Три точки

— Полегче, Уизли! — скрежетал зубами Малфой, который явно не ожидал, что будет прижат к стене, как только войдëт в комнату. — Ты хотела поговорить. Так вот, я предпочитаю вести беседу, когда чужая палочка не упирается мне в горло. — Моя фамилия давно не Уизли. Пора бы запомнить, — отстранившись, девушка поморщилась. Громко цокая каблучками, она подошла к пухлому серому креслу. — Сядь. Джинни кивком указала на кресло напротив. Малфой, совсем не аристократично раздувая ноздри, одëрнул мантию и сверкнул ледяным взглядом из-под сбившейся чëлки. Он вздёрнул подбородок и сел в кресло, закинув ногу на ногу. Палочка, что ещё секунду назад покоилась в кармане мантии, тут же оказалась зажата меж длинных пальцев. Джинни, заметив это, лишь фыркнула и, откинув волосы нервным жестом, устроилась в кресле. — Я всё видела, — нарушила тревожное молчание девушка, на что Малфой лишь вопросительно выгнул бровь. — Не делай вид, что не понимаешь, о чём речь. Я видела вас в том кафе возле Министерства. Всегда знала, что так будет! Ты ещё со школы неровно дышал в его сторону, да, Малфой? Да… Я видела, как ты смотришь на него. Как ты слюнями исходишь всякий раз, проходя мимо его кабинета. Ты думаешь, я дура? Ты просто… — Послушай, Джиневра, — прервал её гневную тираду Малфой. — Нет, это ты послушай, — оскалилась девушка. — Я просто не могу поверить! Что, не можешь удержать собственный член в штанах, Малфой? Чистокровность, традиции… Всё это просто трёп, да? Кичился своими принципами и исключительностью, а сам и кната ломаного не стоишь. Ни ты, ни твои убеждения! — уже не пытаясь сдержать злые слёзы, девушка вскочила из кресла и, дëрнув из рук Малфоя наколдованный им стакан воды, плеснула ему в лицо. Тяжело дыша, он дёрнул плечом, будто сбрасывая надоедливого пикси. Пальцы его ещё сильнее сжались, а палочка нагрелась и потрескивала от рвущейся наружу магии. Не рискнув в таком состоянии использовать высушивающее, Драко медленно провёл ладонью по лицу, стирая прохладные капли. — Перебор, да? — будто опомнившись, уже совсем спокойно спросила девушка. Смахивая слёзы, Джинни опустила руки на округлый живот и снова села в кресло. — Да уж… — Слушай, я не виновата, это всё малышка Лили, — продолжая любовно оглаживать свой живот, шептала она. — Серьёзно? Ты всё же решила назвать дочь в честь матери Поттера? — А что? Мне нравится, — ласково лепетала Джинни, но тут же резко вскинула голову, вновь прожигая Малфоя леденящим душу взглядом. — Блять, что? — обречëнно выдохнул Драко. — Так, на кой чёрт ты обжимался с Блейзом, да ещё и у всех на глазах? — Не твоё дело, Уизли! — Я Нотт, Малфой! — А я Малфой-Поттер! То, что ты замужем за моим другом, не даёт тебе право лезть в мои дела и устраивать скандал в моём собственном доме. Пресвятой Мерлин, я даже представить себе не мог, что ты окажешься сумасшедшей фанаткой наших отношений, и так остервенело, несмотря на своё положение, — Драко махнул рукой на её огромный живот, — будешь защищать честь своего бывшего, заделавшись моим личным шпионом. Будто Поттера мне мало было… — Не могу ничего с собой поделать. Вы такие милашки… Ах… — мечтательно сощурилась Джинни. Его всегда пугала такая молниеносная смена настроения этой рыжей бестии. Она и раньше не была эмоционально стабильной ведьмой, а с наступлением беременности и вовсе слетела с катушек, то и дело доводя Драко до белого каления своей чрезмерной и внезапной заботой. — Ты, мой милый Драко, должен помнить, что Гарри любит тебя и готов жизнь свою отдать за твою тощую задницу, поэтому, если я ещё раз увижу, как ты позволяешь тискать себя всяким там Забини, я точно пущу тебе Аваду в лобешник! — закончила девушка и снова одарила его зловещей улыбкой. — Да понял я, Джиневра, понял. Но то было для дела, — поëжившись под её взглядом, оправдывался Малфой. — Тебе не о чем беспокоиться. Честь нашего национального героя вне опасности. Слово Лорда Малфоя! — Драко приложил руку к груди, театрально поклонился и резко обернулся в сторону выхода. Гарри, стоя в дверном проеме, окинул взглядом парочку, видимо, пытаясь понять, что за картину он видит. В комнату ворвались звуки шумной вечеринки: музыка, чей-то басистый смех, звон бокалов и весёлые разговоры. Гарри поспешил закрыть дверь, и всё вновь стихло. — Вы снова поссорились? — он покосился на Драко. — Нет, милый, всё в порядке. — Джинни, подойдя к Гарри, чмокнула его в щёку и поспешила к двери. — Надеюсь, торт уже вынесли? — Да, Джинн! Двойная порция уже ждёт тебя, как ты и просила, — улыбнулся Гарри, наблюдая, как его округлившаяся подруга, мурлыча себе что-то под нос, скрывается за дверью. — А тебе лучше поторопиться, если ты хочешь попробовать мой именинный торт, — подойдя к Драко, он привычно запустил пальцы в отросшие белые пряди. — Плевать, — отмахнулся Малфой и прикрыл глаза, расслабляясь под этой лаской. — Что на этот раз? Она опять решила, что ты заигрывал с секретаршей, пока та готовила тебе кофе, или ты снова «почти отдался своему начальнику прямо в приёмной во время утренней планëрки»? — не сдержал насмешки Гарри, усаживаясь на колени любимого. — Поттер, если ты не уймëшь свою бывшую, я возьму отпуск до тех пор, пока она не уйдёт в декрет. Она же чокнутая! — Эй, полегче! — Гарри несильно шлёпнул его по плечу. — Просто она переживает за наши отношения. Вот и всё. — Просто переживает?! Она чуть не воткнула мне палочку в глотку лишь за то, что я обнял Блейза сегодня, — и, ловя на себе возмущённый взгляд супруга, поспешил объяснить. — Он выручил меня, и я пригласил его на обед в знак благодарности. Так что не смотри на меня так. — И чем же Забини заслужил обнимашки от самого несравненного Драко Малфоя? — Гарри наклонился к Драко и почти касался его губ своими. — А это ты узнаешь после того, как развернëшь свой подарок.