Мальчики краше цветов (Цветочный дом)

Терракотовая комната единственная в Цветочном Доме не терпит верёвок к потолку. В терракотовой комнате пахнет капучино, жасмином и слегка землёй после дождя. Намджун обожает карамель, велосипед, прогулки по реке Хан, которую видно из окна, и своё стоп-слово — "Суккулент". Чимин приходит к нему без предупреждений, без стука, без легенды. Он просто приходит, просто велит сесть на кровать. Просто делает обвязку — с любовью наматывая мягкие прочные узлы. Сегодня он пришел, чтобы сделать стандартную "стрекозу"*, и дразниться голым телом. Пак знает, как Намджун реагирует на него, на то, как он танцует. Особенно, если танцевать так, как умеет только Чимин. Это даже грязными танцами назвать нельзя, так он грациозен, аристократично элегантен. Да, черт возьми, Чимин даже матерится красиво!.. — Как твоя игрушка, Намджуни?.. Ты доставал её сегодня? Чимин останавливается, чтобы прикоснуться к голому животу Намджуна кончиками пальцев. — Д..да. У Намджуна во рту пересохло, а эрекцией можно заколачивать сваи; с головки медленно капает смазка, и это Пак ещё даже не прикоснулся к нему!.. — Покажи. — Чимин говорит тихо, отходит. Намджун послушно встаёт, поворачивается спиной и наклоняется: между ягодиц виднеется силиконовое колечко, Чимин улыбается: — Ооо... Хитрец! Даже отшлепать тебя не за что. — Пак нетерпеливо усаживается на любимое кресло. — Иди сюда. Намджун высокий. И плечи у него не уступают плечам Джина, а на левой ягодице любимая родинка Чимина. — Прогнись. — Чимин держит хёна за бедра, пальцами жмёт поясницу; Намджун слушается, прогибается и приподнимает таз. Чимин медленно вынимает пробку и наблюдает, как капает смазка, которая была заперта внутри. Он обожает такую подготовку, Намджун каждый раз удивляет его приятно. — Забирайся! — хлопает Чимин по расставленным своим коленям, не удерживается и шлёпает Намджуна по заднице. — Быстро. Лицом ко мне. Поддерживает хёна, зная его неуклюжесть, царапает, тянет к себе, заставляет раскрываться сильнее, а от упирающегося в живот члена, торопится, не жалеет Намджуна, входит сразу на всю длину, и двигается с силой, до звёздочек в глазах, хватает Намджуна за шею, за горло, заставляя тянутся вверх, запрокидывать голову. — Твоя шея мой личный кинк... — Пак облизывается, глядя на идеальную линию челюсти, то, как вены вздуваются на шее Намджуна, как он трудно втягивает воздух и подчиняется, подчиняется... И кончает, заливая Паков живот, содрогаясь всем телом, сжимая член Чимина изнутри до оргазма и без сил падает на плечо хозяина дома. — Намджуни, мой сладкий... — Пак обнимает старшего, по плечам гладит. — развяжу тебя позже, ладно? Мне нравится разглядывать на тебе крылья стрекозы. Он помогает Намджуну встать. — Пару серий? — включает телевизор. — Садись рядом. — хлопает по дивану рядом с собой. Намджун любит смотреть что-то рядом с Паком. Все равно что, лишь бы с ним.