Туман

Как только слёзы Драко коснулись лица Гарри, они засияли золотистым светом, и, растворившись, проникли внутрь сквозь его кожу, устремляясь светящимися нитями к его магическому ядру и к его сердцу. Ресницы Героя дрогнули, он сделал глубокий вдох и открыл глаза. — Драко? Драко, почему ты плачешь? — охрипшим голосом едва слышно пробормотал Поттер, — Это ведь был всего лишь сон, Драко. — Гарри! — всхлипнул Малфой, — Гарри, хвала Мерлину, ты жив, — и он впился любимому в губы, не давая ему опомниться. — Что? О чём ты говоришь, Драко? — немного погодя, разрывая поцелуй, удивлённо спросил брюнет, — И где это мы? — добавил он, обводя глазами свою палату. — В Мунго, Гарри, ты в Мунго, — всё ещё всхлипывая и не веря своему счастью, ответил блондин. — В Мунго? Но… Что случилось? Почему в Мунго? — Герой уставился на любимого недоумевающим взглядом, хлопая ресницами. — Астория наложила на кольцо какое-то ужасное заклятие, — не отрывая счастливого взгляда от лица своего парня, ответил аристократ, — Мне… Я думал… Я думал, ты уже никогда не придёшь в себя, — дрогнувшим голосом добавил он. — Заклятие? На кольцо? — Поттер уставился на любимого, пытаясь сосредоточиться на воспоминаниях о злополучном вечере, — На ваш фамильный перстень? — Ты совсем ничего не помнишь, Потти? — уже немного успокоившись, спросил Малфой, внимательно изучая взглядом его лицо, — Мой отец пришёл и принёс кольцо, и хотел отдать его тебе, но когда ты дотронулся до него, ты отключился. — Да, я помню этот момент, а потом… — брюнет закусил губу, концентрируясь на своих мыслях, — Потом я провалился в какую-то темноту, и там было так холодно, и кругом был туман, и он всё сгущался, и сгущался… И я слышал твой голос, но не мог найти тебя. Так это был не сон? — Нет, Гарри, это был не сон, это было заклятие, тёмные чары, и я с трудом нашёл способ их разрушить, — тяжело вздохнул блондин, и слёзы снова выступили у него на глазах. — Драко… — Поттер обхватил любимого за шею, притягивая к себе для поцелуя, — Прости меня, если бы не моя упёртость… — Да, Потти, хотя бы иногда тебе стоит прислушиваться к моим словам, — ухмыльнулся сквозь слёзы Малфой, — Я тебе всегда говорил, что твоё благородство тебя погубит, и меня заодно, — и он снова впился своему парню в губы, мгновенно проникая языком ему в рот. Они целовались долго и неторопливо, снова как в первый раз, с волнением изучая языками рты друг друга, пробуя друг друга на вкус, и только когда их руки начали взаимно скользить по телам, аристократ нехотя разорвал поцелуй и, рвано дыша и прожигая любимого взглядом, сказал: — Пойдём домой, Потти. Герой смущённо улыбнулся, окидывая своего парня счастливым взглядом из-под длинных, тёмных ресниц, приподнял голову с подушки и тут же опустился обратно. — Что-то не так, Гарри? — обеспокоенно спросил блондин. — Нет, просто голова немного кружится, — снова смущённо улыбаясь, ответил брюнет. — Иди ко мне, — с нежностью в голосе сказал Малфой, вставая с кровати. Он взял Поттера за руки, помог ему подняться и, подхватив под бёдра, усадил на себя. Герой обхватил любимого ногами за талию и обвил руки вокруг его шеи, утыкаясь носом ему в плечо. — Я люблю тебя, Гарри, — вкрадчиво проговорил ему на ухо аристократ. — Я тоже люблю тебя, Драко, — целуя своего парня в шею, ответил Герой. Они вышли из палаты, и Рон, Гермиона и Панси тут же бросились к ним навстречу. — Гарри! Гарри, ты жив, ты пришёл в себя! — Грейнджер налетела на них обоих, чуть не сбив Малфоя с ног. — Тихо, Гермиона, — ухмыльнулся аристократ, — Ты нас уронишь. Он осторожно спустил любимого с рук и заключил его в свои объятия. — Гарри, — Рон смущаясь, подошёл к другу, — Я так рад, что ты жив, дружище. Спасибо, Малфой, — и он снова протянул свою лапищу аристократу. — Я не для тебя старался, Уизли, — хмыкнул блондин, пожимая в ответ его руку. — Всё равно спасибо, — буркнул рыжий. — Что я