Туман

Торт был просто огромный, сделанный в виде трёх тыкв, уложенных одна на другую, от самой большой у основания до самой маленькой наверху, и увенчанный гербом Малфоев, сделанным из шоколада, и пока Драко и Гарри нарезали его с помощью волшебных палочек и раздавали подходящим к ним по очереди гостям, они окончательно развеселились, и Герой, казалось, забыл об их неприятном разговоре, но аристократ, зная настырный характер своего мужа, всё-таки опасался, что рано или поздно он ещё вернётся к этой теме. Когда церемония разрезания торта подошла к концу, все расселись за столами, и пришло время произносить тосты. Первой, конечно же, как и подобает истинной королеве, произнесла свою речь Панси. — Утром я думала, что сегодня самый счастливый день в жизни моих двух замечательных друзей, Драко и Гарри, — сказала Паркинсон, поднимаясь со своего места с фужером шампанского в руке, — Но сейчас, вечером, я поняла, что этот день не просто счастливый, он волшебный, чудесный. Я очень рада за вас мальчики и я очень вас люблю. И я благодарю вас за оказанную мне честь организовать вашу свадьбу. Пусть у вас уже всё будет хорошо, вы это заслужили, как никто другой! За вас, ребята! Следующим был Люциус. — Я очень виноват перед своим сыном и его, к счастью, теперь уже мужем. Из-за своих предрассудков я чуть не потерял своего сына и свою семью. И я рад, что мой сын нашёл в себе силы пойти против меня и побороться за свою любовь. Я хочу, чтобы ты знал, я горжусь тобой, Драко. Сегодня, приняв в нашу семью такого достойного волшебника как Гарри Поттер, мы приобрели не одного, а сразу троих новых членов семьи Малфоев. Вы принесли свет в наш дом, лорд Поттер-Малфой. За вас, за вашу любовь и за ваше будущее! За ним выступила Нарцисса. — А я хочу произнести тост за друзей моего сына и за друзей его мужа, — сказала волшебница, вставая со своего места, — Панси Паркинсон, Блейз Забини, Теодор Нотт — вы все были рядом с моим сыном и поддерживали его, так же как и Гермиона Грейнджер и Рон Уизли были рядом с Гарри и поддерживали его, в их самые трудные времена. И кто знает, чем бы всё это закончилось, если бы не вы, ребята. За вас! Потом пришла очередь Забини и Нотта. — Я скажу речь от нас с Тео вместе, — широко улыбаясь и поднимая свой фужер, сказал Блейз, обнимая свободной рукой своего парня, — История наших друзей очень многому нас научила. Их любовь изменила не только жизнь самих Драко и Гарри, но и нашу тоже. Глядя на них, на то, как изменился наш друг рядом со своим Героем, мы тоже постепенно менялись. Мы научились больше ценить и беречь друг друга, мы поняли, что в жизни есть вещи важнее чистоты крови и положения в обществе, важнее всего вообще. И, без сомнения, это любовь. За вашу любовь, друзья, за вас! И, пользуясь случаем, мы с Тео хотим сделать объявление: мы тоже решили пожениться, поэтому ждём вас всех на свою свадьбу на Йоль! Далее решила сказать тост Гермиона. — Я очень счастлива за своего самого близкого друга Гарри. Мы с Гарри дружим с самого детства, и так сложилось, что ни у него, ни у меня, не осталось никого ближе друг друга. И мне было невыносимо больно смотреть, как он страдает и не знать, чем ему помочь. Всё что я могла сделать — это просто быть рядом и поддерживать его. Но никто из нас, его друзей, не задумывался, что в это время чувствовал Драко. Сейчас, когда я знаю и его часть истории, я понимаю, как несправедливы мы были по отношению к нему. За это время я узнала Драко совсем с другой стороны, я узнала, как сильно он любит Гарри. И ещё я очень благодарна ему, за то, что он помог мне найти человека, которого я очень люблю и который помог мне найти своё место в жизни. И так уж случилось, что сегодня Панси сделала мне предложение, так что пользуясь случаем, мы тоже хотим сделать объявление и пригласить всех на нашу свадьбу на Бельтайн! Следующим выступил Рон Уизли. — Я, как и лорд Малфой, начну свою речь с извинений, — начал он, поднимаясь со своего места и держа в руке листочек с заранее написанным текстом, — Не скрою, я долго не хотел принимать тот факт, что мой лучший друг встречается с нашим, как мне тогда казалось, врагом. Я был полон