провела рукой по волосам и слабо, но уничижительно улыбнулась, — я про уродства, которые нанёс мне Эридиан. Больше нет той мягкой кожи, которую ты помнишь, но есть множество отвратительных шрамов, покрывающих моё тело. Я не… я хочу, чтобы ты запомнила меня той идеальной, которой я была, а не уродливой, как сейчас. — Моргана, — Кара подошла к девушке и взяла её лицо в свои руки, заглядывая в изумрудные глаза, — для меня ты всё так же прекрасна, как и была. Мне не важно, сколько шрамов или изъянов на твоем теле, ты останешься для меня самим совершенством. Потому что я вижу не только твою внешность, но и твою душу, и она у тебя самая замечательная и самая добрая. Я буду любить тебя точно так же, если не сильнее, чем до этого. Я готова поцеловать каждый твой шрам. И, будь моя воля, я бы отомстила Эридиану за каждую царапину, которую он посмел нанести на твою идеальную кожу. Но охотник уже, к сожалению, мертв. Я не отвернусь от тебя, Моргана, и ты никогда в жизни не станешь мне противна, потому что ты лучший человек в моей жизни. Кара вытерла несколько слезинок, скатившихся по любимым щекам, и поцеловала брюнетку в лоб, передавая всю нежность и любовь. Она так мало могла передать словами по сравнению с тем, сколько она чувствовала. Моргана же не могла поверить своему счастью. Окажись она в Камелоте, изуродованной по другим причинам, её бы заперли в башне и никому не показывали, так как считали бы её позором королевского рода. Но Кара… Кара никогда не давала ей почувствовать себя какой-то неправильной, испорченной или поломанной. Криптонка была согревающим лучиком солнца, излечивающим все невзгоды, и волшебным клеем, собирающим её по кусочкам. Даже когда она была разбита, как сейчас, Кара могла сделать её снова целой одним своим словом или даже просто присутствием. — Я люблю тебя, солнце, — Моргана уткнулась в ложбинку между шеей и ключицей непобедимой криптонки и обняла её. Кара же притянула брюнетку ближе к себе и поцеловала в висок. — И я тебя, родная. Они так могли простоять бесконечно долго, но капельки горячего пара ужа начали оседать на большом зеркале, стоящем в углу. — Милая, нам нужно принять ванну, пока она не остыла. — Да, хорошо, — в голосе брюнетки слышалось сомнение, но паники уже не было, и это успокоило Кару. Моргана отвернулась и начала снимать одежду, медленно и неуверенно, будто бы сама боялась увидеть, во что её превратил охотник. Кара так же неторопясь помогала девушке. Заглянув в зеленые глаза через зеркало, она прошептала: — Я с тобой, помнишь? — Моргана кивнула в ответ и закрыла глаза, не собираясь смотреть на себя в зеркало. Она потом изучит все свои шрамы, хотя она вряд ли когда-нибудь сможет забыть то, как она их получила. Но рассматривать их брюнетка будет в полном одиночестве, чтобы не видеть следы боли и разочарования в любимых глазах. — Хэй, посмотри на меня, — Кара развернула девушку к себе лицом, чтобы она оказалась спиной к зеркалу. — Всё будет хорошо, ладно? Ты мне веришь? — Да, — с улыбкой, открывая глаза, пробормотала Моргана. Кара продолжила снимать одежду с принцессы Камелота, пока девушка лишь со слезами на глазах смотрела на лучезарную блондинку. Чем она заслужила внимание этой удивительной девушки? — Откуда ты взяла эти лохмотья? — улыбнувшись, спросила Кара. — Ты удивишься, но в гостевых сундуках лежит много всего интересного, — Моргана тоже улыбнулась, первый раз обратив внимание на то, что на ней было надето. Наряд чем-то напоминал одежду Мерлина, только без красного лоскута на шее. Коричневая куртка лениво сползла на пол, зеленая лента (удивительно, как даже в спешке Моргана умудрилась одеться красиво), которая удерживала волосы и подчеркивала глаза, к ней присоединилась. Ботинки оставили валяться где-то в углу, и брюнетка недовольно поморщилась, когда их снимала. В один из дней Эридиан сделал надрезы на тыле стопы, практикуя