король богов

— Дай сюда, дай сюда! — Вперед, вперед, вперед! Пёрплд высоко поднимает оранжевый баскетбольный мяч в руках, ухмыляясь другим Стажерам, которые заметно ниже его ростом. С точностью лучника Пёрплд направляет баскетбольный мяч в кольцо и бросает его, наблюдая, как мяч грациозно взлетает в воздух и проскальзывает сквозь кольцо. — И это победа для Команды Пёрплда! — Пёрплд взволнованно восклицает, обмениваясь пятерками со своими товарищами по команде. Прямо рядом с ним Томми громко стонет, вскидывая руки в воздух. — Это решающий раунд. Как тебе такое, Томми, — Пёрплд показывает язык Томми. — Тебе просто повезло, — Томми ворчит, ударяя кулаком своих товарищей по команде, наблюдая, как другие Стажеры расходятся, чтобы сыграть еще одну игру в баскетбол. Томми подхватывает мяч с земли и раскручивает его, прежде чем подпереть его одним пальцем, небрежно прислонившись к баскетбольной стойке. «Ага, конечно, ты используешь это оправдание для всего. Кроме того, выпендриваешься, » — Пёрплд закатывает глаза на Томми, прежде чем затянуть узел, который является из его кофты на талии. — Ты выиграл игру, так уступи мне хотя бы эту, — фыркает Томми, продолжая вращать мяч и позволяя ему балансировать на кончике пальца. Пёрплд не упрекает, позволяя тишине сопровождать их, пока они смотрят как другие Стажеры начинают очередной раунд в баскетбол. Пёрплд тяжело сглатывает, когда радостные возгласы и крики Стажеров задевают его душевные терзания. Это вызывает странную ностальгию по тем временам, когда единственное, о чем им приходилось беспокоиться, — это о домашнем задании. Томми, кажется, думает о том же, его взгляд выглядит так, как будто он находится далеко от земли и застрял в моменте времени из прошлых лет. Глаза Пёрплда закрываются, когда в его сознании появляются зернистые образы Учреждения. Пёрплд, Ранбу, Томми и Туббо бегут по траве под лазурным небом, их радостные крики уносятся летним ветром в неведомые земли. Это их мир, ограниченный только цепными заборами и властными взглядами. Пёрплд тоскливо вздыхает, проводя рукой по волосам, прежде чем подтолкнуть Томми, когда его глаза медленно открываются, и образ Учреждения рассеивается в ничто. «Томми, — начинает Пёрплд, внезапно чувствуя тяжесть на обоих своих плечах. — ты помнишь, сколько мне было лет, когда мы впервые встретились?» Томми смотрит на Пёрплда, озадаченный внезапным вопросом, когда баскетбольный мяч, находящийся у него на пальце, в конце концов выходит из-под контроля и падает. Двое смотрят, как баскетбольный мяч отскакивает и исчезает из поля их зрения, прежде чем Томми почесывает щеку и пожимает плечами: «Когда мы впервые встретились, ты сказал, что не знаешь, сколько тебе лет. Так что мы и персонал Учреждения просто предположили, что ты того же возраста, что и мы.» Как я мог не знать? Пёрплд прикусывает нижнюю губу: «Тебе это не показалось странным? Что я появился, не имея нескольких воспоминаний?» — Не очень, — бормочет Томми, не сводя глаз с других Стажеров. Один из них машет ему, и Томми машет в ответ. — Дети с амнезией встречаются нечасто, но и не так уж редко. Мы просто предположили, что ты попал в аварию и потерял память. Здесь также нет зацепок. Пёрплд думает, слегка вздыхая. Я подхожу опасно близко к тому, чтобы прибегнуть к решению Аластора. Насколько я знаю, это может быть ловушкой. — Я захожу, — говорит Пёрплд и, получив кивок от Томми, Пёрплд потягивается и начинает свой путь обратно в свою комнату. Пёрплд понимает, что пальцы у него покалывает от беспокойства. Хотя время ценно, с каждой потраченной впустую секундой жизнь Дрима подвергается все большей и большей опасности, но Пёрплд беспомощен, потому что пока ничего не может сделать без какой-либо