С неба падала белая скорбь

10.06.2006

Быть элегантной не значит бросаться в глаза, это значит — врезаться в память

— М. Жванецкий

Утро для Майки начинается неожиданно рано, в девять часов. День обещает быть насыщенным от завтрака с четой Сано, до встречи с друзьями у него в конуре. Они ещё давно договорились зависнуть всей толпой у него и снова пошатнуть шаткое ментальное спокойствие деда. Чего только стоил Баджи, которого Мансаку растил и так не смог ничего поделать с взбалмошным характером мальца. Они с Майки стоили друг друга, но дружба скреплялась с каждым проведённым вместе днём. Он бы хотел представить Юмэ всем, кто был ему близок, но чего не отнять, так это того, что он осознаёт риски в случае, если бо́льшему количеству людей станет известно за их связь. Возможно, в будущем они будут все вместе проводить время в компании, они перестанут бегать от тех, кого случайно заметили на улице из знакомых. Возможно, он сможет сделать так, чтобы она была счастлива не взирая на пройденную боль. Майки много не знал о ней, словно она многоуровневая пещера с множеством ходов, выходов и ловушек с ядовитыми шипами. Он желает познать каждый уголок её терзаний, слизать их языком, как утреннюю росу с листьев, не оставив и следа. Но понимает, что её доверие — это дорого, а то, какой она стала из-за своего положения в обществе и группировке — это последствие. Он был восхищён своей стальной леди, то, как она проходила все невзгоды практически сама, не имея семьи и борясь, вырывая зубами из лап смерти свою жизнь, заслуживало немалого уважения. Хоть и за этим крылась огромная цена, которую чеком выставили на многие годы вперёд. И как бы он не мечтал, это меркнет на фоне суровой реальности, где она навсегда останется в кругу Альянса и часть её всегда будет принадлежать именно ему. Сам был такой же, Тосва стала всем, и даже с появлением Юмэ в его существовании, частично всегда будет отдан именно группировки. Возможно, именно поэтому они так понимают друг друга, без слов, без ссор и криков, ведь живут в схожей реальности и прекрасно, по-взрослому осознают причинно-следственные связи. И как он не имел чести узнать о ней раньше? Ведь она же посещала в своё время магазин Шиничиро, дружила с Сенджу, но судьба-злодейка столкнула их лбами со всей силы относительно недавно, и это угнетало. Всё же, если бы они повстречались раньше, всё могло бы сложиться иначе и они бы спасли друг друга. Но руки помощи сплелись только в декабре 2005, этот месяц стал отдушиной и отдавал привкусом надежды, значит так было нужно. Всё что происходит — происходит не случайно. Эмма горлопанит с кухни, что завтрак на подходе, точно зная, что брат уже очухался от своего любимого занятия — сна. Потирая мозолистыми ладонями лицо, оттягивает веки вниз, Юмэ влияет на него уж слишком хорошо, что он даже стал вставать раньше и убираться в комнате, дабы не падать этим же лицом в грязь перед пассией. Требовалось навести порядок, за неделю с их встречи в комнате произошёл всемирный Армагеддон, и в конце концов, чтобы свастоны не цеплялись через раскиданные штаны да футболки на полу. Которые имели чудесное свойство появляться там, даже если он вчера всё собрал и положил в шкаф. Душ был свободен, и быстро приведя себя в порядок, кроме расчёсанных, но не заплетённых волос, прошёлся в припрыжку на кухню, куда его вела ниточка аромата от любимых блинов. За столом всё та же компания, накрытый пир, как для императора, с разными джемами, закусками, сладостями и напитками. Зная бездонный желудок Майки, дед никогда не скупился на приёмы пищи, ведь три, а теперь два растущих организма в доме — это не хухры-мухры. —Дед, Эмма, я бы хотел сказать, чтобы вы никому и ни при каких условиях не рассказывали про Юмэ-чан. Даже Кен-чику, сестра! -только но Эмма хотела открыть рот, как Майки пресёк даже мысль о том, чтобы поведать другу об его отношениях. Она нахмурилась, разжёвывая мысль в голове, это было не похоже на её брата, да, он был скрытным и не всё рассказывал, но для неё было странным, что он не просветит своих ближайших, а тем более Дракена. —Хорошо, Майки, никому ни слова. Эмма, если брат просит, значит на то есть основания, не подведи.-Мансаку попивает кофе и откладывает газету, внук редко позволяет просить о чём-то, а если и так, значит есть веская и серьёзная причина для этого. Не слишком довольная Эмма, присаживается рядом с братом, негатив связан не с тем, что она при первой бы возможности побежала бы болтаться об этом, а от непонимания того, в чём причина. —Юмэ, девочка красивая, честно признаюсь, не вооружённым взглядом видно. Да и у тебя, губа не дура, Майки. Но в чём причина, у неё проблемы или ты по иным причинам не хочешь рассказывать? -старший Сано выжидающе смотрит на внука, девочка напоминает ему невестку, внешне и отношением к Майки: заботливым, оберегающим и трепетным. И она сразу ему понравилась, но взгляд, тяжёлый, слишком взрослый, слишком старый, его век долог, и он знает, что это означает. Девочка прошла то, о чём никому не известно, и вряд ли станет, без её желания, но если она доверилась его непутёвому внуку, значит, они не просто играют в «любовь», они связаны. И она его выбрала, а он её, это уже, что-то да значит для них обоих. —У неё могут возникнуть проблемы, если кто-то узнает, поэтому, Эмма, никому, даже намёком.-Эмма понимающе кивает, а хмурое выражение сходит с лица на нет. Если у них есть обстоятельства, из-за которых нужно держать язык за зубами, она будет, и никому, никаким Макаром не обмолвиться. Она умеет хранить секреты, даже под прицелом, ведь один из своих она носит бременем внутри. —Как она вам? -не то, чтобы Майки было важно мнение на счёт его личной жизни и его женщины, но узнать что думают о ней его домочадцы, было интересно. Почти детский, как будто похвастался перед друганами на игровой площадке новой игрушкой, которую никому не отдаст, потому что только для него. Он с самого маленького возраста, как научился говорить рьяно охранял то, что принадлежит ему, и это порой доходило до абсурда. Юмэ же, совершенно спокойно реагировала на такие «заскоки», и чётко всё взвесив и оценив свои чувства и возможности, перед тем как начать отношения с ним, и потом, сама всегда оберегала до ревностных огней в глазах то, что предназначается только для неё. —Мне Юмэ понравилась, и как дедушка подметил, красотуля. Но думаю ей было неудобно перед нами. Возможно, постеснялась. Она не из бедной семьи? Только одни её штаны сколько стоят. Не думай, что я лезу в чужой кошелёк, просто она скромная такая, но стильная и высокая. Короче, хочу с ней дружить, будем с ней на шопинг ходить.