Противоречие

Паника атаковала юношеский разум волнами, когда стражники прибывали и прибывали. Двое несчастных, стоящих на охране собора, уже лежали без сознания. Питер снова ощутил приток теплой мягкой силы внутри, был готов рваться в бой, но неожиданно пришло осознания, что их, потенциальных спасителей города, всего четверо, а прислужников Карен сотни, если не тысячи. Нужно было действовать быстро, пока врагов не стало слишком много. — Я атакую первым, вы за мной, — сказал Баки и рванул вперед, снося всех на своем пути. Стражники даже не успевали ранить его. За белым волком несся Тор, размахивая молотом, и Питер, постоянно возносясь над головами врагов. Ванда замыкала их строй, ее магия по-настоящему раззадорилась, искрилась, наполняла весь воздух. Юноше казалось, что он буквально вдыхает ее силу. Питер ощущал внутри восторг, когда вырубил несколько человек и взял их оружие. С ятаганом в руках любой стал бы увереннее. Юноша кружил в толпе прислужников Карен, нанося удары, вспоминая, как он и его друзья детства дрались на деревянных мечах. Движения были неумелыми и неточными, но недостаток, а вернее полное отсутствие опыта компенсировали сила, как физическая, так и магическая. Тору битва явно была по душе. Он отрадно смеялся, сшибая врагам головы своим увесистым молотом, который немного вибрировал от зарядов внутри. Одним движением руки здоровяк призвал из облаков молнию, которая точно убила целую дюжину человек. Все пытались угнаться за Баки, но тот не терял голову и прикрывал тех, кому нужна помощь. — Их становится больше! — прокричала Ванда. — Надо вытеснить их в переулки! — ответил Питер. — Там Тор сможет их поджарить. Воздух в миг очистился от частиц магии Ванды. Девушка за секунду сконцентрировала их в себе и направила на толпу стражников, отбросив их в нужном направлении. — Там есть металлические трубы, Тор! — обратился юноша к здоровяку, который уже призывал еще одну молнию. — Бей по ним, и их доспехи проведут ток. На радость друзьям, несколько стражников оперлись о металлическую сточную трубу. Тор призвал молнию такой силы, что ток начал резонировать между врагами, заставив волосы у всех, кто находился вблизи, встать дыбом. Послышались звуки разбивающегося стекла — в домах лопнули лампы. Это испугало обычных людей, но выбегать на улицы они, к счастью, не спешили. — Они все равно прибывают, — сказал Баки, пытаясь отдышаться. Адреналин захлестнул его настолько сильно, что он не заметил, как ему рассекли лоб, из-за чего половина его лица была залита кровью. Питера это напугало до дрожи в ногах. На секунду он подумал, что его страх сбывается, и они не справятся. — Нужно уложить еще хотя бы столько же, — сказал Ванда. — Потом можно будет призывать на помощь горожан. С нашей помощью они смогут освободить Вибраниум. — Да, и будем надеяться, что в городе нет Карен. Она спокойно убьет нас всех, — практически равнодушно произнес Баки, а Питер примерз к земле еще сильнее. Дыхание ужасно сбивалось на холодном воздухе. Юноша старался сохранять ритм, но не выходило. Голова постепенно начинала кружиться. Он устал, но не мог признаться в этом друзьям, которые выкладывались не меньше. Ванда так много отдавала сил, что рисковала заработать истощение прямо здесь. Через какое-то время вся главная площадь перед собором была завалена телами. Никто из друзей не знал, сколько еще хотя бы приблизительно стражников было в городе, но им нужна была помощь. Тор и Питер побежали по домам, крича о том, что Вибраниум может стать свободным, если люди будут бороться с ними. Равнодушных практически не было. Все, мужчины, женщины, даже дети, выбегали с любым оружием