очередное «лишение энергии жизни», как и в первый день на запястьях. Из-за этого каждый шаг отдавался болью в ранах, которые успели воспалиться за то время, что принцесса провела в темнице. Когда на Моргане остались только рубашка и штаны, Кара заглянула ей в глаза и спросила: — Ты готова? Она знала, что под одеждой будет ещё огромное количество бинтов, и сразу раны они не увидят. Но блондинка также знала, что Моргане тяжело выглядеть уязвимой и слабой перед кем бы то ни было. И она хотела сделать так, чтобы брюнетке было максимально комфортно. Принцесса Камелота медленно кивнула и шумно выдохнула. Кара потянула за низ рубашки, и Моргана нехотя подняла руки, чтобы ей помогли. Она понимала, что рано или поздно криптонка всё равно это увидит. Более того, Кара скорее всего уже видела все её порезы и раны, если она помогала обрабатывать их. Но осознание этого факта никак не помогало в том, что Моргана хотела быть идеальной. Просто потому, что Кара была такой, и она заслуживала больше, чем искалеченное и хрупкое тело. — Хэй, ты в порядке? — когда рубашка оказалась на полу, Кара подцепила пальцем подбородок брюнетки и заглянула в глаза. — Настолько, насколько это возможно, — разомкнув сухие губы, тихо ответила Моргана. — Я могу помочь тебе снять и штаны… — Не переживай, дорогая, я справлюсь, — быстрая и неяркая улыбка, и Моргана отошла на шаг, чтобы избавиться от последней детали одежды. Когда на брюнетке не осталось ничего, кроме пропитавшихся в нескольких местах кровью бинтов, она шагнула в теплую воду, не поднимая глаза на Кару. Просто потому, что она боялась в них увидеть отвращение. Блондинка сказала, что она не станет ей противна, но даже мимолетный отблеск этого чувства в голубых глазах может доломать Моргану до основания. Но Кара даже не думала испытывать отвращение. Всё, что бушевало сейчас в её душе, складывалось из трёх чувств: боль, что любимому человеку пришлось через это пройти, гнев на Эридиана и вина, потому что Кара считала, что всё это произошло из-за неё. Если бы она не лежала пять дней в тоске, а сразу бы начала действовать, этого бы не случилось. Если бы она не сближалась с Морганой, её бы не пытали. Если бы они отказались от помощи Камелоту, брюнетке бы не пришлось через всё это проходить. — Я помогу тебе снять эти бинты? — Я думала, ты ко мне присоединишься, — видя, что Кара даже не предпринимает попыток снять одежду, нахмурившись, тише ветра пробормотала Моргана. — Только если ты этого хочешь, — улыбнулась криптонка, и через минуту уже нагишом залезла в воду. Тепло окутало всё тело, даря ощущение расслабленности и защищенности. Ванна была большая, по-настоящему королевских размеров, и девушки могли спокойно разместиться в ней, даже не касаясь друг друга. Что они и сделали. Между ними всё ещё висело напряжение из мыслей каждой из них: одна считала, что она противна другой, а та, в свою очередь, винила себя во всех смертных грехах. На Каре было намного меньше бинтов, а именно только одна повязка, которую ей запретила снимать Алекс, хотя сама рана уже в ней не нуждалась. На Моргане же, казалось, не было живого места, и это в очередной раз больно кольнуло сердце криптонки. Раны на спине пропитывали кольцевую повязку, закрывающую почти всю верхнюю часть тела вплоть до пупка. Раны на руках уже не вскрывались, потому что их пришлось зашить, но бинты на них образовывали белые кандалы на запястьях. Ноги все были покрыты специальными клейкими бинтами (которые тоже придумали на Криптоне), потому что и бедра, и голени были покрыты глубокими порезами от кинжала охотника. Стопы также перебинтованы, на шее виднелось несколько ран, когда охотник угрожал перерезать глотку или проколоть сонную артерию, приставив меч или кинжал, а также след от металлического ошейника в виде воспалившейся по кругу кожи. Тут и там виднелись черные обожжённые участки тела