-Эмма не имела за собой привычки считать чужие деньги, но магазин в котором Юмэ купила костюм, был заоблачной мечтой для молодой девочки подростка и вывод напрашивался сам за себя — она из обеспеченного круга. Но даже так, Эмма испытала к ней неприкрытый интерес и расценивала как нового члена семьи, ну и будущую подругу. —Нет, она работает. И от шопинга она не в самом сильном восторге. Но зная её, если я попрошу пройтись с тобой, она будет не против.-хмыкнув, продолжил поглощать всё предложенное сестрой на первый приём пищи. Мышцы сами себя не наполнят. —Какая молодец, тебе бы тоже за голову взяться, и хотя бы в школу начать ходить. А то такая умная, трудолюбивая и красивая девушка рядом, а ты как Шалтай-Болтай рядом. И по поводу твоего вопроса, мне она показалась уставшей, поверь старику, даже если она улыбается, не факт что душа не кричит от боли. Поддержи, если ей тяжело. Пускай приходит почаще, в шахматы с ней поиграю, а то сосед уехал на всё лето, а мне нужен хороший противник. Видно, что девчонка толковая, поэтому не понимаю, что она в тебе нашла, оболтус.-Майки возмущённо хлопает глазами, но забитый рот не даёт ничего возразить. Но он подсознательно ликует, что даже другие замечают, что его девушка самая крутая, так это они многого не знают, так бы вообще челюсть бы с пола подбирали. А Баджи с Чифую обзавидовались бы, когда сами никого себе найти не могут. Но это всё ничтожные мелочи, ведь настоящую отраду дарит само осознания что его чувства к ней взаимны, и они всегда будут держаться друг за друга, как за последний оплот человечества, принимая все недостатки и удары судьбы не разрывая рук. Его якорь, его самое главное сокровище в чёрном плаще с эмблемой опаснейшей группировки Канто. И этот образ витающий перед глазами как услада, и самая не то есть изощрённая экзекуция по ему самообладанию, он безумно соскучился и был намерен наведаться к ней сегодня, без приглашения, с сюрпризом, прямо домой где ни разу не был. И слова деда отрезвили, ей тоже нужна поддержка, ведь порой, тонущий не будет кричать — желая утопиться. Он намерен, решительно настроен как перед войной, что они преодолеют всё что можно и нельзя, но вместе. —Майки, а Дракен будет на посиделках? -накручивая белоснежный локон на палец, уже давно знает ответ. Ведь он из близкого круга брата, и было бы странно, не приди он на сегодняшнюю тусовку парней. И уже собиралась блистать, как самый дорогой огранённый алмаз из всех в мире. Мансаку уже шёл на выходные занятия для младшей группы в своём додзё, где горел своим делом уже много десятилетий подряд. —Да, как и всегда. Заходи к нам.-размахивая рукой, ставит посуду в мойку, хоть и сегодня это занятие за ним, но он быстро ретируется из поля зрения зло-зачарованной одновременной сестры. На ходу подбирает весь гамуз одежды на полу и расфасовывает грязное от чистого, волосы всё так же болтаются соплями прямо перед носом. Ждёт не дождётся своего парикмахера — Кена. Все мысли вертятся о той, кто живёт в одном городе с ним, кто так близко, но отчаянно далеко. Ладони чешутся до скрипящих зубов, настолько он хочет ими ощутить шелковистые тёмные волосы, изгибы тела, обнять и не отпускать. Даже пускай она переедет в поместье Сано, лишь бы ближе к нему и постоянно видеть её маломальскую, уставшую улыбку. Его уединение нарушает раздражающий звон распахнутой двери, без стука и малейшего понятия стыда заваливается кучка хулиганов — его друзей. Кто первым залетает в хоромы, так это Баджи, прыгая на бедный, пошатанный (не только после ночи с Юмэ) диван. Распластавшись звездой на приятно пахнущем постельном белье, причём, чистом, в грязной уличной одежде. Не то, чтобы Майки был ханжой и чистоплюем, но это ни в какие ворота не лезет. Ему там ещё может голым спать, или его девушке, а друг портит все старания в наведённом им порядке. —Баджи, ты ахуел? -не церемонится в выражениях, наблюдая то, как друг расплывается в подобии оскала улыбке. С Юмэ, как со своей девушкой, так и с другой из женщин, он ни за что говорить не посмеет, это табу, жёсткая грань воспитания от деда и Шиничиро. Что увековечена у него на извилинах мозга и высечена на внутренней стороне черепушки. —Да ладно тебе, Майки, что, уже на кровати полежать нельзя? -всё больше крутиться и мнёт постель, от чего у Майки начинает дёргаться глаз. Он вообще-то, тут не для него старается. —Баджи, съеби с постели, я хотя бы покрывалом накрою.-стаскивает того с мягкого дивана, роняя прямо на пол. Все остальные наблюдают привычную картину, тихонько хихикая в углу прямо у входа. Баджи ворчит, всё так же распластанный по полу. В то время, пока Майки поправляет его «искусство» и застилает пледом сверху, чтобы их грязные жопы могли спокойно изъявить желание присесть. —Ты какой-то недовольный, в последнее время, сходи подрочи, старый.-приподнимаясь на свои две, толкает Сано в плечо, и обратно присаживается, с позволения. Все остальные так же подтягиваются, пока Дракен уже отыскал расчёску и резинку для прически. —Я такую девушку видел, но когда подошёл познакомиться, она почему-то сбежала.-Чифую расстроено вертит напиток в руке, изучая содержимое этикетки. Пока Кейске брызжет от смеха, тыкая в заместителя пальцем, и не имея возможности что либо произнести из-за раздирающего живот смеха. —Ну ты и лох, Чиф. Она наверное увидела твой свитер и дала по газам.-вытирая влагу с глаз, что нещадно щадила веки от приступа веселья от неудачи друга. Тот оттянул свой свитер и не понимал, что с ним не так. Его купила мать на прошлой неделе, в приличном магазине в торговом центре, он модный. Возможно проблема не в одежде? —А я вот, хочу себе красоточку, желательно с тёмными волосами.-произнёс Баджи, мечтательно, плотно задумавшись над образом «идеала» который усердно выстроил перед собой. И переводя взгляд на Майки, решил задать этому «мистер незаинтересованность в девушках» вопрос. —Майки, а тебе какая девушка нужна? Если она вообще, когда-нибудь у тебя будет.-упускать момент для подкола он никогда не будет. Поинтересоваться тем же у Дракена, смысла нет, все знают, что он грезит блондинкой, так ещё с фамилией — Сано, под именем — Эмма, но вслух никто не говорит. —Мне не нужна самая красивая девушка. Мне нужна искренне любящая меня, а королевой я её сам сделаю.-чётко, как швея семь раз отмерившая, и один раз отрезавшая, отчеканил с самым серьёзным видом, уже понимая, его Королева — это Юмэ.

***

Случайностей не существует — все на этом свете либо испытание, либо наказание, либо награда, либо предвестие.

— Вольтер.

