Туман

Аристократ переступил порог Малфой-мэнора, и на него тут же налетели двое очаровательных малышей: хрупкая девочка с упрямыми, вьющимися непослушными, крупными локонами, длинными, тёмными волосами, круглыми, словно блюдца, пронзительно зелёными в обрамлении длинных, чёрных ресниц глазами и милейшими ямочками на румяных щёчках и высокий мальчик с идеально уложенными, платиновыми волосами и задумчивыми, серебристо-серыми глазами на светлом, не по-детски худом, немного надменном и идеально красивом лице. — Папа Драко! — малышка обвила ручками шею отца и прильнула к его плечу. — Лили, Альбус, — блондин подхватил обоих детей на руки и по очереди поцеловал их в щёку, — Как прошёл ваш день? И где папа Гарри? — Папа Гарри гулял с нами по саду с утра, а потом пришёл доктор Торнтон и сказал, чтобы мы не мешали папе отдыхать, — надула губки малышка Лили. — И мы весь день были с бабушкой и дедушкой, — закивал головой в подтверждение её слов малыш Альбус. — Да? — по лицу аристократа пробежала лёгкая тень, — Ну вот что, идите ещё побудьте с бабушкой и дедушкой, а мы с папой Гарри пока поговорим, — сказал он, взлетая по лестнице вверх с детьми на руках. — Но папа! — девочка нахмурилась, скрестив руки на груди, — Мы так ждали тебя, мы хотим посмотреть мультики с вами и поиграть. — А вы с папой Гарри всегда очень долго разговариваете, — нахмурив брови, рассудительно подметил мальчик и тоже скрестил руки на груди. — Я обещаю, сегодня мы поговорим немного быстрее, — хмыкнул блондин, с трудом сдерживая смех и спуская детей с рук, — А потом мы будем ужинать и смотреть мультики. — Честно-честно, папочка? — заглядывая в глаза отцу хитрым, лисьим взглядом спросила малышка. — Честно-честно, Лили, — ухмыльнулся аристократ. — Ладно, — хором вздохнули близнецы, и, взявшись за руки, побежали в сторону комнаты леди и лорда Малфоев. Блондин ещё постоял какое-то время, провожая взглядом убегающих по длинному коридору мэнора в другое крыло детей и улыбаясь им вслед, а затем резко развернулся и пошёл в сторону их с мужем спальни, и его лицо вмиг посерьёзнело. Герой уже несколько дней неважно себя чувствовал, но аристократу только сегодня удалось уговорить его не ходить на работу и вызвать колдомедика. Блондин порывался остаться вместе с мужем дома, но, как назло, мистер Чэндлер, его босс, уехал в срочную командировку, и Малфою пришлось его замещать. Аристократ открыл дверь и заглянул в спальню: Герой спал, держа в руке книжку, которая грозилась вот-вот упасть на пол. Блондин вздохнул, подошёл к любимому и, окинув его обеспокоенным взглядом, аккуратно вынул книгу у него из руки и положил на тумбочку рядом с кроватью. Брюнет приоткрыл глаза и потянулся. — Драко, — лёгкая улыбка коснулась его губ, и он радостно посмотрел на своего мужа. — Потти, — аристократ присел на кровать рядом с ним и поцеловал его в губы, — Я скучал. — Я тоже скучал, Драко, — Герой обнял любимого за шею, привлекая его к себе поближе. — Что сказал Торнтон? — немного отстраняясь от него, чтобы заглянуть ему в глаза, обеспокоенно спросил блондин. — Торнтон? — лицо брюнета мгновенно стало напряжённым, он привстал, откидываясь на подушки, и закусил нижнюю губу. — Гарри? — причудливо изогнув одну бровь, Малфой вопросительно уставился на своего мужа. — Нуу… — Поттер замялся, ещё сильнее кусая губы, и опустил глаза. — Гарри… — нахмурился аристократ, — Ты меня пугаешь. Это что-то серьёзное? — нервно сглотнул он. — Очень, — вздохнул Герой и поднял на него озадаченный взгляд. — Так, давай уже выкладывай, Потти, — напряжённо уставился на любимого блондин. — Драко… — дрогнувшим голосом произнёс брюнет, — Я… У нас… В общем… — он набрал побольше воздуха в лёгкие и выпалил на одном дыхании, — У нас будет ребёнок, — и выжидающе уставился на своего мужа. Малфой замер и уставился на него в ответ немигающим взглядом. В комнате повисла такая тишина, что, казалось, можно было услышать, как за окном падают снежинки. С минуту или больше аристократ молчал, пытаясь осознать, что он только что услышал, и с каждым мгновением его лицо приобретало всё более и более странное выражение