destiny

Лилит ловким движением ладони создаёт искрящийся портал в Нью-Йоркский храм и шагает внутрь. Когда воронка за её спиной захлопывается, девушка шумно выдыхает и устало трёт глаза пальцами, чтобы немного прийти в себя. Она направляется на кухню и выуживает из холодильника баночку энергетика. Где-то в шкафах на этот случай также припрятана пачка острого Читос. Совмещать тренировки в Камар-Тадже и обучение у Стрэнджа оказывается той ещё проблемой из-за разницы во времени между Нью-Йорком и Тибетом. Поэтому последние пару недель Освальд спит как попало и заливает в себя кофе литрами под неодобрительные взгляды Вонга и Стивена. Удивительно, как ей вообще хватает концентрации на сложные магические манипуляции. Услышав шум в гостиной, чародейка удивлённо вскидывает брови: в три часа ночи Доктор ещё бодрствует. Она заливает в себя остатки Ред Булла, а затем хватает пачку Читос и направляется в сторону источника шума. Стивен находится быстро. В гостиной царит приятный полумрак: по краю комнаты расставлено множество потёртых медных канделябров. Чуть приглядевшись, Лилит замечает, что пламя свечей образует большой круг, в центре которого на полу сидит Стрэндж. Он увлечённо перелистывает какой-то ветхий фолиант, не заметив её присутствия. Освальд засматривается на точёный профиль, что в приглушённом свете кажется особенно таинственным и даже немного зловещим. Чародейка усмехается собственным мыслям, а затем шуршит пакетом и достаёт из него палочку Читос. Доктор вскидывает голову, услышав шум, и сводит брови к переносице. — Ты опять поедаешь эту гадость? — полувопросительно произносит он, одарив её хмурым взглядом, — Я ведь уже говорил тебе, что гастрит — это меньшая проблема, которую ты можешь себе заработать. — Ага, — равнодушно отзывается девушка, а затем указывает палочкой Читос на выставленные в полукруг свечи: — Ты ведь в курсе, что это ни разу не похоже на магический обряд? Я в ведьмы не записывалась. Мужчина обводит комнату скептичным взглядом и кривит губы. — Мы используем только магические руны, а пламя свечей является хорошим проводником для энергетических потоков. Читайте больше книг, мисс Освальд, эти обряды использовались ещё вашими предками. Чародейка раздражённо выдыхает и закидывает в рот очередную палочку Читос. — Так и будешь стоять там, или всё-таки присоединишься? — осведомляется Доктор, и Лилит с недовольным лицом откладывает своё лакомство в сторону. — Если Вонг об этом узнает, в лучшем случае мы получим по первое число, а в худшем пойдём под трибунал. Не так я намеревалась закончить свою карьеру, — бурчит чародейка, но всё же проходит к мужчине и присаживается напротив него в магический круг. Стивен искусно делает вид, что не замечает её бубнёж. Освальд мельком заглядывает на страницу книги, но прочитать иероглифы не представляется возможным из-за того, что они перевёрнуты вверх тормашками. — Я знаю, что ты устала, но постарайся сконцентрироваться и повторяй за мной, — произносит маг, поднимая ладони на уровень груди. Лилит уверенно кивает и практически в точности воспроизводит изящный жест Доктора. Кончики пальцев начинает приятно покалывать от тёплых волн энергии, которые расходятся по телу. В воздухе вспыхивает цепочка искрящихся рун. — Осколок отличается от всех артефактов, которые ты когда-либо использовала. Он обладает своей силой и характером, и подчиняться ни тебе, ни кому-либо ещё не намерен. Я думаю, ты уже могла это заметить, — спокойно произносит Стивен. Чародейка коротко кивает. Действительно, за это время она уже успела понять, что Плащ Левитации или её магический кистень и рядом не стояли с этим медальоном. Их артефакты поколениями служили на благо чародеев, а потому привыкли беспрекословно подчиняться своим хозяевам и с лёгкостью отзываться на