Юмэ ощущает себя окрылённо, хоть полупрозрачные крылья ломает осознание сложностей предстоящих сегодняшним днём. Дела, дела, дела, никакого морального расслабления, только металлические цепи по рукам и ногам. Ответственность не меньше, чем в другое время, но важно решить вопрос с переездом Суйсэн и поскорее вызволить её, как Рапунцель из башни Готель. И она рада, тихо, смиренно, потому что спустя столько лет её девочка решилась на то, чтобы сделать ноги из отчего дома. Как в своё время сделала и она, хоть и сбежала в пижаме да в куртке группировки. У неё не было особой возможности перевезти свои вещи, пришлось украдкой пробираться в комнату через окно и пожарную лестницу, и отступать тем же способом назад со спортивной сумкой на перевес. Юмэ брала самое необходимое, что можно было легко унести и так началась совсем ранняя «взрослая» жизнь без родительской подмоги. Мама бы в гробу перевернулась, если бы увидела где по итогу оказалась её Полночная Слива, и тем более, от поступка своего обожаемого муженька. Но всё случилось к лучшему, всё случилось так, как должно было. И она приняла решение плыть по течению, даже если оно будет с силой цунами. Однако, Суйсэн она поможет сделать всё иначе — правильно, без спешки, страха за неопределённость, с возможностью куда податься, чтобы она училась и росла, как нормальная. Если для них это всё ещё реально. Юмэ предстояло нагнать Такеоми в его доме, обычно по субботам он никуда не ходит, отдыхая и посасывая пивко. Поднимая свою пятую точку с мягкой кровати, и захватив заранее приготовленную со вчера одежду, поплелась в душ. Нанося свой гель для душа с белыми цветами, неволей возвращается к флёру сандала тем будним утром у Манджиро дома. На губах проскальзывает смиренная улыбка. Из-за вечных дел и недостатка часов в сутках, из-за которых она вечно чертыхается, они не виделись с понедельника. Но постоянно созваниваясь по вечерам воркуют, о том, о сём, от погоды — до дискуссий о том, какой фильм из жанра экшн лучше. Ей не было так спокойно со смерти матери, но это настораживало. В их ритме жизни, спокойствие — значило опасность, затишье перед масштабной бурей. Но всё сводилось к тому, что Мёбиус не был активен на части их территории Синдзюку, поставки были мелкие и не требовали присутствия верхушек на доставке. Да и забор денег с крышованных ими заведений шёл, как по маслу. Было что-то, что вынуждало шестое чувство замирать в ожидании удара ножа со спины, объяснить причину этому, она не могла, всё указывало на то, что всё более чем под контролем. Она ещё вернётся к своим умозаключениям на этот счёт, сейчас её ждёт встреча с Акаши старшим. Не виделись они года два примерно, учитывая побег в Йокогаму который она вспоминает с отвращением, как момент своей недопустимой слабости. Надевая лёгкие джинсовые шорты и просторную чёрную футболку, ведь засосы уже сошли на «нет», захватывает сумку, иначе всё к херам выпадет по пути к друзьям. Белые кеды, не практично, но куплены на какой-то рандомной распродаже, как идеал летней обуви, потому что как Манджиро, в шлёпках на байке она ездить отказывается. Весь подъезд дымит буквально от шлейфа знакомых наизусть духов, пускай соседи от этого задохнутся, но она не изменит привычным устоям в виде использования любимых духов. Радостно скачет по ступенькам, редко используя лифт по дороге вниз, только на подъём — всегда. Байк на своём законном парковочном месте, все жильцы знают, кто на нём ездит и не решаются найти в себе смелость ставить свои автомобили рядом, и паркуют только через четыре разделительные полосы. Оно и к лучшему, никто не поцарапает её детку, которая стоила для маленькой Юмэ целое состояние и целый запас нервных клеток Шиничиро, что чинил её, когда та не щадила её по «молодости». Оглушающий рёв доносится по закоулкам района там, где обитает её давняя подружка Сенджу, которая услышав знакомые звуки, выбегает на крыльцо прямо в домашних тапках. Во все 32 давит лыбу и машет рукой приветствуя Юмэ, они не виделись недели две. Пока она прекратила посещения зала, куда уже следовала начать снова ходить, иначе совсем раскиснет и не сможет постоять за себя. —Юмэ-чан! Рада тебя видеть, паркуй свою малышку, я пока побегу поставлю чайник.-и блистая пятками ускоряется в сторону кухни, почти снося Такеоми с дороги, что так же знал этот гул, характерный только для байка Юмэ. Пришвартовывая у въезда в гараж коня, видит того, кто ей нужен. Всё такие же сальные, противные волосы, как и в молодости, ничего не меняется. Старший Акаши обдаёт силуэт прикидывающим взглядом, ведь видел он её когда той было 14 лет. Много воды утекло. —Привет, Оми. Как сам? -стукая «кулачок» об мужской, понимает, что всего на жалких тринадцать сантиметров ниже него, хотя два года назад была еле как по подбородок. —Давно ты не заходила, выросла, совсем не узнать. Пойдём в дом, пообщаемся.-они говорили только по телефону, когда она узнавала ещё недели три назад за квартиру. Им предстоял тяжёлый диалог, но кто знает, возможно никто не решится затронуть такую неподъёмную тему, как Шиничиро. —Юмэ-чан, вот, уплетай.-Сенджу метеором тормошит дом, ходящий вверх дном из-за энергии бушующей в молодой девочке. На журнальном стеклянном столе в зале стоят вкусности и главное блюдо в виде карри и риса. Скорее всего, оно было приготовлено именно старшим братом, так как младшую нежелательно было подпускать к кухне и на сто метров. Такеоми закуривает ещё одну сигарету, прямо в доме, тут уже всё пропахло вязко-кислым запахом никотина. —Оми, у меня к тебе дело. Я узнавала относительно недавно на счёт квартиры, которая у твоих знакомых. Она ещё свободна? -мужчина изучает сидящую напротив себя, уже далеко не наивная, и он совсем не узнаёт её, взрослая, уставшая, и ещё более стойкая, чем раньше. Ухмылка озаряет лицо, открывая вид на глубокие морщины у носа. Он постарел, невооружённым глазом видит Юмэ. —Да, твоя подружка надумала? Заехать можно прям сегодня, проблем не будет. Сенджу, принеси пожалуйста Юмэ-чан чай и мне кофе.-главные нюансы обязаны остаться висеть между ними и только, Такеоми не проговорится, как изворотливый змей, не меняется. —Ты же помнишь, что я оплачиваю половину от аренды, но это остаётся между нами. Никому. Иначе Суйсэн рогами упрётся и не захочет принимать помощь, она же самостоятельная.-за четыре года бок о бок, Кояма научилась отстаивать себя и свои интересы, и главным из них осталась Йонака-сан, её семпай и самая главная причина для борьбы. Но помощь в таком роде она принимать отказывается, ссылаясь на то, что та в своё время итак сделала слишком много, вытащим из ямы дерьма где она уже думала, что захлебнётся. Поэтому заговорив тише, так, чтобы не долетело до любопытных ушей Сенджу, они продолжили деловой диалог. —Да, уговор в силе. Насколько вперёд ты хочешь внести свою лепту? -из всей компании верхушки первого поколения «Чёрных Драконов», Юмэ предпочитала общаться с Шиничиро, а после, сблизилась с Вакасой и Кейзо. Второй, хоть и был эмоциональной гориллой, размером со скалу, но был необычайно добрым и заботливым. А вот с Такеоми, она вела дела крайне редко, в особые моменты, он бы не подвёл, но дело заключалось в другом, в его отношению к собственному брату. И как бы Юмэ не любила бы Сенджу, понимала, что старший Акаши всегда перегибал, оттого внутри закрадывался червь неприязни. —Два года, ей 16, после 18 у неё появится собственное жильё. И хочу чтобы на случай, если со мной что-то случится, чтобы она не вернулась обратно из-за невозможности справится с арендной платой.