в руках, следуя за одним из магов. По разным оценкам людей из разных районов в городе было трех тысяч врагов, около пяти сотен, из которых уже точно мертвы. Питер заметил, что над городом возвышается несколько столбов дыма. Оказалось, это стражники подожгли несколько домов в назидание за неповиновение. Он и не заметил, как отряд людей, следовавших за ним, откололся от других и зашел в часть города, где все еще была сильная охрана. — Стоять! — закричал мерзкий, но довольно высокий и устрашающий прислужник Карен, обратив внимание своих солдат на горожан, за которых Питер чувствовал ответственность. Он встал впереди, но не знал, что делать с несущимися на них двадцатью стражниками с копьями и ятаганами. Никогда в жизни ему еще не было так страшно. Выброс магии произошел неожиданно и не по желанию самого Питера. Видимо, эмоции взяли над ним верх. Статуя, держащая свод большого здания, стоявшее сзади юноша и группы горожан, сошла со своего пьедестала, чем перепугала всех. Но парень быстро почувствовал в ней свою магию, осознал, что это могут быть те самые не проявившиеся силы, о которых говорил Тони, и попробовал управлять титаном ростом в четыре метра. Движением руки статуя была направлена на врагов, ударила каменным кулаком по земле, заставив их разбежаться. Воспользовавшись их растерянностью, Питер прокричал: — Вперед! Люди, живущие в страхе и угнетении уже почти год, с животным голодом напали на стражников, истерзав их. Питер, поняв, что опасность миновала, посмотрел на титана и приказал ему возвращаться обратно, и тот действительно вернулся. Поймав на себе благодарные взгляды людей, юноша понял, что на него смотрят, как на спасителя, и не мог не улыбнуться в ответ. Но нужно было найти остальных. Весь Вибраниум погрузился в хаос. По улицам бегали люди, на стенах оставались отпечатки крови. Для Питера это была новая сторона свободы и борьбы. Среди проносящихся мимо людей было все меньше стражников и все больше горожан, радующихся, что скоро, возможно, снова смогут зажить по-прежнему. — Питер! — это был Тор. — Бегом сюда! — в его голосе сочилась паника. — Что такое? Мы ведь почти выиграли, — юноша пытался понять, почему ощущение страха снова вернулось. — В город прибыли еще отряды стражников. Их привел один из Андроидов. Они выбежали на главную площадь перед собором, где их уже ждали Ванда, Баки и около сотки горожан, смотрящих в небо. — Что? Карен здесь? — испуганно произнес Питер, понимая, что его руки дрожат, как и все тело. Он не был готов к такому. Не был готов встретиться с одним из воплощений зла лицом к лицу. С одного из переулков, который соединял главную площадь и южные городские ворота, вышли несколько отрядов, которые было невозможно победить. Люди слишком устали за несколько часов сражений. Но главный ужас во всех вселила фигура, которая буквально прилетела к ним и теперь медленно спускалась на землю. — Боже. Это не Карен… — тихо прошептала Ванда. — Это второй из Андроидов. Вижн. — Он страшнее? — спросил Питер, не отрывая глаз от высокого гуманоида с алым лицом, зеленым, будто выточенным из камня, телом и плащом, развивающимся на ветру. В его лбу сиял какой-то камень, от которого исходила магическая энергия. — Да. Карен самая слабая из их тройки. Вижн второй, — пояснила девушка. — У нас есть шансы? — голос Питера дрожал так же, как и руки. — Вряд ли. Но попытаться мы должны. В любом случае помрем, — хмыкнула Ванда, и с ней согласились Тор и Баки. — Но давайте не помирать, — возразил юноша. — Какие у него силы? — Чем-то похожи на нашу Ванду, — сказал Тор почти шепотом, ведь темная фигура практически приблизилась к ним, уже опустившись