пропустил, пока спал? — переводя недоумевающий взгляд со своего парня на своего друга и широко улыбаясь, спросил Герой. — Ты пропустил сцену года: Уизел принёс мне свои извинения, — ухмыльнулся Малфой, — Да, Уизли? — Угу, - покрываясь красными пятнами, насупился Рон. — Я так рада, что всё хорошо! — Паркинсон обняла и поцеловала по очереди в щёку обоих парней, — Я так люблю вас, мальчики! — Мы тоже любим тебя, Панс, — ответил за них обоих аристократ, обхватывая подругу свободной рукой и привлекая её к себе. Гермиона обняла Гарри и Драко с другой стороны, и они стояли так все вчетвером в обнимку. — Ну, я пойду, наверное, — чувствуя себя несколько неловко, сказал Уизли. — Подожди, Рон, — сказал Поттер, — Я рад видеть тебя, — и он протянул ему свою руку с трудом протискиваясь сквозь объятия всех подруг и своего любимого. — Я тоже, Гарри, — радостно улыбаясь, ответил рыжий, сжимая в обеих лапищах, кажущуюся крошечной по сравнению с его руку друга. Уизли ушёл, а друзья ещё какое-то время стояли молча, наслаждаясь счастливым моментом. — Расскажи нам всё, Драко, расскажи, ты нашёл Ариндила? — сгорая от любопытства узнать все подробности, затараторила Паркинсон. — Ариндила? — Поттер поднял удивлённый взгляд на любимого. — Я тебе дома всё расскажу, Потти, обещаю, — снова прижимая его к себе, ответил Малфой, — Панси, Миона, я вам тоже всё расскажу, но не сегодня. И, если нетрудно, Панс, сгоняйте к моим родителям, скажите, что со мной и Гарри всё ок. Но только пусть не вздумают заявиться к нам сейчас. Скажи им, мы завтра к ним сами придём. Хорошо? — Ладно, Драко, — несколько разочарованно вздохнула Королева вечеринок, — Но завтра ты не отвертишься! До завтра, мальчики, — и она ещё раз поцеловала обоих друзей в щёку. — До завтра, ребята, — Героиня тоже поцеловала их, и они с Панси взялись за руки и направились к лифту. — Я ещё что-то пропустил? — в который раз за вечер поднимая на своего парня удивлённый взгляд, спросил Герой. — Ты про моих родителей? — ухмыльнулся аристократ, — Да ты вообще всё проспал, Потти. Дома всё расскажу. Но не сразу, — многозначительно вскинув брови, добавил он, — Пойдём предупредим дежурную колдомедичку, что мы уходим. Идти сможешь? — Ну, так… — смущённо вздохнул брюнет. — Тогда иди ко мне, — и блондин снова усадил любимого на себя, подхватив его руками под бёдра. Драко предупредил колдомедичку, что забирает Гарри домой, попросил передать это мистеру Лэнгдону, и, под её любопытные взгляды, унёс своего Героя к лифту. — Наконец-то ты дома, Потти, — аккуратно ставя любимого на порог дома на Гриммо, 12 и снимая чары с двери, сказал Малфой. Они прошли в дом, и Кричер радостно встретил своих хозяев. — Хозяин Гарри, сэр, вы вернулись! — поклонился эльф, — И вы хозяин Драко, вы спасли хозяина Гарри, спасибо, сэр. — Кричер, — улыбнулся аристократ. Он присел на корточки и протянул домовику руку. — Хозяин Драко, — эльф с благоговением пожал протянутую ему руку, и его глаза наполнились слезами. — Приготовь нам что-нибудь поесть, Кричер, — сказал блондин. — С радостью, сэр, — поклонился домовик и исчез. — Я уже забыл, когда в последний раз ел, — хмыкнул Малфой, беря любимого за руку и ведя его в столовую, — Наверное, в тот вечер, когда всё это случилось. — Так ты расскажешь, что с тобой было? И кто такой Ариндил? И где ты был? — засыпал его вопросами Поттер. — Это будет ну очень долгий рассказ, Потти. А я хочу поесть, принять ванну и заняться с тобой любовью, — вкрадчиво ответил аристократ, привлекая своего парня к себе и заключая его в свои объятия. Он накрыл его губы своими, вовлекая его в долгий поцелуй, и они стояли так, целуясь, пока Кричер не принёс их ужин. За ужином Драко вкратце поведал Гарри о том, как они искали искали способ спасти его, как побывали у Аберфорта, и как выяснили, что единственным способом найти хоть какой-то ключ к спасению, было отправиться в Гластонбери