-Такеоми выпускает кольцо дыма, который удушливым флёром захватил весь периметр гостиной. И согласно кивает, ему от этого не холодно ни жарко, но он обязан предупредить своих давних знакомых, что формальный договор аренды заключается на длительный срок. —Хорошо, тогда приготовь деньги, и передашь мне сегодня вечером, когда поможешь девочке с переездом.-это не сказать что уж сильно ударит по карману Юмэ, но существенно поубавит сбережения. 4800 долларов этом малая цена за спокойствие её, и безопасность Суйсэн. Которая никогда не узнает, кто стал её меценатом. Она дала обет, что будет оберегать её, и неважно, что за глаза. Добрые дела не всегда нужно делать явно. —Супер, спасибо.-набирая на палочки шарик риса, кладёт в рот вкусную и первую за весь день еду. —О чём шушукаетесь? -залетает с заварником и чашками. В одной из которых томится крепкий эспрессо. Прыгает рядом, и приобнимает Юмэ за плечи, кладя голову на неё. От Сенджу пахнет клубникой, сахарной ватой и цветами, как всегда цветёт и пахнет, хоть подруга и знает, что внутри творится успешно скрываемый шторм. —Суйсэн переезжает. Сегодня помогаю ей. Как будет новоселье, приходи, отметим.-жадно отпивает чай, как будто не пробовала напиток целую тысячу лет. Летняя жажда изрядно замучала, что она была готова иссушить целый океан. —О, наконец-то, обязательно буду. Жаль, что не получится погулять. Значит я бронирую тебя на следующей неделе. Сходим в зал и пройдёмся, ты мне задолжала мороженое! -сжимает жилистыми руками Юмэ, что от такого едва не выплёвывает горячий чай наружу. В маленькой по всем фронтам девочке столько силы, это всегда забавляло и выводило на любопытство. Потому тренироваться с ней было идеально, скорость, удары, она становилась идеальный оппонентом на ринге для неё. Ведь для того, чтобы стать лучше, нужно было сражаться с противниками сильнее тебя. —Хорошо, что ж, спасибо за уделённое внимание, но думаю мне уже нужно идти. Ключи у тебя или подвезут к дому? -погладив Сенджу по розовым волосам, поспешно встала, ей пора ехать дальше. Часы то и дело показывают приближение к трём часам дня, жара постепенно сходила на снижение, а на байке будет ветер, вообще песня. —Вот, квартира на пятом этаже, адрес я тебе давал уже. Хозяева трогать не будут, поэтому пускай не переживает.-крутит на указательном пальце кольцо с несколькими ключами, и кидает их прямо в худые ладони Юмэ, что удовлетворённо хмыкает. То что арендодатели не будут наведываться к Суйсэн — было просто прекрасно, не будут мешать и надоедать своими визитами. —Оми, смени причёску. Она стрёмная.-давя в себе издевательский смешок, махает недовольному Такеоми. Ворчливо поглаживает по зализанным волосам, что даже дома были с кучей лака и геля для моделирования. Сенджу смеётся, ведь сама ненавидит то, какую причёску носит старший брат, она кажется её отвратительной и старомодной. А Юмэ просто так озвучила все её мысли на этот счёт. —Вот же зараза, ещё язвительнее стала. Никакого уважения к старшим.-закуривая ещё одну, не мог смириться с этой молодёжью и тем, как они разговаривают с людьми вдвое старше их. Никакого этикета и почтения. Такеоми подметил то, что какой бы язвой и хитрюгой не была Юмэ, она повзрослела — по-настоящему, осанка ровнее и увереннее; взгляд, что до дыр прожигает; лицо, худее, вытянувшееся, что уже не имело в себе черт девчонки, оно стало женским. И когда-то Сенджу так же поменяется, хотя, зная сестру, навсегда останется ребёнком в выросшем теле. Присутствуйте в вашем настоящем, иначе вы упустите свою жизнь

— Будда

Заглушив двигатель, Юмэ скривилась от того, где она сейчас находилась, отвратительный двор, кривые люди, особенно те, кто жил в квартире номер 213, и дело было не в окружающей среде, а в том, какие эмоции у неё вызывало всё вокруг и родители её уважаемого заместителя. Она хочет спасти её из этого капкана, и так же отдать Суйсэн долг, что виной душил её за побег в конце 2004. Это могло бы хоть немного приспустить давление ошейника, ведь она оставила Кояму саму, скинула на неё все обязанности и отряд. От этих мыслей тошнило, и весь вкусный обед так и норовил выйти наружу кислым комком. Возможно, если бы это и произошло, истязающие мысли вышли бы следом. Но она должна позаботиться о подруге, ведь дала себе обещание, что будет всегда оберегать её. Она взяла на себя ответственность за неё, и теперь пора наверстать упущенный год. Только занося кулак, дабы всполошить хлипкую входную дверь, как она открывается перед ней и рука остаётся висеть в воздухе. Лицо Суйсэн сверкает, как в тот день, когда она вернулась из Йокогамы и посетила злосчастный бар-бордель. Затягивая свою достопочтенную госпожу в квартирку, сказала не разуваться, пускай сами драят полы, ей тут уже всё равно не жить. Юмэ осматривает интерьер, прихожая совмещена со спальней-гостиной, где скрипел старый коричневый диван. Веяло запахом алкоголя и затхлости, но стоило переступить через порог отдельной комнатушки, размером чуть больше чем ванная у неё дома, как в нос ударили нотки нарцисса, карамели и табака от аромадифузора прямо на полке над межкомнатной дверью. Здесь была иная атмосфера, как и подобает девочке-подростку, который должен бунтовать, дышать полной грудью и делать то, за что в будущем будет стыдно, а не слушать трёп бестолковых родаков и получать побои от них же. И как хорошо, что её заместитель дала такой отпор, что биологический папаша больше не имел смелости поднять даже глаз на неё. Это бы ещё в первый день сделала бы Юмэ, но Суйсен отказалась, решив исправить всё самостоятельно. Если бы сейчас, прямо здесь она бы и наткнулась на Кояму старшего, он бы уехал отсюда на каталке под простынёй — вперёд ногами. И она бы не пожалела бы ни разу, убив этого садистского идиота. Даже гордилась бы тем, что избавила бы свою девочку от тягостного куска дерьма на подошве. —Йонака-сан, можете мне помочь запихнуть всё моё немногочисленное лохмотье в эту сумку? Я пока сложу конспекты и остальное.-указывая на спортивную сумку большого размера за своей спиной, проходит к пошарпанному рабочему столу и начинает складировать всё в чемодан. Юмэ два раза повторять не нужно, всё что было в шкафу летит аккуратными, педантичными стопками в поклажу. Одежды оказывается не так много, как хотелось бы, и последним компонентом сверху мостится два комплекта формы Альянса. —В принципе, больше ничего нет. Всё что осталось, пускай себе оставят.-плюнув смачно на пол, последним штрихом пакует в карман со змейкой увесистый конверт с наличкой, заначка, за которую она вечно переживала. Не зная, вдруг папаш решит прошерстить в её вещах и заберёт то, что нажито непосильным, опасным путём. Беря в охапку сумку и подобие чемодана, дабы заместитель не занимала рук по пути к транспорту, Юмэ уже была готова пнуть ногой дверь, чтобы открыть её, как Суйсэн решительно посмотрев на ключи от отчего дома и отрезала от себя семейку — навсегда. Кинула на диван в гостиной-спальне родителей связку, и со злостью и толикой облегчения зашагала на выход, придерживая перед командиром дверь, для удобства. —Я возьму себе багаж побольше, а ты тот что легче и меньше. И надень очки, а то расшибёшься по пути.-своеобразная забота приправленная перчинкой от Юмэ, разливалась в груди, в области сердца теплом и радостью у Суйсэн. И в припрыжку налегке преодолевая расстояние до своего коня, которым максимально редко пользовалась, принимает свой груз и располагает меж ног, с надёжностью сжимая крепкими бёдрами. Очки для зрения висели на цепочке, как раз для таких целей, форма ей подходила, но неудобство было выше, чем желание видеть этот мир в деталях. Потому и предпочитала ездить двойкой с командиром, прижимаясь к спине кого-то более сильного, кто мог защитить и позаботиться, в моменты, когда она сама не могла этого сделать. —Едешь за мной, на карте видела где располагается твой новый дом.