и воспалённые красные ожоги. Целым оставалось разве что лицо, на котором было только несколько царапин. Девушки сидели на разных концах ванны. Моргана прижала колени к подбородку и обхватила ноги руками, чтобы скрыть с глаз Кары как можно больше бинтов. Блондинка же села, скрестив ноги, и с горечью смотрела на свою любовь. — Моргана, прости меня. Мне так жаль… Если бы я не распускала нюни, а сразу бы начала тебя искать, то этого бы не случилось… — Кара опустила глаза, и из голубых океанов скатилась одинокая слеза. — Нет, нет, солнце, ты здесь ни при чем, — брюнетка быстро подплыла к Каре и обхватила её плечи руками, пытаясь заглянуть в лицо. — Не ты это сделала, слышишь? Ты, наоборот, спасла меня. Если бы не ты, я бы не оказалась на свободе, а умерла. — Если бы не я, ты бы не оказалась в темнице, — с горечью и виной в голосе Кара подняла глаза. — Если бы я не рассказывала тебе о Криптоне, тебя бы не пытали. Если бы мы не встретились… — Кара, я благодарна всем богам этого мира, что я тебя встретила. Ты сделала мою жизнь ярче, ты придала ей смысл. Ты стала моим солнцем. И ты не виновата, что судьба распорядилась так, а не иначе. Мы с тобой пострадали обе, но не потому, что встретили друг друга, а потому, что Утер всё ещё ходит по этой земле. Ты чуть не умерла, Кара! Дважды! Поэтому не смей себя винить, слышишь? Потому что я тебя ни в коем случае не виню, — Моргана подалась чуть вперед и нежно поцеловала блондинку. Она и не знала, насколько сильно соскучилась по этим губам, пока не вспомнила их вкус. — Я люблю тебя, Кара, а всё остальное не имеет значения, — отстранившись и проведя рукой по румяной щеке, пробормотала брюнетка. — И я тебя люблю, — Кара снова прильнула к манящим губам. В этом не было никакой пошлости, поцелуй не был началом разгорающейся страсти. Девушки просто передавали то, что не могли бы выразить ни одни слова: нежность, ласку, заботу и безграничную любовь. Отстранившись, Кара провела рукой по талии Морганы, спрашивая: — Я могу помочь тебе снять бинты? Они немного размокли, и не должно быть слишком больно. Раны нужно промыть. — Ты уверена, что хочешь на это смотреть? — Любовь моя, если ты думаешь, что меня это отпугнёт, то ты очень сильно ошибаешься. Поверь, так просто ты от меня не отделаешься, — Кара улыбнулась самой обворожительной улыбкой, напустив на себя рыцарскую браваду. Это заставило Моргану лишь усмехнуться. Была ни была. — Хорошо. Блондинка начала с бинтов на запястьях. Освободив одну руку, она, не смотря, кинула использованный белый материал на пол рядом с ванной. Бинты неприятно громко шлепнули об камень, и Кару совсем не волновало, что под ними скоро образуется лужа. Пока криптонка разбинтовывала правую руку, левую Моргана опустила в теплую воду и поморщилась. — Больно? — реакция не укрылась от Кары. — Слегка покалывает, но терпимо, — сквозь толщу воды, когда кожа уже привыкла, Моргана начала рассматривать рану, в которой виднелись черные нитки. — Должна признать, врачевание у вас обгоняет лекарей Камелота. Я, конечно, люблю Гаюса, но он настолько стар, что его очки толще, чем витражные окна в замке. До сих пор не понимаю, как он справлялся без Мерлина, — брюнетка замолчала, смотря на собственное запястье. — По крайней мере они выглядят лучше, чем когда их перебинтовывала я, — переведя взгляд на вторую руку, которую уже освободила Кара, пробормотала Моргана. — Ты сама перебинтовывала раны? — блондинка подняла глаза от бинтов на ногах, к которым она приступила. Они поняла, что почти ничего не знает про то, что происходило в темнице, только общие моменты, которые успела ей рассказать Элайза. — Ну, я пыталась предотвратить попадание грязи, но это не слишком помогло. Через два дня раны воспалились, и уже никакая ночнушка не помогала. Кара вспомнила, что нижнее белье Морганы было явно короче, чем должно было быть, и блондинка места себе