информации или конкретного плана. Желание взять Город штурмом закипает в его груди. «Ух, я ненавижу период бездействия, » — Пёрплд бормочет себе под нос. Стук. Стук. Стук. Взгляд Пёрплда перемещается в направлении звука, и после того, как он несколько секунд смотрел на закрытую деревянную дверь, он понимает, что звук доносится из комнаты Сапнапа. Сглотнув, Пёрплд нерешительно поднимает руку и стучит в дверь, прежде чем услышать недовольный голос хозяина комнаты. — Хэй, — Пёрплд осторожно зовет, толкая дверь, открывая ее и оглядывая беспорядок, который представляет собой комнату Сапнапа. Бумаги с нацарапанными на них словами и рисунками разбросаны по полу и столу. Груды белья, которые могли бы заставить добросердечную Тину упасть в обморок, сложены друг на друге в углу комнаты. Антагонист всего этого стоит посреди комнаты, взъерошивая свои волосы цвета воронова крыла, когда он поворачивается лицом к Пёрплду, на его губах натянутая улыбка. Яркий цветной стрессовый мяч, который Туббо бросил в него во время встречи, падает на землю, издавая еще один мягкий глухой удар. — Тебе что-то нужно? — говорит Сапнап, и Пёрплд понимает, как настороженно звучит голос Сапнапа, как будто он встречает Пёрплда впервые. Пёрплд качает головой, подталкивая листок бумаги со словами где, черт возьми, ты, дерьмо, рожа, нацарапанными поперек, в сторону, когда он стоит перед Сапнапом. — Я так и думал, — Сапнап вздыхает, пряча лицо в ладонях и осторожно ощупывая свои впалые щеки. Прошла целая вечность с тех пор, как Пёрплд и Сапнап сели (или, скорее, встали, судя по тому, что в комнате Сапнапа нет ни одного чистого места, чтобы сесть), чтобы поговорить. Единственный раз, когда Пёрплд видел Сапнапа после того дня, был во время встреч с другими, и даже тогда Сапнап почти не обращал внимания на Стажера. Пёрплд тяжело сглатывает, чувствуя, как его кадык подпрыгивает вверх-вниз, прежде чем он мягко касается плеча Сапнапа. «Ты… — Пёрплд замолкает, чувствуя, как взгляд Сапнапа проникает сквозь осколки его души. — Ты хорошо питался?» Нет, не хорошо. Пёрплд молча отвечает на свой собственный вопрос, позволяя взгляду блуждать по всему Сапнапу. Тонкие щеки являются свидетельством данного ответа. Сапнап слегка усмехается, отворачивается и поднимает с земли стопку бумаг, прежде чем просмотреть их, пробегая глазами по словам, хотя в его мозгу ничего не укладывается. Отвлекает себя. Думает Пёрплд, осторожно ерзая на своем месте. — Наверное. Еда здесь невкусная, но и не ужасная, — спокойно отвечает Сапнап. Он звучит изнемождено. Пёрплд прочищает горло, слегка качая головой. С таким же успехом я мог бы перейти прямо к делу:«Ты в порядке?» Руки Сапнапа перестают двигаться. Пёрплд может видеть, как его кадык подпрыгивает вверх и вниз. Он снова поворачивается к Пёрплду лицом, на его губах растягивается нерешительная усмешка. «Что ты имеешь в виду? — говорит Сапнап, его голос ломается. — Я в порядке. ” — Нет, — Пёрплд отвечает мягко, взгляд смягчается, когда он смотрит на обломки, которые угрожают разбиться перед ним. — Ты не в порядке. Тебе не надо врать мне, — Ты так ужасно скрываешь свои эмоции, но я полагаю, что это хорошо. Ухмылка исчезает, омывая Сапнапа ливнем белых бумаг. Огненный Мастер опускает голову, уставившись в пол, его пламя задушено неприкрытой тоской, которая льется из его глаз. Нет, его пламя погасло очень давно. Сапнап опускается на колени, когда первый всхлип срывается с его губ, слезы свободно текут по его щекам. «Я не в порядке, — Сапнап задыхается, закрывая лицо руками, когда все его тело начинает дрожать, рыдания перерастают в вой, который разносится по всей комнате и не делает ничего, кроме как преследует Пёрплда. Пёрплд двигается быстро, наклоняясь