король богов

Текноблейд неторопливо подходит к Филзе и молча садится на траву рядом с Авианом. Авиан и не думает признавать его присутствие, перья его крыльев беспорядочно взъерошены, как будто свирепый порыв ветра решил поиграть с обсидиановыми перьями. Филза продолжает тупо смотреть вперед на обломки перед ними, последствия взрыва, которые далеки от приятных. — Мне привести их в порядок? — тихо спрашивает Текноблейд. Он был первым в очереди на исцеление Ники, которое действовало быстро и эффективно, чудеса магии. Фактический лидер сопротивления посоветовала ему не слишком много передвигаться из-за страха снова открыть свои раны, которые выглядели не очень хорошо из-за мучительного предательства и смерти тех, кому она доверяла. Как бы сильно Текноблейд не хотел обвинить Ники в том, что она была мягкой и так легко доверяла другим, его резиновое сердце отказывалось привлекать Ники к ответственности и вместо этого он пытался помочь Ники, насколько мог, начиная со сбора оставшихся Стажеров и захоронением тел погибших. За исключением того, чтобы прислушаться к ее совету не двигаться с места на место. Текноблейд пробивал себе дорогу в дерьме похуже этого, и открытая рана не замедлит его в ближайшее время. Филза кивает головой, слегка поворачивая свое тело, чтобы обеспечить лучший угол наклона крыльев. Легкими и нежными пальцами Текноблейд начинает ловко и быстро чистить перья, обводя взглядом крылья Филзы, которые еще не утратили своего блеска. — Сколько их осталось? — оцепенело спрашивает Филза, продолжая неподвижно смотреть вперед. Текноблейд медленно следует за направлением его взгляда, только чтобы быть встреченным с несколькими Стажерами, прижавшимися к Тине, нежно гладящей их по головам с печалью в глазах. Текноблейд сглатывает и открывает рот, чтобы ответить, желая, чтобы Филза не задавал ему такой вопрос. — Не так уж много. Тихо, с гневом молнии и болью разбитого отца, Филза произносит одно-единственное блять себе под нос. Никто из них этого не заслужил. Но они не пользовались благосклонностью богов.

________________

Ники оцепенела с головы до ног. Ее мозг не совсем понимает, что Ханна и еще дюжина Стажеров мертвы, полностью исчезли из этого мира. Ее разум шепчет ей последние слова Эрета снова и снова, как сломанный голос, записанный, застрявший в цикле на бесконечность. До тех пор она излучала уверенность. Уверенная, что ее сестра послушает ее, потому что они одной крови и плоти. Все, что ей было нужно, — это аудиенция у своей сестры, и они смогли бы все обсудить. А потом вернуться домой, туда, где они по праву принадлежали. Но Ники уже не так уверена. Ее руки двигаются автоматически, ее сила направляется так, как будто она пьет стакан воды. Она не поднимает глаз (или, скорее, не может), чтобы встретиться с презрительными взглядами Мастеров, пока лечит их, наблюдая, как их кожа снова срастается. Ники повидала свою долю тяжелых телесных повреждений, но это еще не все. Как только она отходит от раненых, позволяя им поговорить между собой, она бросается к свободному месту на траве, и ее рвет, желудок вздымается и бурлит, а изо рта извергается желчь. — Ники? Ники вытирает уголок рта рукавом, поворачивается, чтобы посмотреть на нарушителя ее личного пространства полуприкрытыми глазами. Ранбу, эндермен, смотрит на нее глазами, полными сочувствия. Он осторожно приближается к ней, шаги хрустят по земле, прежде чем он останавливается рядом с ней, возвышаясь над ней, как великан. — Привет, — Ники выдавливает из себя приветствие и внутренне съеживается от того, как жалко звучит ее голос. — Привет, — губы Ранбу изгибаются в легкой улыбке, когда он опускается на колени рядом с ней, пытаясь соответствовать ее росту. Его взгляд скользит к луже желчи на траве, которая медленно впитывается в землю, и морщится. Ранбу роется в кармане, прежде чем вытащить пачку конфет в яркой упаковке. Он опускает упаковку на ладонь, наблюдая, как из нее выпадают два леденца, прежде чем предложить ей конфету розового цвета. Ники с благодарностью берет ее и засовывает в рот, ощущая во рту сахаристый привкус. Ранбу имитирует ее действия, прежде чем молча прожевать его, пару раз причмокнув губами. И в течение следующих нескольких секунд тишины двое сидят на корточках бок о бок, позволяя ветру игриво трепать их волосы. И, наконец, «Они не настолько разозлены, как ты думаешь». Ники безжизненно смеется, зажмурив глаза: «Мне некого винить, кроме себя. Ты видел, как Сапнап посмотрел на меня? Он думает, что я мусор.» — Сапнап всегда такой, — фыркает Ранбу, хотя нежность остается в его глазах. — Он и Дрим очень, очень близки, так что я понимаю, почему ему не терпится освободить Дрима от Игроков. Но это не значит, что твой взгляд на то, как решать проблемы, неверен. Вы с Юйли сестры, так что вполне логично, что ты так яростно протестуешь, когда люди, которым ты пытаешься доверять, угрожают убить твою единственную сестру. — Как… — Ники замолкает, сглатывая и чувствуя, как кусочек конфеты попадает прямо ей в горло. — Как далеко зашла Юйли? Ранбу бросает на нее взгляд: «Ты имеешь в виду, как… насколько она обезумела?» Ники вздрагивает, и Ранбу тут же поспешно извиняется, отчаянно размахивая руками. — Она сделала много ужасных вещей, — тихо говорит Ранбу после того, как Ники принимает его извинения с натянутой улыбкой. — Дрим по большей части пострадал тяжелее всех. Жертва, которую он приносит ради всех нас. И, честно говоря, из всех Филза больше всего корит себя из-за этого. Он хочет покончить с Юйли, но она опасна и полностью контролирует Дрим. Это за гранью безумия, — Ранбу вздрагивает, обхватывая себя руками и обнимая себя для утешения. — Хотя тот факт, что проклятие исчезло, дает нам преимущество в этой битве. Тень падает на них двоих, заставляя Ранбу взвизгнуть, когда он падает на задницу, прежде чем поднять голову вверх и обнаружить, что Туббо смотрит на него сверху вниз. «О, приветик, Туббо, — приветствует Ранбу так небрежно, как только может, поднимаясь с травы, когда Туббо протягивает Ники руку. — Ты нас ищешь?» — Да. Уилбур говорит, что у него есть кое-что большое, — бормочет Туббо, осторожно поднимая Ники с травы. Ранбу свистит, хотя на него это почти не производит впечатления, и вытирает пыль со штанов. «Интересно, что великий Уилбур приготовил для нас на этот раз?» — саркастически замечает Ранбу, заложив руки за голову и начиная идти впереди двух других. — Он хочет прорваться в Город сегодня ночью. — О, как оригинально… подожди, что?

