Mulled wine

Дазай растянулся на своей койке и ни о чем не думал. Он не слышал, что рыжий парень кричал ему что-то, про таблетки под его матрасом. Он наслаждался режущей болью в запястье и временном отсутствии мыслей в его голове, пялясь в белый потолок. В душе он понимал, что ему необходимо поговорить с Федором и узнать, почему же тот его покинул, но вспомнил, что тот сказал, что не может объяснить. Почему он не может объяснить? Что за бред? Ну и пусть подавиться своими объяснениями. Вдруг Осаму почувствовал, что по щеке его кто-то ударил, и повернув голову он заметил, что рыжий парень смотрит на него. И его взгляд злой. Блин. - Алё, ты меня слышишь? - Чу-у-уя, прости-и-и, я задумался. Дазай глупо улыбнулся и стал медленно подниматься с кровати. Рыжий в ответ фыркнул. - Блять, и как мне с тобой вообще разговаривать? - Нежно и ласково? -предложил Дазай, на что получил свирепый взгляд - Да пошел ты! Какого хера под моим матрасом лежали таблетки? - О-о-ой Чуя, я забыл. Переложи их, пожалуйста под третий матрас. - Я уже так и сделал, идиот. Почему ты не принимаешь свои лекарства? Дазай выгнул бровь и потянулся руками вверх, разминая спину. - Мне не нужно это дерьмо. И тебе, кстати, тоже пить не сооветую. От них ты станешь слабее. - Вижу я, как тебе это не нужно. Ты нахуя порезался? Жить совсем надоело что-ли? - И как ты угадал...? Дазай улыбался. Его чем-то веселило это рыжее создание. - Дазай, а если серьезно? Чуя опустил брови и сел на кровать Дазая возле его ног. - Что с тобой? - О-о-о, ты даже запомнил мое имя! Как приятно. Улыбка Дазая выросла почти до ушей. - Почему тебе не все равно, что со мной? Дазай вопросительным взглядом уставился на Накахару. - Может, я не хочу, чтобы ты сдох или тебя перевели к особо опасным и у меня не осталось шанса сбежать. - Да, справедливо. - Дазай сел и говорил, смотря Чуи в глаза. - Я порезался, потому что встретил старого знакомого. Он был в белом халате, и я подозреваю, что он может тут работать. Но знаешь, причина даже не в этом. - Он сложил пальцы замком и подпер ими подбородок. - Я режусь, чтобы избавиться от мыслей и невыносимой боли, которую эти мысли приносят. А это, так, - он фыркнул и пожал плечами. - фактор для распростанения этих мыслей. Дазай наклонил лицо ближе к лицу Чуи, и даже смог рассмотреть еле заметные веснушки у того на носу. Чуя же сидел, и вовлеченно слушал. Он хоть и был с виду до всех безразличный, на самом деле, он любил рассказы людей о своих тараканах. Он даже хотел стать психологом. Ему было интересно, что в голове у других людей. Глядя в Чуины голубые глаза, Дазай продолжил: - Знаешь, когда я чувствую, что хочу порезать себя, это ощущается как ломка. Кажется, что если я не порежусь, то вот, вот умру от разрыва мозга. - Дазай коротко рассмеялся. - Знаю, наверное звучит глупо. Врят-ли кто-то сможет меня понять. - Дазай вздохнул и встал с кровати. - Это не глупо. - Мм? Дазай обернулся и посмотрел на все еще, сидящего на его кровати, Чую. - Я хочу сказать, что навязчивые мысли - это серьезно, и это надо лечить! А ты, вон, идиот такой, даже таблетки пить не хочешь! Дазай нахмурил брови и пристально смотрел на выражение лица Чуи, и через несколько секунд ответил: - Чу-уя, ты серьезно думаешь, что в таком месте, как это.. - он сильно жестикулировал руками. - можно что-то вылечить? Он усмехнулся. - Да ты и сам-то не горишь желанием лечиться - подметил Дазай Чуя отчасти был с ним согласен, клиника была отстойная. У пациентов были лечащие врачи, но они с ними даже еще не виделись. Гулять никого не выпускали, при плохом поведении, накачают таблетками, а в худшем случае, переведут к особо опасным пациентам, где из тебя сделаю овоща и больше ты света белого не увидишь. Да, клиника была так-себе, но у Чуи еще были аргументы в свою пользу. - Я хоть себе вред не причиняю и... Дазай не дал ему договорить - Себе может и нет, а окружающим? Чуя опустил голову и задумался. - Чуя, из-за чего ты здесь? - Иди нахуй! - Чу-у-уя, ну я же тебе рассказал! - Я тебя не заставлял, кусок бинта! - М-мда, ты прав. Лицо Дазая стало грусным и он сложил руки у груди. - Да, и без тебя в курсе. Чуя встал с чужой кровати, походил туда-сюда по палате и упал спиной на свою койку. - Знаешь, хорошо. - Чуя сел. - Я скинул своего одноклассника с окна. Брови Дазай опустились, но другой реакции не было. Чуя, вообще-то надеялся, что тот испугается, ну или хотя-бы не захочет общаться с таким жестоким человеком, и отъебется от него со своими вопросами, но не тут-то было. - И-и-и...