перед Сапнапом и заключая Сапнапа в самые крепкие и теплые объятия, которые он только может предложить. — Я напуган. Что если Дрим никогда не вернется?» Вместо этого эмоции Сапнапа проявляются в виде гнева… Неудивительно, что никто не может по-настоящему понять его. — Мне некого винить, — Сапнап бормочет между всхлипываниями. — Я слишком слаб. Я не смог спасти его. Всю свою жизнь я только и знаю, что разрушать все, и никогда — спасать. Пёрплд ничего не говорит. Он продолжает держать Мастера, наклоняя голову, чтобы посмотреть на единственное окно, откуда солнечный свет каскадом льется в комнату, словно водопад.Я тоже был слаб. — Я… — Сапнап задыхается, глубже зарываясь лицом в рубашку Пёрплда и погружаясь в успокаивающие объятия. — Я хочу, чтобы он вернулся. И это причиняет боль, зная, что я ничего не могу сделать, кроме как сидеть здесь и ждать.» Ты говоришь точь-в-точь как я.  — Я тоже, — Пёрплд отвечает с придыханием, моргая, когда солнечные лучи начинают усиливаться, почти ослепляя его. — Я тоже хочу вернуть Дрима. Возможно, произносить имя Дрима — плохое решение, потому что Сапнап начинает выть еще громче, как только Пёрплд произносит его. Морщась от своего неудачного решения, Пёрплд поднимает руку, чтобы похлопать Сапнапа по спине, точно так же, как когда-то Дрим сделал то же самое для него. Мягко, терпеливо. — Также я не знаю, где Кимора, — Сапнап произносит со стеклянными глазами и с хрипотцой в голосе. — Я не могу связаться с ней, потому что мой телефон разрядился, и я нигде не могу найти зарядное устройство. Что, если о-она… — С ней все будет хорошо, — Пёрплд дарит Сапнапу ободряющую улыбку. Всё гораздо сложнее, чем я думал. — Я попрошу Тину что-нибудь придумать. Должно быть, они просидели там целую вечность, потому что вскоре он слышит, как Туббо громко и испуганно выкрикивает его имя. «Отдохни, — Пёрплд говорит Сапнапу, который продолжает вытирать следы своей горести со своих щек. — И помни, ты в этом не одинок. Ты всегда можешь поговорить со мной», — Пёрплд улыбается так широко, как только может, заставляя Сапнапа хихикать, затаив дыхание. И, обменявшись несколькими словами, Пёрплд покидает комнату Сапнапа и врезается прямо в Туббо, чуть не заставив мальчика упасть. К счастью, Туббо спасает себя, протягивая руку, чтобы схватить Пёрплда за запястье, чтобы сохранить равновесие. Пёрплд поднимает бровь. Быстрые рефлексы. — Привет, босс, — ухмыляется Туббо, не отпуская запястья Пёрплда. Его взгляд скользит к двери позади него, изучая кусок ленты на двери, на котором написано имя Сапнапа. — Что ты там делал? — спрашивает Туббо, начиная тащить его по коридору, к большому замешательству более высокого юноши. «Просто разговаривали, — Пёрплд быстро уклоняется от вопроса, прежде чем задать вопрос непосредственно Туббо. — Что-то срочное? Ты кричал во все горло, я уверен, тебя мог услышать весь Город.» — О, ты такой смешной, — замечает Туббо, его голос сочится сарказмом, прежде чем он сухо рассмеется. — Однажды клоун, всегда клоун. — Спасибо. Хотя, никто не такой большой клоун, как Томми, — отвечает Пёрплд, когда его тащат по всем коридорам. — Ты все еще не ответил на мой вопрос. Туббо возвращается к своему серьезному состоянию, судя по тому, как улыбка мгновенно исчезает с его лица, когда он прищуривается на Пёрплда: «Я поговорил с Ники.» — Ох. — Действительно, хмм, — - коротко вторит Туббо, таща его по знакомому коридору, прежде чем втолкнуть в знакомую комнату. Пёрплд моргает при виде двух других, сидящих, скрестив ноги, на его кровати, книга, которую он читал, безжалостно отброшена в сторону. Ранбу нетерпеливо машет ему, в то время как Томми противно жует жвачку. — Что ж, джентльмены, — Туббо жестом предлагает