не находила и по этому поводу в том числе. Мало ли, что могли позволить себе стражники замка или даже Эридиан. От этих мыслей Кара невольно сжала челюсть, и жевательные мышцы заходили под кожей от сдерживаемой ярости. — Они… ничего тебе не сделали? Я имею в виду, не считая всего… этого, что натворил Эридиан. Они не… домогались тебя? — Кара сказала это так тихо, что брюнетка едва услышала. — Нет, солнце, — Моргана провела рукой по напряжённой щеке, и Кара заметно расслабилась от полученного ответа. — Стражники пытались меня припугнуть, но так ничего и не сделали. Думаю, им запретили. Никто не пойдет против слова Утера. — Хоть какая-то польза от короля Камелота, — пробубнила себе под нос Кара, нахмурив брови и осторожно отцепляя липкие бинты с ног, уже освободив ступни. Брюнетка же лишь влюбленно улыбнулась, наблюдая за действиями криптонки. Возможно, всё будет не так плохо, как она предполагала? Может быть, они с Карой действительно смогут со всем справиться вместе? Если Моргана будет себя контролировать, она же не будет никому причинять боль, верно? — Ай! — Моргана вскрикнула и немного подскочила на месте, когда Кара потянула за бинт, который прилип немного больше. Вода в ванне зашлась большими волнами, которые перетекали через край. — Прости! Прости, пожалуйста! Я не хотела, честно… Оно само… Извини… — Кара бормотала себе под нос проклятия и упрекала себя. — Солнце, всё нормально. Просто… Давай я тебе помогу, — Моргана положила руку на ладонь Кары, замедляя её движения и успокаивая. — Не дёргай сильно, хорошо? — изумруд леса встретился с голубизной океанов, даря поддержку. Пусть Кара и чувствовала сейчас себя маленькой девочкой, которую учат есть с ложки или обращаться с мечом, она искренне пыталась сделать всё правильно. И это грело сердце брюнетки. — Да, да… Я поняла, — криптонка аккуратно и медленно потянула белое полотно наверх. Моргана недовольно поморщилась, но она была морально готова к этой боли, поэтому в этот раз не кричала. Кожа неприятно натянулась, прилипнув к бинту, и пришлось потерпеть, прежде чем рана снова оказалась без медицинской повязки. Брюнетка судорожно выдохнула — это была самая большая рана, на правом бедре. Дальше повязки остались только на спине. — Прости. Я видела, что тебе было больно, — последний шлепок мокрых перевязочных материалов об камень пола, и криптонка виновато опустила глаза. — В этом нет твоей вины, Кара. Такое бывает, и я благодарна тебе, что ты мне помогаешь. Пришёл мой черед помочь тебе, — Моргана провела ладонью по щеке криптонки, спускаясь ниже и обводя пальцами любимые изгибы. Нежный контур губ, нижняя из которых сейчас была закушена в виноватом жесте, линия нижней челюсти, которую брюнетка так любила целовать, сильная шея, на которой проступали мышцы. Родинка в месте перехода шеи в плечо, ямка между ключицами, в которой идеально располагался её поцелуй, словно она была предназначена именно для этого. Ложбинка между грудями, и Моргана дошла до повязки, которую собиралась снять. — Что случилось, когда вы пришли за мной? Кто тебя ранил? — начиная разматывать бинт, спросила Моргана. — Это был Эридиан. Он подстроил нам ловушку, зная, что мы придем за тобой после того, как тебя увидел Гаюс. Охотник подкараулил нас в крыле, где наложены чары против магии, так что Алекс и Мерлин не смогли мне помочь… — Подожди, Мерлин тоже маг?! — Моргана ошеломленно замерла, размотав половину бинта, и уставилась на Кару, не моргая. — Ну, как бы… да? — блондинка виновато почесала затылок, вроде как раскрыв секрет Мерлина, который он доверил криптонкам. Но она не хотела ничего скрывать от принцессы Камелота, к тому же этот факт про юного мага вряд ли сейчас имел большое значение. — И он всё это время молчал? — Моргана опустила глаза в воду, закусив губу. Было так обидно, что она справлялась со всем в одиночку, пыталась справиться с этой