Сын Посейдона

Тайсон втянул носом воздух и сказал, ни к кому конкретно не обращаясь: - Защита. Пахнет зверем. Аннабет чертыхнулась и вскочила, увлекая за собой спутника. Снова грохнуло. Задребезжала на столах посуда, некоторых сидящих подбросило на скамейках. Троица друзей выскочила из-под навеса, где по-походному располагались лагерные столы, и помчалась к ближайшей границе барьера. Застыли на полпути. Зрелище завораживало и пугало. Призрачная, отсвечивающая голубым, стена дрожала и покрывалась быстро рубцующимися трещинами. Кто-то с силой молотил по барьеру Талии с внешней стороны. Интервал заживления трещин увеличивался, что указывало на неприятный факт: скоро защиту проломят. И проникнет кто-то явно очень враждебный, ибо защитный барьер был создан пропускать лишь полубогов и тех, кто приходил с благими намерениями. Остальных преграда оставляла с носом. Перси вспомнил историю возникновения универсальной волшебной стены, рассказанную в первые дни пребывания в лагере, когда Аннабет проводила ознакомительную экскурсию. … В лагерь полукровок направлялись четверо совсем ещё юных полубогов. Они спасались от погони. Дочь Афины, сын Гермеса, сын Пана и дочь Зевса. Аннабет, Люк, Гровер и Талия. Уже на подступах четвёрку загнали в ловушку. Дитя властителя небес попыталась остановить циклопа, но, будучи необученной и не могущей использовать свои способности в полную силу, погибла в неравной схватке. По желанию её отца, на том месте, где осталось лежать, уже бездыханное, тело, выросло дерево, собственно и создавшее барьер… Перси частенько любовался раскидистыми, широкими лапами огромной, величественной ели, в которую превратилась дочь Зевса, гладил шершавую кору и жалел, что не увидит ту, которая дала бы почувствовать, что он не один такой – безрассудно бросающийся на помощь друзьям, спасая их ценой своей жизни. И такой же, как она, одинокий отпрыск богов, поклявшихся не иметь детей. Но те нарушили обещание столь же легко, как Кастеллан предал память подруги, отдавшей жизнь за его безопасность. Полубог взглянул на спутницу. Ту, видимо, обуревали похожие мысли и эмоции. Ибо в больших голубых глазах застыли горечь и страх. Девушка до сих пор проклинала бывшего друга. И старалась не особо покидать лагерь, предпочитая быть рядом с Талией, пусть та и стала лишь призрачной преградой. Грохнуло с силой раската грома, и посыпались дождем осколки, растворяющиеся в голубые капли и тающие в воздухе. Защита пала. Собравшихся кучкой обитателей атаковал огромный механический бык. Тело из бронзовых пластин, под которым скрипели детали, длинные изогнутые рога и пар из огромных ноздрей. Дальнейшее запомнилось бестолковой беготней и уворачиванием от рогов, на которые копытное так и норовило кого-нибудь нацепить. Чейз пыталась проткнуть его копьем, Гровер с товарищами обрубком дерева. Клариссу, подобравшуюся ближе всех, бык чуть не затоптал насмерть. Полубог не успел рвануться на подмогу, как его опередил циклоп, удержавший ретивое изобретение Колхиды на одном месте. И как бык ни старался, сдвинуть с виду невысокого и тощего парня у него не вышло. Воспользовавшись тем, что Аннабет затерялась в суматохе, подросток все же подобрался к воительнице и уволок сопротивляющуюся девушку в безопасное место. Им оказалась ближайшая пустая хижина, вернее, стилизованный под нее домик, который бык еще не успел развалить. - Какого черта ты полезла к нему на спину? Бесполезное геройство!- парень захлопнул дверь и прижал девушку к её внутренней стороне. - В отличие от тебя, я хоть что-то сделала. Не носилась бестолково, натыкаясь на деревья!- запальчиво выкрикнула та, сжимая кулаки. - Твой братик тут появился, видимо, потому, что Посейдону надоел его бесполезный, трусоватый отпрыск. - Змея,- очень ласково сказал парень. Чересчур ласково. Девушка испуганно вжалась в дверь, словно стараясь слиться с обшивкой. Боевой пыл угас при виде лица парня, который всерьёз обдумывал вариант удушения девчонки, занозой сидящей внутри и умудряющейся выводить из себя одним словом. Не дающей покоя. -Тебе нужны доказательства, что я способен на геройство?- парень одной рукой ухватил в горсть растрепанные каштановые волосы. - Или так хочется моей гибели?- ладонь легла на беззащитную тонкую шею, где бешено бился под пальцами пульс. - Скажи, Рис,- парень придвинулся ещё ближе, нависая и распластывая девушку по дубовой поверхности. - Если уж сдохнуть, то героем!