любое желание. На её шее же висит бомба замедленного действия. — При должном самоконтроле ты можешь черпать из него силы, но всегда держи руку на пульсе, — девушка едва сдерживает усмешку, когда Доктор по привычке обращается к своим излюбленным медицинским терминам, — Твоя задача лишь ненадолго открыть его магический потенциал. Не более. Мужчина совершает ещё один плавный жест ладонями, и Освальд повторяет за ним. Воздух густеет, насыщаясь древней магией. Лилит прикрывает глаза, чувствуя эпицентр этой силы в своей груди. Виски неприятно пульсируют от мощных всполохов волшебства, по телу пробегает крупная дрожь. Чародейка медленно выдыхает, пытаясь не растерять эту концентрацию, но она буквально кожей чувствует, как пьянящее ощущение могущества окутывает её своими обжигающими щупальцами. На долю секунды девушке кажется, что она готова раствориться в этом мираже, но лёгкое прикосновение Стивена к её предплечью отрезвляет. — Тише, Лилит, не так быстро, — вкрадчиво произносит он. Девушка кивает, сводя ладони вместе. Сковывающие ощущения медленно угасают. Освальд распахивает глаза, натыкаясь на проницательный светлый взгляд. — Меня даже раздражает как легко тебе даётся контроль над этой магией, — фыркает она. Маг лишь снисходительно улыбается и качает головой. — Ты просто слишком сильно привыкла к тому, что сила тебе подчиняется. Я же наоборот не умею отпускать контроль. Мы попробуем ещё раз. Их тренировка продолжается около часа, но этого времени хватает для того, чтобы Лилит окончательно выдохлась. Стивен тушит свечи и убирает канделябры на место, чтобы гостиная не выглядела местом ведьмовских обрядов. Мужчина подходит к столу, достаёт из ящика какой-то неизвестный артефакт в виде металлических браслетов и протягивает ей. Чародейка берёт их в руки, рассматривая мелкую рунную вязь, поблёскивающую в полумраке комнаты. — В следующий раз попробуем с ними, — говорит он, — Это не очень распространённая вещь в нашем мире, ведь в большинстве своём артефакты имеют свойство раскрывать магический потенциал. Этот же будет помогать его сдерживать. — Ты точно не человек, Стивен, — усмехается она, — Потому что я изучаю магическое искусство больше двадцати лет, но ты всё равно умудряешься обойти меня в этом. Лилит задумчиво крутит браслеты в своих руках, а затем откладывает в сторону и цепляется за пояс мужчины, притягивая его к себе. Впрочем, сопротивления с его стороны всё равно не следует, иначе бы ей не удалось даже сдвинуть его с места. — Ты всё равно одна из самых сильных чародеев, которых я когда-либо встречал, — улыбается мужчина, склоняясь к её лицу. — Льстец, — хмыкает Освальд, задерживаясь взглядом на чертах лица мага. Стивен мягко накрывает её губы своими, увлекая в чувственный поцелуй. Чародейка приподнимается на носочки и обвивает руками его шею, ластясь к телу Доктора ещё ближе. Он углубляет поцелуй, действуя более настойчиво, и одной ладонью зарывается в смоляные волосы. Сердце сбивается со своего ритма только лишь от уверенных движений его губ и языка, и Лилит думается — немыслимо, чтобы её тело раз за разом выдавало подобную реакцию. До головокружения и предательски дрожащих коленок. Рука мага цепляется за пояс её мантии, и чародейка чувствует, как он уверенно развязывает плетение. Край плотной ткани соскальзывает с плеча, и обнажённую часть тела тут же обдаёт приятным холодом. — Сегодня нижнего белья тоже не предусмотрено? — интересуется Стивен, оставляя короткий и влажный поцелуй на плече, а затем скользит ладонью ниже. Лилит не успевает ответить, потому что глаза цепляются за ворох ярко-рыжих искр прямо за спиной мага. Она вздрагивает и мягко отталкивает Стивена от себя, судорожно поправляя раскрытую мантию. Доктор сводит брови к переносице, крайне недовольный сложившейся ситуацией, и