лица. — Какой ещё ребёнок, Потти? — причудливо изогнув одну бровь, глядя на мужа недоумевающим взглядом, тихо спросил блондин. — Ну не знаю, обычный ребёнок, — пожал плечами брюнет, — Ну необычный, конечно, волшебный, — добавил он, спохватившись. — Нет-нет-нет, подожди, какой ещё ребёнок, к драклам, Гарри? — прерывисто дыша, засопел Малфой, — Ты что, совсем ничего не понимаешь? Я же сказал, больше никаких детей! Откуда он вообще взялся?! — Я не знаю, — нервно сглотнул Поттер, — Думаю, это всё Йоль и его подарки. По срокам всё сходится. Помнишь ночь на Йоль? Аристократ устало потёр руками лицо, затем судорожно вздохнул и посмотрел на любимого. — Ладно, завтра я не пойду на работу, вызову Торнтона и попрошу его, чтобы он сделал тебе аборт, или как это правильно у мужчин называется, — немного успокоившись, сказал блондин. — Драко… — насупился брюнет, чувствуя, как слёзы начинают жечь его глаза, — Я не хочу этого делать, я хочу оставить этого ребёнка. — Гарри, нет, — нервно сглотнув, тоном не терпящим возражений, ответил Малфой, — Или ты забыл, что было пять лет назад? — Я не забыл, но… — Никаких «но», Гарри! — вспылил аристократ, — Даже думать об этом забудь! Твою мать, Поттер! Мы же договорились! — и он вперил в своего мужа яростный взгляд, сверкая серебристыми льдинками своих глаз. — Не ори на меня, Драко, — вперивая не менее яростный взгляд в любимого в ответ, прошипел Герой. — Не орать?! Я буду орать на тебя, если ты сам ничего не понимаешь! — окончательно вышел из себя блондин, — Забудь об этом! Слышишь меня, Поттер? — Нет! — скрестив руки на груди, прищурившись и пуская в любимого авады из своих зелёных глаз, упрямо нахмурился брюнет. — Потти… — Малфой схватил своего мужа за лицо и с силой сжал его в руке, окинул его нечитаемым взглядом, покачал головой и, оттолкнув от себя на подушки, развернулся и быстрым шагом вышел из комнаты, хлопнув дверью. Он быстрее ветра промчался по Малфой-мэнору, чуть не сбив с ног близнецов, и вылетел через террасу в заснеженный сад. Поттер судорожно вобрал воздух в лёгкие, зажмурился, прижал к глазам основания ладоней и всхлипнул. — Папа Гарри! Папочка, ты что плачешь? — близнецы вбежали в комнату, и Лили забралась на кровать и обняла отца. — Почему папа Драко такой злой, папочка? — садясь на кровать рядом с ним, грустно спросил Альбус, — Вы что, поссорились? Дети ещё ни разу не видели, чтобы их родители ссорились, и они никогда не видели своего второго отца таким злым, так же как и не видели, чтобы их первый отец плакал. — Нет, папа Драко не злой, он просто расстроился, — стараясь взять себя в руки, чтобы не напугать детей, как можно более спокойным тоном ответил Герой. — А почему папа Драко расстроился? — причудливо изогнув одну бровь, захлопал длинными ресницами мальчик, и они с сестрой вопросительно уставились на отца — Это из-за того, что ты заболел? — Нуу… — брюнет вздохнул и почесал в затылке, — Вообще-то я не заболел. Просто у вас скоро будет маленький братик или сестрёнка. — Маленький братик? Такой же маленький, как сестрёнка Вайолет? — просияла Лили. — Да, такой же маленький, — улыбнулся брюнет, обнимая дочурку и прижимаясь щекой к её волосам. — А почему тогда папа Драко расстроился? — малышка подняла на отца вопросительный взгляд и захлопала ресничками, — Он что, не хочет, чтобы у нас был маленький братик? — Я тоже не хочу, чтобы у нас был братик, — насупился малыш, скрестив руки на груди, — Вайолет говорит, что дядя Блейз и дядя Тео теперь больше любят Айрис. Вдруг вы с папой тоже станете любить нашего братика больше, чем нас? — Альбус, — нежно ухмыльнулся Поттер, обнимая сына и привлекая его к себе, — Дядя Блейз и дядя Тео очень любят обеих своих дочурок. Просто когда детки маленькие, им нужно больше внимания и времени, но это не значит, что папы или мамы любят их больше. Обещаю, мы с папой Драко всегда будем любить вас, — и он поцеловал сына в макушку. — Мы тоже любим вас с папочкой и не хотим, чтобы вы ссорились, — Лили снова обвила отца ручонками за шею и прижалась губами к его щеке, — Вы же помиритесь? — Конечно, мы помиримся, — улыбнулся