Пёрплду сесть на кровать, что он и делает, прежде чем кивнуть всем им. — Вот краткое обновление… — Вопрос, почему мы не обсуждаем это со взрослыми? — Ранбу почти сразу же поднимает руку, прерывая полукровку дьявола. Туббо закатывает глаза и машет Ранбу свернутым листком бумаги: «Потому что взрослые уже знают, хах. Они планируют проникнуть в Город, пока мы говорим.» Томми взволнованно хлопает в ладоши, глаза блестят с оттенком озорства: «Мы собираемся надрать кому-нибудь задницу? Я так готов избить некоторых людей». — Возможно. Если нам повезет, они позволят нам последовать за ними, а если нам повезет еще больше, мы, возможно, выберемся живыми, — бормочет Туббо, скрестив руки на груди и глядя прямо вниз на своих друзей. Пёрплд никогда не видел Томми таким ошеломленным. — В любом случае, — Туббо поднимает листок бумаги. — Ники определенно не лжет, когда говорит, что ее цель — уничтожить Игроков и восстановить Город. У нее есть тайный спонсор из Антарктической Империи, который называет себя Синдикатом. Синдикат работает как своего рода секретное элитное подразделение, и вся эта революция, которая произойдет, держится в секрете. Это означает, что король Антарктической империи совершенно не обращает внимания на эту ситуацию. — Хорошо. Значит, Ники заслуживает доверия, верно? — спрашивает Пёрплд, и Туббо отвечает ему кивком. Ранбу подносит палец ко рту и жует его, тактично глядя в глаза. Томми издает звук отвращения и вытаскивает руку Ранбу изо рта: «Прекрати это делать, Бу бой. Это грязно.» Ранбу закатывает глаза, прежде чем повернуться к Туббо. «Антарктическая империя уже нашла своего пропавшего принца?» — нерешительно спрашивает Ранбу, имея в виду предысторию Империи, о которой Филза говорил во время прошлой встречи. «Насколько я знаю, нет, босс, » — отвечает Туббо, слегка нахмурившись, и ему не нравится, каким острым выглядел взгляд Ранбу. Если есть что-то, чему Туббо научился за все годы, проведенные рядом с эндерменом, так это то, что если взгляд Ранбу когда-либо выглядел таким острым, это может означать только то, что он собирается предложить теорию, которая либо совершенно умопомрачительна, либо совершенно нелепа. У Ранбу всегда была способность мыслить нестандартно — черта характера, которую Туббо часто ценил. — Я слышал, что Антарктическая Империя — это Империя пиглинов, — медленно начинает Ранбу, растягивая слова по мере того, как в комнате становится все более и более напряженно. Все 3 пары глаз устремлены на Ранбу, пока он теребит свои пальцы, шестеренки в его голове быстро вращаются. — Можно сказать, что это дом каждого пиглина в мире. Однажды их принц пропал без вести. Что, если Текноблейд и есть пропавший принц? Пёрплд моргает, в то время как Туббо слегка усмехается: «Ранбу, это немного притянуто за уши. Текноблейд знал бы, если бы это было так. И не похоже, что он единственный пиглин в Городе.» — Ну, ты больше всего путешествуешь по городу, работая под началом Уилбура. Значит, вы видели в Городе еще одного пиглина? — спрашивает Ранбу, наблюдая, как Туббо замолкает, прикусив губу. Он открывает рот, прежде чем снова закрыть его, и повторяет эти движения еще три раза. И с замиранием сердца Туббо понимает, что Ранбу, возможно, был прав с самого начала. — Очевидно, никто из вас не провел с Текноблейдом столько времени, сколько я, — Ранбу машет руками, красные и зеленые глаза бегают по его друзьям. — Я знаю его очень, очень хорошо, потому что он единственный человек, который потрудился поделиться со мной своим прошлым. Видите ли, самое раннее воспоминание Текноблейда было о нем на пляже Верхнего Дистрикта в детстве. — Это может означать, что он поехал туда со своей семьей, — предполагает Томми. — Нет-нет, — Ранбу