________________

— Я надеюсь, что все в порядке? — осторожно спрашивает Уилбур. Он стоит во главе группы, внимательно вглядываясь в их лица в поисках каких-либо признаков нерешительности. Уилбур жует внутреннюю сторону щеки, чувствуя покалывающее желание зажечь палочку и сделать долгую затяжку. Он вполголоса проклинает Квакити, прежде чем нетерпеливый стон Сапнапа возвращает его к реальности. — Мы в порядке, — грубо настаивает Сапнап, огненный столб подпрыгивает на своем месте, игнорируя легкую боль в боку, когда начинают сгущаться сумерки, отбрасывая мягкое оранжевое свечение на всю группу. «Теперь отступать некуда», — замечает Джордж, внимательно следя за Городом, который раскинулся у него под ногами. — Я надеюсь, что тогда все знают план, — бормочет Уилбур, поворачиваясь и глядя на Город. Через несколько минут Квакити приведет в действие секретный план, который они разработали, в обмен на его возвращение в загробную жизнь. Уилбур криво улыбается про себя. Такой грандиозный выход звучит не так уж плохо. Квакити не должно быть никаких проблем с тем, чтобы дергать за какие-то ниточки, будучи сущим Дьяволом. Уилбур просто надеется, что Дьявол не откажется от их сделки. Это сделало бы ситуацию до смешного неловкой, учитывая, как сильно Уилбур убеждал остальных в том, что этот план сработает. Софи замечает кривую улыбку на губах Уилбура и хмурится про себя. — Руки вверх, парни, -Текноблейд пренебрежительно объявляет, пока Тревор машет рукой, слева и справа появляются несколько Ворот, мерцающих на фоне тускнеющего утреннего неба. Он вытаскивает меч из Ворот, прежде чем передать его Текноблейду и позволить зверю осмотреть его. — Э, а у тебя нет лезвия поострее? И пока Текноблейд и Тревор вступают в легкую перебранку, Пёрплд поворачивается к своим друзьям. Он нервно сглатывает, прежде чем заключить их в крепкие объятия, внезапное движение заставляет Томми взвизгнуть и забиться в объятиях Пёрплда. Ранбу почти мгновенно обнимает его в ответ, в то время как Туббо ухмыляется и притягивает Томми к себе, угрожая раздавить наполовину Авиана. «Ой, приятель, я, блядь, здесь помираю», — задыхается Томми, злобно и поспешно хлопая Туббо по руке, требуя, чтобы Туббо ослабил свою хватку, похожую на тиски вокруг Томми. — Мне страшно, — выдыхает Пёрплд в объятия. Это тот момент, о котором он всегда мечтал. Ему потребовалось столько боли, столько страданий, чтобы дойти до этого момента. И у него был только один шанс все исправить. Один, последний шанс снова увидеть Дрима. — Привет, страшно, я Отец, — неуклюже произносит Ранбу, и когда Туббо раздраженно закатывает на него глаза, Ранбу издает робкий смешок. — Просто пытаюсь разрядить обстановку, подумаешь… — У тебя есть мы, Пёрп, — Туббо нежно улыбается Пёрплду, когда Томми вырывается из его объятий, раздраженно пыхтя себе под нос. — Не волнуйся. Пока мы держимся вместе, у нас все будет хорошо. — Да, хочешь посмотреть, что я могу сделать? — Томми озорно ухмыляется. И, убедившись, что на него смотрят все 3 пары глаз, Томми поворачивается в сторону Города. Он поднимает руку, скручивая пальцы в форме пистолета. Направив кончики пальцев прямо на Башню, зажмурив один глаз, Томми дергает рукой, ухмылка становится все шире и шире. — Бах! Пока, пока! — радостно кричит Томми, заставляя остальных троих хихикать между собой. Движения в Нижнем Дистрикте, которые остаются незамеченными всеми, кроме Уилбура, заставляют призрака резко напрячься. И затем… Бэнг! Бэнг-Бэнг! Бэнг! Ухмылка мгновенно слетает с губ Томми, его лицо становится бледным, как лист бумаги. Он нервно сглатывает и поворачивается к своим друзьям. «Это был не я, » — медленно говорит Томми, только чтобы вздрогнуть, когда воздух наполняют новые выстрелы. Уилбур вздыхает. Он поворачивается к остальным, в его глазах безумный блеск, частично скрытый его малиновыми глазами, которые начинают ярко светиться, когда начинает всходить луна. — Пора идти. Уилбур просто надеется, что Фулиш и остальные смогут добраться до Дрима живыми.