делает ещё несколько шагов назад, ожидая незваного гостя. Освальд замечает знакомое одеяние, присущее Британским магам и удивлённо вскидывает брови. Даррен уверенно выходит из портала и сразу замечает фигуру чародейки. Она не успевает ничего сказать, как Питерс по привычке, выработанной за несколько лет, заключает её в крепкие объятия. Краем глаза Лилит замечает, как брови Стрэнджа ползут вверх. — Привет, — выдыхает друг судорожно и чуть отстраняется, заглядывая в её лицо, — Не видел тебя со времен битвы с Таносом. Как ты поживаешь, Лил? У тебя всё хорошо? Прости, что не заглядывал раньше, только сейчас удалось выбраться. — Эм… — растерянно выдыхает девушка, — Всё в порядке, Даррен. Да, всё в порядке. Сбоку раздаётся тактичное покашливание, что по мнению Освальд скорее похоже на пассивную агрессию со стороны мага, потому что он смеряет Питерса таким взглядом, от которого по коже бежит холодок. А Плащ Левитации как-то нервно дёргается в сторону гостя словно в попытке отхлестать его по щекам. Даррен недоумённо моргает, а затем переводит взгляд с Лилит на Доктора и обратно. — Оу, так вы… — парень обрывается на середине фразы и делает шаг назад, — Прошу прощения за беспокойство. Он кивает самому себе, а потом под напряжённое молчание в комнате создаёт портал и неуклюже шагает обратно. Когда воронка за его спиной захлопывается, Лилит прикусывает губу. Получилось крайне неудобно. Конечно, никаких надежд она парню не давала, но тем не менее он стал для неё неплохим другом и на протяжении всех лет пытался вытянуть из пучины отчаянья. Пусть и безрезультатно. — И часто к тебе посреди ночи чародеи заглядывают? — холодно интересуется Доктор, а затем добавляет почти издевательское: — Лил. Освальд смеряет Стивена удивлённым взглядом. Она склоняет голову и, прищурившись, разглядывает в полумраке гостиной его лицо. Практически ничего не выдаёт его негативной реакции кроме опасно сверкающих глаз и плотно поджатых губ. — Вы чего это, ревнуете меня, мистер Доктор? — хмыкает девушка, облокачиваясь на стол позади себя, — Так, что даже не учитываете разницу во времени с Лондоном? — Я не ревную, — чеканит Стрэндж с равнодушным лицом. Злить его себе дороже, но не потешиться над подобной реакцией она не может. Освальд изо всех сил пытается скрыть рвущуюся наружу улыбку, но выходит откровенно паршиво. — Отчего же вы тогда так напряглись? — нарочито вежливо интересуется она, а затем добавляет: — Сэр. Стивен сжимает челюсть, и Леви, будто чувствуя подступающую бурю соскальзывает с его плеч и убирается от греха подальше. Лилит провожает алый плащ взглядом, а затем вздрагивает, замечая, что Доктор уже успел бесшумно подкрасться к ней. — А ты себе не изменяешь, да? — осведомляется мужчина и ставит ладони по обе стороны от её тела, так что она оказывается прижата к столу без возможности выбраться, — Всё продолжаешь играть у меня на нервах. Посмотрю на твою реакцию, если ко мне посреди ночи заявится симпатичная чародейка и полезет обниматься, — вкрадчиво произносит Стрэндж, не сводя с девушки цепкого взгляда. Лилит нервно сглатывает и, пытаясь не обращать внимания на дурманящий рассудок жар его тела, чуть дёргает уголками губ. — Буду разрываться между тем, чтобы испепелить её с помощью заклинания и пригласить к нам присоединиться, — выдыхает судорожно девушка, невольно опуская взгляд на губы мага. — Сумасшедшая. Освальд не успевает ответить, потому что мужчина кладёт ладонь ей на затылок и, притянув к себе властным движением, накрывает её губы своими. Поцелуй выходит резким и смазанным, они едва не стукаются зубами в этом порыве. Лилит податливо льнёт к его телу, в очередной раз принимая собственную капитуляцию. Она скользит руками по груди мага в попытке зарыться в его волосы пальцами и притянуть его ближе, но