-от последнего слова, душа улетела в стратосферу и там расщепилась на атомы. У неё будет свой дом, и в который раз благодаря Йонаке-сан, которая похлопотала, чтобы найти тот вариант который будет по бюджету и расположению, для того, чтобы не жить во вражеском районе. Квартира, где начнётся нормальная жизнь, где она сможет подготовиться к экзаменам, а после к поступлению, даже с учётом того, что останется в группировке, образование не помешает — наоборот, будет только огромным преимуществом. Как может быть в верхушке человек, который хотя бы минимума не может покрыть? Правильно, никак. Суйсэн хотела бы закончить факультет экономиста международных отношений или же менеджмент: управление персоналом и проектами. Это было бы идеалом, так как она заместитель командира, и эти навыки способствовали для улучшения группировки. Да и ко всему прочему, кроме желания выучиться, была Йонака-сан, которая настаивала на получении профессии и окончании школы, взгляд на это, у них на благо с Суйсэн совпадал. Строение многоквартирного типа была обыденным и таким же серым, как и остальные по счёту следом. Район Синдзюку, придётся переводиться в другую школу, но за то, близко к убежищу банды, долго топать не придётся. Глаза покрылись влагой, но благодаря очкам на носу, ещё хуже от этого, она видеть не стала. —Пройдём, дорогуша. Теперь — это, твой новый дом. И только твой.-открывая бронированную дверь одним ключом из связки, сразу окутало прохладой в контрасте с улицей. Не шибко просторная, коридор от комнаты отделяла дверь напротив, а справа находилась совмещённая ванная. Дрожащими руками потянула ручку в комнату вниз, и открыла вид на спальню-кухню с островком для готовки. Плита, столешница, ящики, барная стойка с двумя стульями. И просторный диван, новый! Юмэ старалась скрыть благочестивую ухмылку на то, как подопечная садиться и пружинит на своём спальном месте. Ведь она через Такеоми организовала доставку мебели, ведь та, что была до, откровенно страшная и железные каркасы торчали из дырок в некоторых местах. Всё было в светлых тонах, не свежий, но комфортный ремонт. Шкаф с зеркалами в полный рост напротив кровати по левую сторону от входа, у окна для лучшего освещения рабочий стол для уроков, а кухня так вообще фиолетового цвета. От прошлых жильцов тут осталась лишь сковородка и одна погнутая вилка. Юмэ возьмёт на себя хлопоты по обустройству быта, что-то купит, что-то отдаст из своего. Была за ней замечена привычка приобретать какие-либо вещи на скидках по две-три шутки. Вот и пригодиться как раз. —Тебе нравится? -начиная распаковывать баулы, дабы ускорить процесс обживания в квартире-студии, заметила, что дополнительной уборки на полках внутри шкафа не требовалось. Видимо, хозяева убрались перед новым жильцом. Отдельное им «спасибо» за такое. —Да, боже, Йонака-сан, я не знаю что сказать… Думала, придётся терпеть это всё ещё полтора-два года, вы мне очень помогли. Спасибо! -на светлых щеках появляются блестящие дорожки от слёз, но в этот раз, это от счастья. Переполняющего целиком и полностью, возможно, так и называется свобода, от бремени, семьи и боли, которую они приносили одни существованием. И Суйсэн теперь целиком и полностью понимает чувство, когда Юмэ сбежала от отца-игромана. —Ну всё, девочка, не плачь. Ты теперь не зависишь от них, ты можешь выдохнуть. Я горжусь тобой.-в моменте, Кояма думает, что её убили, выпотрошили, зашили органы в неправильном порядке и оставили. Йонака-сан гордится ею, это лучше любых денег мира и стоит всех пройденных испытаний. Она не выдерживает, и набрасывается на шею своего командира, жадно выдавливая из её легких весь имеющийся воздух. От неё как и тогда пахнет белыми цветами, сицилийским апельсином и терпким бергамотом, флёр душит приятными цепями сознание Суйсэн, это самый лучший, после возвращения командира — день. —Я помогу тебе с тем, чего не хватает. Это не вопрос, и Сенджу тоже пришлёпает на новоселье, когда всё будет готово, и когда ты немного привыкнешь. По поводу аренды, я договорилась, что контракт будет на два года вперёд. У тебя будет сумма покрыть расходы хотя бы за год? -если бы и не было бы, она бы из собственного кармана бы это сделала. Но Суйсэн отлипнув не до конца от своего командира, быстро-быстро закивала в подтверждение. —У меня есть на два года вперёд, а потом куплю квартиру. Не хотела просить Главу о том, чтобы мне от организации выделяли жильё, самой проще. И ещё раз спасибо, я вам всем обязана.-нет, Юмэ знала, что это именно она обязана ей, как минимум, что она скрасила своим появлением в её бесцельное существование. Теперь её забота, чтобы девочка жила нормально, насколько это возможно. —Тогда, как разложу твои вещи, отвезу Такеоми деньги. А то старик бесится будет, если опоздаю. Дотошный ведь.-ринувшись по карманам, заместитель отсчитала нужную сумму, пускай, сбережений у неё было меньше, чем у Юмэ, но за полтора-два года она накопит нужную сумму и приобретёт свой гнёздышко. Сейчас дела должны пойти лучше, ведь Альянс выстраивает крепкую пирамиду сотрудничества с якудза и новые возможности заработка. Молча продолжая раскладывать пожитки, и развешивая легко мнущиеся элементы одежды на вешалки, Йонака впадает в транс, спокойствие в этой квартире так и захлёстывает. Пока в руках не остаётся пустота, она справилась быстрее, чем ожидала. И пока окрылённая заместитель бегала исследовала каждый угол, она поспешила включить холодильник в розетку. Ванная оказалась просторной, туалет, раковина с зеркалом, и сама чугунная бадья. Где она уже мечтала понежиться без спешки, в пене и с маской на лице. Сюда она купит такой же аромодифузор, тот ей безумно нравился, но содержимого было на дне. Выхватив из сумки пластиковый стаканчик, поставила на полочке у рукомойника, следом в него же зубную пасту, щетку и нитку. Теперь пространство не выглядело безжизненным, теперь, она сама себе хозяйка, это лучший момент за несколько лет, понимать, что ты свободен и твои крылья не отрежут. С этого дня, будет усерднее стараться, чтобы Йонака-сан и дальше гордилась ею, и тем, какой у неё заместитель. Только вот, Суйсэн не догадывается, что Юмэ уже много лет не покидает это чувство за неё. —Суйсэн, я поехала, отдохни немного. На следующей неделе ты переводишься в новую школу недалеко отсюда, там уже учатся несколько из наших, так что, не парься. Приготовь все документы и занеси завтра в учительскую, я обо всём договорилась. И да, в четверг, как и всегда общее собрание, заеду за тобой.-постучав в ванную, и облокотившись на косяк плечом, Юмэ всё отчеканила как на одном дыхании. Быть в Альянсе — значит, иметь связи там, где надо, даже если это обычная школа. Там тоже они нужны, и если есть возможность, надо так же ими и пользоваться. —Спасибо, как раз, можем после него заехать ко мне на новоселье. И Сенджу захватим.