Бьём копытом оземь.

Сейчас. Это был последний шаг перед тем, как лейтенант окаменел у моего места. Встал столболм. Он подошёл ко мне почти вплотную, но все ещё молчал. Стараясь совладать со страхом, я оторвал взгляд от тетради и взглянул на Тихонова. Паника охватила меня с головой: от кончиков пальцев на ногах до самого затылка, но я старался держать себя в руках, не подавать на это виду. А лейтенант всё смотрел на меня, но не молвил ни слова. Мозг отказывался думать, и я принял спонтанное решение: отвлечь внимание, тем самым образом показав свои манеры, и этим уже свести подозрения в чуть дальнюю сторону. |Антон: Я могу Вам чем-то помочь?| На удивление, я смог сдержать дрожь в голосе, проговорил серьёзно и уверенно. Но взгляд мой заметался по кабинету, из сторону в сторону – от окна до парты, от Гоголя на стене до Есенина, от карандаша на парте до Полины, но только бы не смотреть на него! Тяжёлый суровый взгляд миллиционера был горячим прицелом на лбу, холодными наручниками, застегнутыми на запястьях, пустынной камерой моей смерти. Казалось, именно в этих карих глазах я видел один из своих главнейших кошмаров. Но я сумел успокоиться. Совладал с эмоциями, взглянул на него чётко и уверенно. Тихонов в очередной раз осмотрел меня и, тяжело вздохнув, промолвил: |Лейтенант: нет, Петров. Но ты можешь кое-что уточнить.| Сердец заколотилось. Класс притих, и два десятка голов повернулись ко мне, насторожились Лилия Павловна. Одно успокаивало – такого меня не видела Полина. Она и не думала оборачиваться в мою сторону. Я был уверен, будь тут Катя, она бы хохотала, словно в цирке. |Антон: что именно?| Я вопросительно взглянул на миллиционера, стараясь не показывать своего лютейшего волнения. |Лейтенант: не наблюдал ли ты, Петров, вот такой вот перстень?| Он расстегнул верх куртки и пошарил где-то в кармане, и через минуту вытянул оттуда фотографию той самой печатки Семёна. По-видимому, официальную, – на ней была печать нашего участка. И, походу, самую первую – прямиком с места нахождения. Она лежала на снегу, исцарапанная и в чем-то непонятном. Блестена в свете камерной вспышки. А, может, и луны... Той самой из моего сегодняшнего сна. Я понял, не могу сказать правду, иначе тогда колония восстала бы прямиком передо мной – за кражу такой важной для дела улики. |Антон: нет, не видел...| |Лейтенант: Ясно... А с Катей Смирновой контактировал?| Он смерил меня подозрительным взглядом. |Антон: Да так... Отвечал ей иногда. Но не яро...| Я выдал дрожащий ответ. Не хотелось говорить о её проступках – Лилии Павловне и так худо, а тут... Тихонов ещё раз осмотрел меня и развернулся, ничего не сказав. Он направился к доске, попутно складывая снимок перстня обратно в карман. Положив папку с делом на учительский стол, миллиционер начал что-то говорить классу, но я уже не слышал. Затерялся в своих мыслях, заволновался. Были ли мои ответы убедительными? От волнения я начал сминать тот самый листок с спонтанно нарисованным пейзажем. Сердце бешено забилось, хотя, как казалось, самое страшное уже позади. Я зарылся в свои мысли с головой. Сидел и молился, чтобы урок закончится поскорее, но минуты тянулись, словно вечность...