Доктор ловко перехватывает её запястья, не давая совершить задуманное. Дыхание сбивается со своего ритма, когда мужчина сжимает руку чуть крепче, фиксируя её положение. Он прерывает поцелуй, и чародейка облизывает горящие губы, чувствуя, как кожу вокруг рта начинает саднить от его щетины. — Мне бы проучить тебя за подобные провокации, да боюсь тебе это только понравится, — низким и бархатным голосом произносит Стивен, всё также не отпуская её рук, что находятся на уровне его груди. Лилит пытается вырвать ладони, но Стрэндж только усмехается и перехватывает их чуть крепче. Запястья начинают неприятно ныть, и чародейка судорожно размышляет, как у него сил хватает с такой лёгкостью пресекать подобные порывы. — А вы попробуйте, мистер Доктор, — фыркает она, ещё раз дёрнув ладонями, — И приложите максимум усилий, потому что угрозы у вас, скажу я, так себе. Словно в замедленной съёмке девушка наблюдает за тем, как одна бровь мужчины ползёт вверх, а на губах появляется кривая усмешка. Серо-голубая радужка темнеет, вновь походя на предгрозовое небо. И сейчас Лилит как никогда раньше кажется, что эта дымка желания напоминает что-то действительно устрашающее. Говорили ей в детстве — не выводи старших из себя. Но как тут удержаться? — Учти, что сегодня на твои мольбы даже Дьявол не ответит, — мурлычет он, и нарочито нежно поглаживает её нос своим. Освальд сглатывает, не зная, что можно ожидать после подобного перформанса. И действительно, маг превосходит сам себя, потому что чуть отстраняется, а затем с елейной — и от того ещё более пугающей улыбкой — дёргает её за пояс мантии. Девушка невольно пошатывается и опускает голову, замечая, как плотная ткань трещит под напором сильных пальцев и мощной магии. Уже через секунду её одежда висит на ней бесформенным халатом, а не великолепным чародейским одеянием. Полы мантии расходятся в стороны, обнажая плоский живот. Лилит осторожно поднимает глаза на Стивена, боясь совершить лишнее движение. И несмотря на бурлящие внутри двойственные эмоции, она чувствует, как низ живота начинает ныть от желания. Щёки обжигает краска. — Что-то ты подозрительно тихая, — усмехается самодовольно маг и разжимает свою ладонь. Девушка потирает ноющие запястья, действительно не в силах найти подходящих слов. Она не знает, специально Доктор это делает, или нет — но воздух в комнате словно густеет и электризуется от его силы и магии. Серые глаза сверкают в полумраке комнаты, и в следующую секунду мужчина резким движением разворачивает её к себе спиной и буквально стаскивает с плеч мантию. Лилит едва успевает вытянуть руки из широких рукавов, чтобы не запутаться в ворохе тканей. Но то, что происходит в следующую секунду окончательно выбивает всю почву из-под ног. Она чувствует прикосновение горячей ладони между лопаток и не успевает даже пискнуть, как её практически припечатывают лицом к поверхности стола. С губ срывается судорожный вздох, и Освальд невольно сводит бёдра вместе. Ладонь Стрэнджа продолжает лежать на её спине, пресекая любую попытку подняться. Она крепко жмурится, до цветных мушек под веками. — Уже начал осуществлять угрозы? — севшим голосом интересуется она, всё ещё не открывая глаз. Сбоку слышится усмешка. Девушка чувствует, как обе ладони доктора скользят по её спине, а затем переходят на плечи. Лилит прижимается щекой к лакированной поверхности стола, чувствуя, что Стивен вытягивает её руки наверх и сводит запястья вместе. Воздух разрезает какое-то стрекотание и, нахмурившись, она переводит взгляд на источник звука. Созданная Стрэнджем магическая плеть обвивается вокруг запястий, и кожу в этих местах начинает приятно греть. Освальд невольно задерживает дыхание, потому что чувствует, как он склоняется к её лицу. Теплый древесный аромат начинает щекотать