Герой, целуя дочурку в ответ, — И будем смотреть вместе ваши любимые мультфильмы. Пойду найду его, — вздохнул он, — А вы идите пока к бабушке с дедушкой. — Пойдём, Лили, попросим дедушку сделать нам ещё волшебного мороженого, — беря сестрёнку за руку, сказал мальчик. — Никакого мороженого перед ужином, Альбус, — пытаясь напустить на себя строгость, сказал брюнет. — Но, папа, — малыш нахмурился и топнул ногой, — Дедушка делает нам мороженое, которое меняет цвет и вкус! — Дедушка слишком вас балует, как и бабушка, — с трудом сдерживая улыбку, ответил Поттер, — На сегодня с вас хватит мороженого, а если не будете слушаться, я пожалуюсь на вас папе Драко. — Не надо, папочка, — малыш сделал самое невинное личико и захлопал длинными ресницами, — Папа Драко сказал, если мы не будем слушаться, он не возьмёт нас в выходные в гости к тёте Панси и тёте Мионе. — Да, папочка. А мы очень любим ходить в гости к тёте Панси и тёте Мионе, у них такой красивый дом! — малышка вскинула ручки, показывая какой красивый дом у Грейнджер-Паркинсонов, — И там столько всего интересного! — Ну, тогда надо слушаться своих пап, — поучительным тоном ответил Герой, вставая с кровати, беря детей за руки и направляясь на выход. Он проводил их обратно до крыла, ведущего в половину лорда и леди Малфоев, и спустился вниз по лестнице. «Волшебное мороженое, — хмыкнул брюнет, — Конечно, чем ещё может баловать своих внуков Снежный король. А я в детстве и об обычном-то мог только мечтать», — вздохнул он. Он прошёл через холл на террасу и вышел на улицу. Было уже совсем темно, и только мерцающие огни подсвечивали кое-где сад мэнора, и снег серебрился и искрился, отражая их свет. Как много воспоминаний теперь было связано с этим местом: здесь прошла их свадьба, церемония Посвящения их детей, здесь всегда собирались гости по случаю Дня Рождения его мужа и их детей, и его собственного Дня Рождения, здесь они гуляли и играли с ними, здесь они бродили вдвоём короткими, летними ночами, держась за руки, разглядывая звёзды и целуясь под луной, кидались снежками и валялись в снегу с детьми и друзьям, и их детьми в погожие, зимние дни, пинали ногами осеннюю листву и любовались весенними первоцветами — всё здесь было окутано этими прекрасными, дорогими сердцу воспоминаниями. Гарри вздохнул и окинул сад внимательным взглядом в поисках своего мужа. Затем решительным шагом направился вглубь, ведомый интуицией. Драко сидел в беседке на заледенелом, каменном полу и курил, прислонившись спиной к скамейке и глядя прямо перед собой, и лицо его было холодным и непроницаемым, как снег вокруг. Герой остановился чуть поодаль и поёжился: он уже забыл, когда последний раз видел это выражение лица. Наверное, это было ещё в Хогвартсе, до войны. Вот он, Ледяной принц, вернулся и сидел прямо перед ним, навевая воспоминания о тех временах, когда Драко Малфой был для него дневным кошмаром и ночным видением. Сердце болезненно кольнуло, и мурашки пробежали по спине вдоль позвоночника. Думал ли он, что снова когда-нибудь увидит того Драко Малфоя? И думал ли тогда, что Драко Малфой может быть таким, каким он знал его теперь? Пожалуй, ни то и не другое. — Драко, — тихо позвал его Поттер. Слизеринский принц не шевельнулся и даже не повёл бровью. Герой подошёл к нему и сел рядом с ним. — Поттер, встань, ты простудишься, — не глядя на него, выдыхая дым, холодно процедил Малфой. Холодность этих слов обожгла Гарри, словно кто-то прожёг его сердце жидким азотом, и он почувствовал, как болезненный спазм сжимает горло. Ему было бы легче, если бы его муж снова орал на него, выходя из себя и пронзая его ледяными искрами своих глаз, пусть бы даже он снова сделал ему больно, но это было выше его сил. Герой судорожно вобрал воздух в лёгкие и всхлипнул, не в силах больше сдерживаться. Аристократ вздрогнул, вдохнул, задержал дыхание и закрыл глаза. — Не надо так, Драко, пожалуйста, — срывающимся голосом сказал брюнет, — Не молчи. — Что ты хочешь от меня услышать, Гарри? — доставая ещё одну сигарету и прикуривая от палочки, тихо спросил блондин. — Не знаю, — шмыгнул носом Поттер, чувствуя, как