________________

— Фулиш, ты можешь сдвинуться? Ты действительно занимаешь здесь все пространство… Фулиш пыхтит, зажав книгу подмышкой, пока он пытается протиснуться мимо крошечного входа в канализацию: «Скажи это себе, Сэм». Сэм издает сдавленный стон, когда металл царапает его живот. Он мечется, как рыба, вытащенная из воды, хрипит и сопит. Сэм громко проклинает того, кто спроектировал канализационную инфраструктуру, как раз в тот момент, когда Алисса хватает его за обе руки и начинает тащить через вход. И после целой мучительной минуты пребывания в ловушке между металлом Сэму удается прорваться. Он падает на холодную твердую землю, мучительно хватая ртом воздух, и плюхается на землю, разбросав повсюду конечности. Из этой троицы Сэм боролся больше всех, и он молча воспринимает это как сигнал к тому, чтобы начать терять эти жиры на животе. Что происходит? Взволнованный голос Каллахана заполняет их разумы. Сэм только что сказал мне, что хочет начать тренироваться. Не уверен, действительно ли он хотел мне это сказать. Фулиш бросает на Сэма недоверчивый взгляд, когда он, наконец, проскакивает мимо металла. — О, черт возьми, — снова ругается Сэм. — Это было не для тебя. Извини, Каллахан, я все еще не привык к этой штуке с телепатией. Хорошо… Должен ли я упомянуть, что небо над Нижним Дистриктом выглядит немного оранжевым? — Что это вообще значит? — произносит Сэм, устало потирая виски, когда Алисса поднимает его на ноги, прежде чем поманить двух мужчин следовать за ней. Троица продолжает свое путешествие по канализации, пока Каллахан передает им информацию снаружи. Четверо согласились, что будет лучше, если Каллахан останется в Среднем Дистрикте, чтобы он мог легко связать Уилбура с ними, не беспокоясь об ограничениях радиуса действия. И поэтому они оставили Каллахана на крыше самого высокого здания в Среднем Дистрикте, чтобы он мог получить хороший обзор всех трех районов с высоты птичьего полета и сообщать им о любых подозрительных событиях. Например, как ночное небо над Нижним Дистриктом выглядело так, словно огонь вот-вот поглотит его целиком. — Я думаю, ты должен, Каллахан, — говорит Фулиш воздуху перед собой, пока он топает за Алиссой, бросая взгляды влево и вправо. Вальсировать в Башне с разыскиваемым беглецом на буксире казалось не самой блестящей идеей, и им пришлось прибегнуть к помощи канализации. Снова. — Есть какая-нибудь причина, почему небо выглядит оранжевым? Я сейчас просматриваю каналы социальных сетей… оу. — Что? — довольно раздраженно отвечает Сэм, потирая кожу живота, которая продолжает гореть после целого столкновения с металлической решеткой. Слухи распространяются прямо сейчас. Очевидно, Предвестники застрелили нескольких детей в Нижнем Дистрикте, и это вызвало массовое восстание. Фулиш чувствует, как кровь застывает в его жилах, когда его шаги замирают. Время слишком случайное, чтобы не думать, что это дело рук Уилбура. О чем, черт возьми, думал Уилбур? Неужели он действительно все это подстроил, чтобы пожертвовать несколькими детьми ради революции? Фулиш внезапно чувствует тошноту и поднимает дрожащую руку, чтобы прикрыть рот. — Хей. Подумай об этом позже. Нам нужно сосредоточиться. Мы очень скоро войдем на вражескую территорию, — шепчет Алисса, нежно тряся его за плечи, в то время как ее глаза опускаются в сообщении я понимаю, что ты чувствуешь. — Чувак, я знал, что Уилбур псих, но я не знал, что он психопат, — бормочет Сэм, поднимая голову, чтобы посмотреть на потолок, где из отверстия наверху спускается лестница. Не говоря больше ни слова, Сэм засовывает металлическую биту подмышку, свое любимое оружие, и начинает подниматься по лестнице. И с нежным, ободряющим толчком Алиссы, Фулиш следует его примеру, тяжело сглатывая. В наступающей темноте, окружающей их, Сэм может только щуриться вперед, зрение немного привыкло к темноте после путешествия по канализации в течение нескольких дней. Узнавание проникает в его мозг, когда Сэм снова ругается, поворачиваясь лицом к Фулишу и Алиссе, которые смотрят на окружающее растерянными взглядами. «Где мы?» — шепчет Алисса, прежде чем сделать шаг вперед и споткнуться о единственный провод, змеящийся по полу. Ей удается взять себя в руки в самый последний момент, как раз в тот момент, когда Сэм весело улыбается: «Я думаю, нам повезло, мальчики…» Алисса свирепо смотрит на него, заставляя Сэма прочистить горло.» …и девочки. Мы прямо рядом с Чистилищем. Это диспетчерская, созданная специально для Надзирателя.» — С этим мы действительно выиграли золото. Так каков же наш план? — спрашивает Фулиш, чувствуя, как его сердце начинает биться быстрее от того, что он так глубоко на вражеской территории. Сэм отвечает ему нервным смешком, потирая затылок, в то время как его глаза бегают по комнате: «Честно говоря, я еще не думал так далеко». — Сэм! — Фулиш с сомнением вскрикивает, прежде чем застонать и спрятать лицо в ладонях. — О боже, мы в жопе, мы в жопе… — Эй, успокойся, я что-нибудь придумаю прямо сейчас, — протестует Сэм. И в попытке доказать свою точку зрения Сэм бросается к панели на другой стороне комнаты, прежде чем с ворчанием открыть металлическую пластину голыми руками. Электричество потрескивает перед его глазами, заставляя Сэма вздрагивать, когда он смотрит на путаницу проводов. — Я думаю, это подключено ко всем воротам камер. — Я думал, мы пользовались ключами, а не электричеством, — бормочет Фулиш, подходя к Сэму. Инженер кивает головой, прежде чем сделать паузу и покачать головой: «Мы используем оба способа. Мне нужно только выяснить, какой провод подключен к камерам Дрима и Панза. Черт возьми, разве нет инструкции для этого…» Алисса настойчиво шипит позади них, привлекая их внимание. «Кто-то идет, » — тихо шепчет она, не сводя глаз с входа в диспетчерскую. Прежде чем Сэм и Фулиш успевают среагировать, дверь диспетчерской открывается. Надзирательница Паффи устало вздыхает, проводя рукой по своим растрепанным волосам, в то время как в другой руке она держит свою ключ-карту. Огни диспетчерской вспыхивают, ярко освещая Сэма и Фулиша. Паффи застывает на месте, уставившись прямо на двух незваных гостей. Сэм нервно хихикает: «Привет…?» Паффи собирается пошевелиться, когда ее глаза закатываются, и она падает на пол одной кучей. Алисса стоит над ней с ключ-картой Надзирателя в одной руке, вытирая капли пота со лба. — Святое дерьмо, — Сэм выдыхает, отвлекаясь от текущей задачи. — Ты убила ее? — Что?! Нет, — Алисса яростно опровергает это, размахивая ключ-картой. — Я только вырубила ее. Она долго не должна шевелиться, так что тебе лучше поторопиться. — У нее есть какие-нибудь физические ключи? Кроме этой ключ-карты? — спрашивает Фулиш, бросаясь к Алиссе, когда они вдвоем опускаются на колени рядом с бессознательным телом Паффи в поисках любого физического ключа. Сэм продолжает возиться с проводами и болезненно шипит, когда чувствует легкую волну электрического покалывания на кончиках пальцев. — Ключи! — ахает Алисса, срывая связку ключей с пояса Надзирателя. — Я поняла. Мы должны идти сейчас, пока она не проснулась. И прежде чем Алисса успевает убежать, Фулиш хватает ее за запястье, качая головой. «Это слишком рискованно, — шепчет он, слегка наклоняя голову, чтобы выглянуть из открытой двери диспетчерской. — Вокруг слишком много Стражей; они убьют нас на месте, если узнают, что мы сделали со Надзирателем.» Алисса кусает губы, рука падает на бок. «Тогда что нам делать?» — бормочет она, выглядя совершенно разбитой. Они уже зашли так далеко, и было бы крайне разочаровывающе, если бы они развернулись прямо сейчас. Фулиш замолкает, мозг лихорадочно ищет решение под рукой. Его взгляд скользит к Сэму, который не решается прикоснуться к проводам, опасаясь удара током. С кривой улыбкой Фулиш поднимается на ноги и подходит к Сэму, прежде чем оттолкнуть инженера в сторону. И с испуганным вздохом Сэма Фулиш поднимает кулак, готовясь к предстоящей боли, прежде чем ударить кулаком прямо в панель. Лучше бы это, блять, сработало. Со сдавленным шипением, когда несколько тысяч электрических разрядов пробегают по его телу, угрожая перегрузить сердце, Фулиш, тяжело дыша, отступает назад. Глаза Сэма чуть не вылезают из орбит, и он бы солгал, если бы не подумал, что выражение лица инженера выглядит забавно, до чертиков . «Какого хрена! — Сэм громко ругается, почти касаясь Фулиша, но вовремя убирает руку. — Ты с ума сошел?» — Не переживай, — Фулиш хрипит, как раз в тот момент, когда за пределами диспетчерской начинает царить хаос. Его план, должно быть, сработал. Он одаривает Сэма страдальческой улыбкой, ноги угрожают превратиться в желе и подкосились. — Я не могу умереть, помнишь? — О, так ты думаешь, что перегрузить себя несколькими тысячами вольт и превратиться в ходячий источник питания — хорошая идея?! — Боги, Сэм, просто оставь это. Я в порядке, — стонет Фулиш. — Ты сумасшедший, — выдыхает Алисса, поднимая Фулиша на ноги. — Но это сработало. Все заключенные вышли на свободу, и прямо сейчас они восстают против Стрражников. Это идеальное развлечение. — Тогда нам лучше идти, — ворчит Фулиш, поднимаясь на ноги, встряхивая пальцами и надеясь, что ощущение шока покинет его тело. — А что, если вместо этого Стражи придут за нами? — Сэм покусывает губы, выглядывая из открытой двери. Он видит, как заключенные дерутся со Стражниками за пределами своих камер, и вид беспорядков только сильнее сжимает рукоятку своей металлической биты. — Тогда мы бежим к Дриму, — бормочет Фулиш, уже обгоняя Сэма и Алиссу. — И надеюсь, у него еще хватает сил помочь нам.

