«We Ship It!»

***

      — Вы пришли, — объявила Дейнерис, повышая свой голос, дабы быть услышанной в каждом уголке набитого под завязку Великого чертога, — чтобы просить прощения за свои преступления?       Несмотря на свое коленопреклоненное положение, Цареубийца излучал дерзость и казался скорее ироничным, чем почтительным. Дейнерис с королевским достоинством окинула взглядом его одинокую фигуру. Его волосы были спутанными и грязными, а борода отчаянно молила о бритве. Под глазами залегли тени, а ногти на оставшейся руке были черными от грязи. На нем не было ни украшений, ни сияющих доспехов, одежда была такой грязной, что на ней можно было разбить огород. Он никак не должен был будить в ней этот странный внутренний трепет. Но только поглядите на этот покрытой щетиной подбородок и эти пронзительные глаза!       «Ты любишь Джона, ты любишь Джона, любишь Джона» — неистово повторяла себе Дени, бросив взгляд на своего возлюбленного и племянника с его темными кудрями и полными губами.       Сир Джейме поднял на нее глаза, отбросив грязный локон со лба.       — Так и есть, — подтвердил он, не отводя взгляда от Дейнерис.       — Ваш брат, — продолжила она, — просил за вас, и я обещала проявить милосердие. Сама не знаю, почему. Ваши поступки, так же как поступки ваших отца и сестры, покрыли вашу семью позором. Обесчестили имя Ланнистеров.       Глаза Джейме сузились и губы скривились в улыбке.       — О, не могу не согласиться с вами, Ваша Милость, — с горечью промолвил он. — Однако мне любопытно, какие именно поступки навлекли больше бесчестия?       Дени моргнула.       — Что?       Джейме беззаботно пожал плечами.       — Дело было в кровосмесительной связи? — по комнате прокатился сердитый рокот, и Дени с ужасом поняла, к чему он клонит. Джейме повысил голос, чтобы перекричать шум, и продолжил: — Или в сожжении дотла врагов моей семьи?       — Довольно! — прогремела Дени.       — Нет, нет, — настаивал Джейме. — Ответьте же, самому мне никак не разобраться. Что же хуже: сожжение или инцест? В конце концов, вам лучше знать.       Гневливые крики заполнили чертог, и хоть они почти оглушили Дени, ей показалось, что она расслышала среди них одобрительные возгласы и смех. Взяв себя в руки, она стукнула кулаком по подлокотнику.       — Вы извинитесь за свои слова, — объявила Дейнерис, изо всех сил стараясь быть услышанной, но при этом сохранить лицо. — В противном случае вы проведете ночь в камере. Может быть, это научит вас хорошим манерам.       Она уж было решила, что Цареубийца выберет ночь в клетке, но рядом раздался взволнованный голос.       — Пожалуйста, Джейме.       Дени проследила за его взглядом и натолкнулась на высокую светловолосую женщину, напряженно следившую за разворачивающимися событиями. Это была леди Бриенна, присяжный рыцарь сестры Джона.       Дени видела, как Джейме коротко и уважительно кивнул, выказывая этим жестом некрасивой женщине больше почтения, чем мог выражать его глубокий поклон королеве.       — Я извиняюсь, Ваша Милость, — торжественно произнес он, — за свое неуважение, — он склонил голову. — Я смиренно прошу прощения у вас и короля Джона за свои многочисленные преступления, жажду служить королевству и защищать его от угрозы Иных.       Дени подавила свой гнев и после короткого кивка от Джона, царственно склонила голову.       — Очень хорошо, служите королевству верно и преданно, и ваши преступления будут прощены.

***

      — Благодарю вас, — искренне сказал Тирион, когда они встретились после аудиенции. — Я знаю, что Джейме натворил много дел, но я верю, что он хороший человек, и, — Тирион вздохнул, — он моя единственная семья теперь.       Дени напряженно улыбнулась.       — Вы были преданны мне, я не могла не отплатить за вашу службу, хоть ваш брат и не облегчал мне задачу. Похоже, он собирался наговорить себе на плаху.       — Я боюсь, это фамильная черта, — мрачно произнес Тирион. — Слава Семерым за леди Бриенну.       — А, вы тоже это заметили, не так ли?       — О да, хотя, должен признаться, до сих пор мне мало было известно об их отношениях. Но я видел, как он подошел к ней после аудиенции, и они поговорили в более приватной обстановке, — Тирион криво усмехнулся. — Я был так заинтригован, что даже не оскорбился, что он сперва не подошел ко мне.       Дени вспомнила высокую воительницу с прекрасными синими глазами, полными участия к сиру Джейме, вымаливающему свое прощение.       — Судя по тому, что мне рассказал Джон, — сказала она, — леди Бриенна невероятно преданная. Я удивлена, что она так заботится о сире Джейме.       Тирион сузил глаза.       — Вообще в этом нет ничего удивительного, — сказал он.       — В самом деле? — переспросила Дени. — Полагаю, в нем может скрываться больше, чем кажется на первый взгляд.       — Именно так и считает леди Бриенна.       — Хотя, — прибавила Дени, — может быть, она просто находит его пригожим. Леди может закрыть глаза на многое за такую линию челюсти.