Мир глупости и разочарования

Комнату накрыла звенящая тишина. Опять. Вопрос отдавался эхом от бесконечных в своем объеме стен. Вопрос был непросто необычен, он был до безумия насущным. И правда, откуда у мужчин матка. И не у одного! Ладно, мальчишка Вэй. Все тут уже понимали, что это бедствие кладезь чудес. Теперь перед ними был еще один ребенок. Выходец, во-первых, одних из самых влиятельных господ мира заклинателей, по совместительству дитя союза обрезанных рукавов. Как это возможно? Уж слишком интригующе. И возможно все так бы и сидели в молчание. Пока будущие родители пытались обдумать ситуацию. Их семьи впали в транс. Даже Мадам Юй как то глупо уставилась на девочку. Почему то совсем не понимая, как это у ее сына есть дочь. А-Ти засмеялась и почти согнулась пополам. Тихо сидящая Яньмэй мягко фыркнула. Немного по-кошачьи, снисходительно так. На лице появилось какое-то мягкое выражение, сбивая всю девичью напускную холодность. Возможно, наконец, близкий для нее человек именно из ее времени дал смягчиться. - Простите-простите! - Замахала руками, удивленным людям девочка лет пятнадцати, вытирая слезинку с лица. Наконец отсмеявшись, - Просто я так давно не видела подобной реакции. Так забавно! У нее был красивый певучий голос. Детские нотки, не полностью ушедшие из него, придавили особого шарма подростку. Она была такая легенькая в своих движениях. Быстро вливаясь в коллектив. Замешательство лекаря ее успокоило. А смешок сестрицы показал, здесь нет никакой опасности. Поэтому, чего стесняться, почти все свои. Юй Цзыюань поглядывала теперь недовольно, изучающе. Девочка была какая-то слишком. Чем-то напоминая подопечного, а не сына. Хоть и виднелись черты сына, да и Лань Сиченя. Малышка была просто слияние этих двоих во внешности. Но вот воспитание. В будущем нужно будет проследить, чтобы из этого ребенка выросла настоящая воспитанная дама, а не кто-то похожий на Вэй Усяня. Похоже малышку часто с ним оставляли. Женщина просто уверена в этом. Остальные же члены Цзян лишь с нежностью осматривали веселую Цзян Ти. Кроме Цзян Чэна, парень все еще не верил во все происходящее. И готов был отрицать действительность очень долго. - Так все же, как так вышло, что мужчина может родить? Госпожа Лань ничего пояснять не стала... - Очень недовольно буркнула Вэнь Цин, зыркнув на девушку, та же не единой жилкой на лице не повела. - Ну... - А-Ти, неловким жестом провела ладонью по затылку. Были бы она в дунхуа, то на ее виске точно бы пририсовали капельку, - Это все дядя Вэй! Раздался шлепок. Возможно наследник ордена Цзян отбил себе лицо ударом ладони, правда не заметил данного происшествия, очень громко и тяжело вздохнул. Рядом сидящий Хуайсан аж поперхнулся от усмешки, тихо хихикая в веер. Готовясь уже уворачиваться от атак друга. - Совершенно неудивительно, что это придумал Вэй Усянь! Но я то каким боком оказался в этой схеме!! - Прокричал он, - Мне девушки вообще- то нравятся... - Уже тише добавил мальчик. Все же стукая сидящего рядом по ноге. - Ну в личных отношениях как было до меня, не знаю. Тут надо спрашивать сестрицу, она самая старшая из всех! Шицзэ, почему ты им ничего пояснить не хочешь? Все сразу же повернулись в сторону Лань Яньмэй. Та очень недовольно помялась на месте, прочистила горло будто собираясь говорить, выдохнула, оглядела всех осуждающим взглядом, сложила руки на груди и гордо продолжила молчать. «Вот же девчонка!» Подумали многие. Сичень же тихо выдохнул. Его брат делал точно так же когда был уверен, что прав. Но он хотя бы говорил в чем был прав. Племянница похоже пошла сразу в обоих родителей. Вспоминая обучение в Облачных Глубинах, тот уверено мог заявлять. По упрямству брата мог обойти только Господин Вэй. Девочка Цзян подбежала к девушке хватая за ладони. Глядя глаза в глаза, так же упрямо. Цижэнь очень сильно забеспокоился за свои нервы. - Шидзэ! Я совершенно не понимаю происходящего, но раз мы тут застряли надо быть дружелюбнее! Особенно если они из прошлого! - У Цзян Ти глазки заблестели от восторга, - Когда будет еще такая возможность! Мы же с половиной незнакомы даже! Родители все равно скоро вытащат нас, возможно это шанс исправить хотя бы их прошлое! Яньмэй покачала головой, удерживая руки на месте. - Нельзя менять прошлое. Мы поменяем настоящее. Вдруг исчезнут рожденные в будущем? Наконец дошел смысл молчания девушки. Верно же. Но как быть если уже появлением в данном месте они меняли будущее? Яньли посмотрела на своего сына, переглянувшись с Цзинь Цзысюанем. Они не были парой. Они даже не любили еще друг друга! Но здесь сидел их двадцатилетний сын. Теперь, зная, что парень должен родится, что будет? Вдруг они сойдутся слишком рано и родится совершенно иной человек. Как же им быть? - Прошлое уже поменялось, но вы все еще тут. Это место покажет все события, которые посчитает нужным, хотим мы того или нет. Бесполезно молчать уже. Вставил свое слово Не Минцзюэ. И как бы не было страшно, тут уже ничего не поменяешь. - Да, поэтому расскажи нам пожалуйста, - Сычжуй положил свою ладонь поверх рук своих сводных сестер. Хмурясь, она оглядела всех еще раз. Заглядывая на молодых родителей ища поддержки, но те не могли ее дать. Это не родители. Они еще не участвовали в ее воспитании. Дети со сложными судьбами, но все же дети. Понимание отдавалось в висках Яньмэй. Без родительского крыла было все еще сложно, хоть она и взрослая, но те всегда были рядом. Но не здесь. Перекинув взгляд на руки, а после на Сычжуя. Возможно, этот парень не ее гэгэ, но тот был ближе всех к ней. Старше, хоть и не физически. И знал намного больше остальных. Возможно довериться стоит. Хотя был ли выбор? Стойкое понимание происходящего было в головах смотрящих на терзание молодой заклинательницы. Даже те кто воспринимал все пофигично, либо просто с раздражением, поняли. Это не были шутки. Люди переместившиеся