какой был этаж? - Дазай медленно подполз к кровати Чуи и уселся прямо перед ним. - Третий. - Чуя нахмурил брови. - Он выжил, но получил какую-то травму ног, и вроде, останеться инвалидом. - Оу, жестко. А за что? Дазай подполз еще ближе и касался своей ногой, ноги Накахары. Чуя пожал плечами. - Просто разозлился. Брови Дазая теперь взлетели ко лбу. - Так, подожди.. Он отвернулся, момолчал секунду и после продолжил. - Ты просто разозлился и выкинул парня с третьего этажа? - Ага. - Беспечно ответил Чуя. Он меня раздажал, даже больше, чем ты, а это, поверь - не мало. - М-да, аргумент. Их беседу прервал звук открывшейся двери. Это была медсестра, он принесла еду и таблетки. Она сказала, что ей нужно проконтролировать принятие таблеток, и парни на ее глазах одновременно их запили, и по ее просьбе, открыли рты, мол, проголотили. Когда медсестра вышла за дверь, оба достали таблетки из своего рта и засунули их под матрас пустой кровати. Они переглянулись, но ничего не сказали, и после, молча начали есть. Кормили 2 раза в день, в основно какими-то крупами. Сейчас это была гречка. Парни молча ели и каждый из них думал о чем-то своём. Дазай о том, как можно связаться с Федором, и нужно ли это делать, а Чуя обдумывал их с Дазаем разговор. Он не думал, что Дазай продолжит пытаться установить с ним хоть какой-то контакт, если узнает, насколько с ним всё плохо, но это оказалось не так, и его немного поразило его поведение. Хотя, чего он удивляется. Он же тоже псих, не просто же так они в одной палате лежат. И хоть он очень бесил Накахару своим поведением, как в общем-то и почти все люди на этой планете. Чуя понимал, что в его словах была доля истины. Он понимал, но себе он в этом не признается. Слишком гордый он для такого. Дазай все-таки, пришел к выводу, что выслушать Федора надо. На самом деле, сейчас, он не так уж и расстроен его уходом. Федор был одним из многих людей в жизни Осаму, которыми он дорожил и который, пусть и возможно, по каким-то важным ему причинам, покинул его. Дазай уже не испытывает к нему прежних чувств, но вот узнать причину ему все-же было любопытно. Поэтому он решительно настроился выйти и поискать его, если он конечно, еще здесь. А то мало ли, тот просто приходил на приём и смылся. Хотя Осаму был уверен, что тот, все-же является сотрудником в этой больце. Правда, каким боком ему это удалось? Когда он ушел, ему было 17. Сейчас ему должно быть 18, и он просто не успел бы получить образование в этой, да и даже в любой другой сфере. Федор всегда был очень странный, и порой, таинственный, и сейчас Дазай еще больше в этом убеждался. Поев, оба парни отставили тарелки. Через несколько секунд, в их палату вошла медсеста. Она прошлась и забрала подносы с тарелками, а уже перед выходом, произнесла: - Дазай Осаму. Дазай резко поднял на нее взгляд. - Мне нужно провести вас к вашему психотерапевту. Глаза Дазая округлились и он мельком глянул на Чую, как будто-бы тот мог ему помочь. Чуя тоже смотрел то на Дазая, то на медсестру и был слегка напряжен. Дазай тонко улыбнулся и ответил. - Уже иду. Красавица, пожалуйста, не могли бы вы подождать меня за дверью? - У тебя 20 секунд. С этими словами она вышла из палаты, а Дазай подлетел к Чуе на коленках. - Чуя, мне страшно. Они накачают меня успокоительными, да? Он смотрел на него молящими глазами, и в его тоне была доля наигранности, однако Чуя, явно тоже был насторожен. Он посмотрел на