предрассудков, и я прошу прощения у своего друга и его мужа за это. Сейчас, познакомившись со всеми этими людьми поближе, я понимаю, что в своей предвзятости по отношению к ним, я, как и многие другие, был ничем не лучше тех, кто так же предвзято относился к магглорождённым волшебникам. Ненависть рождает ненависть. Да, мы долгое время враждовали, но сейчас всё изменилось, и никому не стоит жить прошлым. Я очень рад за своего друга, что он сумел найти своё счастье, и за свою подругу, Гермиону Грейнджер. Думаю, нам всем надо оставить в прошлом свои детские обиды и двигаться дальше, действуя сообща. За Гарри и Драко, которые стали для нас всех в этом примером! Наконец, дошла очередь и до Министра Магии. Его речь, была, конечно же, самой эпичной. — Уважаемые волшебники и волшебницы! Сегодня, в этот замечательный день, чтобы отпраздновать это столь знаменательное для магического мира событие, здесь собрались лучшие из лучших представители магического сообщества Британии. Но вы все знаете только часть истории этих двух прекрасных, молодых волшебников. Я заранее прошу прощения у лорда Малфоя младшего, что упомяну об этом, так как он был категорически против освещения данного факта перед лицом широкой общественности, но я не могу не сказать. Не так давно, рискуя собственной жизнью, лорд Малфой младший спас жизнь нашего Национального Героя Гарри теперь уже лорда Поттера-Малфоя. Подробности этого дела я раскрыть не могу — это государственная тайна. Но, глядя на всех этих прекрасных молодых людей, я могу с уверенностью сказать, что мы воспитали достойных преемников нашего великого дела, и будущее магической Британии в надёжных руках! За новое поколение волшебников! И за их будущих детей, которые, я очень надеюсь, вырастут достойными, не побоюсь этого слова, великих имён своих родителей, и с честью продолжат все их начинания! После такой торжественной речи овации не стихали ещё очень долго, все поздравляли чету юных волшебников, лорда и леди Малфой, Забини и Нотта, Паркинсон и Грейнджер, друг друга, а потом ещё выступили Артур и Молли Уизли, поведав миру о том, как они любят Гарри и о том, как они мечтали, чтобы он стал членом именно их семьи, но всё равно они очень рады за него, потом взяли слово Невилл и Симус, Луна, мистер и миссис Паркинсон, мистер и миссис Забини, мистер Чэндлер, Целитель, смейный колдомедик Малфоев и ещё многие и многие другие, и когда выступления подошли, наконец, к финалу, Драко обнаружил, что его муж, утомлённый этим бесконечно долгим, полным переживаний и эмоциональных потрясений, днём, заснул у него на плече. — Потти, — нежно улыбаясь и окидывая любимого трепетным взглядом, тихо проговорил Малфой и осторожно погладил его по щеке. — У? — Поттер приоткрыл глаза и посмотрел на своего мужа затуманенным взглядом, — Я что, заснул? — Да, любовь моя, — ухмыльнулся аристократ, — Пойдём спать? — Угу, — сонно промычал Герой и снова закрыл глаза. — Ладно, я понял, придётся мне одному распинаться перед всеми, — хмыкнул блондин, нехотя поднимаясь со своего места с фужером шампанского в руках, — Гермиона, — сказал он, обращаясь к подруге, сидящей рядом с его любимым, — Проследи, пожалуйста, чтобы мой муж не сполз под стол. — Хорошо, — улыбнулась Грейнджер, обнимая друга за плечи и привлекая его к себе. Гарри немного поёрзал, поудобнее устраиваясь на плече подруги, и продолжил спать. — Уважаемые волшебники и волшебницы, — начал свою заключительную для этого вечера речь Малфой, пытаясь собраться с мыслями, так как до этого момента он вообще не задумывался над тем, что ему придётся что-то говорить, — Мы с лордом Поттером-Малфоем очень признательны вам всем за то, что вы разделили с нами этот один из самых счастливых дней в нашей жизни. И я очень надеюсь, что в нашей, как и в вашей, жизни будет больше таких радостных моментов. Отдельную благодарность хочу выразить своей лучшей подруге, Панси Паркинсон, которая вложила всю свою душу в организацию нашей свадьбы. Спасибо, Панси, это было прекрасно, — сказал он, поворачиваясь к своей подруге, которая сидела в этот момент с сияющим от радости лицом, — Спасибо всем за прекрасные подарки и тёплые