согревающие чары окутывают его, — Скажи хоть что-нибудь. — Мне больше нечего тебе сказать, Потти, — всё так же тихо ответил Малфой, по-прежнему глядя перед собой и продолжая курить. — Но нельзя же так, Драко! — умоляющим тоном воскликнул Герой. Он повернулся лицом к своему мужу, сел напротив него, подогнув ноги под себя, и принялся сверлить его взглядом. — А так, как ты, можно, Потти? — аристократ, наконец, повернул к нему своё лицо, и холодность уступила место отчаянию. Их глаза встретились, и с минуту они сверлили друг друга пристальными взглядами, словно ведя молчаливую борьбу, и брюнет вдруг почувствовал всю боль и отчаяние своего мужа в своём сердце, которые разрывали его на мелкие кусочки, дробили его на осколки, толкли в мелкий порошок, пуская по венам вместо крови, царапая изнутри и оставляя кровоточащие раны. Блондин подался вперёд, садясь напротив мужа в точно такой же позе и приблизил своё лицо к его. Дыхание его участилось и стало поверхностным, глаза, в которых отражался снег и мерцающие огоньки, сверкали серебристыми искрами и насквозь прожигали брюнета застывшими льдинками слёз. — Ненавижу тебя, Поттер, — процедил сквозь зубы Малфой в губы любимому, — Что ты со мной делаешь? Аристократ обхватил своего мужа рукой за горло и впился ему в губы, мгновенно врываясь языком ему в рот, завладевая им, и Герой подался ему навстречу, чувствуя, как болезненный спазм из его горла вот-вот вырвется наружу. Блондин сорвал со своего мужа толстовку вместе с футболкой, скинул с себя пиджак и дёрнул за края рубашки, срывая пуговицы, разлетевшиеся по обледеневшему полу с отчаянным стуком. Затем он толкнул любимого на пол, содрал с него джинсы и расстегнул ремень и молнию на своих брюках. Брюнет лежал на ледяном полу, не чувствуя холода, окутанный согревающими чарами своего мужа, и наблюдал за его действиями, рвано дыша, охваченный пожирающим его изнутри пламенем желания. Малфой скинул с себя брюки, закрыл глаза на мгновение, невербально призывая все нужные заклинания, лёг на него сверху, вжимая его в каменный пол и толкнулся в его анус резко и жёстко, сразу входя на всю длину. Поттер выгнулся и застонал, запуская пальцы в платиновый шёлк его волос, но аристократ перехватил его руки и завёл их наверх, прижимая к полу. — Нет, Потти, ты наказан, ты не будешь меня трогать, — нежно, но властно проговорил он, обхватывая его запястья одной рукой, а вторую согнув в локте и упираясь ей в пол, — Я выебу из тебя всю твою геройскую дурь, Гарри Поттер. И с этими словами блондин снова ворвался языком брюнету в рот, при этом яростно вдалбливаясь в его тело, входя в него как можно жёстче и глубже, выбивая из него стоны и слёзы, доводя до оргазма и до истерики одновременно, заставляя заходиться от нехватки дыхания и не отрываясь от его губ, не давая ему перевести дух, роняя слёзы на его лицо, пока не кончил сам со сдавленным, протяжным стоном в поцелуй, судорожно вбирая воздух в разрывающиеся лёгкие. Затем Малфой сгрёб любимого в охапку и перевернулся вместе с ним на спину, прижимая его к себе и чувствуя, как колючие льдинки впиваются в его кожу. Поттер прижался щекой к груди своего мужа, всё ещё вздрагивая и всхлипывая, и по его телу периодически волнами пробегала мелкая дрожь. — Нравится, Потти? — спросил аристократ, разглядывая содранные в кровь запястья любимого, и чувствуя, как начинает саднить разодранный в кровь локоть, — Нравится доводить меня? Любишь пожёстче, Потти? — Вообще-то да, — ухмыльнулся Герой с довольным лицом, — Я думал, ты и так это знаешь. — Я думал, ты знаешь, что тебе достаточно попросить меня, а не доводить до истерики, — кидая заживляющие чары на ссадины на его руках, вздохнул блондин. — Я не хотел доводить тебя до истерики, Драко, — уперевшись подбородком ему в грудь, поднял на своего мужа извиняющийся взгляд брюнет, — Драко… Мы же оставим этого ребёнка? — Нет, я сказал, нет, Гарри, — отрывая голову от каменного пола, чтобы посмотреть в глаза любимому, категорически отрезал Малфой, — Ты совсем с головой не дружишь? — Я дружу, — хмыкнул Поттер, — Но я не могу, Драко, неужели ты совсем не понимаешь, что