поднимает руку. — Он говорит, что помнит, как его выбросило на пляж. Вы понимаете, к чему я клоню, не так ли? Принц Антарктической империи пропал без вести в младенчестве. Кристин обнаружила, что Текноблейда выбросило на пляж в младенчестве. Тишина присоединяется к четверке, обвивая руками их плечи. Желудок Пёрплда скручивается от этого возможного обстоятельства, и он глубоко впивается ногтями в ладони. «Я думаю… это возможно, — Туббо, наконец, смягчается и сдается, потирая виски от того, насколько запутанной стала ситуация. — Ты собираешься рассказать об этом Текноблейду?» — Возможно. Может быть, после того, как эта война закончится, и мы вернем себе Город. Я не думаю, что он смог бы сосредоточиться тогда, если бы знал. Нам нужна его сила, — произносит Ранбу. — Верно. Мы оставим это на потом. Вернемся к плану, — Туббо косится на свою бумагу. — Значит, мотив Ники верен. У нее тоже есть свои люди, а именно Ханна, Эрет, Понк и куча других людей. Я еще не встречался с Понком, но мы видели двух других на гала. У Ники также есть свои контакты, некто по имени Квакити, который управляет одним из крупнейших игорных притонов в Нижнем Дистрикте. Почти все в Нижнем Дистрикте смотрят на Ники как на лидера революции, цитата ради лучшей жизни, и они всегда готовы сражаться в любой момент. Томми что-то мычит, прежде чем почесать затылок: «Как Ники установила контакт с Антарктической Империей? Филза как-то сказал мне, что они — кучка вспыльчивых и упрямых грубиянов. Странно, что ей удалось поговорить с ними и убедить их снабдить ее припасами.» — Я тоже нахожу это довольно странным, учитывая, как Антарктическая Империя любит держаться особняком. Ники упомянула, что Квакити помогал ей дергать за ниточки, — зачитывает Туббо, прежде чем поднять голову, чтобы взглянуть на своих друзей, внимательно изучая выражение их лиц. Томми скрещивает руки на груди, слабо впечатленный. — Ты хочешь сказать, что глава игорного притона в Нижнем Дистрикте сумел сопоставить Ники с гребаной Антарктической Империей? Я не думаю, что кто-то в Нижнем Дистрикте обладает такой властью, если быть честным. — Этот Квакити немного странный, — честно высказывает свои мысли Ранбу. — Не думаю, что мне нравится то, что он делает. — Есть только один способ разобраться в этом, — предлагает Пёрплд. — Если Квакити не может прийти к нам, мы идем прямо к нему. — Ты сумасшедший, — вздыхает Ранбу. — Нет, он прав, — Туббо подпирает голову рукой, уставившись на бумаги, которые он разбросал по кровати. — Я думаю, нам следует заглянуть в игорный притон Квакити и посмотреть, что он собой представляет на самом деле. Кроме того, он житель Нижнего Дистрикта. Я сомневаюсь, что у него есть возможность причинить нам вред. — Что планируют делать взрослые? — спрашивает Томми, на что Туббо громко вздыхает: «Они планируют проникнуть в Башню и спасти Дрима. Они будут полагаться на Панза, чтобы доставить их туда и обратно». — Подожди, почему мы не могли сделать это с самого начала? — внезапно говорит Томми, нахмурившись. — Панз может прятаться в тени людей и быстро передвигаться, верно? Почему мы не можем просто попросить его освободить Дрима? Ранбу дергает головой вверх, пока Томми говорит, услышав звук прямо за дверью, который остается незамеченным всеми, кроме него. Он пристально смотрит на дверь спальни и наклоняет голову, не уверенный, была ли это просто кошка или кто-то проходил по коридору за пределами комнаты. Решив, что в этом нет ничего важного, Ранбу переводит взгляд на Томми, который что-то быстро говорит и оживленно размахивает руками. «…сэкономили столько времени, если бы мы просто уговорили Панза», — говорил Томми, и Ранбу снова наклоняет голову. — Какого черта, — начинает Туббо, и на