Подарок Сумрака

Почти час потребовался Юле и Антону, чтобы собрать воедино всю информацию с отслеживающих артефактов и подогнать в модель данные «спокойного» Сумрака. Получалось, что в момент взрыва произошел большой выброс энергии, который взбаламутил Сумрак. По их с Юлей расчетам должно пройти ещё время, чтобы силы распределились по слоям, и можно было безопасно войти хотя бы на первый. Уж это-то можно было установить и так, только опытом и логикой — но они пытались связать расчеты со схемой, выявляющей местоположение артефакта. Всем Дозорам было дано предписание в радиусе двух километров от места взрыва в Сумрак не входить, ни при каких обстоятельствах. За пределами зоны отчуждения, в пределах Москвы, только по острой необходимости и не дальше, чем на первый слой. Посторонних к месту взрыва не допускать, информацию об утренних событиях Инквизицией приказано засекретить Пока аналитики с обеих сторон собирали данные, главы Дозоров и Эдгар с Хеной, похоже, обсуждали способы нейтрализации кольца. И, судя по мрачным лицам, выхода из ситуации они пока не видели. Инквизиторы отошли чуть дальше, отгородившись какой-то хитрой сферой, Гесер через неплотные жалюзи смотрел в окно, что-то обдумывая, а Завулон стоял у стола и сосредоточенно постукивал тонкими пальцами в перстнях по столешнице. Антон на секунду залип на этом странном действе. Не сказать, что у Темного красивые руки, просто… Есть в этом что-то… Пальцы замерли на месте, и Городецкий мельком взглянул в лицо их хозяину, заметив предвкушающую улыбку, прежде чем вернулся к монитору. Семён рядом отвечал на очередной звонок и диктовал новые предписания и инструкции. Пока Юля с Антоном пытались всмотреться в линии вероятностей, что причудливо переплетались и менялись каждую секунду, его окликнул Хена: — Городецкий! Подойди. Светлый поднялся со своего места и приблизился к столу, за которым сидел Эдгар. — Дозорный, ты вместе с Завулоном должен будешь изучить один источник, там может быть информация о нашем кольце. — Старейший глянул за спину Антону. — Твоя подчиненная справится с задачей самостоятельно? — Вполне, я оставлю ей инструкции. — Вот и замечательно — заговорил Завулон, поднимаясь со стула, — тогда поторопимся, мне кажется, времени у нас не очень много. Антон взглянул на Гесера, что хмурил брови и поджимал губы, и ничего спрашивать не стал, похоже Великие озадачены не на шутку. Городецкий вернулся к столу, предупредил, что уходит. Семён только взглянув на Завулона, хмыкнул и шепнул тихо: — Ты там поаккуратнее, а то его Всетемнейшество больше похоже на мартовского кота, — мужчина хохотнул, но глаза его были слишком уж серьезными, заставив Антона подобраться. Светлый вернулся к столу инквизиторов с курткой на плечах, перепроверяя амулеты. Завулон двинулся в сторону дверей, и Городецкий пошел следом. Оказавшись в коридоре, Темный набросил сферу невнимания и строго взглянул на дозорного. — Городецкий, пообещай мне прямо сейчас: ты никому не расскажешь о том месте, в которое я тебя отведу и ты ничего не возьмешь оттуда без моего согласия. — Может, тебе ещё в любви и верности поклясться? — Слетело с языка само собой. — Можешь… — в один момент Завулон и правда стал похож на огромного мартовского кошака. — Я жду… — строго бросил он, тут же меняясь в лице. Антон произнес клятву, стараясь четко ограничить запреты, и в доказательство зажег на ладони маленький «светлячок». — Отлично, пойдем… — А о ненанесении вреда ты не требуешь клятвы? — спохватился Городецкий. — В моем доме мне никто не навредит. — усмехнулся Тёмный. — А мне? — Тебе нечего бояться… Завулон бросил картинку старинного дома в два этажа, с балконом. — Думаю, с порталом Высший Светлый справится сам… — Съехидничал Тёмный. — Буду ждать тебя там. — И исчез в темно-серой воронке портала. «Вот ведь… » Антона не покидало чувство, что он маленький мышонок и сейчас шагает в лапы коту. Странно, но в нем самом зародилось предвкушение игры… Кто знает, в кого может превратиться мышонок в процессе? Светлый закрыл глаза, ещё раз представил то самое здание, создал портал и шагнул вперед, почти упав в объятия Завулона. — Аккуратнее, Городецкий, мне за твою жизнь перед Инквизицией отвечать. Антон отодвинулся от чересчур своевольных ладоней Темного и посмотрел вперед. Вживую дом казался красивее, чем в воспоминании. Застекленная веранда, резные коньки, наличники и перила, много светлого дерева. — Тебе нравится? — тихо спросил Завулон. Антон чуть повернул голову, едва не коснувшись губами щеки Темного. — Красиво. — Просто ответил Городецкий, пытаясь разглядеть в глазах напротив, что-то кроме живого интереса. — Пошли. Нам в библиотеку. — Темный развернулся и пошагал по небольшой лужайке вокруг дома, Антону ничего не оставалось, как идти следом. В дом они попали через застекленную веранду и, пройдя пару меблированных комнат, оказались перед массивной деревянной дверью. Пока Антон оглядывал оставшуюся позади лестницу наверх и огромное окно в сад, Завулон уже входил в достаточно темную, по сравнению с другими помещениями, библиотеку Книжные полки от пола до потолка, стол, кресло и всего одно окно. — Садись за стол. — Темный указал на старенький стул в углу за шкафом, а сам ушел куда-то вглубь комнаты. Вернулся он