вместе с ними уже не уверены в том, что смогут выйти отсюда и не исчезнуть. Хотя Цзинь Гуаньшань являлся тем, кого ни на йоту не задевало возможное исчезновение внука. И верно какая разница. Все равно родится другой ребенок, не его же наследник умрет. - Для рождения нас использовалась светлая Ци. Для подобной техники баба накладывал печать на живот с помощью ритуала. Тот действует лишь определенный срок. Здесь важен контроль и сильное ядро обоих партнеров. Зародыш питается энергией родителя, сильно истощая организм. Подробнее сама не знаю. Последствия данной техники могут быть очень серьезными. Тело мужчины в любом случае не становится женоподобным. После рождения ребенка нельзя повторно забеременеть без прохождения ритуала с самого начала. А-Ти, почему родители скоро нас найдут? Она так быстро переключилась с темы, девочка аж растерялась, - А? - Ты упомянула о том, что родители скоро нас найдут, почему? И пока окружающие переваривали прошлую информацию, но краем уха вслушиваясь в новый разговор. Яньмэй уже упорно делала вид, что ее это не касается - Так я переместилась сюда во время разговора с бабой, А-Дье и Дядей Вэем - На легке произнесла девушка, будто так и должно быть. И вообще каждый день подобное происходит, ничего нового. - О боже, Баба разнесет это место - как только прозвучали слова, таймер издал писк об окончании перерыва. Экран запестрил красками, картинки быстро сменяли друг друга прошлая часть проходила на повторе, стараясь как бы отвлечь от мыслей в голове и привлечь к себе. Не давая никому задать еще вопросов. А они были, только ни на один пока четкого ответа не дали услышать. Эта чертовщина будто водила всех за нос. Прерывая в самый ни удобный момент. Вэнь Нин робко сидящей рядом с сестрой, строящий из себя пустое место рассказал бы им. От нервов чаще остальных поглядывал на экран, время сбрасывалось уж во второй раз. Бессовестно и не скрываясь, делая перерыв не в двадцать минут, а десять. В прошлый раз было так же. Безжалостное место играло с ними. На их эмоциях, нервах. Устраивая шоу. Было чувство наблюдения, будто кто-то безостановочно следит. Бросая в дрожь, заставляя постоянно нервно оглядываться всматриваясь в уже знакомых людей. Они же не обращали на трепыхания позади лекаря, да и она сама так же не замечала. Поэтому кто спросит? Погруженность в происходящее кружило головы. Обрывки записи моментов напомнили на чем прервались в прошлой раз. Почему Вэй Усянь подумал так? Почему не по адресу? Все же мстительный дух в легендах. Как из столь светлого и доброго юноши вышел темный заклинатель? Цзян Ти от резких звуков вытянулась струной, вскинув брови и большими серыми глазами отдающими сиреневым, посмотрела на экран только замечая его. В полнейшим шоке поворачиваясь на похлопывания руками по дивану от Юаня. Тот понимающе улыбался, махнул головой в сторону свободного места рядом с Яньмэй. - Ты поймешь по ходу действий. Вэй У Сянь хотел умыться, чтобы взглянуть на свое новое лицо без косметики, но не смог найти в комнате ни капли воды: ни для мытья, ни для питья. Единственная похожая на таз емкость явно служила туалетом, а не для гигиенических процедур. Он толкнул дверь, но она оказалась закрытой на щеколду, скорее всего, чтобы пресечь его своевольные шатания по улице. И все это совсем не наполняло сердце Вэй У Сяня радостью и ликованием от перерождения! - Какой ужас, - Выдохнула в ладошку Яньли - Да! Как можно так с человеком! Обращаются хуже чем с псом! Громко начала ругаться Цзян Ти, севшая рядом с сестрой. Первый раз увидев подобное, все еще не понимая, но уже включившись без лишних вопросов. Сначала ее удивило, что картинки настолько реалистичны. Да и шевелиться могут, необычно мягко говоря. Единственное конечно, что понимала: мужчина похожий на дядю Вэя, находился непонятно где. Весь в крови, а рядом даже местечка нет с водой. Он еще и заперт. В их ордене даже животные живут в лучших условиях. Как так можно вообще? - В подобном месте легко подхватить какую-нибудь заразу... - полушепотом, недовольно пробурчала Вэнь Цин. Он подумал, что можно скоротать ожидание в позе лотоса и обвыкнуться в своем новом доме. Так мужчина и поступил, и время пролетело как один миг. Когда он открыл глаза, солнце пробивалось сквозь щели окон и двери. И хотя тот уже мог стоять и ходить, голова его все равно кружилась. Вэй У Сянь был озадачен: Мо Сюаньюй не обладал значительными духовными силами, так почему же я все еще никак не могу совладать с его телом? В чем может быть причина? Тут из его живота раздалось урчание, и он, наконец, понял, что дело вовсе не в духовных силах. Все оказалось гораздо проще: это тело не было тренировано в инедии, и то, что он чувствовал, было бурно разыгравшимся аппетитом. И если он сейчас же не начнет поиски пищи, то рискует оказаться первым в истории злым духом, который умер с голода, едва успев переродиться. - Нет ничего невозможного! Верно же Вэй-Сюн? Хуайсан сразу ж получил острый взгляд от четы Цзян, самого Усяня и брата. Смешок же от Яньли. Удивительно даже как все перестроились на просмотр с тяжелых мыслей. Вэй У Сянь уже было занес ногу для удара и приготовился вышибить дверь, как вдруг послышались шаги. Кто-то пнул дверь с той стороны и проворчал: Время обеда! Но дверь оставалась заперта. Тогда Вэй У Сянь склонил голову и увидел внизу еще одну дверь, уменьшенную копию первой. Эта-то дверца и была открыта, а перед ней стоял поднос с едой. Слуга снаружи прокричал еще раз: Топай сюда, чего ждешь! И выстави потом все за дверь! Дверца была немного меньше, чем те, что предназначены для собак, – человек при всем желании не смог был протиснуться в нее, но для миски было в самый раз. На подносе стояли две плошки, одна из них с рисом, выглядящим крайне неаппетитно. - Правда как с животным... В семье Мо никого не смущает, то что Мо Сюаньюй такой же молодой