мгновение Пёрплд думает, что Туббо может начать проклинать Томми. — Ты прав. Почему мы не подумали об этом раньше? Где он вообще? Я не видел его с последнего собрания со взрослыми. Пёрплд наклоняется и постукивает по своей тени, задаваясь вопросом, прячется ли теневой ходок в его тени и слушает все это. «Панз, ты здесь? — спрашивает Пёрплд, наполовину ожидая, что тени начнут смещаться, показатель того, что Панз вот-вот выползет из своей тени в мир. Но ничего подобного не происходит, и он чешет затылок. — Спрошу у него позже, " — Пёрплд заверяет остальных и обещает держать остальных в курсе событий. Возможно, сейчас самое подходящее время рассказать об этом остальным. — Я должен признаться, — Пёрплд выдыхает, привлекая внимание остальных троих. И когда его напряженное сердце медленно успокаивается, он раскрывает секреты своего происхождения своим лучшим друзьям. К тому времени, как он заканчивает, солнце опускается за горизонт, мерцание сумерек освещает шок на лицах его друзей. — Именно поэтому ты спросил о Нулевом Дистрикте, когда мы встретились, чтобы обсудить планы Летнего Гала? — медленно спрашивает Туббо, на что Пёрплд кивает: «Это может быть ловушка. Но я действительно хочу знать, что произошло до того, как я появился в Городе. Честно говоря, когда часть твоего разума пуста, то это странное чувство.» — Но где может быть Нулевой Дистрикт? — спрашивает Ранбу, почесывая щеку. — Понятия не имею, — побежденно отвечает Туббо, в то время как Томми в ответ пожимает плечами. Ясно, что никто из них раньше не слышал о Нулевом Дистрикте, секрете, который хорошо хранился Воидборнами. Пёрплд вздыхает, закрывая глаза и задаваясь вопросом, не упустил ли он чего-нибудь. Слабое воспоминание всплывает в его сознании, вежливо прося, чтобы его запомнили, пока он смотрит на себя, произнося цепочку слов. … сто шагов на север к раю… Глаза Пёрплда распахиваются почти мгновенно. Его образ рассеивается в пену, когда он прерывисто выдыхает: «Я знаю где.» — Где? — трое других отзываются эхом в унисон. — Сто шагов на север к Раю, — Пёрплд декламирует, его мозг работает быстро, когда он прижимает пальцы к виску. — Надгробная плита стояла на краю обрыва. И там говорилось, что Рай лежит за этой точкой. Это должно быть так. Вот где Рай, и если я пройду сотню шагов в нужном направлении, я буду дома, не так ли? — бредит Пёрплд, не подозревая, что его друзья пялятся на него, ошеломленные словами, которые слетают с губ Пёрплда. — Не хочешь объясниться? — осторожно спрашивает Туббо. — Надгробие, — Пёрплд делает паузу, чтобы сформулировать предложения, прежде чем сказать его. — Оно находится на краю холма, вернее, на краю обрыва. В моем сне на краю обрыва стояла надгробная плита, и слова, начертанные на ней, говорили, что за этой точкой находится Рай. Томми внезапно хватает Пёрплда за плечи, слегка встряхивая его с беспокойством в глазах: «Так вот почему ты продолжал настаивать на том, что на краю обрыва была надгробная плита, когда мы впервые посетили кладбище? Потому что ты видел это в своих снах?» — Да. Да! — Голос Пёрплда превращается в крик, когда кусочки аккуратно встают на свои места. Он вырывается из объятий Томми, его разум затуманивается от кристально ясного решения головоломки, которая стояла прямо перед его глазами, и он ударяет кулаком по ладони. — Это то, что сказала Мама. Сто шагов на север к Раю. Это должно быть верно. Я должен быть прав. Если я пойду в этом направлении, я буду дома. Называть другое место домом кажется странным. В конце концов, Пёрплд считал квартиру на 84, 85 и 86 этажах своим настоящим домом вместе с Дримом. Но это было отнято у него в мгновение ока. — Я думаю, мне нужно идти, — робко бормочет Пёрплд, внезапно не в силах