слова и пожелания, которые мы сегодня от вас услышали. Особенно приятно было услышать, наконец, от моего отца, что он мной гордится. Благодарю, вас лорд Малфой, надеюсь впредь слышать от вас это почаще, — на этих словах он кинул многозначительный взгляд в сторону Люциуса, — А сейчас, я прошу прощения, но мы вынуждены с вами всеми попрощаться, так как мой муж очень устал и уже спит. Вы можете продолжить веселиться, но уже без нас, — закончил он под аплодисменты и очередные порции поздравлений от гостей. — Лорд Малфой, можно вас на пару слов? — Министр Магии встал со своего места и подошёл к аристократу. — Да, конечно, Кингсли, — вставая из-за стола ему навстречу, ответил Малфой. — Во-первых, разрешите ещё раз вас поздравить, лорд Малфой, очень рад за вас и лорда Поттера-Малфоя, особенно в свете предстоящего пополнения в семье, — пожал ему руку Министр Магии, — Надеюсь, вы не сердитесь за то, что я позволил себе упомянуть о вашем героическом поступке. — Благодарю, Кингсли, я не сержусь, но, пожалуйста, не надо называть мой поступок героическим, я всего лишь сделал то, чего не мог не сделать. У меня и выбора-то особо не было. Любой на моём месте сделал бы то же самое. — Вот уж не думал, что вы так скромны, мой юный друг, — ухмыльнулся Министр. — Скромность тут ни при чём. Просто это очень личное. Сегодня и так прозвучало слишком много из того, что я бы предпочёл оставить вне широкого обозрения. Но вы же не за тем меня позвали, чтобы снова это обсуждать? — с нетерпением закончить этот разговор, чтобы побыстрее забрать своего мужа и скрыться с глаз долой от примелькавшихся за вечер гостей, спросил аристократ. — Да, конечно, мы немного отвлеклись, прошу прощения. Дело в том, что буквально только что, я получил сову с депешей из Отдела международного магического сотрудничества. Мисс Астория Гринграсс и её родители задержаны и их уже доставили в Великобританию. Сейчас они под стражей и мы готовимся предъявить им обвинение. — Что ж, это прекрасная новость, наконец-то. Надеюсь, мисс Гринграсс получит соответствующее наказание. Хотя, в свете последних радостных событий, я уже подрастерял свою злость на неё, но всё же. — Да, видите ли в чём дело, лорд Малфой, — несколько замялся Министр, — Как раз об этом я и хотел поговорить. Дело в том, что мисс Гринграсс повредилась рассудком из-за наложенного на неё вами Империуса. Так что, боюсь, её отправят не в Азкабан, а в Мунго. — Оу, — аристократ растерянно посмотрел на Кингсли и почесал в затылке, — Надеюсь, у меня не будет из-за этого неприятностей? Не хотелось бы опять оказаться на скамье подсудимых, особенно учитывая, что мой муж в положении и ему нельзя нервничать. — На этот счёт можете не беспокоиться, лорд Малфой. Свидетелей того, что именно вы наложили Империус на мисс Гринграсс нет, а сама она не в состоянии давать показания. Конечно, у неё будут извлечены воспоминания, но я думаю, что сумею уладить этот вопрос. Ведь, в конце концов, если бы вы это не сделали, вы бы не узнали правду о том, что произошло, упустили бы время, пока мы бы выясняли обстоятельства дела и… Даже думать не хочется, о том, чем бы всё это могло закончиться для лорда Поттера-Малфоя и для вас. — Очень вам признателен, Кингсли, — аристократ снова обменялся рукопожатиями с Министром, — Благодарю. А сейчас, с вашего позволения, я пойду. Спасибо, за то, что оказали нам честь и провели нашу церемонию. — Ну что вы, что вы, лорд Малфой, это честь для меня, — сердечно потряс его руку Министр, — Желаю вам с лордом Поттером-Малфоем всех благ. Кингсли направился к своему месту за столом, чтобы продолжить вести светские беседы с чиновниками из Министерства, а Драко постоял ещё какое-то время, задумчиво глядя ему вслед, вздохнул и пошёл к своему мужу. «М-да, кто бы мог подумать, — размышлял он по дороге, — что Астория свихнётся. А, впрочем, она и была чокнутая, будь она нормальной, она бы такое не сделала. И мой отец ещё хотел, чтобы я женился на этой ненормальной. Хвала Мерлину, я этого не сделал». Аристократа аж передёрнуло от таких мыслей. — Ну что? — спросил Малфой, заглядывая сверху в лицо любимому, — Так и не проснулся? — Спит, — улыбнулась