С неба падала белая скорбь

Экстра: Во имя спасения

Все наши сетования по поводу того, чего мы лишены, проистекают от недостатка благодарности за то, что мы имеем.

— Даниель Дефо.

Дождливые капли стекают ручьями по крышам, стуча по шиферу с неведанной скоростью. Небо заволокло густыми как смог тучами, Токио не щадила погода, лишь прибавляя в усилия дабы поглотить его. Юмэ неспешными шагами топает со школы, и кой чёрт её потянул пойти этим долгим и извилистым домами путём, средние классы были сложнее, нежели она на то рассчитывала. Но именно сегодня, в ливень, после очередной череды контрольных, ей очень нужно было пойти теми дорогами, что были на минут пятнадцать дольше, нежели привычный. Из-за этого даже зонт не спас от мокрых ботинок, где неприятно булькало с характерными звуками от каждого шага. Мусорные баки грюкали от ковыряющихся в них вредителей, на которых должны охотиться коты, но даже те спрятались по подвалам, пока совсем юная школьница брела к тёплому и главное сухому дому. Мысли были забиты размышлениями о делах Альянса и стремительным потоком желающих вступить, которых требовалось «расфасовать» по отрядам именно ей и проследить за новыми участниками под своим началом, дабы избежать ненужных стычек и проблем, которых итак хватало. Ей всего 12 лет, а за эти два года изменилось всё на все 180 градусов, буквально перевернув её представление о ценностях и взглядах на собственную жизнь, что немного, но смогла выровняться, и получилось не разбиваться вовремя раскрывая крылья перед самым столкновением с острыми как нож рифами. Но её завесу томных размышлений прервали тихие, почти заглушаемые громом в небе — всхлипы, совсем детские, по её нескромному мнению. Юмэ уже направилась дальше, но оставить кого-то плакать в богом забытом месте, в холод и в такую погоду было бы кощунством. Вот сейчас узнает кто это, и пойдёт спокойно по своим «очень важным» делам. Заглядывая между вплотную сдвинутых, переполненных через вверх мусорников, видит сжатую, трясущуюся совсем ещё девчонку, та не заметила нависающую на неё благословенную тень с зонтом сверху. Прикрывая кровавыми руками лицо, размазывая жижу по белоснежно-синеватой коже, Юмэ хмуриться, слишком по-взрослому для её лет и прожигает маленькую скрученную фигуру перед ней изучающим взглядом. Всем видом проклиная это стечение обстоятельств и своё временное небезразличие. —Ты как давно здесь сидишь? -хриплый голос эхом разливается в переулке, у самого тупика перед поворотом налево. Девчушка скорчила гримасу ужаса, боясь незнакомку и забилась в дрожи, равной 12 баллам землетрясения. Нижняя губа тряслась от скатывающихся по фиолетовым синякам слёз, что смешивались с каплями дождя с мокрых волос. —Да уж, кто тебя так? -Юмэ казалось, что девочка совсем немая, раз не ответила ни на один поставленный ей вопрос. Присаживаясь на корточки прямо напротив неё, протянула руку и рассматривала со всех сторон побои, придерживая под подбородок и стараясь не причинять лишней боли. Йонака понимала, что боли в её жизни было очень даже достаточно, раз она валяется креветкой около мусорки и побитая как собака. —Меня зовут Йонака Юмэ, и ты пойдёшь со мной. Не могу оставить тебя в таком состоянии здесь. Ещё заболеешь и умрёшь.-той же рукой протянула для знакомства, заодно старалась поднять ту с земли, в которой она извалялась. Девочка не оказывала никакого сопротивления, доверившись судьбе в лице ровесницы. Юмэ не составило никакого труда поставить на ноги ту, ведь веса в ней было от силы килограмм сорок, и даже физически слабому было бы легко приподнять её. —Меня зовут Кояма Суйсэн, почему Вы мне помогаете? -говорить было тяжело, от разбитых в месиво губ, а язык заплетался от не утихшей под ноль истерики. Отряхивая её, Юмэ циничным видом посмотрела напротив себя, прямо в распухшие, красные и мокрые глаза. В этой девочке было