-улыбаясь самой светлой и наивной улыбкой, которая только могла быть, послала прощальный воздушный поцелуй своему командиру, отчего та закатила глаза по самый затылок, и поспешила удалиться под подначиваемый смех Коямы. Спокойствие и контроль — дадут тебе силу. Сила и разум — подарят тебе волю. Воля и стойкость — позволят тебе получать желаемое! Встреча с Такеоми назначена внутри одного из баров, как всегда не изменяя себе крутиться меж двух красоток. Хоть от былого величия «Чёрных Драконов» остались осколки, и те были осквернены последующими поколениями. И от этих мыслей на молодом лице залегла глубокая, слишком видимая морщинка недовольства. —Здарова, ещё раз, Оми. Можешь попросить оставить нас наедине? -кивнув блондинке и брюнетке с формами, те поспешили удалиться, временно. Падая на кожаный диван цвета слоновой кости, тянется к закрытой стеклянной бутылке колы, которую Акаши вообще-то взял для своего коньяка. —Вот бабки, можешь пересчитать. Суйсэн всё понравилось. Спасибо тебе и твоим друзьям, выручили крепко.-открывает газировку при помощи домашнего ключа, так как открывашки на стеклянном столе не нашлось. И сразу после, конверт падает прямо перед Такеоми, выпуклый, так, что купюры невольно выглядывают из-под бумаги. Четыре сотни оттуда пойдут ему, как «риелторские», и Юмэ это прекрасно осознаёт. Так как хоть мужчина хитрый, но и она не тупая. За всё нужно платить, да и к тому же, содержать свою сестру ему тоже нужно. Пускай, ей не жалко. —Если вдруг что, обращайся.-отпуская сигарету от пересохших губ, протягивает крупную ладонь с толстыми пальцами девушке напротив. Та подхватывает, и стискивает, и надави она чуть сильнее — сломала бы. Он никогда не был силён в драках, но тут же шикнул от напора. Негативного подтекста под рукопожатием, даже таким, у неё не возникало. —Что ж, развлекайся, старый.-он бы спустил это на формальное обращение между знакомыми людьми, только колкая улыбка, об которую можно было пораниться, понял — она его обозвала старым пердуном. «Несносная, как Шиничиро вообще мог её терпеть и любить, как своих младших?» у него в голове это вообще не укладывалось, однако, тогда, когда его друг был жив, наблюдал полный уважения взгляд направленный маленькой Юмэ на старшего Сано. Веди себя так, будто ты уже счастлив, и ты действительно станешь счастливее

— Дейл Карнеги

Майки еле выпроводил своих самых любимых друзей, и почти отпинал Баджи, как футбольный мяч, тот вечно норовил завернуться под покрывало и измарать его чистое постельное бельё. Эмма старалась сесть поближе к Дракену, и Сано сделав вид, что ему нужно в туалет, удалился, давая своё место сестре. Хоть его друг упёртый козёл, всё равно плывёт от того, когда по близости в радиусе километра находится — Эмма. Теперь же, он несётся к Юмэ, на спидометре больше сотки, машин всё меньше на дороге, суббота, выходной и все стремятся к ближним, а он, к той, кто стала роднее за относительно короткий срок. Он ещё не знает, что столкнётся с ней около подъезда, и даже вычислять квартиру по горящем окнам не придётся, но это потом. Заезжая в привычный уже двор, что пустовал, и не заметив на обычном парковочном месте номер четыре её байка, взгрустнул и надул губы. Намереваясь набрать знакомый номер, именуемый «Маленькая Надежда», как тут же сзади себя услышал оглушительный, сокрушающий землю рёв. Не сразу заметив его, Юмэ заглушает мотор, после этого, перекидывая ногу через железную малышку, окает, Майки за это время подкатил вручную, вплотную к ней, паркуя рядом. Не ожидая увидеть его сегодня, хотя безумно хотелось, до дрожи в пальцах, всё ещё удивлённо смотрит на то, как он лыбится и не краснеет. —Привет, Юмэ-чан, захотел тебя увидеть. Иди ко мне.-раскрывая руки, что до этого томились в карманах, подходит пару шагов, а после в него прямо влетает его девочка, такая нежная, и одновременно сильная, но его. Впутываясь добровольно в паутину её флёра, жадно поглощает запах из волосы и кожи шеи, куда утыкается его любопытный нос. Он скучал, почти выл от недостатка её внимания, которое должно принадлежать только ему, а ей приходиться уделять его кому-то, помимо него. От этого небольшого порыва ревности, не сдерживаясь, кусает за шею, от которой после тянется ниточка слюны. —Эй! Только перестала носить водолазку, чуть не сдохла в такую жару, а ты за старое берёшься.-недовольно отпрянув, не отпуская рук от его плеч, нахмурилась от такой наглости. Он жадно изучал её, как изысканную статую в музее, на которую приходили полюбоваться многие, но принадлежала она только одному. —Красотуля, тебе идут шорты, носи их почаще.-мурлыкая, словно кот наевшийся жирных сливок, не мог отвести взгляда от ног, на которых выступали при малейшем движении крепкие мышцы. Он действительно считал её искусством, и был намерен вложить в её же голову, то же самое. И решил действовать постепенно, после слов о том, что ей неприятно собственное тело. Поэтому он не врал, когда поливал комплиментами и жаркими взглядами, это всё чистой воды правда — он от неё без ума. —Ой, да ладно тебе, не ври.-чмокнув в краешек рта, задержалась на несколько секунд дольше, чем нужно, и потянула его за собой в квартиру. Пришло время показать свою обитель, впустить туда, куда ступала нога только ближних, и он влетел в этот круг как ураган и остался там. —Подожди, пакет заберу.-не отпуская прохладной ладони девушки, Майки зацепил пальцем торбу с ручки байка, он был огромный и не было видно, что там лежит. Хоть в ней и проснулось заразительное, воздушно-капельным путём детское любопытство её парня. Ей было неловко от того, что он считает её тело красивым, разве такое вообще возможно? Но видя откровенную, ничем не прикрытую реакцию на фигуру в ту ночь и сейчас, понемногу принимает это, смущение отступает и даёт место для веры в то, что он говорит это искренне, потому что так считает. —Не смотри, там сюрприз! Теперь пошли, покажешь, где живёт моя королева.-притянув к губам руку, за которую крепко держался, боясь отпустить, поцеловал тыльную сторону ладони. Отчего сразу же у Юмэ выступили щекочущие мурашки по всему телу, а волоски стали дыбом. Кто бы мог подумать, что благодаря отношениям, с парнем, она станет цвести как в теплице? Она всегда со скепсисом относилась к мужчинам, да и времени не было, сейчас его так же стало больше, но они всегда находили минуту даже для телефонного разговора, чтобы услышать толику голоса на том стороне провода. Это было нонсенсом, Юмэ, которая вообще не интересовалась романтикой, отношениями, не участвовала в обсуждении какой парень в школе краше, нашла того, с кем комфортно, спокойно и она ощущала себя, как за каменной стеной. Он был ниже, не имел опыта с девушками ни в каком смысле, вёл себя как дитя и обожал сладкое и еду в принципе. Она была выше, крепкого, спортивного телосложения, в готовке была почти «0», состояла в банде, так ещё и наркоту возила периодически. Дуэт — сногсшибательный. Но это не стало преградой, это лишь указывало на то, что они полюбили друг друга с изъянами, с глубокими шрамами на сердце, не и-за статуса или денег, без корыстных целей — это была граничащая с безумием душевная связь, узы которой врослись в обоих и скрепляли два истерзанных жизнью человека вместе. И такое никому не получится уничтожить, ведь они оба, до мозга костей оберегающие «своё», были готовы сорваться с цепи, если бы кто-либо решил их разлучить. Скрепляя руки в замок, Юмэ затащила их в малолюдный подъезд, и не сдерживая в себе трепетных бабочек, что учуяли пыльцу под названием «Манджиро», припадает к губам, да с такой силой, что он влетает в стену позади него, от удара головой об побеленную поверхность сыпется штукатурка. Но его это волнует меньше всего, его ненасытная, стальная леди. Обхватывает обе щеки, поглаживая большими пальцами, с нежностью, что не укладывается в мозгах, Юмэ ведёт себя так, как подобает подростку, ей предоставилась возможность почувствовать на себе все качества молодой любви, и нужно пользоваться этим. Она надеется, нет, она уверена, они пронесут