Приключения в Лихолесье

Дуться на старого друга само по себе занятие нудное, но необходимое, поскольку остроухий болван даже не понял, чем именно обидела ее легконогая Ариадна, которую впору было назвать Артемидой, если она еще не замужем… Лайди зло шмыгнула носом, списав невольно повлажневшие глаза на морской ветер к берегу. Она поежилась: ночи в Элладе оказались вовсе не теплые, а темно хоть глаз коли, так что добраться до пиршественного зала царского дворца будет проблемно. Зато небо какое красивое! Черный бархат испещряли самые настоящие гномьи самоцветы, складывающиеся в Валакирку, а Итиль сверкала полновесной золотой монетой, так и хотелось подержать ее в руках, поиграть даже, и это отвлекало от холода, хотя плечи уже покрывались «гусиной кожей», хитон не спасал. - Тпруу! – неожиданно раздалось рядом. – Эй, девица, замерзнешь! Выговор был странный, язык напоминал некое наречие, происходящее от диалекта Аэроссион, но самое интересное было в том, что вроде все и понятно, а без языкового заклинания не обойтись. Лайди обновила его и повернулась. Яркий свет Итиль выхватил из темноты всадника, молодого парня с приличным разворотом плеч, светлыми кудрями до оных, а одежда его напоминала ту, что носил цмок Всеслав, с той лишь разницей, что широких богато расшитый пояс колдунья видела впервые. Она читала когда-то, что в небольшой стране рядом с Аэроссион такие пояса значили очень много – по узору можно было определить происхождение парня или мужчины, женат ли он, какого роду-племени, какой сын в семье и много всего прочего. Лайди попыталась припомнить, но так и не смогла, сложная наука. - Замерзнешь, говорю, - всадник спешился и подошел к ней, - хвора лежать будешь… о, да ты красавица. Негоже такой у моря всю ночь торчать, эллины-то в основном мирные, а случись разбойник какой? - Уже случился, - насмешливо фыркнула Лайди. - Да я честный шляхтич, - обиделся парень, - меня Михал зовут, и я, кстати, неженатый. Он провел по поясу, но Лайди все равно отозвалась в том смысле, что она все равно не понимает ничего в поясах, а что неженатые, так все парни так говорят, все одно не проверишь. Молодой шляхтич расхохотался, расцепил фибулу на плаще и, сдернув его, укутал девушку – он был на пару дюймов выше Леголаса, так что колдунья в плащ поместилась вся. Михал аккуратно посадил Лайди на коня, после чего лихо вскочил сам. - Ладно, поехали, стало быть. Куда тебя везти? К Леониду? - Да, - кивнула девушка, - спасибо. - Какое там, - отмахнулся парень, - главное, чтоб тебя не обидел кто… но я б его ногайкой. «А он славный, - подумала юная колдунья, умащиваясь поудобнее, - хотя и титулованный. До чего же разные бывают люди». Не то, чтобы она сама была из пейзанок, но все-таки и не леди, так что, пусть этикет и на зубок знала, но к такому обращению не привыкла. Лесные эльфы ребята простые, дружные, вежливые, но не принято у них так к женщинам относиться, да и вообще у эльфов не принято женщинам мелкие услуги оказывать, то бишь ухаживать. Да уж, побочный эффект равенства полов. Михал весело напевал, погоняя коня, но без заклинания понятны только отдельные слова про какую-то королевну в лучистой короне, золотую коляску и то, что она бегать не может. Песенка все равно была милой, и Лайди поймала себя на том, что мелодично подпевает новому знакомому. Шляхтич спешился возле дворца, легко подхватил девушку и, озорничая, внес внутрь – при свете выяснилось, что глаза у него сине-серые, совершенно не похожие на эльфийские, но тоже красивые, а лицо, хоть и простое, и, опять же, до эльфийской красоты очень далекое, но мужественное и открытое, как еще говорят, значительное. Парень разглядел Лайди и встал как вкопанный. - Да ты еще красивее, чем я в темноте разобрал, - улыбнулся он. – Знаешь, а я ж тебя сейчас как невесту внес, вдруг да знак? - Поставь меня, пожалуйста, - тихо попросила колдунья. - Да будь ласкова, - шляхтич осторожно поставил ее на ноги, но сам как-то незаметно оказался на коленях. - Ты чего? – удивленно подняла девушка свои черные брови. - Выходи за меня замуж, - выдал Михал, - шляхетство получишь, в шелк и бархат наряжу, любить буду до гроба, как драгоценность беречь. Лайди смущенно вспыхнула, но тут раздалось ехидное «кхе-кхе», и из тени выступил Леголас. - Могу поздравить? – ехидно поинтересовался он. - Тебе-то что, остроухий? – мгновенно ощетинился потенциальный жених. – Ты и сам не ам, и людям не дам? - Лайди подданная моего отца, великого короля Лихолесья, - проинформировал принц, - если он не даст согласие на брак… - …увозом возьму, - уведомил шляхтич. Юная колдунья тотчас пришла в себя, ее лилейная, но не слабая ручка пришла в движение – Леголас схватился за левую щеку, зато Михал – за правую, а богатый плащ громко шлепнулся на пол. - Да как вы смеете?! – фурией взвилась девушка. – Как вы оба смеете решать мое будущее?!! На шум вышел Леонид, и девушка кинулась к нему: - О, мудрый царь, защити меня! - В чем дело, прекрасная Лайди, кто тебя обидел? – эллин уничтожающе посмотрел на обоих. – Кто посмел? Не плачь, скажи мне. Плач девушки несколько отрезвил как кандидата в женихи, так и принца, но они предпочли при царе язык не протягивать, все-таки в его полисе у женщин права были, хотя и благодаря прекрасной Горго, которую царь любил больше жизни, да и царица платила ему тем же. Лайди всхлипнула – больше напоказ, умело и умеренно использовать «женские штучки» не запрещено, а оружие сие безотказно, - затем просветила царя относительно сути их спора. - Все ясно, - резюмировал Леонид, - с женщинами сражаться все герои, а вы с царем попробуйте. Есть у наших друзей из Аэроссион традиция судного поединка, в котором кто меч у соперника вышибет, тот и прав. Ты, жених, первый. Хотя царь и был в возрасте, но в его полисе все были тренированными воинами, даже женщины стреляли из лука не хуже юношей, так что короткие мечи и трех раз не скрестились, когда Леонид выбил клинок у Михала и поймал его на лету свободной рукой. Он бросил тот же меч Леголасу, и вот тогда-то и началось самое интересное. Короткий меч идеальное оружие для сражений в лесу, и потому эльф владел им в совершенстве, хотя, чтобы было честно, и вынужден был немного снизить свою скорость и умерить ловкость, дабы не избавить противника от оружия слишком быстро. Однако затем принц вдруг понял, что царь непрост – он начал предугадывать движения противника, а в этом уже половина успеха, так что наследнику Лихолесья противостоял крепкий орешек. В конце концов Леголас все-таки победил, но от напряжения в голове загудело (еще бы, столько вина на пиру выпить!), а на верхнюю губу неожиданно капнуло что-то теплое и соленое. Принц вытер кровь под носом и с недоумением уставился на покрасневшие пальцы. - Что ж, поединок чести завершен, - кивнул царь, - и вот мое решение: дева Лайди будет решать, желает ли она стать чьей-либо женой, с разрешения своего короля или без оного. Эльф зло зыркнул на правителя, но промолчал. - Великий царь, - тихо сказала девушка, - будь ты свидетель: я обещаю подумать над тем, что сказал мне Михал, и над приказом моего принца, - с этими словами она слегка поклонилась наследнику Лихолесья. - Да будет так, - согласился благородный эллин. Шляхтич выглядел пристыженным, поэтому он подошел к Лайди и склонился к ее лицу, тихо сказав: - Ты прости меня, насильно мил не будешь, я б тебя не взял, коли отказалась. - Спасибо, - искренне поблагодарила колдунья. Она и понятия не имела, что ее воздыхатель, мягко говоря, весьма неординарный парень, ибо в знатных родах мнение невесты сроду не спрашивают… но и по любви тоже не женятся. Михал фактически рисковал своим статусом, потому что непутевого сына, что побродяжку себе нашел вместо хорошей невесты, выгнать раз плюнуть, и пусть разбирается как знает. Девушка отошла от потенциального жениха, нарочито не глядя на Леголаса. «Пойми, я тебя спасал», - осанвэ было окрашено легкой горечью. «Своеобразно», - отрубила Лайди, шмыгнув к себе в комнату. Леголас закусил губу: перегнул, лучник, да только стрелять-то не собирался, а оно только с такой целью смысл имеет. Он давно не чувствовал себя таким дураком, но виноват исключительно сам. Из зала вышла легконогая танцовщица, и, склонив к плечу красивую головку, посмотрела на эльфа. - Что загрустил, достойный гость? - Скажи мне, прекрасная Ариадна, - эльф посмотрел ей в глаза, - что бы я мог сделать, чтобы утешить девушку, прощения у нее попросить… - Искренним будь, - певуче отозвалась эллинка, - расскажи ей, что ты был неправым, пусть она знает, что ты уважаешь ее. Жены свободны, поскольку свободны мужи, нас разделяет не то, кто мы сами, только лишь гордость. Улыбнувшись, красавица уже обычным тоном дополнила: - В знак примиренья дари ей прекрасное что-то. Леголас воспринял совет как руководство к действию. Утром Лайди обнаружила на своем окне большую перламутровую раковину, раскрыв которую – еще чуть влажную, пахнущую морем, - увидела клочок пергамента, на котором рунами Лихолесья было написано всего два слова: «Прости меня». Радостно засмеявшись, юная колдунья от избытка чувств аж поцеловала маленький пергамент, потому что подобного в ее жизни еще не было. Тут в окне показался огромный букет алых роз. - Доброго утра тебе, милая девица-красавица, - Михал стоял под окном и улыбался. – Зря я, наверное, цветы искал, ты все равно лучше их всех. - И тебе доброе утро, мой друг, - улыбнулась в ответ девушка. Кто знает, что ждет их впереди? К Михалу стоит все-таки присмотреться.