Дазай, а после в разные стороны покачал головой. - Не думаю. Ты ничего не сделал, скорее всего, это просто психотерапия. В любом случае, если ты сейчас не вернешься, то мне отсюда не сбежать, поэтому если вдруг что, кричи, я попробую помочь. Его серьезность рассмешила Дазая, но он не подал виду. Он даже был рад, что рыжик был готов буквально рискнуть жизнью и прийти спасать его от врачей. Но Дазаю надо было уходить, так что он встал с пола и перед выходом бросил Чуе: - Чу-у-уя, такой маленький рыжий гномик не спасет меня от огромных и злых врачей. Он улыбнулся и прежде, чем Чуя его убил, быстро закрыл дверь, улышав через нее очень гневные слова. Снаружи его ждала медсестра, и как только он вышел, она прошла вперед. Дазай за ней. Они шли по незнакомым Дазаю коридорам, вдоль которых располагались двери и рядом с ними лавочки. Когда они дошли до последней двери, медсестра остановилась и постучала в нее. Недождавшись ответа, она зашла внутрь, а Дазай остался стоять. В голове он уже перебирал варианты того, что с ним будут делать. На самом деле, он не так уж сильно боялся, просто было немного тревожно. И вот, когда медсестра вышла, она сказала, чтобы Осаму зашел и он так и сделал. Но пройдя порог кабинета, он застыл. Кабинет сам был довольно чистый и пахло там спиртом, а в кресле, покрытым белой кожей, сидел сам Федор Достоевский. Он положил ногу на ногу. На нем был белый халат и выглядел он, как настоящий сотрудник этой больницы. А точнее, психотерапевт. Он смотрел на оцепеневшего Осаму, с интересом раглядывая его, а через несколько секунд, соизволил заговорить. - Привет, Дазай. Услышав голос, Дазай сразу вылез из своего транса и улыбнулся тонкой улыбкой. - Федор. Не ожидал тебя здесь увидеть. Это не так. Он как-раз ожидал, но убеждал себя, что этого не произойдет. Федор жестом руки пригласил его присесть, и Дазай упал на небольшое кресло, напротив кресла Федора. - Так ты теперь психотерапевт. - начал Дазай - Не простой, а лично твой психотерапевр. Федор тоже улыбнулся такой-же улыбкой, какая была на лице Дазая. - У тебя ПРЛ стоит под вопросом. Мне нужно подтвердить твой диагноз. Тебя привезли с суицидальным поведением и несуицидальным самоповреждением, так? Дазай усмехнулся. - Ты серьезно хочешь поговорить о моем суицидальном поведении? - Дазай облокотился на спинку кресла. - Пока ты не расскажешь, почему ушел, я ни слова не скажу. - отрезал Дазай. Федор тяжело вздохнул и отзеркалил позу Дазая. - Дазай, я правда не хотел уходить. У тебя есть полное право мне не верить и злиться на меня но... Дазай не дал ему договорить. - Я не злюсь на тебя. Совсем. И я так-же, не виню тебя. У тебя было полное право уйти. - Дазай пожал плечами. - Меня интересует только причина. Федор громко выдохнул. - Если я расскажу, я втяну тебя во все это. Дазай приподнял брови. Немного подумав, он спросил: - Это что-то незаконное, да? Федор отвел взгляд и смотрел в пол. Он не отвечал, но Дазай и так понял, что да. - Если бы я не ушел, они могли прийти за мной, а позже и за тобой. Я не мог этого допустить. Он продолжал смотреть в пол, не поднимая взгляд. Ему было жаль, что он бросил Дазая, но у него просто не было выбора. Дазай смотрел на Федора и не знал, что чуствует теперь, зная эту информацию. Ему не достаточно. Нужно хоть немного подробностей. - Ты...можешь хотя-бы ска... Его перебили - Преступная группировка...Я вступил в преступную группировку и мои враги теперь везде за мной охотятся. Теперь Федор смотрел Дазаю в глаза. Оу. Ну, этим действительно можно объяснить его уход. - Когда именно? Осаму заглянул в темные, отливающие фиолетовым, глаза Федора. Теперь они оба смотрели в глаза друг другу. И следующие слова больно режут Осаму по груди. - До того, как встретил тебя. Глаза Дазая на секунду расширились от осознания, что он несколько лет дружил с преступником, и сейчас он сидит, и с ним же, мирно болтает в психиатрической больнице, в которой тот, скорее всего работает по поддельным документам. Что-ж, это было сильно. Ну теперь Дазай понимает, почему тот ушёл. Он на его месте бы и сам, скорее всего, так поступил. И Дазай, может и злится на Федора, но понимает, что тот, вероятно был просто вынужден уйти из приюта. Он не хотел сейчас лезть в его дела, и понимал, что как психотерапевт, он скорее всего здесь, просто для прикрытия. Через несколько секунд раздумий, Дазай спросил: - Если ты здесь "психотерапевт", то ты можешь меня выписать, так? Федор отвел взгляд в сторону и поджал губы. - Не все так просто, Осаму. Сначала ты должен пройти курс психиатрии и таблеток и если твоё состояние будет улучшаться... - Стой, стой. - Дазай поднял брови - Ты же не серьёзно сейчас? Ты правда хочешь держать меня в этой дыре и качать таблетками? И даже по старой дружбе отсюда меня не выпустишь? У тебя должок между прочим, если ты забыл, то ты бросил меня одного в приюте, где меня все ненавидели! И теперь ты говоришь, что не выпустишь меня из психушки, в которую, в какой-то степени, по твоей вине я и попал! - Дазай, ты же понимаешь, что у тебя есть проблемы. Он говорил спокойным, но твердым тоном. - То, что ты режешься и хочешь умереть, это - ненормально. - Да ты, черт возьми, даже не являешься психотерапевтом! Теперь Дазай срывался на крик. - Почему бы мне тебя не сдать? Что в таком случае, мне мешает? - Ты этого не сделаешь. - Его тон был спокойный, но в нем чувствовалось что-то угрожающее и Дазаю стало не по себе. - И почему же? Он взглянул на Федора, и его лицо было...мрачное. - Ты лежишь в психушке, Дазай. Ты же не думаешь, что психу кто-то поверит? На лице Федора была тень жутковатой улыбки. Теперь Дазаю было откровенно стремно находиться с ним в одном помещении, но он не показывал этого. Однако ему очень хотелось уйти из этого места. Прежнее чувство безопасности рядом с Достоевским испарилось мгновенно. - Федор, часы приема еще не прошли? - У нас еще десять минут. Последовала пауза и Федор вновь поднял на Осаму жуткий взгдяд. - Но если ты хочешь уйти... - Да. Если ты не против. Федор жестом показал, что Осаму пожет идти, и тот поспешно поднялся и вышел из кабинета. Снаружи так-же стояла медсестра, с которой он и последовал назад до палаты. А в голове гуляли мысли. Нет, это был не тот Федор, которого Осаму знал все это время. Он явно изменился, и теперь Дазай не чувствовал к нему ничего. Не было злости, обиды, страха. Для него он стал обычным человеком и теперь, узнав- таки причину его ухода, он намеревался уйти из этого места, и больше с ним никогда не встречаться. Уж очень он стал жуткий. Зайдя в палату, Дазай увидел очень милую картину. Чуя калачиком лежал на кровати Дазая, его глаза были закрыты, он уснул. Неужели Дазая так долго не было? Часы в палате отсутствовали и по времени можно было орентироваться только по виду из окна с решеткой. Дазай сел на корточки перед спящим Чуей и стал его рассматривать. Только сейчас Дазай понял, что этот комок агрессии, довольно красивый. Дазай любил смотреть на красивых людей, чем он и занимался уже минут десять. Он вслушивался в его медленное дыхание и его мысли, что странно, перестали разрывать его голову. Он думал только о том, что вероятно, рыжик тоже в жизни не мало натерпелся, раз так агрессивно на всё реагирует. Не просто же так это у него появилось. На самом деле, Дазаю даже нравилось, когда тот на него кричит. Это немного забавно и даже мило, хотя и является серьезным растойством. Рыжий лежал ближе к стенке, и когда Дазай устал сидеть на полу, то осторожно прилег рядом с Чуей. Все-таки, это его кровать. Да, он мог лечь на кровать Чуи, но из принципа этого, конечно не сделал. Койка была не большая, но оба парня были очень худые, и прекрасно помещались на небольшом простанстве, хоть их лица и находились на небольшом расстоянии. Дазай еще немного посмотрел на спящего Чую и даже про себя, посчитал веснушки на его носу. Позже, он прикрыл глаза, и кажеться, через пол часа, заснул. Считание веснушек действует, как снотворное, ну