всё, что когда-то было в ней: слёзы, кровь на лице, и самое главное — боль в сердце, что не заглушит ничего. Возможно, она должна была пойти этим долгим и извилистым путём, чтобы спасти одну душу, такую похожую на неё саму несколько лет назад. Просто так, ничего не бывает, она давно это осознала приняв во внимание. Она видела в ней потенциал, она сможет, выдержит, станет сильнее и Юмэ ей поможет. —Потому что когда-то, мне подали руку помощи, и я знаю, какого это, наконец-то иметь возможность опереться на чьё-то плечо в момент разлома собственного «Я». Я хочу тебе помочь, потому что хочу, и во-вторых, потому что тебе нужна эта помощь. Да и обработать это всё тоже нужно.-беря под локоть уже не неизвестную девчушку, Юмэ придерживает совсем худую руку, которую может легко обхватить. «Кожа да кости, а не ребёнок», ворчит в мыслях и там же, перебирает варианты того, чем можно её накормить из полупустого холодильника. Времени с побега из дома, от ублюдка отца прошло относительно немного, но по ощущениям — вечность. Теперь идея заглянуть на всхлипы казалась ей не такой плохой, какой была изначально. Она хочет видеть эту девочку своим заместителем, но пока до квартиры не дойдут, ничего упоминать не будет. Той требуется остыть от произошедшего, чтобы вести конструктивный диалог на такое нескромное предложение. Ведь, связываться с сукэбан — не каждому охота. И она даст ей выбор, которого порой была лишена сама. Многие метили на это место, с самого основания, но она не нашла ту, которую бы хотела видеть рядом с собой, которой бы доверила самое ценное — отряд и жизни которые в нём состоят. Но судьба — штука интересная, подкинула ей то, о чём и мечтать забыла, ту, которую нашла в прямом смысле слова. Которой помогла и хотела чтобы та, была замом. Потому что они слеплены с одного теста, опытный глаз не проведёшь, да и того, кто прошёл ту же дорогу — тоже. Суйсэн пошатывалась, спотыкаясь о каждый камень, жестяную банку или об собственные ноги. Юмэ не злилась на неё, почему-то, но она вызвала в ней желание заботиться, холить и лелеять. Защитить и уберечь от всех тягот мира, просто помочь в конце концов. Даже если не согласится на «деловое» предложение, всё равно не откажет в поддержке. Кояма ощутила внутри сердца прокол, стена которую она возводила долгие годы давала трещину. По сравнению с ней, морально зрелая на первый взгляд девушка была той, кто не отвернулся, кто помог, защитил, и она доверилась после получаса встречи больше, чем собственным родителям. Было ли это сумасшествием? В какой-то степени, но никто, даже отец с матерью не пошли за ней, а она, вела к себе домой незнакомку, скулящую от боли, в соплях и слезах. В лифте её наглухо пробила дрожь от холода, до костей обволакивающего тело. На улице не замечала как замёрзла, в контрасте с тёплым фойе, это стало более чем ощутимо. Зубы начали обивать ритмичные рывки друг об друга, а худоба не прибавляла плюса в ситуацию, и делала только хуже. На удивление Суйсэн, Юмэ молчала, и ничего не проронила до того момента, пока они не вошли в уютную, мягко встречающую их квартиру. Она наконец-то почувствовал себя в безопасности, где никогда и нигде не была, до этого момента. По сравнению с опрятной, чистой и красивой для невооружённого взгляда — спасительницей, она была как карикатура — грязная, обсмоктанная, продрогшая до нитки, так ещё и фиолетовая как баклажан. —Не жмись в проходе, разувайся и заходи.-скидывая ботинок к ботинку обувь на коврике, Юмэ надевает домашние лохматые тапки, и уже рыщет в поиске гостевых. На такой случай, у неё оказались только одни. Они с грохотом падают ровненько перед ещё пребывающей в лёгком шоке Суйсэн. —Ладно, как разденешься, проходи на кухню, я дам тебе полотенце и что-то приготовлю.