________________

— Ты должна это сделать, — Уилбур хватает Ники за плечи, пригибаясь перед ее взглядом и глядя на нее сверху вниз своими малиновыми глазами. Он скрывает от нее кровавую бойню, которую он запланировал, коротко встряхивая ее, когда остальные начинают пробиваться сквозь Предвестников, Текноблейд беря инициативу на себя теперь, когда он в своей стихии. Им удалось пересечь границы после того, как они уничтожили Предвестников на границе, в основном благодаря Сапнапу, чье нетерпение взяло верх над ним, и он развязал разрушительный ад, который прорвался через границы. — Ты должна сплотить Нижний Дистрикт; они слушают тебя. Так что произнеси речь прямо сейчас. Они больше прислушиваются к Квакити, но Квакити не хочет иметь дело ни с чем другим, кроме нашей сделки. Так что тебя будет достаточно. Уилбур думает про себя, его глаза опасно сверкают, продолжая смотреть на Ники сверху вниз. — Уилбур, я… Уилбур снова трясет Ники, на этот раз его голос становится мягче в попытке уговорить ее. «Жертвы должны быть принесены, — шепчет Уилбур. — Это для лучшей жизни. Твой народ больше не будет страдать. Одна ночь — это все, что нужно.» Что-то трескается в глазах Ники; она поворачивается к толпе людей, окружающих ее, некоторые оплакивают смерть детей, прежде чем начать обращаться к людям громким, спокойным голосом: «Люди Нижнего Дистрикта. Слишком долго мы оставались угнетенными. Сегодня вечером мы покажем себя…» Уилбур улыбается про себя, отходя от Ники. Он вдыхает ядовитые пары пожара, душащие ночное небо, и у него кружится голова от возбуждения. От сердец и умов, моя дорогая Ники. — Двигаемся! — Текноблейд воет, когда он поднимает свой меч, чисто рассекая им тело Предвестника. Кровь заполняет его зрение, каждая красная капля окрашивает землю, а металлический запах только доводит его до предела здравомыслия. С яростным, леденящим кровь воем, который легко можно было принять за рев изголодавшегося зверя, Текноблейд прокладывает путь сквозь Предвестников, разрывая плоть, как кусочки бумаги. — Боже, этот парень страшный, — бормочет Джордж, создавая вакуум, оставляя его открытым для мер безопасности. — Мы должны действовать быстро! — настойчиво зовет Филза, мягко подталкивая мальчиков к подъемному мосту, который служит единственной формой доступа в Средний Дистрикт. — Быстро! Пока они не убрали мост! И с настойчивостью в голосе Филзы и растущей уверенностью в речи Ники люди Нижнего Дистрикта начинают кричать, яростно протестуя, когда они продвигаются к мосту, некоторые хватают копья с мертвого тела Предвестников, в то время как другие хватают и зажигают факелы. Их крики смешиваются и поднимаются в воздух, уносимые ветром в сторону Среднего Дистрикта, где от внезапного восстания начинают вспыхивать огни. — Дерьмо, — Филза выдыхает, когда огромный металлический мост кряхтит, поднимаясь из грязи. Они опоздали на секунду, и мозг Пёрплда начинает лихорадочно искать обходной путь. — К черту это! — Сапнап рычит и собирается нырнуть головой вперед в бурлящую реку, когда Джордж тянет его назад, задыхаясь от шока от того, что Сапнап собирался сделать. «Ты что, блядь, с ума сошел? — перекрикивает шум Джордж. — Ты утонешь, если прыгнешь в реку, придурок!» — Тогда что ты хочешь сделать? — кричит в ответ Сапнап, в его глазах бушует огонь. Земля