я чувствую? — А ты? Ты не понимаешь, что чувствую я? — в глазах аристократа снова мелькнуло отчаяние, — Мы не будем так рисковать. — Драко, но ведь он там один, риск не так уж велик, — грустно вздохнул Герой. — Это лотерея, Гарри, — садясь и усаживая любимого себе на колени, обхватив его лицо ладонями, ответил блондин, — И я не хочу проиграть. Вспомни, как всё было у Забини: с первым ребёнком всё прошло идеально, а со вторым Тео два месяца провёл в Мунго, и никто не мог сказать, что именно пошло не так. Просто почему-то начала сбоить его магическая энергия. — Но я уже чувствую его магию, — брюнет посмотрел на любимого умоляющим взглядом, — Пожалуйста, Драко. Поттер вдруг схватил своего мужа за руку и положил её себе на живот. Малфой вздрогнул, и в его серебристых глазах отразилась вся боль этого мира. — Зачем ты это делаешь, Гарри? — сдавленно проговорил аристократ, с трудом сдерживая слёзы, — Неужели ты думаешь, это ничего для меня не значит? — Но если значит, то тогда зачем ты это делаешь? — с неменьшим отчаянием во взгляде, спросил Герой. — Потому что ты значишь для меня больше, Гарри. Я думал, мы это уже обсудили однажды и закрыли эту тему, — снова начинал терять терпение блондин. — Но никто ведь не думал, что получится ещё раз. Мы же ничего не делали для этого, — пожал плечами брюнет, — Всё как-то само получилось. — Я уже начинаю думать, что у тебя какая-то суперспособность, наверное, прилагается к геройству, — ухмыльнулся Малфой, — Ну или это особенность нашей магической связи. — Так тем более, Драко, — Поттер устремил на мужа щенячий взгляд. — Потти… — вздохнул аристократ, закрывая глаза, — Ты самый настырный из всех людей, кого я только знаю. И твоя упёртость ещё ни разу не привела ни к чему хорошему. Не считая победы над Тёмным лордом. — Это значит, да? — делая взгляд ещё более щенячьим и хлопая ресницами, Герой склонил голову на бок и выжидающе посмотрел на своего мужа. — Какой ты упёртый, Гарри, — блондин скрестил руки на груди, вздохнул, закатил глаза и покачал головой, — Пойдём в дом. Я обещал близнецам, что мы не будем сегодня долго разговаривать, поужинаем и посмотрим с ними мультфильмы. А вышло всё наоборот. — И кстати, я уже сказал близнецам, что у них будет братик или сестрёнка, — с самым невинным лицом поднимаясь с колен мужа и призывая свою одежду, разбросанную по беседке, как бы невзначай, обронил брюнет. — А вот это вообще, — возмутился Малфой, призывая свою одежду и собирая оторванные пуговицы при помощи магии, — Это удар ниже пояса, Гарри. — Просто я знал, что ты всё равно согласишься, — ухмыльнулся Поттер, надевая ботинки. — Я ни на что не соглашался, — недовольно проворчал аристократ, заключая любимого в объятия и склоняясь к его губам, — Это шантаж и вымогательство. — Зато это эффективно, — поднял на него счастливый взгляд Герой. — Поттер, ты такой Поттер, — ухмыльнулся аристократ, целуя своего мужа в губы, — Но я так тебя люблю. — И я тебя люблю, Малфой, — радостно улыбаясь, ответил Герой. — Гарри, пообещай мне кое-что, — пристально глядя ему в глаза, сказал блондин, — Если хоть что-то пойдёт не так, мы попросим Торнтона прервать беременность, даже если ещё будет слишком рано. И никакого геройства. — Ладно, — тяжело вздохнув, буркнул брюнет. Они взялись за руки и пошли в дом, где их с порога встретила взволнованная леди Малфой. — Драко, Гарри, где вас носило? — окидывая своего сына и зятя обеспокоенным взглядом, спросила Нарцисса. — Мы гуляли по саду, мама, — с самым невинным лицом ответил аристократ. — По саду? — причудливо изогнув одну бровь, удивлённо спросила волшебница, — Зимой? Без верхней одежды? — Мама, а согревающие чары зачем? — ухмыльнулся блондин. — Ладно, идёмте ужинать, мы вас заждались, — направляясь в сторону столовой, с несколько озадаченным выражением лица сказала Нарцисса, — И да, — она остановилась и повернулась к парням, — Близнецы сказали, что у них будет братик или сестрёнка, это правда? — и она уставилась на них, переводя вопросительный взгляд с одного на другого. — Правда, мама, — вздохнул Малфой, и его лицо сразу помрачнело. — Это