-махнув рукой в сторону кухни, ушла именно туда. Благо, она вчера была в магазине, в захудалом, холостяцком холодильнике было какое-никакое мясо, пара овощей и пачка риса. Не зная, что любит её гостья, было решено сделать кашу, отбивные и потушить овощи. Иначе, если долго возиться, девчонка в голодный оборок бахнется. Пока Юмэ вынимала нужную посуду, неловкие шаги послышались за спиной. —Так, сейчас, присядь пока.-Суйсэн безвольной тушей упала на деревянный табурет, охватывая глазами каждый уголок. Тут было так хорошо, и каждое хорошее имеет свойство заканчиваться, от этого веки вновь были полны влагой. Она не хотела уходить, хотела остаться с ней, чтобы она никогда не оставляла её. Суйсэн была благодарна, открывая для неё, как она думала, навсегда закрытое для людей сердце. И была готова подарить его ей, на серебряном подносе, лишь бы эта девушка осталась в её скупой на радость жизни. —Вот, тут полотенце, новая зубная щетка, пасту можешь взять в стакане на раковине, и некоторая одежда. Тебе должна подойти, всё чистое, не переживай.-и Юмэ впервые одаривая её уставшей, но улыбкой. Суйсэн замирает, думая, какая её спасительница прекрасная, когда задумчивое лицо озаряет лучик Солнца в виде улыбки. Кажется, она точно потеряла связь с реальностью, ведь сердце сжалось от той благодарности, что приносила боль. Понимая, что возможно, в её душе найдётся место только для Юмэ. Больше никто не сможет затмить её и то, что она делала для неё. —Спасибо… Вы были не обязаны, Йонака-сан.-впервые она назвала её именно так, в тот самый момент. Так и повелось с тех времён. Большей степени уважения она не могла оказать, по крайней мере пока. Юмэ поняла, она та самая, та, которая ей так нужна была рядом. И именно её она ждала все два года в Альянсе в одиночестве, пока за каждым командиром на собрании стояли их заместители, за ней была пустота. Но не теперь, теперь у неё есть Суйсэн, маленькая девочка со взглядом — полным, как бескрайнее море благодарности, и «собачьим» сердцем — наполненным беспрекословной верностью. —Меня не за что благодарить, я сделала это с добрыми намерениями. Сходи в душ, переоденься, и приходи есть. А то тощая, как палка, так не пойдёт.-кивая в сторону выхода из кухни, протягивает стопку с вещами, пока Суйсэн не веря до конца своему счастью, неуверенно берёт в руки то, что предназначалось именно ей. И уже с надеждой, которую ей подарила именно Юмэ, летит в душ, нужно смыть всё что накопилось. Тело ломит, но она пересиливает себя и залазит в ванну. Горячие капли нежно согревают, и разжигают в ней ненависть к тем, кто кинул на произвол судьбы свою дочь, даже не удосужившись узнать как она. Теперь её душа искрит и пестрит от дочериной любви к той, кто спасла утопающую в своём горе Суйсэн, и показала ей, что её всё ещё можно спасти. Всё то время, пока она ясно предполагала, что таким как ей — безнадёжным, друзья и забота не положены и она так подохнет от побоев отца. Всё поменялось, она не одна, и теперь никогда не будет. Она сможет дать отпор уроду, биологическому «отцу», она не слабая, Юмэ подарила надежду, которая так хорошо описывает её имя. Сама того не зная, запустила процесс преображения из хрупкой, безвольной девочки — в стойкую и стальную девушку. Перекрутив смеситель на ледяную воду, её тут же обдало контрастным душем, и пискнув, не выдержав и 30 секунд, выключила полностью. Выныривать после такого из ванной, казалось легче, холодная вода слегка притупила боль от домашних побоев, и на некоторое время её перестали мучать гематомы с пульсацией внутри них. На её удивление, вещи оказались по размеру, спортивный костюм серого цвета и черная под низ футболка. И пахли так же хорошо, как и от Йонаки-сан, белыми цветами, апельсином и бергамотом. Прижав к носу ткань, нюхнула побольше аромата, и с довольной улыбкой принялась натягивать сухое, после получаса пребывания под ледяной стеной из ливня. Пасту нашла там, где ей сказали заранее, и принялась избавлять