господин? Пробормотала Госпожа Цзинь. Со всей серьезностью готовая ехать разбираться с тем, что происходит на территории ее ордена. Возможно, мальчонка и является сыном блудного мужа. В этом то она была уверена. Однако никто не достоин такой жизни. А ее ревность к невинным детям лишь приносит неприятности. Дети никогда не виноваты в грехах родителей, и ее семья была хорошим примером. В особенности бастард, сидящий в одиночестве на дальнем диване, вызывал в ней чувство вины. - Похоже нет, воспитания никакого, - мрачно подтвердил ее мысли Учитель Лань Вэй У Сянь печально поковырялся палочками в рисе и вздохнул. Старейшина И Лин, наконец, вернулся в мир смертных, но встретили его здесь пинком и руганью, не говоря уже об объедках на обед. Где же кровавая баня? Беспощадная резня? Полное уничтожение, наконец! Да и кто бы ему поверил? В этом теле он был как птица без перьев, тигр на равнине, водяной дракон на мелководье, – утративший все свое превосходство и приниженный теми, кто слабее его. - Вот у тебя мнение о себе конечно, - проговорил Цзян Чэн, смотря на брата, а-ля «Ты серьезно» - Еще кровавой бани тут не хватает для полной картины и правда. - Иронично подметил Не Минцзюэ - Подождите! Это Дядя Вэй?! - прикрикнула младшая Цзян На нее посмотрели с недопониманием. Вэй Усянь приподнял бровь: Ну да... Это я? Та еще в большем шоке посмотрела на него. Вызывая большее недоумение. Что Вэй Усянь сделал в будущем с телом, раз его не узнают? Тут слуга снаружи опять заговорил, но на этот раз со смехом: А-Дин! Идем сюда! В отдалении зазвучал мелодичный девичий голос: А-Тун! Ты опять принес еду тому дурачку? - Вот хамка! Еще и слуги наглые! - Прошипела Юй Цзыюань. А-Тун в ответ цокнул языком: Зачем бы еще я пришел в этот жуткий двор! Голос А-Дин раздался ближе, как будто бы она стояла прямо перед дверью: Ты, лентяй, кормить его раз в день – вот и вся твоя работа! А ты все ноешь, что это «жутко». Посмотри на меня! У меня вот даже на улицу выйти времени нет. Вэнь Цин встрепенулась и чуть ли не зарычала: Один раз в день? Даже заключённых готовящихся на плаху кормят трижды в день! А этим так вообще отравиться можно! Это не семья, звери какие-то! А-Тун продолжал канючить: Я не только кормлю его, у меня и других дел полно! И зачем тебе на улицу?! Все наоборот закрываются в своих домах, опасаясь ходячих мертвецов! Вэй У Сянь присел на корточки перед дверью, ел рис и слушал. - И как ты не скривившись ешь это? Вечно нос от невкусной еды воротишь. Вэй Усянь лишь пожал плечами, решив не упоминать о том что ел что-то похуже: Выбор-то не особо большой у того меня. Оказалось, что деревня Мо с недавних пор перестала быть мирной. Как видно из названия, ходячие мертвецы – это мертвецы, которые могли передвигаться. Они относились к типу низкоуровневых преображенных трупов, имели помутневшие глаза и обычно были медлительны, если, конечно, усопший не таил злобу. Такие мертвецы не были чересчур опасны, но доставить неприятности обычному человеку вполне могли, особенно если вспомнить об их тошнотворном зловонии. Однако для Вэй У Сяня подобные трупы были самыми послушными марионетками, и когда он услышал упоминание о них, то даже немножко впал в ностальгию. - А вот тут уже поинтереснее - Подумал Цзинь Гуаншань Остальные вспомнили кем был тот Вэй Усянь. Старейшина Илин, темный заклинатель, которого живьем сожрали собственные мертвые солдаты. Тем временем А-Тун не упустил случая покрасоваться перед девушкой: Если ты все же хочешь выйти на улицу, то возьми с собой меня, чтобы я мог тебя защитить. Усянь хихикнул, подумав: Ты то? Первый убежишь, обмочив штаны. Но А-Дин ответила: Ты? Защитить? Хватит хвастать. Ты уверен, что сможешь справиться с этими существами? А-Тун обиженно парировал: Если я не смогу справиться с ними, то и другие не смогут. Не Минцзюэ присвистнул: Высоко берешь мальчишка! Смотри как бы тебя не сожрали первым с такими убеждениями! Девушка засмеялась: С чего ты это взял? Вот что я тебе скажу – сегодня несколько заклинателей приехали в поместье Мо. Мне сказали, они из очень именитого Ордена! Мадам разговаривает с ними в главном зале, а целый город пришел посмотреть. Разве ты не слышишь шум? Так что некогда мне тут с тобой болтать. Дел по горло. Вэй У Сянь внимательно прислушался. И действительно, с востока доносился слабый гул толпы. Он немного помедлил, затем встал и пнул дверь. Она жалобно затрещала под его напором. Цзинъи нервно заерзал на месте. Наконец вспоминая день встречи с Учителем Веем. Он аж засверкал от радости. - Сычжуй! Это же они про нас! Верно же!? - Да-да... Остальные переглянулись между собой. Внимательнее вглядываясь в запись. Из будущего девочки так вообще обе засверкали как и их брат. Самого Цзиньи они видели не часто. Сычжуя же еще реже. Было бы очень приятно посмотреть на них помладше. Воркование двух слуг, А-Дин и А-Туна, нарушила распахнувшаяся настежь дверь, и они испуганно закричали. Вэй Усянь отбросил в сторону свою миску и вышел на улицу, щурясь от яркого солнца. Он поднес руку ко лбу и на секунду закрыл глаза. А-Тун, который только что визжал громче, чем А-Дин, наконец, разглядел его поближе и понял, что это был всего лишь Мо Сюаньюй – бесправный племянник мадам Мо, которого любой мог унизить, вышел из за спины выше упомянутой девушки. Смелость сразу же вернулась к нему. Он испугался, что потерял лицо в глазах А-Дин, и захотел как-то исправить ситуацию, поэтому приосанился и замахал руками, словно прогоняя пса: Кыш-кыш! Пошел прочь! Почему ты вообще вышел?! Цзян Феньмянь тихо выдохнул и помотал головой, когда сидячий рядом глава Не расхохотался, а за ним и несколько ребят помладше. Кто там что утверждал пару секунд назад? - Какой чудный господин! Раз спрятался за спиной девушки, любой мертвец проиграет даже вздохнуть не успеет! Над словами мадам Цзинь посмеялась даже Юй