нос. Девушка поворачивает голову в сторону, выглядывая из-за плеча настолько, насколько это возможно, и натыкается на его распутный взгляд. — Будешь болтать понапрасну, ещё и рот заклею, — как ни в чём не бывало отзывается он и, оставив на её скуле короткий поцелуй, отстраняется. Лилит едва удаётся подавить рвущийся наружу стон. Да пусть делает что хочет, только не останавливается. Сердце бешено колотится в грудной клетке, и чародейке кажется, что температура в комнате достигает критических отметок. А ведь Стивен даже не дотронулся до неё. Пальцы Доктора с нажимом скользят по позвоночнику, вызывая за собой россыпь мурашек. Девушка невольно прогибается в пояснице. Он подцепляет резинку её штанов и стягивает вниз. Кожу бёдер обдаёт резкой прохладой, а коленки предательски дрожат. Освальд невольно сводит бёдра вместе и ёрзает в предвкушении. — Судя по твоей реакции, это не похоже на грамотное наказание, — задумчиво тянет Стивен, мягко оглаживая горячими ладонями ягодицы. Лилит до боли прикусывает губу, только бы не сболтнуть лишнего. Она точно уверена — маг не поскупится на осуществление своих угроз и точно заклеит ей рот. В следующую секунду тишину комнаты разрезает звук громкого шлепка, и кожу ягодицы обжигает резкой болью. Чародейка давится воздухом и дёргается в попытке отстраниться, но вторая ладонь Стрэнджа, лёгшая на её спину не позволяет этого сделать. — Что такое, чертёнок? — спрашивает он, вновь оглаживая раздражённую кожу. С губ срывается полувсхлип полустон. Боль быстро отходит на второй план, потому что в висках отчаянно пульсирует желание. Лилит чувствует, как маг кончиком сапога настойчиво давит на внутреннюю поверхность её ступни, вынуждая расставить ноги шире. От одного только осознания происходящего хочется застонать в голос. Она лежит на столе, лицом вниз, со связанными руками, практически полностью обнажённая, уязвимая и раскрытая перед ним. Следующий шлепок по ягодице оказывается ещё сильнее предыдущего. Лилит выгибается и задушено всхлипывает, невольно подаваясь чуть назад. Кожа нещадно горит, но это лишь сильнее распаляет желание. Ладонь Доктора снова оглаживает саднящую кожу, словно извиняясь за причинённую боль. Когда его рука спускается ниже, и пальцы скользят по влажным складкам, чародейка практически скулит. Её колотит. Низ живота стягивает в сладком и обжигающем возбуждении, оно растекается по телу горящей лавой. Освальд жадно хватает ртом распалённый воздух, снова подаваясь назад. Из груди рвутся молящие, гортанные стоны. — Похоже, всё-таки нравится, — бархатный голос вновь становится на октаву ниже от накатившего на него возбуждения, и Лилит может слышать присущую ему лёгкую хрипотцу. Тишину гостиной нарушает лишь их тяжёлое дыхание и стоны чародейки. Пальцы Стивена задевают клитор, чуть надавливают, вызывая в теле электрический разряд, и поглаживают практически невесомо, заставляя хотеть большего. Она уже готова просить большего. Следующий шлепок по другой ягодице сопровождается тем, что маг толкается внутрь пальцами. Лилит развязно стонет, дрожа от наслаждения и едва удерживается от того, чтобы не начать подмахивать бёдрами в такт его движениям. Картинка перед глазами предательски расплывается. — Стивен, — едва слышно зовёт она его, задыхаясь от экстаза. — Мм? — мурлычет он, вновь толкаясь пальцами внутрь, растягивая стенки и поглаживая изнутри. Сил окончить фразу нет, поэтому Лилит снова задушено стонет, насаживаясь на его пальцы. Доктор снова шлёпает её по ягодице, и девушка крепко жмурится. Это просто невыносимо. — Я… я поняла, — выдыхает она. — Что ты поняла, чертёнок? — усмехается маг, погладив раздражённую кожу. — Что не нужно тебя провоцировать. На ревность особенно, — скулит она. — Я не ревновал, — предупреждающе произносит он, внезапно прекращая