Проклятие принца Рено

Принц Рено, совершенно не привыкший к подобному обращению с собой, был так же совершенно не готов к подобному привыкать. Стоит признать, несмотря на бесчисленное множество нянечек и воспитателей, приставленных к нему почти с самого рождения, вопросами послушания принца не занимался никто. Принц к своим шести годам усвоил лишь самые элементарные навыки — есть не чавкая, но только в присутствии королевы, способной сделать ему замечание, или не перебивать, если говорит король. В остальное же время, когда короля и королевы рядом с ним не было, принц Рено был волен вести себя как угодно плохо. Живя уверенностью, что никакой управы на него нет и не будет, он теперь не был готов признать, что время безнаказанных бесчинств подошло к концу. Принц Рено оскорбленно посмотрел на Жана, сделал невинные глаза и вопросил: — За что? Жан терпеливо объяснил: — За выходку с превращением. Принцу не подобает использовать проклятие во избежание уроков и обязанностей. — Оно само! — с готовностью возразил принц. — Ваше поведение в облике кота говорило об обратном, — уверенно заявил Жан. — Какое поведение? Я ничего не помню! Жан, все же сбитый столь искренним тоном принца, на секунду позволил сомнению проникнуть в душу, и это было ошибкой. Принц, конечно заметивший смятение на его лице, принялся жалобно рассказывать, как мучительно для него проклятие, как страдает он, снова возвращаясь в свой настоящий облик, и ничего не помнит с самого момента превращения. Жан в свою очередь возражал, приводил аргументы в пользу своего убеждения в сохранении котом разума принца, но любому было бы слышно — сомнение пускает корни. Принц этим пользовался и не отступал. Спор затягивался. Жан, понимая, что уроки манер перед пиром для принца все же важнее, чем наказание, уже почти готов был уступить и заменить порку нотацией, объявив это компромиссом, но в дверь неожиданно постучали. Жан решил, что эта пауза может быть очень полезна для спора, жестом остановил речь принца, как раз подходящую к заявлениям, что его нельзя наказывать за то, от чего он и так страдает всю жизнь, и открыл. На пороге стоял мальчишка — ровесник принца. В простой, хоть и сшитой явно при дворе рубашке, чистых, но немного коротковатых брюках, привычно заложивший руки за спину и заранее зареванный. Мальчишка для битья — больше это просто никто не мог быть. — Наконец-то, Джоши! — радостно объявил принц, подтверждая его выводы. — Извините, принц Рено, — всхлипнул Джоши. Жан протянул Джоши руку и представился: — Жан, гувернер принца. — И вы извините, Жан, — снова всхлипнул Джоши. — Я опоздал. — Тебя ждет порка за опоздание! — радостно воскликнул принц. Жан не сдержался и досадливо цыкнул.