Грейнджер, с умилением глядя на своего друга, мирно сопящего у неё на плече. — Придётся нести его на руках, — ухмыльнулся аристократ. — О чём вы говорили с Кингсли? — спросила Паркинсон, поднимая на друга любопытный взгляд. — Асторию нашли и уже доставили в Министерство, но у неё крыша поехала из-за моего Империуса, — хмыкнул блондин. — Ого! — Забини аж присвистнул от неожиданной новости, — Вот это ты её наказал. — Она сама себя наказала, Блейз, — пожал плечами Малфой, — Ибо не хуй. Жаль, что никто об этом не узнает. А то бы все раз и навсегда уяснили, что обижать моего Героя себе дороже. Он осторожно подсунул руки под Гарри и поднял его стула. Поттер приоткрыл глаза, посмотрел на любимого, промурчал «Драко», и снова закрыл глаза. — Мы вас проводим, мальчики, — вставая со своего места, сказала Паркинсон. — Мы тоже, — поднялся следом за ней Забини. — Надеюсь, в спальню вы с нами не пойдёте? — ухмыльнулся аристократ, унося своего мужа в сторону мэнора, — Теперь мы уже можем остаться одни? — Теперь можете, — хмыкнула Королева вечеринок, направляясь следом за ними за руку со своей девушкой. — Спасибо, что разрешили, Ваше Величество, — усмехнулся блондин. Они дошли до террасы и остановились. — Ну что, дружище, ещё раз поздравляем вас, — широко улыбаясь, сказал Забини, — Надеюсь, наша с Тео свадьба будет не менее грандиозной, — добавил он, тиская своего парня за шею. — Конечно, будет, — самодовольно улыбнулась Паркинсон, — Ваша свадьба в самых надёжных руках. Можете не сомневаться. — Спасибо, Панси, — улыбнулся подруге Малфой, — И вообще вам всем, ребят, вы просто лучшие. Я люблю вас. — Мы тоже любим тебя, Драко, бро, — прослезился Забини, тронутый словами друга, — Береги своего Героя. — Вы тоже берегите друг друга, — сказал аристократ, направляясь ко входу в дом. — Счастливой вам первой супружеской ночи! — ухмыляясь, крикнул ему вдогонку мулат. — Блейз, — закатил глаза блондин и скрылся в холле мэнора. — Эх, как же всё это мило, да Мио? — сказала Королева вечеринок, нежно обнимая и прижимая к себе свою девушку. — Очень, — улыбнулась в ответ Героиня, — Я так рада за них. — Мы все рады, Гермиона, — улыбнулся Забини, — И за них, и за себя. Сегодня счастливый день. — Да, это точно, Блейзи, — сказал в ответ Нотт, поднимая на своего парня влюбленный взгляд. — Ну, мы, пожалуй, отправимся уже домой, девчонки, — начал прощаться с подругами мулат, — Поттеры-Малфои благополучно доставлены до спальни, дальше они и без нас справятся. Мы пойдём попрощаемся со всеми. — Давайте, ребята, удачи вам, — немного грустно вздохнула Паркинсон, — Но не забудь, Блейз, в ближайшее время мы вернёмся к нашему проекту. Гермиона уже подготовила все документы для получения лицензии. До Йоля у нас ещё есть время этим заняться. — Конечно, Панс, самому не терпится уже побыстрее открыть наш клуб, — широко улыбнулся Забини. Пока, девчонки, — мулат поцеловал обеих подруг в щёку на прощание. — Пока, Блейз, пока Тео, — улыбнулась на прощание Грейнджер. — Пока, Гермиона, пока Панси, — Нотт тоже поцеловал обеих девушек, и парни, держась за руки, ушли к гостям. — Панси, я хотела поговорить насчёт клуба, — немного озабоченно посмотрев на свою невесту, сказала Героиня. — Что такое, Мио? — напряглась Королева вечеринок, — Что-то не так с документами? — Нет, всё в порядке, — поспешила успокоить её Грейнджер, — Просто пока я занималась подготовкой, изучала ваш проект, я так прониклась этой идеей. Знаешь, я тут подумала, вам ведь нужен грамотный управляющий, вы ведь ничего не смыслите в таких тонкостях, у вас хорошая хватка в бизнесе, но по юридической и финансовой части вам нужен надёжный человек. — Да, Мио, у тебя есть такой человек на примете? Кто мог бы и хотел бы этим заняться? — заинтересовалась Паркинсон. — Да, я знаю такого человека, — смущённо улыбнулась Героиня, — Ты ведь не будешь возражать, если я займу должность управляющего? — она закусила нижнюю губу и посмотрела в предвкушении на свою девушку. — Мио! А как же твоя работа в Министерстве? Ты же не сможешь совмещать две должности сразу! — изумлённо захлопала ресницами Королева вечеринок. — Нуу, я подумала оставить пока работу