замечательная новость, — просветлела волшебница, — Но вы не говорили, что планируете завести ещё одного ребёнка… — А мы и не планировали, — перебил её блондин, — Всё, как всегда, случилось неожиданно. — Вот как… Какая сильная магия у вас, но ты как будто не рад, Драко? — Нарцисса встревоженно посмотрела на сына. — А чему я должен радоваться, мама?! — вспылил Малфой, — Тому, что мой муж опять будет рисковать своей жизнью?! Зачем это всё?! У нас уже есть дети! — Тихо, Драко, нельзя же так, близнецы услышат, — Нарцисса подошла к сыну и погладила его по щеке, пристально глядя ему в глаза, — И своими словами ты причиняешь боль Гарри, посмотри на него, — и она перевела свой взгляд на зятя, который стоял, чуть не плача, вперив в своего мужа расстроенный взгляд. — А он не причиняет мне боль?! Почему о моих чувствах никто не думает?! — аристократ уставился на мать взглядом, полным отчаяния. — Драко, успокойся, прошу тебя, давай потом поговорим, после ужина, — мягко проговорила волшебница, — Всё будет хорошо, Гарри, — она обняла зятя и погладила его по волосам, — Я не позволю своему сыну вас обижать. Блондин хмыкнул, закатил глаза и быстрым шагом направился в столовую, где их уже ждали близнецы и лорд Малфой, который увлечённо смотрел мультфильмы вместе со своими внуками, усадив их на колени. — Ну, наконец-то, — отрываясь от телевизора, сказал Люциус, увидев своего сына и идущих следом за ним жену и зятя. — Папа Драко! — дети соскользнули с коленей дедушки и налетели на отца, — Ты больше не злишься, папочка? — спросила малышка, заглядывая ему в глаза, — Вы с папой Гарри помирились? — Конечно, мы помирились, Лили, — Малфой присел на корточки и поцеловал дочурку. — Но вы опять долго разговаривали, — насупившись, вперил в отца сердитый, колючий взгляд малыш. — Альбус, — улыбнулся аристократ, целуя сына. Он подхватил детей на руки и усадил их на их места за стол. — Значит, ты не против, что у нас будет маленький братик или сестрёнка? — девочка подняла на него вопросительный взгляд и уставилась на отца. Блондин снова закатил глаза и покачал головой. — Лили… — вздохнул он и поцеловал дочурку в макушку, оставив её вопрос без ответа, — Давайте уже ужинать. Лорд Малфой смерил своего сына нечитаемым взглядом, и все расселись за столом, сосредоточившись на еде и мультфильмах. После ужина Гарри отправился с детьми в их комнату, чтобы немного поиграть с ними перед сном и потом искупать их. Обычно они с Драко делали это вместе, но на этот раз леди Малфой утащила своего сына в библиотеку, чтобы серьёзно с ним поговорить. — Что ты творишь, Драко? — Нарцисса обеспокоенным взглядом уставилась на сына, пристально глядя ему в глаза. — А что я творю, мама? — холодно ответил вопросом на вопрос аристократ, посылая льдинки из своих глаз в свою мать. — Драко, это же ваш с Гарри ребёнок, ты же разбиваешь ему сердце, — беря сына за руку, пытаясь хоть как-то достучаться до него, сказала волшебница. — А он разбивает сердце мне! Вспомни, что было в прошлый раз! Я всего лишь пытаюсь защитить его от него самого и его настырного геройства! Неужели это так сложно понять?! — сверкая холодностью яростью своих глаз, вспылил блондин. — Я понимаю тебя, Драко, вам обоим пришлось нелегко, и вы прошли через многое, очень многое. Некоторым и за всю жизнь не приходится пройти через то, через что прошли вы с Гарри. Но этот ребёнок ведь ни в чём не виноват. Вы с Гарри так любите друг друга, ты не боишься, что это встанет между вами и будет отравлять ваши отношения, как яд? — пытаясь заглянуть сыну в глаза, встревоженно спросила волшебница. — Я не знаю, мама, — Малфой устало потёр руками лицо, — Просто мне страшно, очень страшно, я не хочу проходить через это ещё раз. — Просто дай ему шанс, Драко, дай шанс себе и этому ребёнку, потому что, боюсь, Гарри никогда не простит тебе этого, и это всегда будет стоять между вами. Если бы он разделял твоё мнение, и это не было бы так важно для него, тогда бы всё было иначе. Просто попробуй взглянуть на эту ситуацию его глазами: ты говоришь, что любишь его, но при этом хочешь избавиться от вашего с ним ребёнка и