смотреть своим друзьям в глаза. — Я знаю, вам всем это может показаться безумием, но что-то подсказывает мне, что я должен идти. Аластор сказал, что я найду кого-нибудь, кто сможет дать мне ответы на все вопросы. Может быть, этот человек подскажет мне, как я могу должным образом освободить Дрима от всего. Вы можете остаться здесь и помогать взрослым, но мне нужно идти. Тишина в комнате осязаема. И, наконец, Туббо нарушает молчание: «Ты сошел с ума?» — Да, да, я сошел с ума, — Пёрплд стонет, смущенный и немного пристыженный тем, как чувствовалось все это испытание. — Это звучит безумно… — Мы идем с тобой. Пёрплд моргает. Он поднимает голову и видит, что Туббо ухмыляется ему: «Как мы можем позволить тебе исследовать секретную, скрытую область в одиночку? Мы всегда вместе исследуем новые места, верно?» — Он прав, — Томми быстро и нетерпеливо кивает головой. — Кроме того, сила в количестве. Будет лучше, если мы пойдем с тобой. — Я действительно хочу знать, откуда ты на самом деле взялся, — Ранбу улыбается Пёрплду. — И этот таинственный человек может быть действительно интересным. Облегчение просачивается в тело Пёрплда, когда он бросается к своим друзьям в медвежьи объятия, чуть не сбивая Томми с кровати. Туббо и Ранбу обнимают в ответ, их улыбки переходят в заразительный смех: «Спасибо. Вы трое действительно лучшие друзья, о которых я когда-либо мог мечтать.» — Я знаю, — Туббо самодовольно ухмыляется. — Так когда мы должны идти? Я думаю, мы должны сделать это как можно скорее, учитывая, как этот парень, Аластор, намекнул, что там есть кто-то, у кого будут все наши ответы и, возможно, даже решения для нашей проблемы. — А как насчет сегодняшнего вечера? — шепчет Томми, неистово оглядываясь по сторонам, как будто боится, что взрослые подслушивают их разговор. — Сто шагов — это не так уж далеко. Мы просто сделаем это быстро, а затем вернемся до восхода солнца. — Звучит заманчиво, — шепчет в ответ Ранбу, его голос соответствует громкости голоса Томми. — Я предлагаю нам всем быстро вздремнуть, чтобы не заснуть на полпути. И я не думаю, что мы тоже можем рассказать об этом взрослым. Они, вероятно, отвергнут эту идею и будут внимательно следить за нами. Если это произойдет, улизнуть станет невозможно. — Согласен, — Туббо шепчет самым тихим голосом, на какой только способен. — Сейчас 4 часа дня. Мы можем немного поспать, поужинать, а потом улизнуть. Я попрошу у Тины припасов. — Как ты думаешь, она донесет на нас? — бормочет Пёрплд. — В конце концов, она взрослая. — Нет, я уверен, что она поймет нашу причину, — коварно ухмыляется Туббо. — Я ее уговорю. У меня довольно острый язычок. — Хорошо, тогда таков план, — объявляет Пёрплд, хлопая в ладоши. — Давайте осуществим первый этап нашего плана — Операцию Сон.

________________

Глубокой ночью, спустя долгое время после того, как четверо тайком выбрались из лагеря и приступили к выполнению своей миссии по раскрытию секретов Нулевого Дистрикта, Панз просыпается, услышав, как кто-то осторожно стучит в его дверь. Зевая и устало моргая, Панз встает с кровати и шаркает к двери, гадая, кто мог искать его в час ночи. Большую часть дней он держался особняком, отказываясь сделать шаг в направлении тени Дрима, потому что бездна постоянно смотрела на него, провоцируя схватить Дрима и убежать. Не то чтобы Панз никогда не думал о том, чтобы просто выползти из тени Дрима и затащить его во тьму. Он думал об этом несколько раз, даже пытался это сделать, но каждый раз, когда он осмеливался хотя бы взглянуть в сторону Дрима, возникало просто странное, предчувствующее опасность чувство, которое заставляло его замирать. Интуиция подсказывала ему, что как только он попытается спасти Дрима и сбежать, то мгновенно