Тор и найти там загадочного волшебника Ариндила. — И ты был в Гластонбери Торе? — изумлённо уставился на своего парня Герой. — Гарри, ради тебя я бы и на край света пошёл, — сказал блондин, беря любимого за руку и поднося её к губам. — Драко… — глаза брюнета наполнились слезами, — Ты же мог погибнуть… Ты рисковал своей жизнью ради того, чтобы спасти меня? — Я ничем не рисковал, Гарри. Какой смысл мне был оставаться жить, если бы рядом не было тебя? — сказал Малфой, прожигая зелёные глаза пристальным взглядом, — И разве ты не сделал бы то же самое для меня? — Конечно сделал бы, Драко, — всхлипнул Поттер. — Пойдём наверх, Потти, — вкрадчиво проговорил аристократ, — Кричер, — вызвал он домовика, — Приготовь нам с мистером Поттером ванну. — Как прикажете, хозяин Драко, — поклонился эльф и исчез. — Он тоже переживал за тебя, — ухмыльнулся блондин, — Как насчёт шампанского, Потти? Думаю, нам есть, что отметить. — Я всегда за шампанское, — улыбнулся брюнет. — Тогда подожди меня здесь, — улыбнулся ему в ответ Малфой и, поцеловав любимого в губы, исчез в направлении гостиной. Через пару минут он вернулся, неся бутылку шампанского и пару фужеров. — Кричер, — позвал аристократ домовика, — Отнеси нам шампанское наверх. А я отнесу наверх тебя, Потти, — сказал он, снова подхватывая своего парня на руки. Когда они поднялись к себе в комнату, их уже ждала ванна с ароматными зельями и эфирными маслами, заботливо приготовленная Кричером, а на столике рядом с ванной стояло шампанское в ведёрке со льдом и фужеры. Драко, как обычно, раздел их обоих взмахом волшебной палочки, и они погрузились в горячую воду, мгновенно окутавшую их тела приятными ароматами, разливая тепло по коже, расслабляя и даря ощущение покоя и безмятежности. Аристократ разлил шампанское по фужерам и протянул один Герою. — За тебя, Потти, — вкрадчиво проговорил блондин, и в его серебристых глазах сверкнули искорки нежности. — За тебя, Драко, — смущённо улыбнулся брюнет, искорки отразились в его зелёных глазах и вернулись назад блондину тёплыми лучиками. Какое-то время они сидели молча, обмениваясь сияющими взглядами, не отводя глаз друг от друга, и пили шампанское, затем Малфой поставил фужер с недопитым шампанским на столик и забрал фужер из рук Поттера. — Я так скучал по тебе, Потти, — вкрадчиво проговорил аристократ в губы любимому, заключая его в свои объятия. — Я тоже скучал по тебе, Драко, — обвивая свои руки вокруг его шеи и притягивая к себе для поцелуя, сказал Герой, — Там во сне я так хотел к тебе. — Я знаю, Гарри, — дрогнувшим голосом ответил блондин, — Я видел твой сон, я там был. — Ты был в моём сне? — брюнет изумлённо посмотрел на своего парня. — Угу, — целуя любимого в губы, ответил Малфой, — В первую ночь, после того, как это случилось. Я оставил тебя здесь, дома, и ночью я видел твой кошмар. Он прильнул к губам Поттера, нежно, осторожно раскрывая их, соприкасаясь с ним одним только кончиком языка, целуя его аккуратно и неспешно, растягивая тягучее, как карамель, удовольствие от этого поцелуя, наслаждаясь каждым мгновением, каждым едва ощутимым прикосновением к любимому, заново воссоздавая их общую реальность, погружая их обоих в медленный, накрывающий их с головой экстаз, двигаясь плавно, как в замедленной съёмке, когда в каждом кадре, как на повторе, можно было уловить самое едва заметное, едва уловимое движение, и когда воздух вокруг них стал настолько разрежённым, что притяжение Земли перестало действовать на них, и элементарные частицы сошли со своих траекторий, теряя связь со своими магнитными полями, зависая на тысячную долю секунды, высвобождаясь и устремляясь к вновь возникшим точкам полярности, образуя новые атомы, они слились в единое целое, перестали различать, где чьи руки и губы, погружаясь в единый Космос, создавая свою точку Творения в этом застывшем, осязаемом моменте. И Герой уже был на грани