огромной силой, ей не подвластной, когда у неё под боком был тот, кто мог ей помочь. — Родная, — Кара взяла бледное лицо в свои руки и немного приподняла, заставляя посмотреть себе в глаза, — у Мерлина были причины скрывать свои силы, как и у тебя — свои. Он же не мог знать, что ты тоже владеешь магией. А рассказывать королевской особе о том, за что могут сжечь на костре, больше похоже на подписание себе смертного приговора, — блондинка невесело усмехнулась. — Возможно, если бы вы общались более тесно, он бы тебе рассказал и помог. Но он был всего лишь слугой Артура. Так случилось, и это не изменить. Ты в этом не виновата, слышишь? — Да… Хорошо, — Моргана продолжила своё действие, окончательно сняв бинт. Под ним показалась небольшая рана, уже практически зажившая, от которой отходили черными лучами солнца отравленные сосуды. — Тебе больно? — брюнетка осторожно провела пальцами по краю раны, подняв глаза на Кару. — Нет. Уже нет, — криптонка улыбнулась. — Было неприятно, когда яд действовал на организм, но его давно вывели, так что теперь всё в порядке. Алекс сказала, что сосуды были сильно повреждены в месте прокола, поэтому вокруг, скорее всего, останется эта чернота. Но она больше не опасна, да и скрывать это ранение под одеждой будет удобно. Моргана провела пальцами дальше по черным сосудам, доходя практически до пупка, где они практически перестали быть видны. Тонкие сосудики сплелись в небольшую черную сеть, теперь навсегда напоминая, через что им пришлось пройти. Показывая, какую цену они заплатили за то, что оказались в Камелоте. — Ну что ж, теперь твоя очередь, — Кара перехватила блуждающие по её телу руки и поцеловала тыльные сторон ладоней. — Ты можешь повернуться ко мне спиной? Моргана нехотя кивнула, но развернулась, снова вызывая шторм остывшей воды в ванне. Кара открыла кран и добавила немного горячей воды, чтобы они не замерзли, пока она сама начала разматывать повязку. Оборот за оборотом, белого материала становилось всё меньше, а красные полосы на бледной коже всё больше и больше проступали. Бинты в некоторых местах пропитались кровью, но еще не успели прилипнуть. Когда Кара опустила руки, сняв повязку до конца, у неё перехватило дыхание. — Рао… Блондинка выключила воду и осторожно провела пальцами, едва касаясь, по одной из полос, и Моргана вздрогнула от неожиданности. — Прости. Я сделала тебе больно? — Нет, нет… Всё хорошо. Я просто… не ожидала, — Моргана опустила голову, позволяя черным волосам упасть на лицо и закрыть её ото всего мира. Что думала сейчас Кара? Она всё ещё не испытывает отвращение? Моргана примерно знала, как должны выглядеть её раны, и обожания и умиления они точно не внушали. — Мне так жаль… — брюнетка почувствовала на своей спине сначала теплое дыхание, согревающее и успокаивающее, а потом нежное прикосновение мягких губ где-то в области правой лопатки. Затем в области позвоночника, на плечах, между лопаток. Кара целовала её уродливые шрамы и раны, а Моргана лишь смотрела, как слезинки из её глаз оставляют разбегающиеся круги на воде. Криптонка провела пальцами около самого большого разрыва кожи, который оставил кнут, и спросила: — Ты что-нибудь чувствуешь? — Моргана покачала головой, ничего не сказав. — Элайза предупредила, что некоторые участки могут потерять чувствительность, потому что нервы повредились тоже. Но это же не так плохо, верно? — Да, только я не смогу чувствовать твои прикосновения, — тише ветра пробормотала девушка. — Я готова быть твоим одеялом, чтобы ты чувствовала меня везде, где можешь, — Кара осторожно, нежнее шелка и мягче облака, притянула брюнетку к себе и обняла со спины, не повредив ни один порез и царапину. Нежное тепло окутало Моргану, и она впервые за долгое время смогла расслабиться окончательно, пока слезы капали с её подбородка. Но это были слёзы счастья. — Я буду рядом, родная. Всегда.