начинает таять вокруг ног Сапнапа, указывая на то, что терпение огненного столпа на исходе. — О боже, ты такой тупой. Я не могу поверить, что мы с тобой друзья, — Джордж раздраженно закатывает глаза, прежде чем повернуться к Филзе. — Фил! Вам нужно лететь туда и активировать мост. Возьми Текноблейда с собой на всякий случай, чтобы он мог уничтожить всех оставшихся Предвестников. — Мои крылья все еще сильно повреждены, мэйт! — кричит в ответ Филза, расправляя крылья в доказательство своих слов. — Они все еще слишком слабы! Я могу летать, но я не могу привести Текноблейда сюда! Бурлящие течения реки яростно бьются о берег, как будто пытаются оттолкнуть группу назад. — Я могу! — Ранбу с энтузиазмом вызвался добровольцем. С кивком Филзы Ранбу хватает Текноблейда, последнего все еще тяжело дышащего после кровавой бойни, которую он устроил, и тянет за нити своей генетики эндермена. Эти двое исчезают с легким свистом в облаке сверкающих фиолетовых частиц, прежде чем Филза взмывает в небо и летит над рекой. Томми без колебаний следует его примеру, крепко сжимая в руке нож. Пёрплд, затаив дыхание, наблюдает, как вспыхивает очередная драка, в то время как Филза спешит к рычагу подъемного моста, прежде чем потянуть за него. — Предвестники собираются продолжить свою игру! — кричит Джордж, хрустя костяшками пальцев и готовясь бежать через мост. — Следите также за любыми Игроками, возможно, они уже хорошо осведомлены о том, что происходит! — О, тебе не обязательно мне это говорить! — ревет Сапнап. Еще до того, как мост коснется земли, Сапнап уже делает безумный рывок к нему. Он приседает и подпрыгивает так высоко, как только может, хватаясь рукой за металл моста и с кряхтением подтягиваясь, прежде чем броситься через мост, который все еще опускают. — Боже, почему он не может просто подождать? — ворчит Тревор, прежде чем броситься за Сапнапом, когда открываются несколько Ворот. Нервозность цепляется за Пёрплда, как паразиты. Они шепчут ему на ухо, насмехаясь над тем, что он может все провалить и у него снова отнимут Дрима. И хотя мост находится всего в нескольких дюймах от него, он обнаруживает, что не может сделать еще один шаг вперед, застыв на месте. Теплая рука хватает его, тепло, исходящее от прикосновения, растопляет лед, который сдерживает Пёрплда. Туббо смотрит на него обеспокоенным взглядом, прежде чем ободряюще улыбнуться мальчику: «Эй, мы справимся, босс. Не беспокойся об этом, ладно? Мы в этом вместе.» Пёрплд делает прерывистый вдох, присутствие Туббо более чем обнадеживает. Он улыбается в ответ своему другу и решительно кивает головой, прежде чем сделать первый шаг вперед. Пёрплд закончит то, что начал, чего бы это ни стоило.

________________

Каллахан вытирает пот со лба. Он весь день копил свою эссенцию, отказываясь сказать ни единого слова Фулишу и остальным, просто слушая, передавая свои слова на листе бумаги, который он нацарапывал карандашом. Но эффект от того, что он связал так много людей более чем на 3 минуты, действительно начинает сказываться на нем, несмотря на поддержание его эссенции. Давай, ты не можешь сейчас упасть в обморок. Каллахан думает про себя, стиснув зубы и массируя виски. Он подносит чашку кофе к губам и делает глоток, прежде чем слегка хлопнуть себя по щекам и устремить взгляд на горизонт.