Цзыюань. Иронично, ведь мертвецы не дышат. А-Тун обращался с ним хуже, чем с уличным попрошайкой, или даже хуже, чем с назойливой мухой. Нужно признать, все слуги семьи Мо почти всегда относились к нему точно так же, потому что Мо Сюаньюй никогда не протестовал. Но Вэй У Сянь отвесил А-Туну легкого пинка, повалив его на землю, и засмеялся: Как смело со стороны мальчишки на побегушках вот так унижать других! - Да Вэй-Сюн! Бей его! Так с ним! Нечего добрых людей унижать! Младший Не восторженно вскинул руки, возможно даже бы поаплодировал. Но случайно задел веером плечо Цзян Чэна. Тот резко обернулся на него, прожигая просто убийственным взглядом. Хуайсан, сразу ойкнув, спрятался за веер и отодвинулся к краешку диванчика. На всякий так, нога то все еще болела, от легкого удара. С этими словами он направился на шум с восточной стороны. Уже довольно приличная толпа народу собралась в Восточном зале и вокруг него. Едва Вэй Усянь ступил во двор, как услышал голос женщины, говорящей несколько громче, чем остальные: Кое-кто из молодого поколения нашей семьи тоже когда-то был заклинателем… Должно быть, это была мадам Мо, которая не оставила своей мечты хоть как-то сблизиться с кланом заклинателей. Вэй У Сянь не стал ждать, пока она закончит, а быстро протиснулся через толпу вперед и ухмыльнулся: О, да это же вы обо мне, вот он я, бегу-бегу! У Цижэня сразу же заболела голова. Моментально в мыслях пронеслись все проделки мелкого негодника. Мадам Юй проскрипела зубами, но язык решила придержать. И так уже опозорилась, зачем закапывать себя сильнее. Мальчишки Лани с улыбкой посмотрели на это. Приятная ностальгия полилась по телу, смотря на данные события сейчас. Они понимали насколько их учитель прекрасный актер! Это же надо так легко взять и притвориться безумцем. Трое оставшихся глав с детьми посмеялись. Намечалось что-то интересное. Пышущая здоровьем женщина средних лет в дорогой одежде сидела в зале. Это была мадам Мо. Рядом с ней сидел ее муж, а напротив них – несколько юношей в белых облачениях. С появлением растрепанного чудака с макияжем в толпе воцарилось гробовое молчание, но Вэй У Сянь продолжил бесстыдно и весело болтать, будто бы не замечая напряженной атмосферы вокруг: Меня кто-то звал? Вот он я, тот самый заклинатель! - Ооо! Шисюн! Это же вы! Такие еще маленькие! Цзян Ти в полном восторге оглянулась на двоих своих старших. Рассматривая парней. Когда она появилась им было уже почти тридцать. Кто же знал что у нее выйдет увидеть их своими ровесниками. Цзинъи с таким же восторгом размашисто ей кивнул, Лань Юань же ласково улыбнулся. Сидящие рядом Цзинь Лин и Оуян Цзычжэнь с нетерпением ждали своего появления. Ведь Ланям тут было всего по шестнадцать! Целых четыре года прошло с того момента хотелось увидеть как они поменялись. Лань Сычжуй и Лан Са вон как возмужали! На его лице было столько пудры, что при улыбке она начала осыпаться. Один из заклинателей, тот, что помоложе, фыркнул, едва сдерживая смех. Но он тут же взял себя в руки и вновь сделал серьезное лицо, стоило другому юноше, вероятно лидеру группы, бросить на него неодобрительный взгляд. Учитель мрачно посмотрел на того что смеялся на экране. Тот же встрепенулся, сел по стойке смирно с самым серьезным лицом уставившись в экран. Все же не стоило как в детстве смеяться с этого дурного макияжа висельника. Вэй Усянь проследил, откуда шел смешок, и внимательно осмотрел юношей. К его удивлению, слуги, хоть и были невежественны, не преувеличивали, и заклинатели действительно оказались из «именитого клана». Юноши эти, одетые в белоснежные облачения с ниспадающими рукавами и поясами, мягко очерчивающими талию, сейчас могли бы называться икемен, и, несомненно, были усладой для глаз. Лишь взглянув на их одежды, любой бы понял, что перед ним ученики Ордена Гу Су Лань. А по белым лобным лентам с палец толщиной с вышитыми на них плывущими облаками можно было определить, что они состояли в кровном родстве с кланом Лань. Как только Учитель отвернулся Цзинъи высоко поднял подбородок, расслабляясь. Ребята сидящие во круг него тяжело вздохнули. Девизом Ордена Гу Су Лань была фраза «будь праведен», а плывущие облака – его отличительным узором. Те, кто носил лобную ленту с вышитыми плывущими облаками, были учениками клана. Те же, кто носил ее без узора, были приглашенными или обычными учениками, или же заклинателями других фамилий, но входящими в состав Ордена. У Вэй У Сяня аж в зубах засвербело, когда он увидел эти одежды. В своей прошлой жизни он часто называл их «траурным облачением» и ни за что бы ни с чем не перепутал. - Чего? Траурные одежды? Учитель Вэй! Вэй Усянь испуганно огляделся. Злобно ругаясь про себя. Да какого черта к нему в мысли заглядывают! Это вообще-то личное. По его спине побежали мурашки он прям чувствовал как зло на него смотрели Учитель Лань и Мадам Юй. Цзян Фэньмянь посмеялся тихо в свой рукав, вспомнив как точно так же когда-то при Цижэне, Цансэ Саньжэнь назвала их одежды точно так же. Тогда он почти час объяснял ей почему это не так. И вообще кто тебе дал право даже рассуждать о подобном! А потом еще час ругался о том, что она забыла на мужской части Облачных Глубин. Правда поругавшись, наказание не назначил, а старейшины все еще не знают о подобной наглости. - А... Вот почему Дядя носит черно-белые одеяния, а не белые как все. -Задумчиво выдала Цзян Ти. Вэй Ин впереди, вместе с Цзян Чэном и Лань Цижэнем подавились воздухом. - Как-как он ходит в Облачных глубинах!? - повысил голос Учитель забывая о правиле в котором говорилось, что громко говорить запрещено. Мальчики же резко вспомнили, что так то Вэй Усянь и Лань Ванзцы. Кто бы мог подумать, что в итоге этот балагур будет жить в Гусу! - Я же там умру! - подумал Вэй Усянь. Сичэнь тихо посмеивался в сторонке. Господин Вэй не изменяет себе рушил все стандарты и правила их ордена. Мадам