***

— Жители Камелота! — Артур говорил громко, чтобы даже на другом конце площади его было слышно. Принц приказал собрать как можно больше народу на площади, потому что ему было что сказать. — Долгое время нам казалось, что правление моего отца идеально, что Утер Пендрагон — самый лучший король, — фамилию Артур произнес с долей презрения, хоть и понимал, что сам он тоже принадлежит к этому роду. — Но мы ошибались, и я, в том числе. Я узнал, что мой отец творил множество ужасных вещей, которые тщательно скрывал ото всех нас. Но пришел черед открыть всем глаза на правду. По толпе пробежал шепот удивления. Никто ещё не смел сказать хоть какое-то кривое слово в сторону короля, даже его сын. Блондин посмотрел на отца, который стоял рядом на балкончике в окружении рыцарей круглого стола — единственных людей, которым принц мог доверять. Короля держали за руки, на которых были наручники, чтобы он не натворил глупости, корону сняли, и лишь сверкающий гневом взгляд да дорогие одежды выдавали в нем правителя королевства. — Что ты творишь, щенок? — сквозь зубы процедил Утер, сверля взглядом сына. Будь его воля, он бы задушил юношу голыми руками. — То, что должен был сделать уже давно, — не смотря на него, Артур достал из кармана штанов Сферу и выставил её на одной руке, как писала в записке Элайза. Другой рукой в перчатке он провёл по стеклянному шарику, активируя его силу. В следующую секунду в небе, прямо над площадью, показалась картинка и появился звук. На ней были Утер и Моргана, и последняя явно не уехала путешествовать. Картинка была темная и не очень четкая, но все узнали голос леди Морганы, а затем и голос Утера. — О каком роде идёт речь? Пендрагоны — это ты и твой любимый сынок Артур. Я лишь твоя подопечная! — Моргана кричала. — Я не просила забирать меня в замок, я не хотела быть под твоим покровительством, я не желала становиться твоей подопечной! Ты сам сделал этот выбор, но не я! Ты не имеешь права помыкать мной или приказывать мне, как жить. Я тебе никто! — Ты моя дочь! — выкрикнул король, и в комнате повисла тишина. Утер закрыл глаза и сжал пальцами переносицу, словно проклинал себя за вылетевшие слова. — Что?.. — Я не повторяю дважды, если ты забыла. — Но как?.. Всё это время?.. — Твоя мать была… удивительной женщиной, — уходя в воспоминания, пробормотал Утер. — Если бы она не выскочила за твоего «отца» раньше, я бы женился на ней. Но даже он не смог нам помешать… Думаю, он догадывался о нашей связи с твоей матерью. А так как он был уважаемым человеком в армии, и в случае чего мог поднять восстание против меня по одному взмаху руки, мне пришлось… убрать его, — Утер поднял глаза и хитро посмотрел на девушку, оценивая её реакцию. Наслаждаясь её растерянностью и ошеломленностью. — Я послал его в поход, и в письме своем он попросил подмогу. До меня дошло его письмо, я даже несколько раз его перечитывал… Но, как назло, в Камелоте не было свободных рыцарей, — король состроил притворно-жалостливое выражение лица. — А Горлуа был человеком чести. Он бы не отступил даже под страхом смертной казни. Поэтому он героически погиб, какая жалость, — Утер злобно рассмеялся. — Как ты мог?.. — в глазах Морганы читалась растерянность. — Легко. Если бы ты знала свою мать, ты бы меня поняла. Но после смерти Горлуа оказалось, что она была беременна тобой. И очень некстати она была уверена, что ребенок от меня, ведь с мужем у неё давно были чисто платонические отношения. Ведь у них была уже одна дочь, Моргауза… — У меня есть сестра? — Моргана уже буквально висела на руках. — О, она тоже мертва, так что не надейся увидеть её. И я не закончил. Твоя мать родила тебя, и через какое-то время я узнал, что она владела магией. Это вышло случайно: я решил сделать сюрприз, пришёл в гости, а она разжигала камин магией, чтобы согреть кроватку с новорожденной девочкой, ведь стояла холодная зима, — Утер поцокал языком и покачал головой из стороны в сторону, строя из себя невинного ангела. Как будто это не он сейчас признавался во всех своих убийствах. — И я приказал казнить её. И Моргаузу тоже, ведь она также владела магией. Я придерживался своей политики долгое время, и не собирался менять её даже ради твоей матери. А тебя я забрал к себе. Я надеялся, что тебе не передастся это проклятье, что ты не будешь колдовать. Я хотел вырастить из тебя достойную наследницу, способную продолжить моё дело, потому что на Артуре я давно поставил крест. Но и ты умудрилась разочаровать меня. Сначала магия, потом враги королевства… Связалась с этой девчонкой, которая возомнила