на уровень крыш домов. — Телепатия, телекинез, левитация, но он гораздо сильнее и опытнее, может изменять плотность всего на свете, а еще умен, как сам черт. Все до единой души на площади замолчали. Вижн снизошел до них во всей красе, теперь его можно было разглядеть вблизи. Он остался левитировать над головами людей, будто не хотел опускаться на их уровень. — Глупцы, — его голос эхом пронесся по всему городу, некоторым пришлось закрыть уши. — Неужели вы решили, что сможете противостоять нам? — Питер почувствовал, как начинает болеть голова из-за резкого, но монотонного голоса. — Моя сестра решила дать местным относительную свободу, но вам и этого мало! Кажется, Вижн почувствовал скопление магии где-то в глубине толпы и направился туда, а за ним направилась и его армия, обступая горожан. Все друзья напряглись и приготовились продолжить бой. — А вот и зачинщики бунта. Вы пожалеете о своем решении! Сдавайтесь! — его голос, будто ультразвук, пронзил головы всех поблизости. — Хрена с два! — прокричал Баки и просился на вражеских солдат. Где-то вдали произошел взрыв, и вновь воцарился хаос. Кажется, люди поняли, что терять им нечего, поэтому не стали бежать, а тоже с воплями о свободе и достойной смерти бросились вперед. Андроид такого не ожидал, но сохранял предельную невозмутимость, равнодушно смотря свысока на происходящее. Он уже знал исход этого дня и был уверен, что никто не сможет этому помешать. Однако кое-кто все же смог привлечь его внимание. Ванда почувствовала, как кто-то вторгается в ее разум. Пришлось отвлечься от какого-то солдата в форме с двумя кругами на груди и перевести взгляд на Вижна. Ей даже хотелось сравнить его с ангелом, который спустился с небес, но эта метафора была крайне неправильной. — Убегай оттуда! — провопил ей Тор. — Он сильнее! Он убьет тебя! Но Ванда не могла этого сделать. Андроид будто не позволял ей. Девушка вновь призвала все свои магические частицы назад, направив их лишь на одного человека, которого и человеком-то назвать было нельзя. Вижн легко парировал все ее атаки, вальяжно приподняв правый уголок губ, то ли насмехаясь, то ли отдавая дать той, кто все решилась сразиться с ним. Питер видел, что Ванда не справляется. Она и не смогла справиться. Андроид просто хотел поразвлекаться перед тем, как уничтожит тут все. Его привлекла схожая сила девушки и, возможно, ее огненные волосы. Одним ловким рывком он ворвался в разум Ванды. Ее крик напугал юношу до тумана перед глазами. — Ты так прекрасна, алая ведьма, но так слаба, как и остальные люди, — вынес он свой вердикт. Ванда пыталась сопротивляться, но больше не могла контролировать свою силу. Она будто ослепла и направляла магию наугад, желая попасть в Вижна, но вместо этого била по другим. Питер понял, что алые потоки сейчас поглотят и его, поэтому поспешил взобраться повыше, на один из пиков собора. Оттуда он с ужасом наблюдал, как все, и горожане, и вражеские солдаты, обезумели от магии Ванды, орали от проникновения в свои головы. Это не обошло стороной и Тора с Баки. В себе был лишь андроид, который со сих пор рылся в мозгах девушки. У Питера не оставалось ни выбора, ни времени. Он встал в стойку, которую его показал Тони, собрал остатки магии, расположил руки так, чтобы ладони смотрели друг на друга. Когда между ладонями появилось свечение, греющее кожу, юноша резко схлопнул их и произнес: — Закон мира! Все звуки смолкли. Питер без сознания осел на крыше собора. Где-то вдали все же началось копошение, но юноша это ничего не понимал и не различал. Последней мыслью в голове были слова Тони о том, что ему еще слишком рано колдовать это заклинание.

