Приключения в Лихолесье

Некогда королю эльфов преподнесли в дар его же собственную статую, в полный рост и при том на довольно высоком постаменте, так что его мраморное величество возвышалось над площадью для встречи с послами иных народов где-то на высоте как раз-таки королевского роста. Трандуил был спокоен – вспрыгнуть на подобную высоту могли только эльфы, взобраться невозможно, ибо уцепиться не за что, да и сама цель оказаться рядом с королевской статуей не могла придти ему в голову, потому что… словом, ну что там делать-то? ах, ваше наивное величество, не знаете вы женского коварства! Но обо все по порядку. Случилось так, что среди прекрасных рыжеволосых дев Эрина, что прибыли вместе с делегацией, оказалось несколько молодых фейри (так они называли волшебниц, они же феи), ну а темперамент таких девушек всем хороши известен, особенно если появится на их пути вдовец, да не просто вдовец, а еще и король, да умелый воин, да еще и мужчина привлекательный. Действия со стороны рыжих колдуний не заставили себя ждать, а дежурившие в ту ночь Белег и Маблунг втихаря умирали от хохота, рискуя свалиться с крепостной стены, но остановиться не могли. Было от чего хохотать: девицы шустро помогли двум самым мелким и легким взобраться на постамент, и те увили статую Трандуила какими-то растениями, при этом нанеся под веточки, цветочки и лозы какие-то магические рисунки (чем – стражники не поняли), после чего спрыгнули в объятия товарок и образовали танцевальный круг, который во основном называют в разных странах хороводом. Против обыкновения девушки не стали отбивать каблуками бодрый ритм, напротив сбросили туфли и почти бесшумно – а для людей поразительно бесшумно – заструились в ритмичном танце. Распущенные волосы, цветочные гирлянды, тихое мелодичное пение наводили на мысль, что это какой-то магический ритуал. Близнецы навострили уши, и до них донеслось: - Ответь, ответь ты на любовь, такую нежную, Не хмурь свою сердито бровь под прядью снежною, Скажи мне лучше, что влюблен, тебе я подарю Свою красу, свою заботу, ведь уже люблю… Парни захихикали снова, ведь своего короля они знали прекрасно, и столь же прекрасно знали, что он очень даже сильный колдун, привораживать коего совершенно бесполезно, а порой даже и вредно, вот только не ему, понятное дело. Часа три они любовались хороводом, который, как это не странно, прямо-таки убаюкивал, а на посту спать нельзя. Чисто со скуки близнецы принялись тихонько подпевать колдуньям. Так продолжалось до первых петухов (в Лихолесье их, разумеется, нет, но в Озерном городе есть, а потому истошное «кукареку!» по-над речкою эльфы слышали каждое утро, и именно оно чаще всего заснуть не давало, причем не только дозору), но стоило птичке разбудить няньку Неллас, враз началось новое действие сего спектакля. Неллас разбудилась, заругалась и распахнула окно, высунувшись по пояс: - Чего расколдовались-то тут, дурехи? Мой Трандусенька колдун почище вас всех вместе взятых, ни шиша у вас не выйдет! Над нянькиной комнатой распахнулось другое окно, после чего заспанный, а потому злой как сто орков и один балрог Трандуил вышел со зверским лицом на балкон и рявкнул королевским рявом: - Что за – ик! – представление? По вашей – ик! – милости я же всю – ик! – ночь не спал! Да я вас всех… - ик! – бесстыжих – ик! – на плаху… Ик! Каз… - ик! – каз… Шутки кончились, догадливые девахи бросились в рассыпную, пока величество не выговорил насчет «казнить», Белег и Маблунг, как невольные свидетели королевского конфуза, шустро порскнули в кусты – Белег направо, Маблунг налево. Неллас покачала головой и полезла на дерево, дабы добраться до дитятки любимого и привести его в порядок, пока советников дракон не принес, а то стыда наберется так, что потом весь день будет в депрессии, а от того кушать не захочет… додумать она не успела, ибо застала свое чадушко на ковре, сосредоточенно поливающим слезами симпатичный бонсаи – подарок побратима посла Аэроссион, милейшего господина Иитиро. Неллас вылечила икоту, затем погладила всхлипывающего правителя Лихолесья по льняным волосам: - Будя, будя, Трандушенька… - Няня, - взвыл белугой несчастный, уткнувшись ей в грудь и моментально промочив утреннее платье, - ой, я несчастный… - Забижають сироту, паразитки, - проворчала верная нянюшка, обняв и покачивая своего ненаглядного мальчика. – Что ж такое деется? Куда ж валар смотрят, прости Эру? Ну будя, будя, не плачь, сыночек мой милый, все образуется… ужо я их всех, охальников! Трандуил душераздирающе вздохнул, обдав жаром своего дыхания ее нежную кожу, затем шумно высморкался. - Маменька моя, не