________________

Дрим сегодня был ужасно тихим, и Панз понятия не имел почему. Он несколько раз пытался завязать разговор с Дримом, так как ему было безумно скучно, и Дрим довольно резко отклонил их всех. Панз, ради бога своей жизни, не мог понять, почему Дрим так себя ведет, и в конце концов сдался. — Побереги свою энергию, — бормочет Дрим нехарактерно серьезным и тихим голосом. Это только заставляет сердце Панза замереть. — Зачем? Дрим вздыхает, разминая мышцы и чувствуя прохладное прикосновение железных цепей. «Просто предчувствие, » — отвечает Дрим с горящими глазами. И за годы, проведенные в качестве владельца и собаки, Панз понял, что всякий раз, когда у Дрима возникает предчувствие, это может означать только то, что дерьмо вот — вот пойдет ко дну очень быстро.

________________

Сэм никогда раньше не видел беспорядков на таком уровне. Конечно, он видел несколько случаев, когда заключенным каким-то образом удавалось выбраться, прежде чем они начинали драться со Стражниками, как бешеные собаки, но чтобы каждый заключенный сопротивлялся? Это совершенно новый уровень, и Сэм предпочел бы сидеть сложа руки и наблюдать, как бунт разгорается с ведерком попкорна. Но у него есть задача, которую нужно выполнить, и эта задача — освободить единственного настоящего монстра из клетки. К счастью, из-за беспорядков никто из Стражников не замечает, как они втроем пробираются мимо, слишком занятые бунтами заключенных. Крики и вопли наполняют воздух, заставляя Сэма вздрагивать, поскольку сигнализация продолжает непрерывно реветь. Алисса возится с ключ-картой, размещая ее по всей стене, и, нахмурившись, пытается выяснить, где находится секретная панель. И после минуты возни, когда Сэм настороже и поднял биту, секретная панель, наконец, открывается, позволяя им заглянуть в мутную темноту. — Ты уверена, что это то, что нужно? — спрашивает Фулиш, настороженно вглядываясь в темноту перед ними, но, несмотря ни на что, следуя за Алиссой. — Я совершенно уверена, — отвечает Алисса, шаря по стенам в поисках выключателя, который ей удалось заметить раньше, когда она была заключена в Чистилище. Сэм находит выключатель и сразу же включает его, громко застонав, когда свет бьет в него с полной силой. — Ты идиот, — рычит Фулиш, прикрывая глаза от яркого света. После нескольких часов, проведенных взаперти в темноте большую часть времени, глаза Фулиша щиплет от внезапного притока света, и он почти испытывает искушение выключить свет… -… Сэм? Сэм громко ахает. «Панз?!» — кричит Сэм, перегибаясь через перила. Услышав имя цели, которую они должны освободить, Сэм и Алисса поспешно спускаются по лестнице, перепрыгивая через несколько ступенек, в то время как Сэм изо всех сил старается не отставать от них. Троица останавливается перед плавающими тюрьмами, только чтобы услышать, как поспешно тащат по полу железные цепи, когда появляется лицо Панза, расширяющиеся глаза, когда он смотрит на своих союзников. — Сэм?! — вздрагивает Панз, в глазах мерцают странные слезы. — И… Фулиш, так? И кто это? О боже, как, черт возьми, вам удалось сюда добраться? — Мы оставим историю и введение на потом! Нам нужно идти! — кричит Сэм, торопливо жестикулируя Алиссе, которая возится с ключами и начинает вставлять и проверять каждый из них, чтобы найти правильный ключ. Это не занимает у них много времени, потому что есть всего пара ключей, но ворота в камеры распахиваются достаточно скоро. Алисса работает над «железными цепями», в то время как Сэм и Фулиш болтают дальше, рассказывая сокращенную версию всего, что произошло. — Дрим… вау, ты выглядишь по-другому, — тело Сэма дрожит под пронзительным взглядом изумрудных глаз Дрима. Он никогда раньше не видел настоящего лица Дрима, и видеть, как его глаза практически светятся, как флуоресцентная лампочка, до смешного тревожно. Последняя цепочка покидает запястье Дрима, и он выдыхает, поднимаясь на ноги, когда пылкое безумие омывает его глаза: «Я свободен.» Фулиш делает шаг назад вместе с Алиссой, молча глядя на Дрима, когда на его плечи давит удушающее напряжение, внезапное явление, которое он не мог объяснить логикой. Воздух вокруг них стал холодным, по коже побежали мурашки, и Фулиш молча признает, что Уилбур не лгал, когда называл Дрима зверем. Дрим выглядит абсолютно кровожадным. Его пальцы подергиваются, как будто у него чешутся руки разорвать кого-нибудь на части. Прежде чем Фулиш успевает заговорить, запуганный молчанием, Панз бросается к Дриму и трясет своего многолетнего владельца: «Послушай, ты никуда не пойдешь. Я знаю этот взгляд в твоих глазах, который кричит, что ты собираешься убивать и ты собираешься наслаждаться этим. Мы должны покинуть это место.» — Но… — Панз прав, — Фулиш наконец-то говорит, набравшись достаточно смелости. Дрим поворачивается, чтобы посмотреть на него, кислотные глаза сверкают на фоне мрачной темноты, и Фулиш вздрагивает. Он продолжает, заставляя себя не пугаться зеленого кошмара. — Юйли опасна, и она может отравить тебя своими бабочками. Лучше всего, если мы соберемся вместе с остальными, прежде чем схватим ее. — Но… — Дрим, ты такой упертый. Просто послушай! — Панз рычит, обрывая Дрима топотом ног — Мы так близки к победе, так что имеет смысл только то, что мы выбираем гораздо более осторожный маршрут. Ты сильный, я признаю это, но встреча с другими в принципе гарантирует нашу победу, — Панз хватает Дрима за плечи, глаза становятся мягкими — И, кроме того, Пёрплд ждет тебя. Одного имени Стажера Дрима достаточно, чтобы убедить Зеленого Кошмара. Он молча кивает головой, блеск его глаз слегка тускнеет: «Ты прав. И мои пальцы все еще связаны из-за силы Надзирателя. Мне нужно, чтобы Пёрплд аннулировал их, прежде чем я смогу использовать свои силы.» — Итак, как нам отсюда выбраться? — робко спрашивает Алисса. — О, не волнуйся, — Панз дарит ей ослепительную улыбку, прежде чем протянуть руку. — Хватайтесь все за руки.