***

Туман стоял перед глазами слишком долго. Осознание себя будто пропало. Питер плыл по течению своего разума, просто надеясь, что его пришвартует к какому-то берегу. Юноше чудился Тони, тепло улыбающийся и зовущий его с собой, но вот куда, понятно не было. Хотелось встать на ноги, найти ступнями дно и пойти за наставником, но сделать этого не удавалось. Через какое-то время вернулось чувство осязания. Питер ощутил, что лежит в кровати под довольно теплым одеялом, о котором мечтал вот уже почти месяц. В воздухе витал запах трав, а в глаза бил дневной свет. Где-то на заднем фоне слышались чужие осторожные шаги. Любопытство пересилило желание насладиться уютом и мягкостью матраса. Как только юноша открыл глаза, немного щурясь от непривычного света, к нему сразу же подскочили Тор и Баки, останавливаясь прямо у края кровати. — Питер! Как ты себя чувствуешь? — спросили они в унисон. Вот только ребята были не единственными его гостями. Рядом сидел еще кто-то. Парень почувствовал незнакомую ему магию, пусть пока и не решался повернуть голову. — Нормально. Лучше, чем я ожидал, на самом деле. Где я? — как только Питер поднялся, сев на кровати, но ощутил одновременно и фантастическую легкость в теле, и усталость, будто все кости и мышцы затекли в один миг. — В главном госпитале Вибраниума, — произнес незнакомый мужчина. Питер понимал, что пялиться на людей некрасиво, но он не мог отвести взгляда от странного, но гармоничного лошадиного лица и седых прядей на висках. Бледную кожу оттенял высокий ворот красного плаща, а его бородка напоминала юноше о Тони, по которому тот, как оказалось, сильно скучал. Так наивно, так по-детски. — Ты пробыл без сознания два дня, юноша. Повезло, что ты вообще в живых остался. — Кто вы? — напрямую спросил Питер. — Я — главный маг Вибраниума, мистер Стивен Стрендж, — сразу хотелось задать вопрос, а где был этот маг при сражении, но парень решил, что это подождет. — Чем кончилась битва? Где Ванда? — юноша обеспокоенно начал оборачиваться, вертеть головой, будто надеясь найти девушку где-то около себя. — С ней все хорошо, — как-то грустно ответил Тор. Значит, все закончилось не так уж и хорошо. — Ты… ты спас всех нас, Пит. Питер не мог понять причину какой-то скорби в глазах друзей, ведь все получилось. Раз они в госпитале, а на улицах все спокойно, значит они победили. Так почему ни Тор, ни Баки не радуются? — Твои приятели, кажется, слишком волнуются, — произнес Стрендж. — Поэтому буду говорить я. — Значит мое заклинание сработало? Что с Вижном? Он улетел? — Ты смог успешно воспользоваться заклинанием «Закон мира». Ты явно очень сильный маг, Питер. Кто тебя ему научил? — Стивен сложил руки на груди, став похожим на строгого школьного учителя. — Мой наставник. Я попросил его обучить меня заклинанию, которое бы спасло всех в безвыходной ситуации, — ответил Питер. — Уж не знаю, кто твой наставник, раз знает такое древнее и запрещенное заклинание, но его остается только поблагодарить, ведь это спасло всех нас. А еще нас действительно спас ты. Этот наставник говорил тебе что-то о последствиях «Закона мира»? — Стивен стал еще серьезнее. — Да, сказал, что заклинание может повлиять на разум или тело. Или же вообще убить. Но я ведь жив. Жив ведь? — парень уже успел испугаться, что это его дух говорит с друзьями, на что Стрендж тихо рассмеялся. — Ты жив, Питер, более чем. После победы тебя пришла осмотреть целительница. Она заметила некоторые изменения в твоем теле. Видишь ли, твоя магия еще не была готова к такому уровню колдовства. Все процессы в твоем организме будто застыли, как и твое тело. Ты никогда больше не будешь расти, Питер. Мне жаль. — Н… не буду расти? — юноша испуганно сжал края одеяла. — Никогда? — Будет стареть только твой разум. В конечном итоге, ты умрешь, как и все твои близкие и друзья, просто до этого момента не будешь меняться. Питер не знал, как воспринимать эту новость. Он понимал, что это далеко не худший вариант, ведь Тони предупреждал его, даже взял клятву. Клятва. Юноша не знал, какие последствия бывают после нарушения магических договоренностей, но предположил, что такой исход — его наказание. Вот только Стрендж не знал об этом и, наверное, списал «заморозку» тела Питера на последствия созидания магии слишком высокого уровня. — Что ж, все