оргазма от одних только поцелуев и прикосновений, от скользящих по его коже пальцев аристократа, от сцепления рук, от электрического взаимодействия их магнитных полей друг с другом, от слияния их магических ядер в единое целое, от их вращения по орбите, вокруг их собственного Солнца, образовавшегося из этого слияния. Они целовались, проникая языками глубоко друг другу в рот, скользили руками по телам друг друга, вжимаясь один в другого, теряясь в своих ощущениях, и брюнет стонал и выгибался, и плавился в руках блондина, тая под его тягучими, дурманящими ласками; и Гарри даже не заметил, когда Драко успел призвать нужные заклинания, и только почувствовал сквозь окутавшее его сознание туман, как член аристократа толкнулся в него, входя медленно и осторожно, замирая на мгновение, и снова начиная двигаться уже внутри его тела, заставляя стонать ещё громче и выгибаться ещё сильнее, с силой сжимать его член внутри себя, сдавливать его упругими стенками своего ануса, царапать ногтями в его спину, оставляя длинные, кровавые полосы, подаваться навстречу, насаживаясь на него, как можно глубже, вбирать его в себя целиком, без остатка, отдаваться ему, растворяться в нём, стонать в поцелуй и кусать его губы, и чувствовать, как его зубы прокусывают тонкую кожицу на его губах, оставляя на языке солоноватый, металлический привкус; кончать и снова возбуждаться, и снова кончать, громко крича и вцепляясь в шёлковую платину волос на затылке, задыхаясь и почти заходясь в истерике от сносящего крышу оргазма, и, наконец, окончательно потерять всякую связь с реальностью, когда любимый с громким стоном кончил в него, всхлипывая ему в губы и прижимаясь лбом к его лбу, сжимая до боли его в своих руках, душа его, с силой сдавливая его шею и доводя до оглушительного финала их обоих. А потом они ещё долго лежали в остывающей воде, прижавшись друг к другу, закрыв глаза, не чувствуя тел, не желая возвращаться из их единого Космоса обратно в реальность, изредка вздрагивая от электрических импульсов, посылаемых друг другу, и снова замирая, замедляя вращение своей орбиты, выходя в открытый космос и паря в невесомости. — Я люблю тебя, Гарри, — наконец открывая глаза и любуясь длинными, слегка подрагивающими ресницами своего парня, бросающими тень на его щёки, едва слышно проговорил Малфой слегка охрипшим голосом. — Ммм, — нежно простонал Поттер, чуть приоткрыв глаза и глядя на любимого из-под своих длинных, тёмных ресниц, — Я тоже люблю тебя, Драко, так сильно люблю. И это было так охуительно. И этот раз был самый особенный из всех. — Ты тоже это заметил? — нежно улыбнулся аристократ, проводя кончиками пальцев по влажной щеке своего парня и целуя его у губы, — Может это остатки эльфийской магии так действуют? — Может быть, — улыбнулся в ответ Герой, обхватывая лицо любимого руками и купаясь в искрящемся серебре его глаз, — А может это наша любовь так действует. — Ну в этом я не сомневаюсь, Потти, — хмыкнул блондин, — Наша любовь всегда на нас действует, если бы не любовь, я бы не смог спасти тебя. И никакая магия не помогла бы. — Кстати, ты обещал мне всё рассказать, — немного отстранясь от него и смотря ему в глаза многозначительным взглядом, сказал брюнет. — Ладно, так и быть уж, — ухмыльнулся Малфой, — Пойдём в комнату. И они ещё долго лежали в обнимку в постели, и Гарри, затаив дыхание, слушал рассказ Драко о его невероятном приключении в Гластонбери Торе, и о необычном высшем эльфе по имени Ариндил, и о его печальной истории любви, о драконах и Сильмариллах, и о том, как аристократ снимал тёмные чары с Героя, о том, как брюнет долго не просыпался и блондин чуть не лишился рассудка за те мгновения, когда думал, что его любимый уже никогда не откроет свои прекрасные, зелёные глаза. И они снова оба плакали в какие-то моменты, потом смеялись, потом снова плакали и проговорили так всю ночь, и уснули только под утро.