в Министерстве, — многозначительно вскинув брови, ответила Грейнджер. — То есть как это оставить? — ещё более изумлённо уставилась на свою девушку Паркинсон, — Что ты такое говоришь, Мио? Ты же с детства мечтала стать Министром магии! — Угу, — скептически хмыкнула Героиня, — А ещё я мечтала стать мисисс Уизли. Ты вытащила меня из библиотек, Панси, и я поняла, что этот мир огромен и в нём столько возможностей. Столько нехоженых дорог. А я зациклилась на одной и бежала, как зашоренная лошадь, быстрее, вперёд, бегом. Мне всё время казалось, что если я не докажу всему миру, что я лучшая, моя жизнь пройдёт в забвении. Я так старалась занять своё место в мире магии, потому что я магглорождённая, я хотела доказать всем, что ничем не хуже чистокровных волшебников. Но пока я неслась вперёд, я не видела ничего вокруг, я не проживала лучшие моменты своей жизни, а просто пролистывала их, как страницы прочитанных мной книг. Но я больше не хочу так жить. Возможно, я ещё вернусь к работе в Министерстве, мы ведь ещё так молоды, Панси, я бы сказала, совсем юные. И сейчас я хочу наверстать упущенное, попробовать себя в чём-то новом. — Я не знаю, что сказать, Мио, — растерянно проговорила Королева вечеринок, — Я, конечно, буду очень рада, если ты станешь управляющей нашего клуба, это позволит нам проводить больше времени вместе, и наши графики будут хоть немного совпадать. Но что, если ты пожалеешь об этом решении годы спустя? Я не хочу стать причиной твоего разочарования, Мио. Не хочу, чтобы ради меня и наших отношений, ты отказалась от своей мечты. — Я делаю это не ради тебя или наших отношений, Панси, ну или, по крайней мере, только отчасти ради этого. Но больше всего я хочу сделать это для себя. Я хочу открыть для себя новые возможности, новые горизонты. У меня есть идея насчёт клуба: если со временем проект окупится и начнёт приносить прибыль, мы можем открыть целую сеть своих клубов в других странах. Ведь это новая ниша в магическом бизнесе, и она пока свободна. Только в штатах, насколько я знаю, есть подобные заведения. — Мио, да ты прирождённая бизнес леди! Талантливый волшебник талантлив во всём! — восхищённо сказала Паркинсон, — Всегда знала, что в тебе таится нечто особенное. — И именно ты, Панси, и вообще вы все помогли мне открыть это особенное, — улыбнулась Грейнджер, — А если я однажды решу, что всё-таки хочу стать Министром магии, уверена, что у меня ещё будет такая возможность. Так что, решено, Панси? Берёте меня управляющей? — Конечно, берём, — Королева вечеринок обняла свою девушку и, пристально глядя ей в глаза, растапливая тёмный шоколад в золотисто-зелёном свечении, вкрадчиво проговорила, — Я люблю тебя, Мио. — Я тоже люблю тебя, Цветочек, — смущённо ответила Героиня, — Очень сильно люблю. Панси прильнула к чувственным губам своей девушки и проскользнула языком ей в рот, Гермиона подалась ей навстречу, отвечая тем же, и они обе погрузились в мир чувственного наслаждения, сливаясь воедино, смешивая несмешиваемое, такие разные изначально, но единые в своей неповторимой сущности, в самом корне своего бытия, дополняя и изменяя друг друга, но не затрагивая своей индивидуальности, не лишая друг друга того, что изначально стало центром притяжения для них обеих. Драко поднялся наверх, в свою спальню, и аккуратно уложил своего мужа на кровать, а сам лёг рядом, положив руку под голову, и какое-то время просто смотрел на него, любуясь и улыбаясь своим мыслям. — Как же я люблю тебя, Потти, — тихо проговорил спустя время, осторожно, едва касаясь, проводя пальцами по щеке любимого. Ресницы Героя дрогнули, он приоткрыл глаза и обвёл комнату сонным взглядом, затем потянулся и, нащупав рядом своего любимого, повернулся к нему лицом, сосредотачивая на нём свой взгляд. — Драко, — едва заметно улыбнувшись одними только уголками губ, сказал Поттер, — Я что заснул прямо на нашей свадьбе? — Да, и я отнёс тебя в комнату, — улыбнулся в ответ Малфой, проводя рукой по непослушным, тёмным волосам, — Я уже попрощался со всеми от нас обоих, так что можешь спать дальше, Потти. — Я не хочу спать, Драко, — нахмурился брюнет, поворачиваясь к нему лицом, беря своего