Мо уже давно не видела своего племянника, и прошло немало времени, пока она догадалась, кто был этот ярко накрашенный мужчина. Она воспылала яростью, но решила не терять самообладания и беспокоить себя какой-то ерундой, и, понизив голос, сказала своему мужу: Кто его выпустил? Выведи его отсюда! - Понятно. Какова мать, таков и сын, - прошипела Мадам Цзинь, складывая руки на груди - Какая ни приятная женщина. Муж мадам Мо незамедлительно улыбнулся, чтобы ее успокоить, и подошел к Вэй Усяню с досадливым взглядом, готовясь выволочь того из зала. Однако Вэй Усянь внезапно плюхнулся на землю, намертво вцепившись в пол всеми руками и ногами, и даже несколько слуг, прибежавших на помощь господам, не смогли поднять его. От их бесплодных попыток лицо мадам Мо становилось все темнее и темнее, а ее муж все сильнее и сильнее потел. Он выругался: Ты, чертов псих! Если сейчас же не вернешься обратно, будешь наказан! С данного момента пробивало лишь на смех. Кроме конечно же тех кого данный беспорядок выводил из себя. Теперь уже Лань Чжань недовольно посмотрел на Вэй Усяня. Юниоры и девочки из будущего удивленно переглянулись увидев это. Вот чего-чего, а их Хангуан-цзюнь никогда не смотрел на Вэй Усяня недовольно. И хотя все в деревне знали, что в семье Мо был молодой господин, слетевший с катушек, Мо Сюаньюй уже несколько лет сидел в своей темной комнате, боясь выходить наружу. И теперь, увидев, как диковинны были и его внешность, и его поступки, люди зашептались с удвоенной силой, надеясь на хорошее представление. Вэй У Сянь сказал: Хотите, чтобы я ушел? Да запросто! Но пусть сначала он вернет мне украденное! – и тут он указал на Мо Цзыюаня. - То есть... Они заперли его в той лачуге на несколько лет? Какая ужасная жизнь... Об этом подумали все. Даже не поняв кто произнес данную мысль. Мо Цзыюань никак не ожидал, что, хорошенько получив от него вчера, этот никчемный дурачок осмелится прийти сюда и доставить неприятности. Он побелел от гнева: Что за чушь ты несешь?! Когда это я крал твои вещи?! Зачем мне это нужно?! Вэй У Сянь ответил: Все верно, ты не крал у меня, ты меня ограбил! - Ну вообще, правильно говорит. Еще и разгромил тот сарай. За такое можно не только такое представление устроить, - Важно покачал головой глава Не, которого данное откровеннее, смешило. Мадам Мо молчала, а ее сын в ярости уже было поднял ногу, готовясь пнуть Вэй Усяня. Но в этот самый момент один из юношей в белой одежде, тот, что постарше, сделал незаметное движение пальцем, и нога Мо Цзыюаня упала на землю, едва ли вскользь задев Вэй Усяня. Однако тот все равно прокатился по полу, как будто его и вправду пнули, и распахнул свои одеяния на груди, демонстрируя всем отпечаток ноги, что оставил на нем Мо Цзыюань вчера. - Молодец Братец Юань! - Воскликнула Цзян Ти. - Так он не сам тогда споткнулся! - удивился Цзинъи, - и Учитель Вэй, где пройти подобные актерские курсы! Усянь оглянулся на него широко улыбаясь: Секрет! Почему-то Цзян Чэну очень захотелось его ударить. Он прям чувствовал, что это не конец данного концерта. Всеми волосками на голове чувствовал. Все подумали, что Мо Сюаньюй никак не мог пнуть себя сам. И кто еще, кроме Мо Цзыюаня, всегда высокомерного и безрассудного, мог бы сделать это? Как бы то ни было, семья Мо всегда слишком беспощадно относилась к своему кровному родичу. Было ясно как дважды два что, вернувшись от отца, Мо Сюаньюй не был настолько сумасшедшим, так что это явно влияние семьи Мо. Да уж, представление выходило занимательным, гораздо интереснее, чем какие-то там заклинатели! Печально прикрыв глаза, Цзинъи наигранно тяжело пробормотал: даже как-то обидно. Учитель Вэй всегда перетягивает на себя внимание. Так же тяжело, но уже не наиграно Мадам Юй, Цзян Чэн и Лань Цижэнь подумали: Вечно неприятности устраивает. Сичень и Яньли тихо посмеялись в рукав. Понимая, о чем думали их родственники. Мэн Яо уже не понимал, куда он попал. Это точно те самые серьезные заклинатели, которых все возносят? До этого момента мадам Мо молчала: не желала обращать внимания на больного человека и поэтому приказала вывести его вон. Но теперь она точно знала – Мо Сюаньюй пришел не просто так. Его голова была ясна как никогда, и он делает все нарочно, чтобы опозорить ее семью. Она была одновременно шокирована и разгневана: Ты ведь весь этот концерт затеял специально, не так ли? - Ого, а она не так глупа как кажется на первый взгляд, - подал голос глава Цзинь. Его жена, прожгла мужчину просто удушающим взглядом. Вэй У Сянь ответил прямо: Он украл мои вещи, и я здесь, чтобы получить их назад. Это считается за концерт? - И правда! Какое неуважение! - хихикнул Хуайсан. - Как можно обкрадывать больных людей! - Продолжила его мысль Вэнь Цин, вызывая еще больший смех. Конечно, когда вокруг столько любопытных глаз, жадных до сплетен, мадам Мо не могла ни ударить его, ни вышвырнуть вон. Она кипела от гнева, но все, что она могла себе позволить – это попытаться примирить обе стороны: Воровство? Кража? Какие неуважительные слова. Мы все – одна семья. Он просто взял их, чтобы посмотреть. А-Юань – твой младший брат. Ты же старший, ты должен делиться своими игрушками. Он обязательно тебе все вернет. Юноши из клана Лань безмолвно уставились друг на друга. Они росли в клане заклинателей, утопающем в роскоши, и, возможно, даже никогда не видели подобных ситуаций и не слышали подобной логики. Вэй У Сянь истерически захохотал про себя и простер руку: Что ж, тогда пусть он вернет их сейчас. Мэн Яо печально осмотрел здешних ребят. Подумывая о том как же им всем повезло. Раз для них это дикость. В его борделе за такое бы давно отхлестали прилюдно. Он понимал, что Мо Цзыюань не мог ничего ему вернуть, поскольку он давно уже либо все выкинул, либо разломал. А даже если бы и мог, его гордость не позволила бы ему это сделать. Вместо этого Мо