Холодный свет

10 ноября 2000 года С Грейнджер на руках Драко дошёл до дома Макгонагалл и замер, прежде чем постучать. Очнувшись, он обнаружил её рядом. Она спала мёртвым сном — такая спокойная, точно не сделала ничего ужасного, не предала его самым коварным образом. Драко выругался и, оглядевшись, заметил на тумбочке у изголовья кровати записку от Тео. Взял её и, повертев в руках, прочитал: «Жаль. Гриффиндорка. Понёс зелье». Очень в стиле Нотта: кратко и без сантиментов, если не считать короткого «жаль». Жаль, что Грейнджер оказалась такой коварной змеёй? Да, очень. Но она не змея, пусть и старалась ей стать, отключив чувства, она гриффиндорка. Грёбанная гриффиндорка, которая в первую очередь думает о спасении этого долбанного мира. Что б её! Драко привстал, и голова тут же начала гудеть. Грейнджер вырубила его. Он полностью открылся перед ней, а она в ответ просто вырубила его. Вдох-выдох. Он старался успокоиться, чтобы… чтобы как-то решить эту ситуацию. Грейнджер, видно, уснула после того, как совершила это… Это. Драко сел на кровати и вцепился руками в волосы, ощущая накатывающее отчаяние. «Сука! Она не должна была так с ним поступать!» Но поступила. Он снова посмотрел на Грейнджер — она так хорошо смотрелась на его кровати, на этих светло-серых простынях. Втайне от самого себя Драко мечтал о дне — или о вечере? — когда они займутся любовью в его спальне, а потом она уснёт изнемогшая, полностью удовлетворённая… Нет. Нужно было навсегда отказаться от этих мыслей и помочь ей. Нужно было собраться с силами, даже если сил совсем не осталось. Так он и оказался у дома Макгонагалл — единственного места, связанного с Орденом, месторасположение которого было ему известно, не считая дома у моря, куда явно больше никто не придёт. Да, дом Макгонагалл. Блейз как-то упоминал, где произошла та расправа… Возможно, профессор уже не живёт здесь, но всё ещё отслеживает ситуацию у дома с помощью чар. Видно, так и было, потому что дверь дома — двухэтажного, с зарешёченными окнами, кремовыми стенами и бордовой, точно с картинки, дверью — распахнулась, и Драко увидел… Тонкс. Она тут же нацелила на него палочку и прошипела: — Малфой! Что тут делает… его кузина? Тонкс выглядела измученной — волосы приобрели мышиный цвет, глаза опухли. Вряд ли она так убивается из-за Поттера. Возможно, среди погибших был её муженёк-оборотень. — Я на вашей стороне, — сказал Драко. — Грейнджер — мой связной. Казалось, только теперь Тонкс заметила Грейнджер, оттягивающую Драко руки — и это при том, что он наложил на неё заклинание, временно уменьшающее вес. Тонкс нахмурилась: — Что ты с ней сделал? — Она сама. Слушай, мне нужно передать её тебе. Возможно, ей нужна помощь, — Тонкс не убрала палочку и не сдвинулась с места. — Мы встречались в домике у моря. Она вроде говорила, что он когда-то принадлежал матери Кингсли. Я смог подтвердить информацию насчёт того, что Чжоу была шпионом и… Тонкс взглянула на него с сомнением: — Домик Кингсли, говоришь? И как тебе на втором этаже? — Я не мог пройти на второй этаж. Меня туда не пускали чары. Теперь Тонкс отступила, пропуская Драко в коридор. За ней он прошёл в комнату — пыльную и безжизненную — и, посомневавшись секунду, скинул Грейнджер на диван с местами вытертой обивкой. — Так… что с ней? Драко поморщился. Он не собирался рассказывать всю историю. Это было слишком больно. И принадлежало только им — ему и предательнице, мирно спящей на диване. Запоздало мелькнула мысль о том, что Тео тоже по сути предал его. Понимал ведь наверняка, как обстоят дела, и позволил… Ради Панс. «Ты сделал бы то же самое», — шепнул противный голос в голове Драко. — Это сложно объяснить, но Грейнджер… помогла Нотту в одной операции по уничтожению Лорда. — Нотту? — лицо Тонкс вытянулось от изумления. — Уничтожение Лорда? И кто ещё на нашей стороне — может, Забини и Беллатриса? — Беллатриса мертва, — машинально сообщил Драко. — Попала под рикошет. И Забини — на стороне Лорда, но… это всё неважно. «Блейз возненавидит меня. С полным на то правом». — Позаботься о ней и… не говори, что это я её принёс, — Драко заглянул в посеревшие глаза Тонкс, надеясь на понимание. — Пожалуйста. Грейнджер вычеркнула его из своей жизни, и он попытается поступить точно так же. Если сможет. Клокочущие внутри чувства не давали никакой гарантии такого разумного исхода. Салазар! Она была его всем. Она знала об этом. Драко сжал челюсти, чувствуя, как самообладание покидает его. После длительной паузы Тонкс сжалилась: — Ладно. Если Том сегодня действительно погибнет, то я ничего не скажу Гермионе о твоём поступке. — Спасибо, — и кинув последний взгляд на Грейнджер, Драко аппарировал в мэнор. Безумно хотелось напиться.