мужа за руку и кладя её себе на талию, — Я уже вполне выспался. Я не хочу проспать эту ночь, она должна быть особенной. — Да? И чего же ты тогда хочешь? — многозначительно вскинув брови, ухмыльнулся блондин, притягивая любимого к себе поближе и пристально глядя ему в глаза. — Я хочу тебя, Драко, — чувствуя, как желание начинает растекаться по венам, разгоняя кровь, заставляя сильнее биться сердце и участиться дыхание, проговорил Герой, прожигая своего мужа взглядом. — Конечно, я же не могу отказать своему мужу, — проводя кончиками пальцев от его лба вниз, по его щеке и притягивая его за подбородок для поцелуя, промурчал аристократ, — Лорд Поттер-Малфой, желаете принять ванну с восстанавливающим силы зельем? — Даа, — лениво промурчал в ответ Поттер, обхватывая любимого руками за шею, — Желаю. Не хочу заснуть посреди нашей первой ночи. — Я вам обещаю, лорд Поттер-Малфой, эта ночь будет незабываемая, — вкрадчиво проговорил блондин, впиваясь любимому в губы и мгновенно завладевая его ртом. Они целовались долго, неторопливо, ловя каждое движение друг друга, стараясь прочувствовать каждый момент, скользя кончиками пальцев по лицам друг друга, прерываясь, чтобы посмотреть друг другу в глаза, считать эмоции, запомнить каждое изменение в выражении глаз, поймать каждую малейшую искорку во взглядах, уловить каждую мельчайшую деталь, запечатлеть каждый миг, записать на подкорку, чтобы потом доставать оттуда воспоминания, прокручивать их в голове, как на повторе, и черпать из них моменты взаимного наслаждения. — Блядь, Потти, не могу больше, пойдём в ванную, пока я не потерял терпение и не выебал тебя, — рвано дыша, проговорил Малфой любимому в губы, прожигая его серебристыми искрами своих глаз. — Как будто я против, — ухмыльнулся Поттер, сгорая под взглядом своего мужа и тая в его всегда прохладных, но обжигающих своими прикосновениями, руках. — Нет, Гарри, сегодня всё должно быть в согласии с традициями и по-особенному, — пытаясь совладать с пожирающим его изнутри огнём желания, с трудом отрываясь от губ любимого, сказал аристократ, — Тем более сегодня Самайн, это само по себе волшебство в чистом виде. Мы не должны разгневать духов, которые выйдут в полночь, чтобы даровать нам своё благословение. Он вызвал домовиков, которые были заранее проинструктированы леди Малфой, что и как надо сделать, и приказал им приготовить ванну и, пока они принимают ванну, приготовить их комнату. И, когда эльфийки, ответственные за приготовление ванны, доложили, что всё готово, Драко взял Гарри за руку и подвёл его к двери. — Закрой глаза, Гарри, — шепнул блондин, — И не открывай, пока я не скажу. Брюнет закрыл глаза, и Драко открыл перед ним дверь и втолкнул его внутрь. — Можешь открывать, — таинственным шёпотом проговорил Малфой. Гарри открыл глаза и замер в изумлении: вся ванная была уставлена горящими свечами в тыквах и усыпана лепестками роз, на стенах светились магические символы защиты, свечи в тыквах кружились и над самой ванной, наполненной водой с зельями, от которой дымкой стелился вдоль пола туман, обволакивая комнату и придавая мистичность атмосфере, а наверху, вместо привычного потолка, темнело, усыпанное мириадами звёзд с млечным путём посередине, ночное небо. — Это… это просто невероятно, — нервно сглотнув, ошеломлённо проговорил Герой, чувствуя, как у него по спине забегали мурашки. — Я же сказал, что эта ночь будет незабываемой, — промурчал ему на ухо аристократ, раздевая себя и своего мужа взмахом волшебной палочки, — Добро пожаловать в Малфой-мэнор, — он взял его руку и поднёс её к губам. — Прям уже почувствовал себя лордом, — ухмыльнулся брюнет, всё ещё ощущая мурашки. Они залезли в ванну, и Драко открыл шампанское и разлил его по фужерам. — Шампанское? Твоя мама нас не прикончит? — причудливо изогнув одну бровь, с усмешкой спросил Поттер. — Ну, никто ж не знал, что ты в положении, Потти, — хмыкнул блондин, протягивая своему мужу фужер, — И к тому же от половинки фужера ничего не сделается, а больше я тебе и сам не налью. А маме вообще не обязательно об этом знать. За нас, Гарри, пусть Мерлин, Оберон и Титания благословят нашу любовь. — За