Цзыюань стал совсем пунцовым от гнева и завопил: Мама! Взгляд же его выражал: «Ты действительно позволишь ему обращаться со мной вот так?!» - Даже жаль ее как-то. Проблемный мальчик, - помотала головой Мадам Цзинь. - Что посеешь, то и пожнёшь А-Соу, - Твердо сказала ее подруга. Мать сердито взглянула на него, будто прося не усугублять ситуацию. Тем временем Вэй Усянь продолжил: Знаете, а ведь дело вовсе не в том, что он украл мои вещи, а в том, что он украл их посреди ночи. Все знают, что я предпочитаю мужчин. Прокрасться ко мне в комнату под покровом ночи… Могут поползти слухи. Ваньнинь с Хуайсаном подавились чаем, который решили все же испробовать. Удивительно, тот был все еще теплым. Вэй Ин сидящий рядом раскрыл рот. Не зная, что чувствуя гордость за будущего себя или смущение. Мадам Мо схватила воздух ртом, как рыба, выброшенная на берег, а отдышавшись, прокричала: О чем это таком ты говоришь, не стыдясь целой деревни! А-Юань — твой двоюродный брат! Вэй Усяню не было равных, когда дело доходило до безумств. В прошлом, когда он хотел натворить что-нибудь действительно эдакое, ему приходилось помнить о своем положении в обществе. Но сейчас он был уже провозглашенным деревенским дурачком, так что, он мог делать все, что угодно и как угодно. - То есть ты еще сдерживался засранец! - Вскрикнул Цзян Чэн. Вызывая откровенный смех молчавшей до этого сестры. Он вытянул шею и дерзко парировал: Это он не смог держать себя в руках, хоть он и мой двоюродный брат! Ну и кто тут не стыдится никого? Если ему и безразлична своя репутация, то пусть хотя бы не порочит мою невинность! Я, знаете ли, еще надеюсь найти себе достойного мужчину! Юниоров, молодую госпожу Цзян и Хуайсана пробрало на просто дичайший смех. - Учитель, ваша надежда была потрачена не в пустую! - Вытирая слезинку, прохрипел Цзычжэнь. Теперь смеялись еще и Хуань, Фэньмянь с Минцзюэ. Уши Лань Ванцзы покраснели. А Вэй Усянь был уверен в своих чувствах, он был до ужаса смущен! Он уже ненавидел будущего себя! А это место даже свыкнуться времени не дает! И они все не помогают! Мо Цзыюань испустил боевой клич, схватил стул и начал размахивать им в воздухе, собираясь швырнуть им в двоюродного братца. Вэй Усянь, поняв, что ему, наконец, удалось вывести Мо Цзыюаня из себя, откатился в сторону и вскочил на ноги, едва успев избежать запущенного в него стула, с грохотом развалившегося при ударе о землю. Праздные зеваки, только что злорадно глазевшие на посрамление семьи Мо, тут же разбежались. Вэй Усянь бросился к группе юношей из Ордена Гусу Лань, что изумленно наблюдали за происходящим, и завопил, что есть мочи: Вы это видели? Видели?! Мало того, что он украл мои вещи, так теперь еще и покалечить меня хочет! Каков подлец! - Какой ужасный юноша! - посмеиваясь вставила свое слово Вэнь Цин, ее брат тихо посмеивался в рукав. Мо Цзыюань бросился за ним вдогонку и уже почти схватил его, когда лидер юношей торопливо остановил его: Пожалуйста, молодой господин, словами можно добиться большего, чем кулаками. - Смотрика как быстро спрятался, делов натворил и сбежал! - Пробурчал, чем то недовольный Цзян Чэн. Мадам Мо увидела, что юноша явно собирался защитить ее племянника, и предусмотрительно натянула на лицо улыбку: Он сын моей младшей сестры. И у него не все в порядке с головой. Все в деревне Мо знают, что он помешанный и говорит всякие глупости. Его слова не стоит воспринимать всерьез. Так что, пожалуйста… Не дав ей закончить, Вэй У Сянь опасливо выглянул из-за спины юноши и свирепо произнес: Это почему же мои слова не стоит воспринимать всерьез?! Только попробуй еще раз украсть мои вещи! Стащишь еще хоть что-нибудь, и я тебе руку отрежу! - У меня почему-то ощущения, что тебе эти слова как обычно выйдут боком, - Посмотрел на своего шисюна, Цзян Ваньинь. Вэй Усянь на его слова еще и щеки надул недовольно. Ой как ему все это не нравилось! Почему все неприятности падают на его и так бедную головушку? После этих слов, хотя его отец и держал крепко, Мо Цзыюань был близок к тому, чтобы вновь взорваться. Вэй Усянь поспешно выскочил на улицу, а юноша закрыл собой проход за ним и ловко сменил тему разговора: Что ж… Значит, мы займем на ночь Западный двор. И помните, что я сказал: с наступлением темноты закройте все окна, не выходите на улицу, и тем паче, не приближайтесь ко двору. - Сычжуй! Единственный тут хороший человек! - Быстро посветлел мальчик, его будущий сын посмотрел на него самым теплым взглядом. В голове у себя он даже порадовался какой чудесный ребёнок ему достался! Мадам Мо, трясясь от гнева, выдавила из себя: «а, да… Спасибо! Ее сын не мог поверить своим глазам: Мама! Этот чокнутый опозорил меня перед целой деревней, и ему это сойдет с рук? Ты же сама говорила, что он всего лишь… — Помолчи! Не можешь подождать до дома?! — приказала она. Мо Цзыюаня никогда раньше так не позорили и не выставляли полным дураком, а покровительственные слова его матери только подлили масла в огонь. Ненависть переполнила его, и он подумал: Сегодня этот сумасшедший получит свое сполна! - Ох, хорошим это не закончится, - пробормотал Лань Цижэнь. Вэй Усянь вдоволь навеселился, изображая умалишенного, и покинув Восточный двор, пошел прогуляться по деревне Мо. И хотя многие шугались его, он начал получать настоящее удовольствие от того, что все считали его сумасшедшим. Вэй Усянь даже привел в порядок свой макияж, напоминающий призрак висельника, и почти передумал смывать его. Закончив приглаживать волосы, он посмотрел на свои запястья. Похоже, порезы совсем не заживали. Это означало, что просто позлить Мо Цзыюаня было недостаточно для исполнения желания Мо Сюаньюя и снятия проклятия. - А? - удивленно вскинулся Цзян Чэна, - Так это была проверка? Мадам Юй перевела удивленный взгляд на приемного сына. Так он не просто так бесился? И как часто мальчонка творит чертовщину в