себя от металлического запаха и вкуса крови во рту, в некоторых местах меж зубами пришлось проходить с особой силой, чтобы вычистить сукровичные остатки. И выплюнув пену, окрашенную в розоватый, умылась. Обычный поход на водные процедуры воскресил в ней огонёк и жажду к тому, чтобы жить. Но главное не душ, а та, которая подобрала её и привела сюда. В квартире во всю расходились ароматы еды, что у неё невольно заурчало в животе, с такой силой, что Юмэ выглянула из-за косяка двери и одобрительно кивнула на тот же стул, веля сесть. Суйсэн подчинилась, скрестив ноги по-турецки, отец вечно орал за то, как она сидит за столом, но Йонаке-сан было совершенно всё равно, главное удобно. —Еда почти готова, рис жду когда сварится. Сейчас обработаю тебе раны, и поужинаем. После, останешься у меня. Я понимаю, что это не от хулиганов, это от кого-то из родственничков. Потому ты не пошла домой, будь это кто-то чужой, ринулась бы к себе.-указывая пальцем на множество ран, достала из шкафчика над плитой увесистую аптечку. Там было всё, от ваты до хирургических ниток и иголок. Сама Юмэ бывало получала по таблу, и приходилось штопать себя самостоятельно. Надевая стерильные перчатки, налила от души на вату перекись, и под пристальным, но доверительным взором девочки, стала проходиться там, где были открытые ранки. Благо, не придётся зашивать, потому что всё тупо усеяно синяками. —Ты можешь остаться, на сколько захочешь. Только в школу ходи, учиться всё равно надо. Ну, или могу приспустить твоего папашу с небес на землю, если хочешь.-Суйсэн испуганно посмотрела на лицо явно не шутящей Юмэ над ней, но боялась не за отца, а за то, что он может принести проблемы Йонаке-сан. —Не стоит, я воспользуюсь вашим предложением. Если не сильно потревожу ваше спокойствие.-прикрыв веки, пока в ход шла противовоспалительная мазь, Суйсэн понимала, что ей действительно не мешало переждать пару дней где-то, пока «он» не утихомирится. И опять, её спасала Йонака-сан. —Не потревожишь. И вот что, у меня к тебе личное предложение. Я состою в сукэбан, точнее сказать в «Восходящем Альянсе», по любому что-то, да слышала. И я командир одного из отрядов, хочу предложить тебе должность моего заместителя.-Суйсэн не заметила за ней повадок хулиганки, но и не все они были наглухо отбитыми. Она не думала, что подходила на такую высокую должность, ведь не была физически сильной. Но это был знак, что ей пора взрослеть, бороться за себя и за Йонаку-сан под её началом. И если это означало, что они будут всегда вместе, то она была согласна. —Я согласна. Только, я не сильна в драках.-смутившись, опустила подбородок и рассматривала свои штаны. Юмэ понимала, что сразу откроет ей правду, скрывать такое и заманивать в ловушку, она не планировала. —Мы не часто дерёмся. И на такой случай, будешь ходить со мной в зал моих хороших друзей. Но, Суйсэн, мы занимаемся криминалом, готова ли ты на такой шаг? Я даю тебе выбор, любой выбранный вариант — правильный для тебя.-Суйсэн должна принять решение сама, первое взрослое и взвешенное, но сердце уже колотилось, потому что она знала, что ответ положительный. Она справиться, теперь есть ради кого. —Я готова.-и собрав крупицы воли в кулак, уверенно глянула на Юмэ, что вновь порадовала уставшей улыбкой. Было в этой девушке то, что будто делало слишком взрослой, и Кояма увидела — это были старые глаза, что пережили многое и были бездонными. —Тогда, добро пожаловать в «Восходящий Альянс», девочка. Форму закажем тебе после того, как представлю тебя верхушке, они все своеобразные, но не бойся, я тебя в обиду не дам.-ставя перед ней ароматно пахнущую тарелку, уселась рядом и налила то, чем от неё пахло всегда и даже вещи — бергамотный чай. После того, она стала второй фанаткой этого напитка. Жизнь - не зебра из черных и белых полос, а шахматная доска. Здесь все зависит от твоего хода.