или, как считание овец. Через некоторое время Осаму проснулся от чьего-то резкого крика, прямо у него над ухом: - Блять, ебнутый придурок!! Осаму, с характерным звуком упал на пол и протяжно простонал от боли. - Чу-у-уя, ну за что ты та-а-ак... Он медленно поднялся с пола, потирая ушибленный бок, и все еще кряхтя от боли. Теперь синяк будет. - Да ты совсем больной? Я, блять, тебя чуть не убил! Какого хера ты подлазиешь ко мне, пока я, блять, сплю!? Чуя уже сидел на Дазаевской кровати. - Чуя, ты спал на МОЕЙ кровати! Я имел полное право... - Ты, чертов кусок идиота, мог меня разбудить!!! Чуя осмотрелся по сторонам и видимо, до него дошло, что он и правда находится на чужом ложе. Он быстро поспешил оттуда встать. - Не мог. Ты был такой милый, пока спал. Дазай приподнял уголки губ и уже приготовился защищаться от удара, которого оказывается, не последовало. Осаму посмотрел на рыжика, а тот, хлопнув дверью вышел из пататы. * А? Чего это он? Обиделся что-ли? * Дазай встал, и поплелся за ним, а то мало ли, что тому в гневе, в голову может прийти. - Чу-у-уя!! Куда ты? Рыжий находился уже в пяти метрах от Осаму, но тот, своими длинными ногами быстро его догонял. -Чуя, прости, я не хотел тебя обидеть! - Вот он уже шел на одном расстоянии с Накахарой, а тот устремил свой взгляд вперед и на шатена не обращал внимания, но через несколько секунд, ответил. - Ты идиот? Я в душ иду. - О-о-о, в качестве извинений, я могу потереть тебе спинку...послышался хрип В его ребра прилетел кулак, от чего Дазай остановился и схватившись за живот, скрючился от боли. Чуя же, продолжил идти, и где-то через три секунды, метров с пятнадцати, послышалось: - Протри себе мозг. Накахара скрылся за поворотом, а Дазай поплелся назад в палату. Он посмотрел в окно, видимость которого, из-за решеток, была не очень. На улице уже была темнеть. Наверное, сейчас часов семь, а может и больше, Дазай без понятия. Он хотел спать. Он удобно, на сколько это возможно на больничной койке, улегся в постеть и накрылся одеялом, которое было тонкое и совсем его не согревало, с головой. Он не думал, что уснет, хотя-бы, пока не вернеться Чуя, но ошибся. На улице начался дождь и Дазай слышал, как он стучал по крыше. Осаму обожал дождь, потому-что под его шум, его мысли останавливались и он мог спокойно и быстро заснуть. Однако спал он не долго. Он видел сон. Кошмар. Осаму ненавидел эти ебучие кошмары. Они снились ему практически каждую гребаную ночь и мешали ему нормально спать и жить впринцепи, тоже. Ему всегда снилось его прошлое. Его дядя, избивавший и насиловавший его в промежутке от 8-ми до 13-ти лет. Так-же, во сне он часто видел одну ночь, которая до каждой детали, навсегда отпечаталась в его памяти и сознании. Нет, он никогда не сможет ее забыть. Эта ночь, когда его дядя умер. Там было очень много, буквально море крови. Окровавленный нож, позже выброшенный и унесенный водами реки Йокагамы. В ту ночь был гром. Он гремел так громко, что мальчик закрывал себе уши. Он помнил, как шел по трущобам и мечтал отмыться от противной, липкой крови на своем теле. Он пришел домой и долго, всю ночь оттирал от пола ту же кровь. На утро, он пошёл в душ и ему казалось, что красная вода не перестает с него смываться, сколько бы он не стоял под струёй воды, она не становится прозрачной. Он открыл немного влажные глаза и услышал, как громко всхлипнул. Нет, он не плакал, просто был чертовски..