- несмотря на испуганный вид, вызова в голосе дочки Ареса не убавилось. - Дикая и такая живая. И очень…. красивая,- голубые глаза потемнели до серого оттенка, парень шумно выдохнул куда-то в область за правым ухом девушки. - Джексон, ты псих помешанный,- она всхлипнула, когда шершавые губы поползли по шее, зубы чуть ощутимо прикусывали чувствительную кожу, а свободная рука накрыла вздымающуюся под свитером выпуклость груди. - А кто виноват? Да и потом, ты сама этого хочешь,- горячие и сухие губы с шеи переместились к пухлому рту. Девичье тело напряглось. А парень остановился буквально в сантиметре от желанных губ. Ладонь все еще поглаживала аппетитную выпуклость. - Но у тебя есть парень, да и я не одинок. Я подожду, когда придешь сама, - полубог отпустил собеседницу, но жадный и тёплый взгляд красноречиво кричал, что делать этого ему совсем не хотелось. - Не дождешься!- почувствовав свободу, девушка вернула самообладание. Но отпечатавшиеся на коже прикосновения жгли огнем, почище того, что изрыгало колхидское исчадие ада. - Не будь такой уверенной, милая. Проигрывают все,- отодвинув девушку в сторону, парень выскочил из домика и исчез в толпе, продолжающей пытаться, причём совершенно безуспешно, изловить быка. *** Сидя на каменистых плитах возле домика Хирона, глядя на раскатывающиеся металлические детали, Перси не чувствовал, что совершил геройский поступок. Скорее, ощущал себя маленьким мальчиком, по неосторожности испортившим кухонную плиту. Что вот-вот явится мама, и укоризненно вздохнет, потому что нужно готовить, а не на чем. Глупо, но полубог давно не считал свои победы чем-то выдающимся. Он слишком редко побеждал, чтобы научится испытывать чувство гордости. Всё было слишком просто. Кинуть меч в глотку чудовищу мог любой, тем паче с мечами бегала половина желающих победить его. Парень повертел в руках ручку, в которую автоматически трансформировался меч. Заметил пару порезов на запястье. Вытер вспотевший лоб. Где-то вдалеке кричали, лагерь шумел растревоженным ульем. Накатило предчувствие, ощущение, что появление монстра было лишь началом... - Вас, детей большой тройки, не так легко убить. Всегда вывернетесь,- ворвался в мысли смутно знакомый голос. - Люк! Помнится, я отправил тебя на корм рыбам,- сын морского бога еле сдержал удивление при виде неторопливо приближающего высокого блондина. - Наверно, ты не знал, но я отличный пловец,- протянул Кастеллан издевательски. - А твой водяной трезубец растворился сразу же, стоило мне упасть в воду. - Что тебе нужно?- Перси оборвал излияния бывшего лидера «синих». - Убить тебя,- Люк пожал плечами, словно говорил о погоде. - Пророчество. Много чего. - Какое пророчество?- подросток, словно запоздало защищаясь, вскочил и распаковал Анаклузмос. - Вижу, Хирон по-прежнему не желает делиться секретами, касающимися, в общем-то, не его лично!- Люк поджал губы, любуясь сверканием небесной бронзы. - Меньше знаем - лучше управляемы. Бессловесные пешки. Слава Кроносу, не все разделяют стадную позицию. - Не люблю загадок,- подростку надоело выслушивать речи, из которых он мало что понимал. - Подумай, Джексон, над моими словами. Ещё увидимся,- Кастеллан достал из кармана округлый предмет, очертаниями напоминающий хронометр, со светящейся тусклым зелёным свечением крышкой. И исчез. Будто плеском кислоты стерли часть пейзажа. Мрачный Перси, хромая, отправился на поиски друзей. Обнаружил их в кругу таких же мрачных обитателей. Возле огромной волшебной ели, кора которой вместо привычного, серо-коричневого оттенка, была почти сплошь ядовитого зеленого цвета. И мало напоминала кору. Скорее, это было нечто, мохообразным слоем покрывающее дерево и стекающее жирными каплями вниз. Мистер Ди озабоченно тыкал в барьер пальцами. Вместо рубцевания голубоватый слой с трудом склеивался, напоминая рваную паутину. Местами просто провисал. Гровер неловко топтался рядом с Хироном, тот собирал в баночку маслянистые капли. Резанул ножом голос Аннабет, в котором слышался надрыв. Девушка стояла на коленях, на рыжем ковре из осыпавшихся иголок и вертела в пальцах опавшую веточку. - Снова умирает...,- парень пожалел, что не воспользовался мечом и не проткнул предателя. - Это Люк,- оповестил он о своём присутствии. Чейз бросилась к нему. Ощутив в объятиях знакомое тепло, парень расслабился. Поцеловал белокурую макушку и нашел глазами Хирона. - Он хочет убить нас,- ответил на молчаливый вопрос кентавра, намеренно не уточняя, кого имел в виду под "нас". Воцарилось гробовое молчание. За последние дни ставшее вполне привычным