нас, Драко. Думаю, мы уже получили их благословение, — смущённо улыбнулся Поттер, положив руку на свой живот. Они лежали в ванне и пили шампанское, окутанные призрачным туманом, подсвечиваемым пламенем свечей, любуясь звёздным небом над их головами, время от времени встречаясь влюблёнными взглядами, ловя искорки в глазах друг друга, в которых отражались и плясали золотистые отблески, и уже казалось, что это не звёзды плывут над ними, а они сами медленно движутся по ночному небу вдоль млечного пути. — Уже почти полночь, Гарри, — чувствуя, как волнение начинает охватывать его, и лёгкий трепет по телу пробирает до самого сердца, нервно сглотнув, сказал аристократ, — Пойдём в спальню. Герой замер, уставившись на любимого широко распахнутыми глазами в обрамлении тёмных ресниц, в предвкушении магического таинства, которое должна была приоткрыть для них эта волшебная ночь, дыхание его участилось, и сердце отбивало под рёбрами рваный ритм. Драко вылез из ванной и протянул Гарри руку. Брюнет окинул своего мужа, который и сам сейчас напоминал скорее какого-то мистическое, призрачное создание, окутанное лёгкой дымкой, словно явившийся по его душу прекрасный демон с серебристыми, мерцающими глазами и платиновыми волосами, взволнованным и одновременно зачарованным взглядом, любуясь стекающими по его светлой коже каплями воды, в которых отражались золотистые огоньки пламени свечей, и вложил свою ладонь в его. Блондин притянул его за руку к себе, и с минуту они стояли, прожигая друг друга взглядами, взволнованно дыша, чувствуя, как невероятной силы притяжение растёт между ними, заставляя их магнитные полюса сдвинуться ещё ближе друг к другу, практически сойдясь в одной точке. — Я люблю тебя, Гарри, — сливаясь взглядом в одно целое с любимым, вкрадчиво проговорил Малфой. — Я люблю тебя, Драко, — полностью растворяясь во взгляде своего мужа, ответил Поттер. Аристократ прильнул к губам Героя, мгновенно проникая языком ему в рот, сжимая его в своих объятиях, скользя руками по его мокрому, обнажённому телу, вжимаясь своим возбуждённым членом в его эрекцию. — Пора, Гарри, — немного погодя, разрывая поцелуй, и чувствуя, как сердце стучит уже где-то в горле, не давая сделать вдох, пожирая любимого тёмным пламенем желания, расплескавшегося в глазах, с придыханием сказал блондин. Брюнет сделал глубокий вдох и переступил через бортик ванной, Драко кинул на них обоих высушивающее заклинание и, взяв его за руку, повёл к двери в спальню. — Ты готов, Потти? — едва слышно, охрипшим от переполняющего его волнения, смешанного с желанием, голосом спросил Малфой. Поттер судорожно вобрал воздух в лёгкие и только кивнул в ответ. Аристократ распахнул дверь в комнату взмахом палочки, и они оказались не в его спальне, а в сумеречном лесу, окутанным призрачным туманом со множеством светящихся огоньков в воздухе, а вместо люстры и потолка, с тёмного неба над их головами светила едва зародившаяся, молодая луна, и только кровать, оставшаяся на месте, напоминала, что они всё ещё в Малфой-мэноре. — Что это? — окидывая комнату ошарашенным взглядом, нервно сглотнув, спросил Герой. — Это духи предков приподняли завесу между мирами, смешав два мира в один, как и положено в Самайн, — улыбнулся блондин, — Это означает, что они даровали нам своё благословение. Только избранным открывается завеса. — Это так завораживающе, — разглядывая мерцающие то тут то там огоньки и ступая босыми ногами по полу, чувствуя под ногами привычный ковёр, но не видя его, восхищённо сказал брюнет. — Да, это волшебство, но единственное, что меня тут действительно завораживает, это ты, Гарри, — привлекая любимого к себе и заключая его в объятия, ответил Малфой. — Да, пожалуй, эта ночь, и, правда, будет самой незабываемой в нашей жизни, — обхватив своего мужа руками за шею и притягивая его к себе для поцелуя, улыбнулся Поттер. Их губы встретились, разомкнулись, и тягучая, вязкая, практически осязаемая магическая энергия заструилась по их телам, как электрический ток, замедляя движения и ход времени, делая каждое прикосновение настолько ощутимым, что даже от самого лёгкого касания по коже мгновенно разбегались импульсы, разгоняющие