могу, - утирался он любимым платочком размером с небольшую скатерку, - где ж сыночка мой, кровиночка моя родная? Снился мне… - В каком виде-то? – привычно вытирала ему лицо и нос нянька. - Исхудал, побледнел… забижааюуут! – безутешно взвыл Трандуил. - Ой же дитятко мое ненаглядное, - заголосила Неллас, - ой же детка моя королевская! Сиротинушка ты моя, на кого ж ты нас покинул? И да где ж ты теперь обретаешься? Негде ж голову приклонить тебе! Рыдали они часов до пяти утра, но зато все нервное напряжение удалось сбросить. Новый скачок привел Леголаса, Лайди и ставшего им спутником Михала в странный, но очень красивый заснеженный край, и именно глубокий снег и оказался помехой: если эльфийский принц абсолютно спокойно шел по нему, колдунью поддерживала ее магия, то человек ухнул сразу по пояс и выругался. Леголас не сдержал ехидной улыбки, Лайди посмотрела на него с укоризной. - Без паники, - пропыхтел из снега Михал, - мне бы пару досточек высушенных… хотя и не надо, вон чье-то жилье, проблему решим. Жильем оказался небольшой дом, который шлях назвал странно, но красиво – зимовье. Оказавшийся там мужчина охотно продал молодому человеку за золотой рубль две какие-то странные, но крепкие доски, которые Михал, выйдя из домика, ловко пристегнул ремнями к ногам и… пошел по сугробам едва ли не быстрее Леголаса! Друзья пораженно уставились на подъехавшего (иначе не скажешь) к какой-то странной тележке Михала, который деловито проверял лежащие на ней тюки, бурча что-то под нос. - На-ка, красота моя неописуемая, - кинул он Лайди нечто, по виду похожее на зимнюю одежду, - не то простынешь… дай помогу. Парень застегнул пряжки этого нечто, которое назвал шубой, и гляди-ка, стало так тепло, что лучше быстро не ходить, а то и вовсе жарко станет; голову шлях помог покрыть теплым узорчатым платком, сказав при этом, что «совсем холодно станет, лучше и вовсе пуховый надеть». Сам он тоже оделся, только его шуба оказалась короче, и называлась она уже не шуба, а полушубок – такой же парень перебросил Леголасу. Далее парень что-то прикинул, заглянул снова в зимовье, добавил хозяину денег и вынес небольшой мешок со снедью. - Хозяин позволил санки взять, - проинформировал он, пристраивая провиант на таинственном предмете, - пойдем портал искать, после посторожите, а я ему лишнее верну и прибегу. - А если далеко? – нахмурилась Лайди. - Так я ж на лыжах, да на Севере не в первый раз. Ты садись, а я за коня. Девушка мало что поняла, но послушно села. Михал привязал веревку к поясу своего полушубка, оттолкнулся от снега палками и неожиданно для обоих ринулся вперед с такой скоростью, что орлы Манвэ позавидуют, они-то не способны так низко летать. Лайди невольно взвизгнула от восторга: так путешествовать по снегу юной волшебнице еще не приходилось, а принц был вынужден бежать со всех ног за человеческим парнем, про себя поминая сначала всех его предков до тридцать восьмого колена, а потом еще и светлых валар разом и по очереди. Так они отмахали несколько лиг, пока Михал не предложил на костре чайком побаловаться, а заодно и подхарчиться немного. Походная еда не была в новинку никому из троих, но вот конкуренция по поводу того, как ухаживать за девушкой оказалась невозможно ожесточенной, но не выдержала первой колдунья и, со словами: «Какие же зануды вы оба!», устроилась на еловой ветке, благо толстая шуба не давала ощутить дискомфорт от иголок. Принц скрипнул зубами, но промолчал, хотя про себя и отметил, что давно у него шлях леща не зарабатывал. Впрочем, уж кем-кем, а дураком лихолесски принц никогда не был, а к мышлению в масштабах государства был приучен с пеленок, а потому обратился к Михалу: - А как ты с этим… этими… - С лыжами, что ли? – догадался парень. – Это, брат, совсем не сложно, просто привычка нужна, а у нас граница рядом с северными странами проходит, да и у самих зимы холодные, а мы-то люди все ж, не эльфы, вот и придумали. Обучить, что ли? Леголас решительно задушил свою гордость на корню и кивнул. - Ну так гляди сюда – вот так я отталкиваюсь да эдак нагибаюсь… Эльф отмечал каждое движение, понятливо кивал, задавая короткие вопросы, все при этом по существу. Михал заулыбался: толковый парень, пусть и уши не той системы. Не будь у них конкуренции за руку прекрасной Лайди, давно бы уж подружились (сама колдунья тоже присматривалась к необычному для нее способу передвижения с интересом). На санях нашлись еще несколько комплектов лыж и даже какие-то снегоступы. Со стоянки снялись уже на лыжах, и, хотя девушке было трудно, вследствие чего она отставала от парней, дальше пошли таким способом все трое.