движения пальцами. Лилит мычит, раздосадованная прерванными ласками и вновь подаётся бёдрами назад, но мужчина и вовсе убирает руку с её промежности. От резко накатившего на неё разочарования хочется рычать. — Мне эго не позволяет даже подумать о том, что ты можешь по своему собственному желанию кинуться в объятия другого мужчины. — И правильно делаешь, — выдыхает чародейка, судорожно размышляя о том, как заставить его наконец закончить начатое, — Потому что только ты… — она обрывается на середине фразы, когда его пальцы ненавязчиво мажут по внутренней поверхности бедра, практически задевая промежность. — Что я, чертёнок, ну? — заискивающе подталкивает её к ответу Стрэндж, невесомо касаясь клитора. — Потому что мне нужен только ты, — конец фразы девушка уже стонет, когда он продолжает свою ласку, — Только ты-ы… Маг убирает вторую ладонь с её ягодицы, и чародейка инстинктивно напрягается в ожидании следующего шлепка, но удара не следует. Раздаётся шорох ткани: Стивен начинает раздеваться. И от этого звука голодная пульсация между ног только усиливается. Лилит в нетерпении ёрзает бёдрами и невольно дёргает затёкшие запястья. От переполняющего её возбуждения она уже не может рационально думать. — Тише, — успокаивающим тоном тянет мужчина, оглаживая её бёдра. Чародейка шумно выдыхает, чувствуя, как Стрэндж притирается к ней, задевая головкой члена клитор. Она задушено всхлипывает и утыкается лбом в лакированную поверхность стола. И в следующую секунду Доктор входит в неё одним резким толчком, срывая с губ сладкий стон. От долгожданного, пронзительного чувства наполненности девушка едва не задыхается. Пальцы мага впиваются в её бёдра, и он начинает совершать резкие и грубые движения. С каждым новым толчком жар внизу живота усиливается и становится практически невыносимым. Лилит прижимается щекой к столу, чувствуя, как покрытая испариной кожа скользит по его поверхности. Стивен не сдерживается в своих порывах, награждая чародейку мощными толчками. В этот раз обходится без ударов по ягодицам, но ладонь мага зарывается в её кудри, и Лилит чувствует, как он наматывает их на кулак и тянет на себя. Ей приходится ещё сильнее прогнуться в пояснице, чтобы не испытывать дискомфорта, и опереться на локти. Пространство гостиной наполняет звук влажных шлепков и её непрекращающиеся стоны. Лилит теряется в захлестнувшем её наслаждении, не обращает никакого внимания на затёкшую шею, ноющие запястья и саднящую кожу ягодиц. Потому что есть только рваные и глубокие толчки Стивена и сладкое ощущение наполненности. Чародейка чувствует, как её тело инстинктивно напрягается на пороге экстаза: она ещё сильнее выгибается, хватаясь за это ощущение. И в следующую секунду Освальд накрывает волна оргазма. Сладкая истома растекается по телу, и девушка захлёбывается в хриплом стоне. Руки перестают её держать, а хватка на волосах немного ослабляется, и она заваливается на стол, вновь вытягивая руки над головой. Стивен продолжает толкаться в неё и вскоре достигает пика с глухим стоном. Она чувствует, как маг вжимается в её тело, стискивая бёдра в своих ладонях практически до боли, а затем оставляет на лопатке горячий поцелуй. Накатившая на чародейку внезапная усталость и несколько бессонных ночей дают о себе знать. Лилит едва находит в себе силы пошевелиться. Стрэндж выходит из неё и уже через несколько секунд магическая плеть с её запястий исчезает. Девушка приподнимается на локтях и мажет по лицу Доктора помутнённым взглядом. — Даже говорить ничего не будешь? — едва слышно интересуется он, оставляя лёгкий поцелуй на её скуле. — Я всё сказала, — выдыхает она обессиленно, сползая со стола. Мужчина лишь довольно улыбается, а затем создаёт искрящийся портал прямо в спальню и, подхватив девушку на руки, шагает в него.