эти крепкие узы сквозь года, и неважно что будет ждать дальше. Майки собственнически, по-звериному толкает внутрь рта язык, она не сопротивляется, нет ни желания, ни сил на это, потому что под его напором она млеет, как засахаренный мёд на Солнце. Оглаживая всю ротовую полость и исследуя, как следопыт на месте преступления. Перехватывая инициативу, переворачивает Юмэ, делая рокировку, теперь она оказывается прижата к прохладной поверхности. Но он делает это аккуратно, хоть и хищник внутри желает подмять её под себя, поглотить, съесть, вжать в себя и не отпускать. На лице у него играет ухмылка, а глаза пьяные, будто он выпил несколько литров абсента и вот-вот потеряет сознание, но его будоражит — она, вся его тьма вопит и тянется к ней, а она принимает, будто сама соткана из неё. От этого импульс успокаивается, меркнет под её титаническим влиянием. Всё так же оглаживая его щёки, одной рукой тянется к хвостику, оторваться от приторной сладости выходит не сразу, потому что долгие поцелуи в подъезде не заканчиваются, а переходят в короткие чмоки, от которых хочется заливисто смеяться. —У Дракена выходит лучше, чем у меня.-всё ещё вертя между указательным и средним пальцами локон отделённый от всех резинкой, осматривает то, как он аккуратно и видимо с лёгкостью сделан. В то время, как она промучалась минут пятнадцать, вылепливая то, что будет хотя бы на 10% походить на сегодняшнее творение Кенчика. —У тебя всё чудесно вышло тогда, я готов хоть час сидеть в твоих ногах, лишь бы видеть тебя чаще, желательно в одной кровати.-оголяя перед ней всё, что в нём было, не мог сам не утонуть в её глазах, тёмных, но не чёрных как у него. Выдыхает тёплый воздух прямо в губы, но он обдаёт всё искрящее от счастья встречи лицо девушки. Юмэ как птичка, заливисто хихикает, уставше, будто весь мир был возложен на женские плечи, глаза выдают. Дед был прав, Майки замечает, ей хорошо, но не все тяготы исчезают из мыслей, когда она с ним. Он будет рядом, и она всегда сможет опереться на его плечо. —Прям в ногах? -улыбка становится до ушей, подначивая натуру лидера в нём, кому язвительности и колкости не занимать, так это именно ей. Шипы у неё растут не только наружу, но и внутрь, доставляя людям вокруг и самой себе боль. Но сегодня они меньше, потому что он рядом, даже в обшарпанном подъезде где они целовались как умалишённые; даже если они не видятся настолько часто, как хотелось бы обоим. —Да, любить и уважать свою женщину — не означает быть хлюпиком, как раз сильные и уверенные в себе мужчины — делают всё, чтобы рядом с ними их половинке всегда было хорошо. А то что я могу побыть у твоих ног, это показатель того, что я могу склонить голову только перед тобой, потому что ты не сочтёшь это за слабость, я знаю.-Майки не стыдно за свои чувства к ней, многие бы назвали его каблуком, но он приверженец того, что быть каблуком у хорошей туфельки не жалко. Да и притом, именно она оценила его настоящего по достоинству, как никто до неё не делал. Он защитит её, её честь и их любовь, если потребуется. Уничтожит любого, кто глянет на его Надежду не так, как надо, и с ним шутить нельзя, она — его сокровище, его душа, и сотрёт в порошок того, кто посягнёт на неё. —Ой, смотри, а то влюблюсь в тебя.-сегодня настроение у неё на подколы явно, выскальзывая из-под расставленных по обе стороны на стене руки Майки, Юмэ не сводит взгляда с него, продолжая по кошачьи улыбаться. Тот лишь подлавливает её настрой, подхватывая пакет с пола, идёт позади тенью, как немая защита. —Ты итак уже давно в меня влюблена, поэтому твои подколы мне, как крокодилу зубочистка.-сжимая талию свободной ладонью, закрадывается под просторную футболку и оглаживает покрытую мурашками кожу живота. Это не жест соблазнения или объективизация, ему просто нужно знать, что она живая, настоящая, прямо перед ним сейчас. Что её сердце бьётся в унисон с его, что они только друг для друга. —Ну что ж, вот моя квартира, теперь уже не холостяцкая. Располагайся.-скидывает обувь идеально ровно, достаёт тапочки для себя и понимает, что мужского размера в этом доме нет. Да и мужчин квартира не видела вообще-то тоже. Видимо, неловкость с домашней сменкой у них с Майки — это привычка. —Извини, у меня нет для тебя тапочек, только женский размер, он будет мал. Но если ты хочешь, можешь походить босиком, тут чисто, убирала вчера.-потирая затылок в неловкости от глупой ситуации, забирает из протянутой руки Майки пакет. —Это тебе, я не совсем знаю что тебе нравится в еде, да и цветы не знал какие тебе нравятся, поэтому придумал временную альтернативу. Но я исправлюсь, только после того, как узнаю какие предпочитаешь.-Юмэ присаживается на корточки прямо перед ковриком у двери, где оставляет свои шлёпки парень. В пакете множество разнообразия различных вкусняшек, сразу в глаза бросается её любимая марка бергамотового чая, несколько пачек, таяки для Майки, чипсы, сухарики, орешки в солёной глазури, напитки и коробочка в виде красного сердца с прозрачной крышкой. Там оказывается мыло в виде бутонов роз, глаза практически наполняются влажной плёнкой, но она быстро отставляет такую реакцию организма на задний план. —Манджи, спасибо, мне никогда и никто такого не делал. Мне очень приятно.-отпуская ручки пакета, оставляя тот на полу, обхватывает того руками за шею, буквально повиснув на нём, и радуется как маленький ребёнок от проявленного в её сторону внимания. Майки скользит руками по спине, и останавливается на пояснице, и искренне не понимает, как такой девушке не уделяли знаки внимания другие парни. Как? Но теперь для этого есть он, и всегда будет радовать свою стальную леди, лишь бы она сияла так чаще. —Пойдём, я хоть накормлю тебя, а то перед тем, как осилить гору вкусняшек, тебе нужно поесть нормальной еды.-Юмэ не любитель сладкого, предпочитая солёные или острые снеки, являясь полной противоположностью Майки. Он заметил за ней то, что она ест только некоторые сладкие продукты, а чай вообще без сахара пьёт. Он всё запомнил и купил именно то, что нравится именно ей, только бы порадовать её. Квартира ему нравится, и тут пахнет ею, везде, стены впитали в себя флёр той, кем он буквально одержим. И он не мог прекратить делать частые вдохи, чтобы не прекращать ощущать этот запах в лёгких. Майки так хотел попасть к ней в гости, увидеть чем и как живёт, что теперь не может насытиться тем, что тут буквально всё окутано её энергетикой, в каждой вещице есть частичка её души вложенная в предмет. —Я не такой умелый повар, как Эмма, но что-то да научилась готовить за несколько лет самостоятельной жизни.-сложенные в стопки контейнеры с готовой едой, которые она фасует после каждой готовки, дабы не тратить время в другой момент, вынимает рис, кацудоны, и несколько свежих овощей для баланса вселенной. —Брось, думаю ты готовишь отлично.-пожирает её глазами, как его девочка колдует на кухне, пока он на корточках сидит на табуретке. Юмэ быстро разогревает две порции в микроволновке и разделывает овощи на отдельную тарелку, «Клетчатка — это важно», как талдычил ей Кейзо. Кому как не ему, знать о правильности питания, учитывая его гору мышц. —Пройдём в комнату, или здесь поедим? У меня там есть прикроватный стол, могу включить что-нибудь на компьютере посмотреть.-Майки пережёвывает мыслю в голове, он боится засрать просто на просто всё вокруг, если будет есть в спальне. Обложатся перед ней снова — желания нет. —Давай быстро поедим здесь, так будет удобнее, а потом пойдём в комнату, заодно, как закончим с едой, твой чай завариться.