Противоречие

Задание оказалось слишком легким. Даже, можно сказать, преступно легким. Заказчик, кажется, не знал цену подобным услугам на рынке, поэтому заплатил в три раза больше, чем следовало бы. На вид он был действительно богат, поэтому, возможно, просто не хотел считать деньги. Питеру это было лишь на руку. Поезд, который должен отвезти его обратно в Вибраниум, отбывал лишь завтра, поэтому парень решил потратить оставшееся время на прогулку по новому для себя месту. Эти вечером в городе проходил фестиваль урожая, все жители вышли на улицы, веселились, запускали фейерверки, готовили местные блюда, угощая всех вокруг. У Питера кружилась голова от обилия цветов и огней. Он поддался уговорам одной пожилой дамы и попробовал суп с клецками, но все же решил выйти за пределы города, подышать свежим воздухом. В лесу было темно, тихо и холодно. Такой контраст с городом, но парень не собирался возвращаться обратно. Он пошел вперед. По коже пробежали мурашки от знакомых частиц магии. Сердце забилось быстрее от осознания, что судьба свела их снова. — Тони, — на выдохе произнес парень, увидев стоящего меж деревьев Старка, смотрящего куда-то вдаль. — Питер, — мужчина тоже был удивлен и, кажется, счастлив такой встрече. — Я рад тебя видеть. Сколько прошло времени с… — Четыре года, — сразу же ответил Питер. Он точно знал ответ, ведь считал каждый месяц, а иногда и каждый день. — Верно. Хотел бы удивиться тому, что ты совсем не изменился, но ведь время не властно над тобой. — Могу сказать то же самое и о тебе, — Питер хмыкнул, а Тони улыбнулся ему в ответ. — Откуда ты здесь? — Мы можем прогуляться и обсудить то, что произошло с нами за это время, — предложил Старк, а его бывший ученик не смог отказаться. Они направились еще глубже в лес. Питер ощущал странное смешение эмоций. Он был так рад видеть Тони, но тот сейчас находился в своей агрессивной фазе, желал уничтожить мир, поэтому где-то внутри больно жгло чувство опасности. Их шаги были почти неслышимыми. Вдали виднелись практически растворяющиеся в воздухе огни города. Они уже автоматически сохраняли дистанцию, не желая причинить друг другу вреда или волнения. — Так как ты оказался здесь? — спросил Питер, когда была выдержана необходимая пауза. — Ноги привели, как и всегда, — не было причин не верить этим словам, ведь Андроиды находились, по сообщениям информаторов Стренджа, в другой части Земель Бесконечности, иначе парень не отправился бы сюда на задание совершенно один. — Как… как твои успехи в поиске камней? — Питер знал, что ступает на скользкую тропу, задавая этот вопрос, но может Старк окажется слишком самонадеянным и решит, что он и его создания слишком сильны, и поэтому расскажет хотя бы часть необходимой информации. — Искать их всегда было тяжело, — кажется, Тони тоже хотел спросить о чем-то, но искал подходящие слова. — До моих созданий дошла информация, что ты, твои друзья и Стивен Стрендж пропали на три года. Кто-то считает, что вы отправились в поход за поиском камней, что частично правда. Мне известно об аномалии в Твердыне Времени. Но меня волнует лишь один вопросы: смогли ли вы забрать камень у очень могущественно Древнего? Питер почувствовал исходящую от Старка агрессию и был готов бежать на все четыре стороны, если на него набросятся. — Любой мой ответ будет неблагоприятен для меня, — однако он смог сохранить спокойствие в голосе. — