destiny

Какой-то странный шорох в холле заставляет Лилит напряжённо замереть. Она выглядывает из кухни, замечая, как у входных дверей нервно копошится ярко-алое пятно. — Леви? — настороженно произносит чародейка. Плащ дёргается и разворачивается к ней, держа в своём краешке бумажный пакет. Девушка шумно выдыхает и поджимает губы, понимая, что пока она занималась приготовлением чая, настырная ткань умудрилась сама открыть двери храма и забрать их заказ у курьера. Чародейка разворачивается и заходит обратно на кухню. — Поздравь нас, Бликер-стрит 177А теперь официально будет в чёрном списке у доставщиков еды, — обращается Освальд уже к Стивену. Он поднимает голову, отрываясь от просмотра новостей в своём смартфоне и хмуро оглядывает алый Плащ, который с максимально важным видом ставит пакет с продуктами на стол. Леви, видимо, чувствует настроение хозяина, поэтому спешит удалиться, театрально взмахивая краешком на прощание. — Если ты хочешь узнать, что ты пропустил за последние пять лет, спешу тебя расстроить кроме всемирной депрессии ничего особенного, — хмыкает Лилит, доставая еду, — И кстати, ты скажешь мне, куда делся предыдущий хранитель Санктума? — Я успел переговорить с Вонгом на эту тему, — пожимает плечами мужчина, а затем поднимает на чародейку насмешливый взгляд, — Или ты серьёзно думаешь, что я позволю жить здесь кому-то кроме нас, а сам буду ютиться в аскетичной келье Камар-Таджа? Девушка мельком оглядывает кухню и усмехается себе под нос. Нью-Йоркский храм отличается своей старомодной изысканностью и определённым шармом. Несмотря на достаточно своеобразный классический интерьер, он поражает своей роскошью. Так что наивно было полагать, что Доктор будет жертвовать своим комфортом и обитать в крошечной комнатушке Тибетского храма. — Действительно, — вздыхает Лилит, а затем присаживается за стол рядом с магом. Они принимаются за ужин, обсуждая статью из «Нью-Йорк Таймс», которую Стивен успел прочитать за это время. Провести несколько дней, практически не вылезая из кровати — это определённо одна из лучший затей, которые мог предложить Доктор. Наслаждаться долгожданной близостью, нежиться в родных объятиях, чувствовать, как сладкая эйфория заполняет каждую клеточку тела и заставляет сердце бешено биться в грудной клетке. И говорить долго-долго. Впервые за столько лет свободно и обо всём, что тревожит, при этом зная, что её по-настоящему поймут. Да и к тому же, извиняется за своё отсутствие Стивен весьма искусно, чему Лилит определённо рада. На Нью-Йорк опускается глубокая ночь. В храме зажигаются люстры с тёплым светом, и атмосфера становится по-настоящему уютной. Доктор достаёт откуда-то из закромов кухни бутылку красного вина и разливает в хрустальные бокалы. — Нет, не говори, пожалуйста, что ты не смотрела «Двенадцать разгневанных мужчин», — притворно хмурится маг, склоняясь к лицу чародейки, — Это же классика, Освальд. Ты оскверняешь искусство кинематографа. Его театральность даёт сбой, когда в прищуренных светлых глазах мелькают озорные искры. Лилит хмыкает и, притянув его за ворот футболки, целует коротко и влажно. На губах остаётся терпкий вкус вина. — Скажи спасибо, что я вообще знаю, что такое телевидение, — улыбается девушка, отстраняясь от мага, и поглаживает пальцами краешек бокала, — Вот вырос бы в Камар-Тадже, я бы на тебя посмотрела. — Когда я появился в Тибете, мне первым делом выдали пароль от вай-фая и завили, что они не варвары, — подмечает Стрэндж. — В удачное время ты туда попал, — пожимает плечами Освальд. В холле раздаётся какой-то шум, и Стивен с Лилит поворачиваются в сторону источника звука. — Лилит! — слышится знакомый вопль. Девушка соскальзывает со стула и выпрямляется, судорожно поправляя свою мантию: не хватало ещё чтобы Вонг увидел лишнего. Доктор наблюдает за этой картиной с насмешкой, но та лишь безразлично пожимает плечами и с нечитаемым выражением лица ждёт появления на кухне Верховного чародея. — Вонг, — Стивен салютует ему бокалом, когда мужчина появляется на кухне. — Стрэндж, — холодно отзывается чародей, а затем поворачивается к Лилит, — Ты не забыла, что у тебя сейчас тренировка? Мне кажется, после всего произошедшего твои ученики как никогда нуждаются в твоей поддержке. — О чёрт, — выдыхает Освальд, мысленно прикидывая разницу во времени с Камар-Таджем, а затем оборачивается к Стивену, — Прости, мне действительно пора. — И почему несмотря на очередное спасение мира, ты продолжаешь вносить хаос в жизнь чародеев? — философски интересуется Вонг, — И портить моих мастеров. Освальд в спешке создаёт искрящийся портал и шагает в него, оставляя мужчин наедине. Но фраза Доктора «Портить? Мы в двадцать первом веке живём, дружище, у нас всё по обоюдному согласию» всё равно достигает её ушей. Она появляется прямо посреди тренировочной площадки, пытаясь выкинуть из головы очередную остроту Стивена, а затем пробегается по присутствующим внимательным взглядом. — Мастер Освальд, — приветствуют её ученики и склоняют головы в поклоне. — Готовы начинать? — осторожно интересуется она, с трудом сглотнув, потому что замечает, что некоторых её ученики отсутствуют. Чародеи уверенно кивают. В этот раз Лилит не отпускает едких комментариев и удерживается от лишних истязаний: тренировка проходит в более расслабленном темпе, и по виду присутствующих можно заметить, что они этому весьма благодарны. В конце занятия девушка собирает их в сторонке, обсуждает произошедшее, узнаёт кто из чародеев лежит в лазарете, а кто погиб в битве с Таносом. Ребята держатся на удивление бодро: они прекрасно понимают, на что шли, когда решили стать защитниками магического мира. — Мастер Освальд, — слышит она позади себя знакомый женский голос и оборачивается, натыкаясь на серый взгляд. Анна впервые за эти годы улыбается ей по-настоящему искренне, и Лилит с удивлением подмечает, что девушке поразительно это идёт. Юная чародейка внезапно заключает её в объятия, и Освальд замирает, не ожидая подобного проявления чувств, но затем позволяет себе расслабиться и обнять ученицу в ответ. — Я рада, что у вас всё хорошо, мастер Освальд, — говорит она совсем тихо, чтобы остальные её не услышали. Действительно хорошо. Лилит мягко отстраняется от девушки и зачарованно всматривается в эти пронзительные глаза оттенка стали напротив. Снова живая. — Спасибо, — шепчет Освальд едва слышно, а затем спрашивает: — А ты как? — Мой старший брат вернулся, — она указывает взглядом на незнакомого юношу, который стоит чуть поодаль от них. — Я уж было подумала, что это никогда не случится, но… теперь я в порядке. Точно в порядке. Вонг как-то упоминал, что старший брат привёл её в Камар-Тадж после какой-то трагедии с их семьёй. Она была ещё совсем юной, осталась без родителей в четырнадцатилетнем возрасте, и худо-бедно пережила эту боль благодаря единственному близкому человеку, но чуть позже потеряла и его. Так что неудивительно, что именно в этой девушке Лилит увидела своё отражение тогда, три года назад. — Ты это заслужила, Анна, — снова улыбается Лилит в ответ и сжимает ладонь девушки в своей. Освальд прощается со всеми учениками и вскоре замечает стоящего неподалёку Стивена. Мужчина стоит, облокотившись на каменную колонну, и наблюдает за ней с лёгким прищуром. Она направляется к нему, размышляя, как долго Доктор там находится. — Следишь? — усмехается чародейка, подходя к нему. — Возможно. Допивать бутылку вина в одиночестве в пустом храме я не намерен, а Вонг меня быстро покинул, сказав напоследок ещё пару ласковых, — кривится Стрэндж, а затем отталкивается от колонны и жестом показывает идти за ним, — Кажется, я задолжал тебе пару объяснений. Лилит семенит следом за ним, с недоумением оглядывая безлюдные коридоры. Они оказываются на нижних этажах храма, где располагается библиотека и хранилище артефактов. Когда Освальд и Стрэндж проходят мимо книжных полок, Доктор ловко выуживает из запретной секции какой-то незнакомый девушке фолиант и направляется дальше. Они проходят вглубь помещения, и маг останавливается перед невзрачной хлипкой дверью. Чародейка останавливается, внимательно наблюдая за тем, как он складывает ладони в определённой последовательности жестов и открывает замок. — И что мы здесь забыли? — напряжённо уточняет девушка, оглядываясь по сторонам, но ответа не следует. Маг накладывает на помещение изолирующие чары и ловким движением кисти закрывает за ними дверь. Лилит с интересом рассматривает множество артефактов. Стивен мягко подталкивает её чуть дальше, к пьедесталу, за стеклом которого хранится осколок космического куба, выуженный ими из Тёмного измерения. При воспоминании об этом месте по спине невольно бежит россыпь мурашек, и чародейка неловко ведёт плечами. — Погоди, — ошеломлённо произносит она, — А где второй? — А вот теперь мы подходим к самому интересному, — вздыхает Стрэндж, чуть поджав губы, — И прежде, чем ты начнёшь возмущаться, хочу сказать, что я сделал это исключительно из самых лучших побуждений. Освальд сглатывает и напряжённо замирает. Слова Стивена ей уже не нравятся. — Второй осколок у тебя, — говорит он. Глаза Лилит расширяются от удивления. Она рефлекторно кладёт ладонь на свою грудную клетку, пальцы нащупывают обсидиан, подаренный Доктором пять лет назад. Когда к ней приходит осознание происходящего, девушка одёргивает руку. — Что прости? — охрипшим от волнения голосом произносит она, — Хочешь сказать, что ты подарил мне самый опасный тёмный артефакт во всей чёртовой Вселенной и заставил носить его на шее? Серьёзно, Стивен? — Это просто осколок, он не обладает мощностью цельного куба. И он не совсем тёмный, — спокойно парирует Доктор. — Но может уверенно потянуть на Камень Бесконечности и в случае неправильного обращения пошатнуть устойчивость нашей реальности, — шипит она. — Ты ведь сама говорила, что хотела на день рождения зелёный камушек. Считай, я практически исполнил твоё желание, — усмехается маг. Чародейка растерянно моргает и от удивления даже приоткрывает рот. Кажется, теперь она понимает, почему у Вонга едва нервный тик не случается от выходок Стрэнджа. — Немыслимо, — выдыхает она. — До этого момента ты даже не подозревала, что я запечатал осколок в твою подвеску. Согласись, такая опытная чародейка могла бы почувствовать волны, как ты говоришь, тёмной магии, исходящие от него, — дёргает бровью маг. Он настолько спокоен и уверен в себе, что Освальд едва не скрипит зубами от негодования. — Но их не было. При правильном обращении он не будет представлять угрозу для нашей реальности. Я лишь хочу научить тебя использовать его. — Мы достали его из Тёмного измерения, — качает головой Лилит, — Подобная сила не должна находиться в руках обычных людей, Стивен, это слишком опасно. Мужчина шумно выдыхает и делает шаг вперёд, оказываясь рядом с ней. — Она находится в твоих руках. Не в обычных, — успокаивающим тоном произносит он, взяв ладонь чародейки в свою, — Я два года носил на шее Камень Бесконечности, а до меня им пользовались десятки различных чародеев. Древняя и подавно столетиями черпала свои силы из Тёмного измерения. Ты и сама лучше многих знаешь, что проблема не в силе, а в том, каким образом ей пользоваться. — Древняя? Тёмное измерение? Значит, его слова были правдой, — растерянно повторяет девушка, с непониманием вглядываясь в светлые глаза напротив. — Да, — кивает Доктор, — Именно поэтому Мордо нас предал. Он посчитал это лицемерием, даже не обратив внимания на то, что она годами успешно сохраняла стабильность нашей реальности. Лилит устало трёт переносицу пальцами, пытаясь переварить информацию. К такому жизнь её явно не готовила. — Что ты будешь делать со вторым осколком? — уточняет чародейка, бросая взгляд на пьедестал. — Я думаю, ты прекрасно знаешь, — Стивен склоняет голову набок, вглядываясь в её лицо. — Заменишь око Агамотто, — глухо отзывается девушка. — После встречи с Таносом я понял, насколько ничтожна наша сила. Мы ничего не значим в этой Вселенной, Лилит, и кто знает, какой сумасшедший решит поработить наш мир в следующий раз. Я лишь хочу иметь возможность защитить то, что мне дорого, — печально улыбается уголками губ мужчина, дотрагиваясь до её лица тёплой ладонью. Девушка на секунду прикрывает глаза, наслаждаясь его прикосновением. Маг поглаживает её скулу большим пальцем, и спустя некоторое время оставляет на макушке короткий поцелуй. — Я знаю, что это противоречит всем принципам, которые прививали тебе с детства, но мир не делится на чёрное и белое. Танос использовал Камни Бесконечности для того, чтобы погубить Вселенную, в то время как мастера магических искусств использовали их во благо защиты нашей реальности. Это мощный артефакт, я не спорю. Но я уверен, что в твоих руках в нужный момент он сможет принести пользу этому миру. Девушка закусывает губу, размышляя над его словами. В них, несомненно, есть смысл. Лилит много лет придерживалась установленных правил, но это никак не спасло её от потери самых дорогих людей. Она боялась тёмной магии как огня, следовала своим принципам, убегала от ответственности и была лишь сторонним наблюдателем происходящего в её жизни ужаса. Но теперь в её руках есть настоящая сила. — Ладно, чёрт с тобой, — соглашается она, — Но учти, если что-то пойдёт не так, я уничтожу их не задумываясь. Я не шучу. Мне плевать каким трудом они нам достались. — Я не сомневаюсь, чертёнок, — хмыкает маг.