причиняешь ему этим боль. Если вы оба будете знать, что сделали всё, что могли в данной ситуации, это только больше сблизит вас, хотя я не знаю, куда больше, но если вы постоянно будете оглядываться назад и думать, что уничтожили нечто ценное и важное, что могло бы стать частью вашей жизни, это будет разъедать ваши отношения, как кислота, это отдалит вас друг от друга, это отдалит от тебя Гарри. Если ты действительно не хочешь потерять его, не заставляй его делать то, чего он никогда не простит ни тебе, ни себе. — Ладно, мама, я тебя услышал, наверное ты права, — устало вздохнул аристократ, — И не то чтобы я очень хотел избавляться от этого ребёнка. Мне и самому больно от этой мысли. Но я слишком люблю Гарри, мне не хочется, чтобы он проходил через это всё ещё раз, и не хочется самому через это проходить. Мне нужно время, чтобы смириться с этим, чтобы принять это. — Просто будь с ним помягче, я знаю, каким холодным и бесчувственным ты можешь быть, когда злишься, но это ведь не его вина, Драко, что так сложилось и что он уже любит этого ребёнка. Подумай о его чувствах. Не заставляй его сомневаться в твоей любви к нему. — Как кто-то может сомневаться в моей любви к нему? — ухмыльнулся блондин. — Так докажи ему, что любишь его так сильно, что переступишь через себя. Ведь он таким способом тоже доказывает свою любовь к тебе, — Нарцисса обняла сына и с надеждой заглянула ему в глаза. Драко обнял мать в ответ и прижался щекой к её волосам, и они стояли какое-то время молча. — Я так люблю тебя, Драко, — сказала немного погодя волшебница, — И я очень переживаю за вас с Гарри и хочу, чтобы у вас всё было хорошо. — Я тоже люблю тебя, — вздохнул аристократ, — Спасибо, мама, что бы я без тебя делал? — Разумеется, глупости, сынок, — усмехнулась Нарцисса, — Пойду обрадую твоего отца, а то он места себе не находит. — Кто бы мог подумать, — ухмыльнулся блондин, — Что Люциус окажется таким трепетным дедушкой. — Так он тоже пытается доказать свою любовь к тебе, Драко. Мы все любим тебя, — волшебница обхватила лицо сына ладонями и поцеловала его в щёку, — И мы хотим больше маленьких Драко. Ну или Гарри, — улыбнулась она. Аристократ поднялся наверх и пошёл в детскую. Герой лежал на ковре вместе с детьми, и они строили дом из волшебных кубиков, которые притягивались друг к другу с помощью магии, меняя форму и цвет в зависимости от потребности. Блондин встал в дверях и какое-то время с улыбкой наблюдал за происходящим. — Папочка, смотри, мы строим Хогвартс, — сказала Лили, увидев своего второго отца. — Ты будешь строить с нами, папа? — спросил Альбус, оборачиваясь на него. — Хогвартс? — хмыкнул Малфой, проходя в комнату и садясь рядом с ними на ковёр, — Это интересно. Но вам не пора купаться и спать? — Ну папочка, ещё немножко, — малышка подняла на отца щенячий взгляд и захлопала ресницами. — Ладно, — улыбнулся аристократ, пристраивая очередной кубик в нужное место. — Ты почитаешь нам перед сном книжку, которую подарила тётя Миона? — спросил малыш, тоже пристраивая кубик, — Она про высших эльфов. — Конечно, почитаю, сегодня же моя очередь, — продолжая строить игрушечный замок вместе с детьми, ответил блондин. Дети замолчали, увлечённые процессом, и Малфой перевёл взгляд на своего мужа. Поттер лежал с сосредоточенным лицом на ковре, строил замок и упорно делал вид, что не замечает его. — Прости, — шепнул аристократ, склонившись к любимому и проводя рукой по его волосам. Герой повернул голову, посмотрел на своего мужа весьма недвусмысленным взглядом и скорчил обиженную гримасу. — Потти, — не в силах сдержать улыбки, блондин склонился к нему ещё ближе и поцеловал его в губы. — Отстань, Малфой, — буркнул брюнет. — Никогда, Поттер, — ухмыльнулся аристократ, и обхватив его лицо ладонями, впился любимому в губы. Герой попытался отстраниться от своего мужа, но тот только сильнее привлёк его к себе и ворвался языком в его рот. Дети побросали кубики и с интересом наблюдали за сценой примирения своих родителей, но Драко, почувствовав на себе их пристальный взгляд, кинул на них с Гарри отводящие взгляд чары. — Вы, кажется, хотели строить