-Юмэ не совсем понимает за какой заварник идёт речь, ведь она не успела ещё даже чайник для этого поставить, как в эту же секунду, обгибая её, и мазнув рукой по талии, Майки стремиться помочь и самостоятельно делает то, что она хотела сделать после ужина. По-хозяйски кипятит воду и насыпает ровно столько ложек, сколько она любит в чайничек для чаепития, который подарила Суйсэн на день рождение. —Приятного, всё выглядит так красиво.-падая обратно, откусывает почти половину кацудона, мычит от наслаждения. Майки не скажет Эмме, но именно это у Юмэ лучше, чем у неё. Возможно и остальное тоже, но он пока пробовал только этот шедевр. Он и землю готов съесть, если они будут из её рук. —Это идеально. Не поверю, что ты не очень умеешь готовить.-Юмэ отводит глаза в тарелку, кусок самой в горло не лезет. В Йокогаме она питалась хрен пойми чем, отчего похудела и форма немного растерялась, сейчас ей нужно было вернуть то, что было, да и существовать за какой-то хрен надо, а не питаться воздухом. —Спасибо, это моё любимое блюдо, в детстве всегда оно было на ужин, конечно, рецепта моей мамы на руках у меня не осталось, но я постаралась повторить по кускам из памяти, чтобы было практически так же по вкусу.-Юмэ откусывает отбивную, уплывая мыслями в те счастливые и быстро прошедшие дни с мамой, когда она говорила, что ей нужно кушать, чтобы стать сильной. Она стала сильной, но теперь мамы нет, и эти слова как нож в сердце по самое основание лезвия. —Покажи мне её фото, хочу увидеть женщину, которая подарила мне тебя. Да и узнать её получше.-слова Майки не вызывают боли, совершенно наоборот, благодарность, ведь он хочет узнать маму получше, ведь знает, какого это, потерять её в раннем возрасте. Человек жив, когда жива память о нём. У Юмэ осталось совсем мало фото, всё что она успела забрать в спешном переезде-побеге, это маленький альбом. Снимки со свадьбы родителей так и остались стоять в гостиной в отчем доме. Но самое главное, что остальная коллекция была при ней. Она бы не простила себя, если бы не забрала бы. —Хорошо, пошли, может покажу тебе маленькую меня, если будешь послушным мальчиком.-не доев свою порцию до конца, в отличии от парня, проводит в единственную комнату, в спальню. Майки ещё раз изучает квартиру, в новой локации, всё так и откликается в душе, ведь тут она спит, проводит время, думает о тяжёлых выборах как командир отряда, и тут всё так и кричит о том, что ко всей атмосфере приложена её рука. Педантичный порядок, каждая вещица на своём месте. На столе стоят фото в металлической рамке серебристого оттенка, с витиеватыми выпуклыми узорами в виде сердец фото. Их много, будто каждый раз, глядя на них во время учёбы или изучения карты нужного маршрута по поставке напоминает себе, ради чего или кого это всё. На первой Юмэ с другими основателями, совсем юные, не сломленные от судьбоносных выборов, ударов жизни и криминальной опасности. Все, кроме одной стоят у флага, пока в центре в позе лотоса сидит глава, он понимает это сразу. По тому, что она выделяется среди всех, то, как смотрит и выглядит. Теперь он осознаёт, кто вынудил её вернуться обратно, и ту, кто вертится в бандитских кругах не детского уровня. Все примерно одного возраста, кроме Юмэ, она совсем кроха, лицо кругленькое с детской припухлостью, взгляд не такой, не такой старый, как сейчас. И низенькая, почти как Эмма в 15 лет. Второй фотоснимок, девочка с каре и Юмэ, обе с красными повязками, снова в форме, первая улыбается во все 32, в отличии от командира, та теперь почти похожа на сегодняшнюю версию себя. Холодная, уставшая, более высокая и вытянутая, и взгляд командира, от которого бросает в дрожь. Майки предполагает, что это Суйсэн, заместитель его девушки. Третий, опять основатели, фото совсем новое, прошлый год, видимо сделано сразу после возвращения из Йокогамы, он и позабыл как болезненно она выглядела тогда. Теперь на снимке все серьёзные, стальные и злые как собаки. На фоне кабинета, и в центре опять эта девушка — Глава. Юмэ приобнимает Суйсэн за плечи, и совсем немного улыбается — вымучено. И последнее фото — Сенджу, Юмэ, Вакаса, Такеоми, Кейзо и… Шиничиро. Майки хватает рамку с истинного места, присмтаривается, это магазин его брата. Все молодые, Сенджу с его девушкой маленькие, лет по 12. Имауши пьёт пиво с Бенкеем, Акаши курит, младшая с удивлённым лицом смотрит прямо в объектив. В то время как Юмэ сидит на плече у Шина, который старается не завалиться вместе с мелкой. И оба улыбаются, и внешне схожи как две капли воды. —Не знал, что у тебя есть с ним фото.-это не боль, это приятное удивление и ностальгия, они связаны, по всем фронтам, по многим причинам. И это не кандалы — это спасение. —Да, это хороший день был. Я любила Шина, он заменил мне старшего брата, которого никогда не было. И мне жаль, что мне не повезло иметь такого брата, как он. Но семья не начинается кровью, и ею не заканчивается, поэтому могу сказать уверенно — он стал мне родным.-погладив рамку именно с этим фото, Юмэ отошла, отыскав нужную выпуклую папочку, подтрёпанную, но ту, которую покупала мать в детстве. —Садись, я нашла альбом.-хлопая по покрывалу, подзывает Майки к себе, тот покорно садиться, с интересом наблюдая первые снимки, самые ранние, с которых всё началось. —Это моя мама, её звали Йонака Юки, я была единственным и желанным ребёнком, по крайней мере для неё.-указывает на бумагу, где сидит обворожительная ещё совсем девушка с двухгодовалым дитём. У маленькой Юмэ в руках мамин локон, который она засунула в рот. Чёрные как смог волосы и глаза, бледная кожа и доброе лицо, которое так и кричит «мама», по другому женщину с фото не назовёшь. —Вы очень похожи. Она по всему, была очень доброй. А ты смешная.-смеётся тыкая туда, где сидит ребёнок с локоном во рту и в руках. Юмэ вспыхивает красным от смущения, перелистывая на следующую страницу. —Вот мама в том кимоно, которое теперь моё. Она его обожала. И блондинов обожала. Работала бухгалтером, и ненавидела кислое и острое. От неё всегда пахло розами, пудрой и мятной жвачкой. Ногти красила только в красный, и волосы всегда были длинные и шелковистые. Жаль, у меня таких нет. Видимо от папаши достались.-женщина на фото в том же традиционном костюме, что и Юмэ на празднике, с деревянным зонтиком и в деревянной обуви, под лучами Солнца. А локоны спадают по спине стекая почти до ягодиц. —Она красивая.-Майки видит, что Юмэ унаследовала у матери лучшее, что та могла дать. Была непревзойдённой красоткой, высокой и статной как лань, и даже трудности не сломали стержень внутри неё. Он гордится своей стальной леди. —Спасибо, мои воспоминания о ней постепенно стираются, я уже не помню то, как звучал её голос, а все кассеты и диски остались у отца.-с грустью проводит по лицу изображённому в альбоме. Всё что у неё есть — это эти фото, так мама всегда рядом, хоть уже и не в этом мире. Может, это и на лучшее, не увидит всех грехов желанной и горячо-любимой дочери. —Я люблю тебя, моя Маленькая Надежда и моя стальная леди. И она всегда будет, чтобы ты не сделала.-Майки приобнимает за сгорбленные под грузом пережитого плечи, и целует в висок, будто говоря без слов «я рядом». И прижимается носом в это же место, сразу после оставленного влажного прикосновения. —Я тоже люблю тебя, Манджи.-жмёт голову к нему сильнее, понимая, что жизнь отобрала у неё одного родного человека, но подарила другого. И хоть любовь отличалась, она была готова помочь преодолеть все препятствия уготованные в будущем. Жизнь любит нагнетать мрак для того, чтобы потом ярче блеснуть своей светлой стороной.

— Пауло Коэльо.