состоянием. Перси намеренно избегал смотреть на Ла Ру, ради которой снова ввязался в очередное приключение. Знал, что спасибо не скажут. *** - Тебе стоит сходить к Хирону,- Чейз вертела изрядно пооблетевшую веточку с волшебного дерева. Иголки продолжали опадать. А в голубых глазах застыла влага. Джексон раздраженно всплеснул руками, и на берег, где они сидели, накатила небольшая волна, обдав обоих пенными брызгами. В последнее время сын Посейдона начал замечать: если его одолевали отрицательные эмоции да рядом оказывалась вода – кто-то обязательно оказывался облит, окачен или обрызган, в зависимости от того, какого объема названная жидкость находилась в пределах досягаемости. Что вызывало определенную тревогу: обычно подростку удавалось отграничить эмоциональное состояние и сосредоточенность при работе с водой. Сбои начались, когда пришло понимание, что смотреть спокойно на дочь бога войны не выходит. Той все же удавалось его задеть, хотя на людях и наедине с ней он никогда этого не демонстрировал. И тем не менее… - А зачем? Я не хочу ничего знать о пророчествах. Я обычный, рядовой полубог-неудачник. И немного напрягает тот факт, что все, кому не лень, избирают меня козлом отпущения. А большего-то и не нужно, лишь бы отец выполнил обещание. Был рядом хоть мысленно… Да и как-то не вдохновляет шепот интуиции, что Люк снова предпримет попытку загнать меня в гроб,- Перси под конец тирады сжал кулаки, дабы не устроить цунами местного масштаба. - Знаешь, я еще не видела того, кто бы так себя не ценил и был столь слеп к собственным достоинствам. Ты вернул Зевсу молнии… - И при этом бывший товарищ горел желанием меня ими поджарить! Чертовы пророчества! Ничего хорошего они не сулят. И здесь проблем хватает. Талия… Девушка уткнулась лицом в колени и шумно шмыгнула носом. Парень сразу потерял запал злости на всё и всех. - Ани, только не плачь! Я не верю, что не найдется противоядия. Или на худой конец, чуда,- подросток притянул подругу к себе, усадил на колени и укутал ветровкой: вечер был прохладным и к тому же, как обнаружилось, он основательно промочил тоненькую рубашку Аннабет. Девчонка уткнулась лицом в крепкое плечо и обхватила обеими руками. Ткань футболки сразу же стала сырой. Она плакала тихо, изредка всхлипывая. Парень замолк. Легонько поглаживал дрожащую спину и шептал какой-то успокаивающий бред. А внутри разгоралась ярость, подпитываемая горечью. Окажись Кастеллан рядом, Перси воздал бы полубогу от души: и за попытку отравить Талию, и за слёзы Чейз, и за чудом уцелевшую Ла Ру. Заливал бы в глотку воду до тех пор, пока тот не издохнет на глазах. Никогда еще он не чувствовал себя настолько беспомощным. Судьба, или шутка богов, но жизнь подкинула очередное испытание. Хотелось ему или нет, но он успел однажды убедиться, что от предсказаний высших сил, писавших для него страницы жизни, не увернуться. Хотя, иногда у полубога возникала малодушная мыслишка отправиться на поиски мойр и порвать свою «нить». Останавливал родной голос матери в телефонной трубке, весёлая мордашка подруги или очередная несмешная шутка сатира. А так хотелось иногда крепкого божественного подзатыльника от отца, за неподобающие измышления. Отца, которому он не был нужен. Озеро окутало чернильное покрывало ночи. По водной глади пролегла серебряная лунная дорожка. Вдалеке ухнула сова, шелестели, шуршали и перекликались различными звуками ночные обитатели леса. Перси любил это укромное местечко. Рядом вода и относительная тишина. Компанию изредка составляли друзья, но чаще он предпочитал бывать тут в одиночестве. Говорил с отцом. Без ответа. В одностороннем порядке. Надежда, что родитель извернется и найдет способ хоть раз осчастливить присутствием, хотя бы мысленно, практически истаяла… - Медуза, ты мне ребра сломаешь!- сиплый, чуть сонный, голос выдернул из невеселых дум. Расслабил руки, но Чейз не отпустил. Та больше не всхлипывала и дышала ровно. Тело в его объятиях было горячим. Но скорее всего, он просто замерз. - Завтра узнаю насчет пророчества. Будем надеяться, что Хирону удастся и противоядие найти. И еще. Может, ты…,- парень прервался, поняв, что сопение в ухо ему не померещилось. Девушка уснула. Джексон улыбнулся: похоже, традиция засыпать в его руках скоро войдет у неё в привычку. Проделав акробатический трюк, кое-как встал и при этом даже умудрился не разбудить подругу. Донес спящую до родного домика, уложил в кровать. Сам решил снова обойтись гамаком. Новый день утешительных вестей не принес…