________________

Пёрплд потерял счет времени. Не говоря уже о том, что он немного голоден, поэтому его внимание сосредоточено повсюду. Тяжело сглотнув, он поднимает нож, который позаимствовал у Туббо, и вонзает его в руку Предвестника. Пёрплд отводит взгляд от беспорядка и тупо смотрит на Башню, треск огня Сапнапа наполняет его уши. Его зрение колеблется, и ему приходится наклониться, чтобы отдышаться. — Ради Дрима, — Пёрплд вздыхает и собирается последовать за остальными (Текноблейд очень любезно расчистил путь, но ясно, что пиглин приближается к своему пределу), когда он застывает на месте, широко раскрыв глаза. — Ты звал? Должно быть, у меня галлюцинации. — Эй, не игнорируй меня. Я с тобой разговариваю. Что? Радостные и благодарные крики наполняют воздух, кто-то выкрикивает имя Панза, но ничто из этого не фиксируется в мозгу Пёрплда, пока он не поворачивается, только чтобы встретиться с парой мягких, светящихся зеленых глаз, которые так сильно напоминают ему о зеленых травинках за Городом, о зеленой равнине, которая простиралась перед его глазами так далеко, насколько он мог видеть. Все красивые места, которые Пёрплд хотел, чтобы Дрим увидел. Дрим выглядит более худым, его одежда слегка порвана и потерта. Капли крови пачкают его одежду, но, несмотря на все это, губы Дрима изгибаются в легкой успокаивающей улыбке, и Пёрплд мгновенно понимает, что человек, стоящий перед ним, — его Мастер. — Дрим? — Пёрплд выдыхает. И в течение нескольких секунд, пока звуки разрушения превращаются в не более чем белый шум в затуманенном мозгу Пёрплда, эти двое смотрят друг на друга. О. Так вот как выглядит Дрим. Его глаза. Они подобны звездам, висящим в небе. Они красивые. Пёрплд делает шаг вперед. И еще один, и еще, пока он не бросается вперед, нож выпадает из его рук, когда эмоции, которые он изо всех сил пытался удержать взаперти в своем сердце, переполняют его, теплые слезы наполняют уголки его глаз. Дрим раскидывает руки, и Пёрплд падает в них. Всхлипы Пёрплда перерастают в рыдания, его крошечное тельце сотрясается в объятиях Дрима, когда он крепко обнимает его, погружаясь в нежные и мягкие объятия, по которым он скучал так много недель. Все дни сдерживаемого беспокойства и тревоги, прерывистых снов, мучительных и тревожных кошмаров привели к этому. Пёрплд не мог перестать плакать, и ему было наплевать на то, как он выглядит; дрожащее, сопящее, жалкое месиво. Дрим вернулся к нему, и это все, что имеет значение. — Боже, я и не знал, что ты так сильно по мне скучал, — нежно поддразнивает Дрим. — Я и не знал, что ты сейчас можешь шутить, — парирует Пёрплд между шмыганьем носом, слезливый смешок слетает с его губ. И когда он думает о непреодолимой паранойе, которая постоянно преследовала его, когда Дрима не было рядом, он разражается очередным приступом судорожных рыданий, глубже зарываясь в объятия Дрима. — Я здесь, — бормочет Дрим, зажмуриваясь. Он позволит себе насладиться этим моментом необузданного счастья. — Хорошо, — Пёрплд бормочет приглушенным голосом, уткнувшись лицом в торс Дрима. — Не оставляй меня снова. — Не планирую, — Дрим выдавливает улыбку и чувствует, как его сердце замирает. Я оставил ее одну, и это стоило ей жизни. Я не повторю одну и ту же ошибку дважды.