себя будущей правительницей Криптона, а сама ничего не может сделать. У тебя получилось опозорить род Пендрагонов похлеще, чем это сделал Артур на турнире… Принц остановил действие Сферы, и его жевательные мышцы ходили ходуном под кожей. Когда он первый раз смотрел эту запись у себя в покоях, он не верил своим ушам. Он боготворил своего отца, а тот оказался самым последним мерзавцем. Толпа под ним шумно заревела. Жители были недовольны и ошеломлены, но Артур поднял руку в перчатке, и все замолкли. — Мой отец совершил множество ужасных вещей, и эти грехи ему не искупить никогда в жизни. Он скрывал, что Моргана моя сестра, что она тоже Пендрагон. Более того, он приказал пытать собственную дочь! Пять дней Моргану держали в темнице, а Эридиан безжалостно издевался над ней, с полного разрешения моего отца, — Артур взглянул на короля, в глазах которого читалась только ярость. Жители Камелота закричали и засвистели, выражая негодование такими поступками правителя. — Но даже это ещё не всё. Камелот не заканчивается стенами нашего замка. Наше королевство огромное, но мы собираем деньги исключительно в его центре. Деревни и окраины разорены до предела, люди умирают от голода и холода, пока мы живём в уюте и роскоши. Мой отец знал обо всём этом, но продолжал собирать непомерно высокие налоги с простых людей, не заботясь об их благополучии. Артур убрал сферу обратно в карман и выпрямился. Он сделал шаг вперед и облокотился на перила, обращаясь напрямую к жителям. — Я не хочу, чтобы мой дом разрушался изнутри. Я хочу, чтобы Камелот процветал, но не за счет эгоистичных желаний короля, а за счет хороших условий жизни всех его обитателей. Я хочу, чтобы с нашей родиной считалась международная арена, чтобы нас не считали варварами и ворами. Я хочу, чтобы наше королевство было справедливым. И я сделаю его таким. Если вы мне позволите. На секунду на площади повисла тишина. Эхо голоса принца отражалось от стен замка и впитывалось в мозг жителей. А потом люди закричали: — Да здравствует король Артур! Повсюду подлетали шляпы и раздавались аплодисменты, мужчины свистели, и все ликовали. Каждый боялся признаться, что с нетерпением ждал, когда закончится правление Утера, и заявление принца устроило праздник во всём королевстве. Артур лишь улыбнулся и кивнул своим мыслям. А затем повернулся к своим рыцарям: — Уведите его в темницу… Сэр Персиваль и сэр Ланселот подхватили бывшего короля под мышки и выволокли с балкончика. — Ты ещё поплатишься за это, жалкий щенок! — крикнул ему вдогонку Утер. — Вы все поплатитесь! К Артуру подошел сэр Леон и положил своему другу руку на плечо в поддерживающем жесте. — Ты всё сделал правильно, Артур. — Я знаю. Главное теперь — стать достойным королём.

***

Кара и Моргана вылезли из ванной, вдоволь погревшись и промыв все раны. Блондинка завернула девушку в теплое одеяло и уложила на кровать. За окном уже смеркалось, и в комнате было достаточно темно. Но они решили не зажигать свечи. Обе слишком сильно вымотались за этот день, и им не помешает хороший отдых и ранний отход ко сну. — Ты же останешься со мной? — когда Кара уложила брюнетку в одном одеяле на кровать, спросила Моргана. — Конечно, — лучезарная улыбка криптонки согрела сердце принцессы Камелота не хуже, чем теплое одеяло, в котором она лежала. Кара устроилась рядом с ней, даря тепло и нежность обнаженному и израненному телу. Моргана уткнулась носом в ложбинку между шеей и плечом рыцаря и вдохнула успокаивающий аромат. Рукой она обняла талию девушки и прижалась к ней максимально близко. Она так давно не обнимала Кару… Блондинка же окутала её сильными руками, как коконом, защищая ото всего мира, даря ощущение защищенности и безопасности. Кара гладила Моргану по темным волосам, которые немного промокли, и шептала успокаивающие и любящие слова. Если бы брюнетка могла, она бы растаяла ещё больше, впустила бы Кару в свое сердце ещё сильнее. Но криптонка и так заняла в нем все место, не оставляя шанса на победу кому-либо ещё. — Спокойной ночи, родная. Завтра будет новый день, и мы встретим его вместе, что бы он нам ни принес. Хорошо? — Обязательно. Спокойной ночи. Моргана подняла голову из своего теплого места у шеи Кары и поцеловала криптонку в нежные губы. Со всей любовью и признательностью, на которую был способен поцелуй. Когда принцесса Камелота отстранилась, Кара улыбнулась во все тридцать два зуба и прошептала: — Я люблю тебя. Моргана, улыбнувшись, улеглась обратно и снова уткнулась в её любимое место носом, с благоговением пробормотав: — И я тебя люблю, солнце.