лишится жизни. И поэтому Панз мог наблюдать с безопасного расстояния, как бездна, державшая Дрима в своих объятиях, продолжала смотреть на него моргающими глазами-бусинками, молча угрожая лишить его жизни. Сапнап назвал бы это трусостью, но Панз назвал бы это инстинктом самосохранения. — Что такое? — бормочет Панз, слегка приоткрывая дверь, достаточно широко, чтобы образовалась щель, позволяющая ему взглянуть на человека. — Хм, — размышляет человек, глядя вниз на Панза. — Ты теневой ходок, верно? — Да, — Панз хмурится, гадая, чего от него хочет этот человек. Если все это тщательно продуманная шутка, чтобы пробудить его ото сна, он, не колеблясь, нанесет первый удар. — Отлично, — человек поднимает руку, маниакально ухмыляясь, поскольку их глаза остаются скрытыми. — Передай привет Юйли. Отвечай на все ее вопросы правдиво. — Что… Панз отшатывается назад, его конечности внезапно теряют силу, а густая пелена тумана застилает его разум. Пойманный в ловушку неизвестного тумана, он может только смотреть на гипнотизера, усталость гложет его, когда он чувствует, что погружается в свои тени по собственной воле. Его гипнотизер смотрит на него сверху вниз, эгоистичная ухмылка танцует на его лице, когда они поднимают руку, чтобы отослать Панза легким взмахом. Разум Панза полностью отключается. Он дрейфует в тени, жизнь вытекает из его глаз, прежде чем выползти из определенной тени и преклонить колени перед Юйли в Башне. «Он передает вам привет, » — Панз устало бормочет, его разум давно отделился от тела. Юйли оборачивается. Ухмылка, такая же эгоистичная, как и у гипнотизера Панза, ползет по ее губам, когда одинокая бабочка появляется из воздуха и садится на плечо Панза. Наклонившись, чтобы встретиться взглядом с остекленевшими глазами Панза, Юйли нежно обхватывает лицо Панза обеими своими бледными, холодными руками. «О боже, — бормочет Она. — Фигура речи действительно удобна. Итак, мой дорогой Панз. Где твои друзья?» — На севере, — Панз бормочет, свесив голову, когда он сворачивается в кучу в объятиях Юйли. — На старой базе, которую когда-то использовала Антарктическая Империя. — Хах, — Юйли задумывается, нежно поглаживая Панзв по волосам. — Кто ведет твоих друзей? — Ники. Наступает короткое молчание, когда Юйли замирает, услышав это имя. Она качает головой: «Что планируют твои друзья?» — Я… — Панз делает паузу, глаза медленно закрываются. — Я не знаю. — Правда? Панз кивает головой. — Хорошая работа, — Юйли восхищенно урчит. — Теперь ты мой. Спи крепко, дорогой Панз. В течение нескольких минут Юйли продолжает держать бессознательного Панза на руках, нежно поглаживая его по голове, как мать своего ребенка. Бабочка, которая покоилась на плече Панза, давно исчезла. В пустых спальнях Юйли резко дергает головой. Она стискивает зубы и рычит ни на кого конкретно. «Нет, — она огрызается, — я не убью его.» … — Заткнитесь. Заткнитесь! … — Вы ничего не знаете! … Юйли опускает Панза на пол дрожащими руками. Она быстро отстраняется от Панза, тяжело дыша, в глазах — паника, когда она вызывает бабочку. «Приведи Аластора, — говорит она бабочке, наблюдая, как та машет крыльями сквозь быстро расплывающееся зрение. — Скажи ему, чтобы он отвел Панза в плавучую тюрьму.» Юйли снова рычит, отправив бабочку в путь. «Заткнись на хрен, — раздраженно повторяет она. — Я не убью его. Умолкните. Замолчите. Заткнитесь.» … Сдавленный вздох срывается с губ Юйли, когда ее руки ползут вверх по горлу. Смех маньяка срывается с ее губ, когда она крепче сжимает собственное горло. «Почему вас так много? Я никогда… — еще один сдавленный всхлип. — Я никогда не просила быть жрецом смерти! Оставьте меня в покое!» Леденящий кровь крик, который она не узнает, прорезает воздух.