голове строя какие-то планы? Неужели ему и вправду придется стереть с лица земли всю семью Мо?.. Честно говоря, это не было такой уж сложной задачей. Заклинателей пробрала дрожь. Наконец им показали, что за невинной маской дурачка, скрывается опасная личность, гениальный заклинатель с детства, участвующий в военных действиях, главный ученик ордена Цзян. Создатель темного пути Старейшина Илин. Даже в свои пятнадцать лет Вэй Усянь был сильнее многих. Пренебрежение к нему, могло стоить дорого. Это пугало и завораживало одновременно. Ведь лишь на первый взгляд, мальчик казался таким добрым и невинным. Он уже провел аферу о которой бы они никогда не догадались не залезь ему в голову. Поразительно. Вэй Усянь вышел к Западному двору семьи Мо. Здесь ученики Ордена Гусу Лань стояли на крышах и стенах, с серьезным видом тихо переговариваясь между собой. Хотя Орден Гусу Лань сыграл немаловажную роль при осаде горы Луаньцзан, Вэй Усянь понимал, что тогда эти ученики либо еще не были рождены, либо были совсем младенцами. Не было причин держать на них зла, так что Вэй Усянь решил подождать и узнать, что же они собираются делать. - А-Ин, ты такой добрый, - Цзян Яньли посмотрела на него глазами полными нежности. Даже спустя двадцать лет ее маленький шиди оставался собой. Тот ласково улыбнулся ей в ответ. Данная картина вызвала такое тепло у некоторых. Проявление столь нежных чувств было редкостью в их мире, а между не женатыми мужчинами и женщинами порицались. Но у обоих из них в будущем были пары. Поэтому назвать этот момент чем то более любви между братом и сестрой язык не поворачивался. Люди из будущего же посмотрели со скорбью, помня, в их времени Яньли мертва. Это удручало. Через некоторое время он почувствовал, что-то тут было нечисто. Почему флаги, развивающаяся на крышах и стенах, казались ему такими знакомыми? Все заинтересованно опять переключились на экран. - Никогда не видел подобные флаги, - успел лишь сказать Цзинь Гуаншань, заинтересованно. Стяг такого типа назывался «Флаг, привлекающий духов». Если его возьмет живой человек, то он будет привлекать всех духов, злобных призраков, ходячих мертвецов или иные темные создания в определенном радиусе, и вся эта нечисть начнет атаковать беднягу. Именно из-за того, что человек с флагом становился живой мишенью, другое его название было «Флаг-мишень». Его можно было установить и на дом, но в нем обязательно должны были находиться живые люди. И тогда целью нечисти становились все они. А из-за того, что такие флаги притягивали темную энергию со всей округи, подобную завихрениям черного ветра, их также называли «Флаги Черного Ветра». Судя по всему, выходило, что установив их в Западном дворе в определенном порядке и строго-настрого запретив кому бы то ни было приближаться к нему, ученики Ордена Гусу Лань планировали заманить сюда всех ходячих мертвецов и уничтожить их одним махом. - Как полезно! - удивился все тот же глава ордена. - О! - Вспомнив свою идею, широко раскрыв глаза произнес Вэй Ин. Что до того, что они казались знакомыми… Да как они могли быть не знакомы? Ведь создателем Флагов, привлекающих духов» был никто иной, как Старейшина Илин! - ЧТО? - прокричал Цзян Чэн, - Что значит твое, о? Все из прошлого удивленно повернулись на молодого заклинателя. Задаваясь тем же вопросом. Тот немного сжался под столькими взглядами: Ну, была одна такая идея... Не думал правда, что получится воплотить ее в реальность. Мальчик смущенно почесал свою щеку. Так он уже, что то придумывает? - Подумал Гуаншань, - Нужно прибрать этого мальчонку в свой орден, теперь только нужно внимательно следить за ходом событий и найти рычаг давления. Похоже, несмотря на то, что среди заклинателей было принято его ненавидеть, все же многие его изобретения продолжали использоваться. Его семья помрачнела. Это был отвратительный поступок, не важно насколько полезны его изобретения. Ученик на крыше увидел, как он шатался неподалеку, и сказал: Пожалуйста, идите домой. Здесь не место для вас. Несмотря на то, что его прогнали, сделано это было из доброты, и тон голоса был совершенно иной, нежели чем когда его шпыняли слуги семьи Мо. И тогда Вэй Усянь, улучив момент, быстро взобрался на крышу и схватил один из флагов. Опомнившись от неожиданности, ученик спрыгнул за ним, пытаясь догнать: Не двигайтесь! Вам не стоит его брать. Вэй У Сянь, с растрепанными волосами и болтающимися в разные стороны руками, похожий на настоящего душевнобольного, убегал от него и голосил на всю улицу: Не отдам! Не отдам! Мое! Мое! - Учитель Вэй... Ну за что... - просипел Цзинъи Тот посмотрел на него лишь пожав плечами. А он откуда знает, что там в голове у старшего? Но ученик в несколько шагов догнал его и схватил за руку: Если не отдашь, то я тебя ударю! Брови Лань Цижэня взлетели вверх. Он повернулся к будущему ученику даже слова не успев сказать. - Учитель! Я знаю! Такого больше не повторится! Цижэнь решил все же промолчать, но все же мрачным взглядом пригвоздил ученика к месту. Вэй У Сянь вцепился во флаг мертвой хваткой, не желая отпускать свою добычу. Лидер юношей, заканчивающий последние приготовления, услышал их перепалку и мягко спрыгнул с крыши: Цзинъи , уймись. Не шуми и просто возьми у него флаг. - Хоть кто-то из них разумный - тяжело подумал учитель Лань Лань Цзинъи ответил: Сычжуй, я не собирался бить его на самом деле! Но смотри, он нарушил нам весь порядок установки флагов! Пока Лань Цзинъи и Вэй Усянь боролись за флаг, последний успел как следует его разглядеть. Узоры были нарисованы верно, и заклинания были точными. Никаких ошибок не было, а значит, все должно было пройти гладко. Однако флагоносцу недоставало опыта, так что стяг привлекал злых существ и ходячих мертвецов только в радиусе пяти ли. Хотя этого было достаточно, все-таки деревня Мо была довольна мала. - Ох, Учитель Вэй, такой