кровь по венам и заставляющие сердца биться в бешеном ритме, выбивая остатки воздуха из лёгких и уводя пол из-под ног, унося их обоих за пределы мироздания. Они медленно продвигались по направлению к кровати, продолжая целовать друг друга, проникая языками глубоко друг другу в рот и скользя руками по телам друг друга, пока, наконец, не достигли конечной цели. Драко опрокинул Гарри на кровать, ложась сверху, и, оторвавшись от губ любимого, начал скользить языком по его телу, оставляя мокрую дорожку следов, заставляя любимого сгорать и плавиться под его обжигающими прикосновениями, вбирая его соски в рот, оттягивая и прикусывая их, доводя этим любимого до стонов, и затем медленно спустился вниз, покрывая поцелуями каждый миллиметр его тела вдоль живота, пока не добрался до его возбуждённого члена. Аристократ скользнул языком от его основания наверх к головке, подразнил кончиком языка его уретру, затем снова вернулся вниз и ещё раз прошёлся языком вдоль ствола, обхватил рукой, облизал головку, и водя рукой вверх-вниз вдоль ствола, отправил головку в себе в рот. Герой выгнулся и застонал, подаваясь ему навстречу и проталкиваясь поглубже в его рот, запустив пальцы в платиновый шёлк его волос, и с силой толкнувшись внутрь, достигая заветной цели в горле своего мужа, потерялся в своих ощущениях, стираясь из реального мира. Блондин заглотил его член, подстраиваясь под темп, задаваемый его любимым, позволяя ему тянуть себя за волосы, наслаждаясь его резкими, ускоряющимися, душащими толчками ему в горло, и по приближении к оргазму, брюнет уже не давал ему отстраниться и перевести дух, вцепившись в его шелковистые пряди и не вынимая члена из его гортани, кончил, стоня и отправляя свою вязкую, терпкую сперму стекать вниз по его горлу. Немного отдышавшись и переведя дух, стерев слёзы с глаз и слизав остатки спермы с члена любимого, Малфой вернулся наверх к губам Поттера, снова овладевая его ртом и доводя его до возбуждения, настойчиво проскальзывая пальцами с наколдованной смазкой в его анус, нащупывая внутри чувствительный бугорок, сгорая от желания поскорее оказаться внутри его тела, наконец, толкнулся в него, замирая ненадолго и чувствуя, как ногти его мужа рассекают кожу на его спине. Герой выгнулся и подался ему навстречу, насаживаясь поглубже на член любимого, сдавливая его стенками своего ануса, откидываясь назад на подушки, запуская пальцы в его волосы на затылке и притягивая к себе для поцелуя, жадно впиваясь в его губы, желая почувствовать вкус его крови у себя на языке, возбуждаясь от этого ещё сильнее, и давая ему почувствовать вкус своей крови, зная, что его это заведёт ещё больше. Аристократ постепенно увеличивая темп, двигался всё более жёстко и настойчиво внутри тела своего мужа, выбивая из него всё более и более громкие стоны, заставляя метаться по подушкам и выгибаться, входя в него, как можно глубже, прижимая его за горло к кровати, время от времени склоняясь к его губам и отрывисто проникая языком ему в рот, слизывая остатки крови с его губ и наслаждаясь солоноватым, металлическим привкусом у себя на языке. Затем блондин перевернул любимого на живот и вошёл в него сзади, прижимая его за шею к подушке, и начал вбиваться в него с бешеным темпом, заставляя все его стоны слиться в один протяжный крик, выколачивая из него последние остатки разума и отправляя его сознание в далёкие, неизведанные миры с тем, чтобы догнать его там, достигнув оргазма, и слиться в единое целое душой, отпустив реальный мир, оставив его далеко внизу, поднимаясь на головокружительные высоты, и парить там, не чувствуя тел, пролетая высоко над землёй, над облаками, где-то под самыми звёздами. За окном уже занимался поздний осенний рассвет, мерцающие огоньки вокруг начали тускнеть, туман рассеиваться, и комната начала приобретать реальные очертания, закрывая границы между мирами, когда они, в конец обессиленные, лежали обнимаясь, едва касаясь друг друга кончиками пальцев, соприкасаясь взглядами, погружённые друг в друга, и вместе в свой единый, таинственный, сокрытый от чужих, любопытных взоров, созданный ими самими и только для них двоих, волшебный мир.