не так плохо, верно? Все спасены, город цел. Это не такая уж и большая жертва, ведь так? — спросил он у всех стоящих перед ним. — Да, — кивнул Стивен. — Хороший настрой. Если тебя интересует Вижн, то он не погиб. «Закон мира» уничтожает всех, кого заклинатель считает врагами, и защищает союзников. Но андроид слишком силен и смог избежать смерти. Однако он бежал с поля боя. — А они не вернутся? — Питер неожиданно испуганно подскочил на постели. — Вдруг Вижн и Карен соберут армию и придут сюда, чтобы всех убить? Что же нам делать тогда? — Мы не можем сказать точно. Все может быть. Поэтому, пока у нас есть время, надо восстанавливаться и наращивать силы, — сказал верховный маг Вибраниума. — Отдохни еще денек, а потом жду всех вас в соборе для осуждения важных вопросов. Стивен попрощался со всеми и ушел, оставив за собой шлейф странных эмоций и довольно сильной магии. Питер не знал, на чем остановить свой взгляд и что сказать Тору и Баки, ведь в их глазах было сожаление и даже жалось, и из-за этого юноша чувствовал себя неуютно, не желая, чтобы считали маленьким побитым мальчиком. — Ребят, а где Ванда? С ней все нормально после битвы с Вижном? — сразу же вспомнился крик девушки, когда андроид рылся в ее мозгу. — Да, физически она здорова, но все эти дни ходят ужасно подавленная. Ванда сказала, что Вижн проник в самые страшные воспоминания. А еще, узнав о твоем… диагнозе, она стала винить себя. — Себя? За что? — Питер аж полноценно поднялся на ноги и был готов сразу же рвануть на поиски подруги. — Якобы она не смогла сдержать свою силу, и из-за этого тебе пришло использовать это заклинание, — пояснил Тор. — Какая чушь. Мне бы пришлось его использовать в любом случае! — Мы пытались объяснить ей это, но она была так подавлена, что особо не слушала нас, — только сейчас Питер заметил, что на лбу у Баки красовался еще заживающий шрам, который ему оставили в бою. — Где она? Мне нужно с ней поговорить, — юноша заметил, что на стуле покоится его сложенная одежда и остальные немногочисленные вещи, которые пора бы уже выкинуть. Он начал быстро одеваться, чувствуя, как ему все еще тяжело стоять на ногах. — Эти два дня она провела на юге города. Там есть река. Может, Ванда и сейчас там. Только не напрягайся…! — прокричал здоровяк убегающему Питеру, но тот уже его не слышал. — Слишком сильно. Ага. Спасибо за заботу, Тор, чтоб я без тебя делал? — промямлил он себе под нос, оскорбленный тем, что его не слушают. Баки над другом лишь посмеялся, предложив сходить перекусить. Питер, вспоминая, как ориентироваться по солнцу, бежал на юг, пытаясь услышать журчание воды. Все люди оборачивались на него, перешептываясь о том, что он один из четверых героев, спасших их город. К тому времени, когда юноше удалось найти более-менее правильную дорогу, уже наступил закат. Ванда сидела на большом камне у воды и смотрела куда-то вдаль, где горизонт не заслоняли здания, а возвышались деревья, чьи кроны торчали из-за высокой стены, ограждающей город. Она была растеряна, даже потеряна. Питер сел рядом, сделав это совсем тихо, боясь спугнуть подругу, которая была похожа на хрупкую бабочку-однодневку на ветру. — Боги, ты очнулся! — Ванда, обернувшись, распахнула глаза и, облегченно улыбнувшись, обняла юношу, не вставая с камня. — Я так волновалась! — Со мной все хорошо. Видишь, все на месте, я здоров, — Питер поднялся на ноги, встал перед Вандой и повертелся вокруг себя, доказывая, что все его тело цело. — Пит, я знаю, что с тобой произошло из-за того заклинания. Не может быть все хорошо, — девушка была близка к тому, чтобы расплакаться, и юноша понимал, что дела далеко не только в вине перед ним. Он снова сел рядом, прижав ноги к груди, и приготовился слушать. — В том, что произошло, не были ни капли твоей вины. Ты выступила против Вижна. Одного из андроидов! И смогла противостоять ему, дала мне время для сотворения заклинания. — Я не могла противостоять ему. То, что происходило, было пыткой, чистым издевательством, а я не могла вырваться из его ментальной хватки, не могла контролировать себя, из-за чего пострадали люди. Этот маг, Стрендж, сказал, что пара людей повредились рассудком по моей вине. «Чертов придурок!» — пронеслось в мыслях Питера. — Вижн смог добраться до моих самых сокровенных мыслей. Я не знаю, сколько