напуган? В комнате было темно, но он не помнил, чтобы выключал свет. А точно, он же живет с Чуей. * Черт, Чуя! Я не разбудил его? * Осаму повернул голову к соседской кровати, и заметил мирно лежащее на боку тело. Грудная клетка Чуи, спокойно приподнималась в такт его дыхания. Слава богу, не проснулся. Дазай, зачем-то улыбнулся спящему Чуе и встав с кровати, очень тихо вышел из палаты. Пройдя пару метров, он услышал гром, а через несколько секунд, коридор осветила яркая молния. Сейчас, ночь. Все спят. Он может спокойно пойти и... Чёрт!! Рыжик забрал у него его лезвие. Дошло это до Дазая, когда он уже дошел до ванной и сидел на холодном полу, в темноте. От собственной безысходности он размотал грязные бинты на лишь одном, замотанном ими запястье и принялся царапать старые порезы ногтями. И это оказалось даже приятней, чем наносить порезы. Боль была жгучая, но мозг на ней даже лучше концентрировался, не отвлекаясь ни на что другое. Вскоре, из старых, еще не заживших ран, потекла кровь. Дазай не видел этого, но почуствовал липкую жидкость. Ему было мало. Он было хотел начать царапать второе запястье, как вдруг, услышал голос. - Дазай, не надо. Он поднял голову. Конечно, он узнал голос Чуи, но интонация его была...несвойсвенна ему, что Дазая насторожило. Перед входом в ванную он увидел темный силуэт, который, в ту же секунду, осветила молния, и Дазаю удалось увидеть лицо Чуи. Такое...обеспокоеное? Нет, ему наверное показалось. - Я включу свет, хорошо? - Чуя, со мной всё... Ванную резко наполнил такой противно-слепящий свет и Дазай зажмурился. Он не увидел, как Чуя подошел к нему, но почувствовал прикосновение руки к разодранному запястью. Дазай все-же, открыл глаза, и увидел лицо рыжика, смотрящего прямо на него. Сначало, оно и правда, казалось обеспокоеным, но в одно мгновение приобрело обычное, строгое выражение. - Я слышал, как ты кричал. - начал он. - Тебе приснился кошмар, да? Дазай бросил непонимающий взгляд на Чую, но сам не зная, почему, ответил: - Они сняться мне почти каждую ночь.. Со стороны Чуи была тишина, и Дазай тихо начал жалеть о своих словах. Опять он кому-то открылся. Чёрт. - Понятно. Пойдем в палату? Тон Чуи был такой спокойный, Дазая даже снова потянуло в сон. Он кивнул Чуе, и тот опустил закатынные рукава на руках Дазая и они медленно пошли в свою палату. Пока они шли по темному коридору, резко и очень громко прогремел гром, отчего рыжик подпрыгнул. - Ухты, Чуя, который швыряет людей с окон, боится грозы. - З-заткинь!! Голос предательски дрогнул и Чуя ускорил шаг, как и Дазай. Зайдя в палату, оба парня сели на свои кровати. Услышав очередное, громкое громыхание, Чуя весь сжался, а когда засверкала молния, еле сдерживался чтобы не издать звуков, а на глазах появились слезы. Бронтофобия. Панический стах грома и грозы. Как не кстати. Дазай молча лег к себе в кровать и хотел было дальше спать, как вдруг, он услышал очень тихое: - Д-дазай, м-можно л-лечь к т-тебе..? Сначало Дазай подумал, что у него слуховые галюцинации, но повернув голову, он увидел Чую. Даже в темноте было видно его несчатное, испуганное лицо. Оу. А ведь Дазай тогда просто пошутил про грозу. У него даже шуточек в голове больше не осталось, при виде Чуи такого...беззащитного. Чтож, отказать он точно не как не мог. - Да, Чуя конечно. Чуя буквально залетел в кровать Дазая и спрятался где-то под одеялом. При очередном громыхании он вздрогнул и тихо, еле-еле слышно, пискнул. Ему будет стыдно, ужасно сильно стыдно, но завтра. А сейчас он слишком сосредоточен на страхе. И когда он чувтсвует, что чьи-то руки обнимают его, ну...ему становиться спокойней. Пусть и очень стыдно это признавать. Дазаю же становиться теплее от находящегося рядом тела, и когда он обнаруживает, что Чуя дрожит, он с еще большей силой, прижимает его к себе. Тот уткнулся головой Осаму в грудь и пытается думать только об этих уютных, обхватывающих его тело, руках. И когда он стал так думать о руках бесячего придурка? Да чего он опускается, когда на улице гремит гром. - Дазай. Чуя шепчет, но ему все равно кажется, что он звучит громко. - Мм? - Можешь пообещать кое-что? - Дазай зевнул - Что? - Что завтра забудешь всё это. Чуя был уверен, что сейчас будет какая-то очередная тупая шутка, со стороны Дазая, но он ошибся. - Хорошо...я обещаю.. Ну, теперь Чуе стало немного спокойней. И он чуть сильнее прижимается к груди Осаму, когда комнату освещает очередная молния. Дазай же, уже уснул, и мирно сопел на против чужой, такой мягкой и приятной на ощупь, рыжей макушки.