Учитель Вэй, - добро помотал головой Цзычжэнь, вызывая добрую улыбку у других и смущение у самого Усяня. На удивление комплименты непрощённые специально ему почти никто не делал, оказывается его до безумия это смущало. Цзян Чэн подумывал уже, что он заболел и все равно, что с его золотым ядром это почти невозможно. Лань Сычжуй улыбнулся ему: Молодой господин Мо, уже темнеет, и совсем скоро мы начнем охоту на ходячих мертвецов. Ночью здесь будет очень опасно, поэтому, пожалуйста, вернитесь в свою комнату для вашего же блага. Вэй У Сянь окинул его взглядом. Юноша был статен, изящен и благороден. Слабая улыбка играла на его губах. Вэй Усянь молчаливо одобрил его. - Баба... - смущенно уже произнес Сычжуй. Молодой Вэй Усянь же лишь согласно покивал мыслям будущего себя. Расстановка флагов была скрупулезной и тщательно выверенной, а манеры его уважительны – все говорило о большом потенциале, сокрытом в юноше. Неудивительно, что подобный ученик воспитывался именно в таком клане строгих устоев, как Лань. Лань Ванцзы с Лань Цижэнем удивленно вскинули брови. Почему-то не ожидая подобной похвалы от Ученика Цзян. Лань Сичэнь повернулся к молодому Вэй Усяню. - Спасибо за такое мнение о нашем ордене Господин Вэй. Тот удивленно повернулся к нему. - Не за что благодарить меня, орден Лань поистине благородный орден. У меня не могло быть иного мнения. Ребята из прошлого с таким же удивлением посмотрели на юношу. Пазл того как он попал в будущем в Облачные Глубины понемногу начал складываться. Лань Сычжуй снова заговорил: Флаг… Не дав ему закончить, Вэй Усянь бросил стяг на землю и выпалил: Это всего лишь дурацкий флаг! Я смогу нарисовать гораздо лучше, чем этот! - И не соврал же, - проговорил Цзинь Цзысюань, за долго время впервые подавая голос. Едва бросив флаг, Вэй Усянь рванул с места и был таков. Юноши, наблюдавшие за всей этой кутерьмой, едва не попадали с крыш от смеха, услышав его нелепые слова. Лань Цзинъи тоже зафыркал и подобрал Флаг, привлекающий духов: Вот ведь чокнутый! - Он не чокнутный! А прекрасный актер, - поправил прошлого себя Лань Цзинъи. Вэй Усянь еще немного бесцельно побродил по деревне и вернулся в маленький дворик, где располагалась лачуга Мо Сюаньюя. Не обращая никакого внимания на сломанный замок и бардак на полу, он выбрал более-менее чистое место и опять сел в позу лотоса. - Я вот что-то никогда не замечал за тобой такой любви к медитации, - пробормотал Цзян Чэн. Вэй Усянь опять лишь пожал плечами, данный жест уже начал раздражать Ваньиня. - Медитация дело личное. Но еще до наступления рассвета какой-то шум снаружи прервал его медитацию. Беспорядочные шаги нескольких пар ног, сопровождаемые криками, быстро приближались. Вэй Усянь разобрал несколько повторяющихся фраз: «Просто вломитесь и вытащите его!» «Сообщите властям!» «О чем ты говоришь – «Сообщите властям»? Забить его до смерти!» Он открыл глаза и увидел, что несколько слуг уже оказались внутри. Весь двор был ярко освещен факелами. Кто-то выкрикнул: Тащите сумасшедшего убийцу в Главный зал и заставьте заплатить его своей жизнью! - Вот скажи мне, как ты умудряешься просто сидя находить неприятности на свою голову? Парень хотел было ответить. Но экран быстро запустил таймер в десять минут, почему то этот непонятный экран все укорачивал их перерыв. Раздался негромкий писк и на столах образовалась из воздуха еда. Несколько секунд все пялились на нее, подмечая свои любимые блюда. Как по помещению раздался еще один оглушительный звук, закладывая уши. Герои опять же совершенно не ожидая закрыли уши. Было ощущение, что еще немного и их барабанные перепонки не выдержат подобного напора. Но звук так же пропал формируя еще одного человека. Не выдержав напора Хуайсан прокричал: Можно делать подобное потише, голова просто раскалывается! Придя в чувства самым первым глава Не оглядел еще одного парня из ордена Цзян. Хмуро осматривающего всех присутствующих. Сильно напоминая хмурой моськой Молодую госпожу Лань: Их там сколько, черт побери? Успел лишь подумать мужчина. Поднявшая голову Мадам Юй успела раньше его задать вопрос: Так, ну а ты кто? Наконец все подняли взгляд на новоприбывшего, кроме девочки Цзян. Юноша все так же хмурясь оглядывался. Пока не приметил сначала Яньмэй. Которая нахмурилась. От чего еще сильнее напрягаясь, а после посмотрев рядом на трясущую головой Цзян Ти, приводящую себя в чувство от первого подобного опыта. Небольшое напряжение что появилось в нем ушло. Он тихо выдохнул успокаиваясь, будто все это время был на нервяке. Если приглядиться мужчина был безумно красив. Его черты были изящны. Конечно все господа находившиеся здесь были красивы, но его красота напоминала красоту двух Нефритов нежные сиреневые глаза сверкали сталью. Напоминая стойкостью Цзыюань. Убийственное сочетание. Фиолетовые одеяния идеально сидели на его крепком теле. Распущенные волосы на манеру Ланей, лежали так будто их только расчесали. Одним словом красавец. Наконец отойдя от шока Цзян Ти, так же подняла на него взгляд, застывая в удивление. - Брат? - Я вот понять не могу, это ты нашлась или твои неприятности задели меня? - хмурясь, приговорил недовольным тоном мужчина. Уже как то не удивленно большинство застыло вслушиваясь в перепалку. Хуайсан не теряя времени потянулся за едой. Представление всегда нужно смотреть под еду. Цзян Чэн же застыл вместе с Хуанем, оба думали об одном: еще один? - А-Ми! -прошипела Яньмэй почти моментально недовольно. - Я в чем то не прав, Шидзе? - Продолжил он пассивно-агрессивно. Молодая госпожа Лань недовольно цыкнула, сидящая рядом с ней А-Ти же лишь понурила голову, отводя взгляд. - Простите, что прерываю, но у нас не так много времени, - произнесла мадам Цзинь, махнув на медленно уходящий таймер, - представьтесь пожалуйста. Юноша посмотрел на нее, быстро осматривая, сузив глаза. - Для начала, где мы и кто вы.