это длилось, но эти несколько минут были худшими в моей жизни, клянусь. Он будто вскрыл меня изнутри, залез в мои воспоминания, мечты. Даже нашел образы моих будущих сыновей, показал, что произойдет, если моя мечта осуществиться. По его версии, моя нестабильная сила убьет моих детей. Я знаю, что Вижн сделал все это, чтобы просто уничтожить меня изнутри, но от этого не легче. Я видела это! Я пережила все, что он мне внушал! Питер приобнял подругу за плечи, позволив ей в пятый раз за эти два дня заплакать. Он даже и представить не мог, что сейчас чувствовала Ванда, и даже не хотел этого представлять. На душе стало неожиданно тоскливо. Образы мыслей снова приняли очертания Тони, такого умного, мудрого и заботливого. Парень понимал, что скоро эта тоска пройдет, должна пройти, но в такой ситуации контролировать свои чувства не получалось. Они молчали около пяти минут, на фоне лишь гремел шум города и журчала речка. Питер понимал, что нужных слов у него нет, а морозить глупости не собирался. Когда Ванда успокоилась и могла мыслить здраво, настал момент продолжить разговор. — Стрендж сказал, что хочет встретиться со всеми нами, — сказал юноша, уставившись в то самое место, куда раньше смотрела Ванда. — Знаю, он описывал нам примерно сложившуюся обстановку после освобождения Вибраниума. Скажи, ты хотел бы остаться здесь? — спросила его девушка. — Конечно! Мне ведь больше некуда идти. А почему спрашиваешь? — Как оказалось, люди очень благодарны за нашу помощь. Они предложили нам жить тут, всем четырем, пообещали предоставить жилье и какие-то деньги на еду. По их задумке, мы будем местными защитниками вместе со Стивеном, станем охранять город и жителей за полное содержание. Ну и сможем иногда отлучаться на миссии. Как тебе такая идея? Для Питера это звучало, как лучшее предложение в жизни. Ему не придется скитаться в одиночку, не придется работать на износ на добыче вибраниума, не придется жить в каких-то подвалах. — Но как же вы? Ведь ты и другие говорили, что не хотите ввязываться в спасение людей и войну. Что изменилось? — Думаю, этим мы прикрывали свой страх, ведь раньше понятия и не имели, что сможем овладеть магией. А теперь все изменилось. Прошедшие события показали, что мы что-то да можем. Да и что тут греха таить, всем нравится получать повышенное внимание из-за нашего поступка. Люди оборачиваются, подходят и благодарят. Приятно видеть, что твои старания были замечены и окупились. Так ты согласен? — Конечно! — Питер практически подпрыгнул и снова обнял девушку сбоку. — Я рад, что буду жить и путешествовать с вами. — И мы рады, что ты с нами, Пит, — искренне ответила Ванда. Она, кажется, немного успокоилась, больше не была до ужаса напряжена. Ее рыжие волосы развивались на холодном ветру. Солнце почти зашло, и на улице стало совсем зябко. Их лица освещали лишь городские фонари, стоящие где-то вдалеке. Двое друзей хотели пойти в госпиталь, где должны были провести еще пару ночей, чтобы полностью восстановиться, но Питер взял Ванду за рукав, остановив. — Я хотел рассказать тебе кое о чем, — та не стала пренебрегать просьбой юноши и желанием сообщить что-то важное в приватной обстановке, поэтому села обратно. — Во время сражения во мне пробудились новые силы. Тони говорил, что это должно произойти из-за высокого потенциала моего ядра. — Что за силы? — заинтересованно спросила девушка. — Я пока что не уверен. Было мало времени просто понять их суть. — Но, кажется, я могу оживлять… неживое. Я заставил статую сражаться за нас. Не знаю, что я могу оживлять, и можно ли это вообще назвать оживлением. Просто… могу я попросить тебя помочь мне с этой силой? Тони сказал, что мы вряд ли встретимся с ним когда-то еще, а мне нужен наставник. — Хочешь, чтобы я помогала тебе, несмотря на то, что я иногда не могу контролировать свои силы? — Ванда произносила это с опаской, ведь до сих пор была не уверена в стабильности своей магии. — Конечно. Я верю, что ты сможешь помочь мне! — Питер был по-детски очаровательным, идеалистом, тем, кто верил в искупление и справедливость, желал изменить мир, любил своих друзей и ради близких мог пожертвовать всем. Ванда растрогалась от того, что такой человек теперь будет рядом с ней, станет, можно сказать, еще одним братом. — Хорошо, я с радостью помогу тебе.