с толстым фолиантом, который, вероятно, видел самого Мерлина. — Смотри, здесь должна быть легенда «о Кольце Мироздания». Городецкий вздохнул и открыл первую страницу, закашлявшись от пыли. — А содержания здесь нет? — Блажен, кто верует. — отозвался Темный, встав позади. Антон начал внимательно просматривать страницу за страницей, но ничего похожего не появлялось перед глазами. Поиски значительно осложнял стоявший над ним Завулон, он то касался антоновых пальцев, якобы, чтобы тот не спешил перелистывать, щекотал дыханием шею. Иногда Светлому казалось, что к нему принюхиваются, но в этом он не был уверен. — Вот оно. — Темный положил свою руку на столешницу рядом с ладонью Антона и теперь полностью нависал над ним, позволяя почувствовать тепло своего тела. Городецкий внимательно пробежал глазами в общем-то короткую легенду. История Ромео и Джульетты на новый лад, хотя, судя по древности издания, это Шекспир кое-что позаимствовал. Единственной толковой мыслью, что можно было извлечь из текста — это то, что одно кольцо предназначалось двум влюбленным Иным и цитата: «Только силе, рожденной от слияния противоположностей, дано подчинить себе то, что кануло в Сумрак. Только равным в любви откроется тайна его…» « Интерпретируй как хочешь… » — нервно подумал Антон и вдруг замер. Увлекшись текстом, он потерял бдительность, и пропустил момент, когда его руку накрыла бледная горячая ладонь, а в волосы зарылся чужой нос. — Завулон?! — Возглас получился как-то по-девичьи удивленным и звонким. — Ммм? — почти мурлыкнул Тёмный, пытаясь пристроить вторую руку на антоновой коленке, хорошо светлый быстро сообразил пресечь это действо. Некстати вспомнились слова Семена про кота, и Городецкий хохотнул. — Ты вроде демон, а не кот… — к Антону вновь вернулось ощущение ловушки, и он спросил уже серьезней — Чего ты от меня хочешь, Завулон? — Тебя. — просто ответил Тёмный. — То есть это была не паранойя, ты правда искал со мной встреч. Зачем? — Антон, кажется, видел ответ в упор, но продолжал образно «зажмуривать глаза». -Хочу… — На неопределенное хмыканье Светлого, Завулон продолжил. — Иногда только опыт помогает сделать выбор в пользу желания, чего бы не подкинули на вторую чашу весов. Ты стал слишком ценен для… — Не верю… — оборвал его Городецкий. — Смотри… Обнаженное тело выгибается под прикосновениями тонких рук. Пальцы сжимают крепкие бедра с такой силой, что остаются ярко-алые следы, а кое-где и царапины от перстней. Толчки, грубые и жадные, заставляют любовника не просто стонать, а кричать в голос. Бисеринки пота катятся по спине, а ладонь ползет вверх, зарывается во влажные темные волосы и заставляет запрокинуть голову. — Скажи — я в твоей власти — голос Темного звучит невероятно возбужденно и хрипло, но не узнать его невозможно. — Я в твоей власти… Упругий блестящий член выскальзывает из напряженного тела, любовника ловко переворачивают и теперь на спине лежит он — Антон Городецкий — с поволокой в ошалевших глазах, опухшими губами и следами укусов по всему телу. — Это неправда! — Антон поднимается, отталкивая от себя Завулона. — Это не я! — Не ты — соглашается Тёмный. — Это так, пародия, второсортный суррогат… А я хочу тебя — сквозь зубы произносит мужчина. — Своевольного, упрямого, смелого и везучего, страстного, гордого, не боящегося идти против всех, или признаться в собственной слабости — настоящего тебя! Антон, будто завороженный, следит за Завулоном: у того взгляд демона, сжатая с силой челюсть, а пальцы намертво вцепились в его плечи. Хищник дает понять, что добыче никуда не деться, всё остальное вопрос времени. Городецкий сглатывает, и тут же понимает свою ошибку, Темный скользит жадным взглядом по его шее и парень судорожно соображает, что делать дальше. Завулон перемещается на небольшой шаг вперед и прижимает Антона к столу. Взгляд Городецкого скользит по его лицу, останавливается на губах, шее, расстегнутой рубашке. Тёмный больше не делает ничего, будто оставляет иллюзию выбора. — Антон, Артур. — внезапный голос Гесера из Сумрака заставляет вздрогнуть Светлого и напрячься Завулона. — Возвращайтесь, у нас проблемы, будьте осторожны. — Заботливый какой — меланхолично отзывается Темный, не отводя взгляд от губ напротив. Антон тихо выдыхает, будто перед прыжком, и, схватив Главу Дневного Дозора за рубашку на груди, припечатывает к себе, целуя. Завулон на мгновение замирает, а потом отвечает грубо, почти кусая чужие губы, стараясь перехватить первенство, он нагло, по-собственнически блуждает горячими ладонями под тонкой футболкой, разгоняя приятные мурашки. Когда в его джинсах оказывается чужая рука, Антон не может сообразить, зато точно чувствует грубое поглаживание собственного возбужденного члена и тихо стонет в поцелуй. Завулон доводит его до разрядки за пару минут, заявляя свои права, будто делал это уже не раз, а потом слишком уж нежно целует и бережно прижимает к своему горячему телу, позволяя прийти в себя. — Ты же понимаешь, что я не отстану. — Темный шепчет это на ухо, пока расслабленный Антон висит у него на плече. — Как думаешь, через сколько встреч мы поймем, что это ошибка? — Городецкий отрывается от Завулона и одергивает футболку. — Сумрак покажет. — тихо отвечает Тёмный, глядя в глаза напротив. …