Хогвартс, — сказал он, нехотя отрываясь от губ любимого, — Или мне позвать Твинси, чтобы она приготовила вам ванну? — Ну ещё пять минуток, папочка, — хором сказали близнецы и тут же вернулись к строительству замка. — Драко, хватит, — смущённо улыбаясь, Поттер отстранил своего мужа от себя, чувствуя, что ещё немного, и они потеряют контроль над ситуацией. — Ты простил меня, Гарри? — пристально глядя любимому в глаза, вкрадчиво проговорил Малфой. — Давай позже это обсудим, не здесь, — ухмыльнулся Герой, — Пора укладывать близнецов спать. Они вызвали эльфийку, чтобы она приготовила детям ванну, искупали малышей и уложили их в кровати. Гарри лёг рядом с Лили и обнял её, а Драко сел на кровать в ногах у Альбуса и начал читать им книгу, подаренную Гермионой. — Папа, а это правда, что высшие эльфы раньше жили на Земле, и все волшебники произошли от них? — спросил немного погодя малыш. — Да, Аль, это чистая правда, я даже сам видел одного из них, — улыбнулся Малфой. — Ты видел настоящего эльфа? — отрывая голову от подушки, удивлённо спросил мальчик. — Да, Альбус, — снова улыбнулся аристократ. — А где ты его видел, папочка? — малышка тоже приподняла голову и уставилась на отца. — Далеко отсюда, в Гластонбери Торе. — А когда ты его видел? — спросил Альбус. — Это было шесть лет назад. — А что ты там делал, папочка? — спросила Лили. — Искал способ снять заклятие с папы Гарри. — Заклятие? — малыши повскакивали со своих мест и уставились на своих отцов, переводя взгляд с одного на другого, — А кто наложил на папу Гарри заклятие? Расскажи, расскажи, папочка, — затараторили они. — Ладно, — улыбнулся Малфой, откладывая книгу в сторону, — Жила-была одна злая-презлая колдунья… — и он поведал близнецам эту историю в сказочной форме. Дети слушали его, открыв рот, и периодически задавали разные вопросы. — Как здорово! — сказала малышка, когда её отец закончил рассказ. — Значит, ты спас папу Гарри от заклятия? — спросил малыш. — Ну, получается, что так, — хмыкнул аристократ. — Как хорошо, что папа Драко спас тебя, папа Гарри, — Лили обняла своего первого отца за шею и заглянула ему в глаза. — Согласен, — улыбнулся Поттер и поцеловал дочурку, — А теперь ложитесь спать. — Когда я вырасту, я тоже хочу стать героем, как наши папы, и спасти кого-нибудь, — сказал мальчик. — Альбус, для того, чтобы спасти того, кого ты любишь, необязательно становиться героем, — Малфой обнял сына и поцеловал его в щёку, — А теперь ложись спать. Драко и Гарри уложили детей в кровати, ещё раз поцеловали их, пожелали им спокойной ночи и вышли из комнаты. — Потти, — аристократ мгновенно прижал своего мужа к стене и впился ему в губы, утягивая его в долгий поцелуй. Герой обхватил любимого за шею, притягивая его к себе поближе, и какое-то время они стояли на месте, целуясь и скользя руками по телам друг друга, затем блондин оторвал брюнета от стены и начал медленно толкать его в сторону их спальни, не разрывая поцелуй. — Прости меня, Гарри, — вкрадчиво проговорил Малфой, пристально глядя любимому в глаза, — Я не хотел сделать тебе больно. — Ты тоже прости меня, Драко, — Поттер поднял на своего мужа грустный и извиняющийся взгляд, — Иногда я забываю, через что тебе пришлось пройти, и мне жаль, что я снова заставляю тебя переживать, просто я не могу этого сделать. — И не надо, — скользя кончиками пальцев по лицу любимого, ответил аристократ, — Просто я боюсь за тебя, Гарри, и я не понимал, что не желая самому чувствовать боль, я причиняю боль тебе. — Больнее всего мне было, когда ты был холоден и отстранён, и я сразу вспомнил того Малфоя, каким ты был в Хогвартсе, — судорожно вздохнул Герой, всё ещё чувствуя мурашки и лёд от этих воспоминаний, — Ноо… — в зелёных глазах промелькнули озорные искорки, и он смущённо улыбнулся, — Мне понравилось, что было потом. — Потти… — ухмыльнулся блондин, склоняясь к губам любимого и многозначительно вскинув брови, — Хочешь повторить? — Конечно, хочу, Драко, — хмыкнул брюнет. — Ну смотри, Герой, ты сам напросился, — вкрадчиво проговорил Малфой, прижимая своего мужа к себе покрепче и мгновенно завладевая его ртом.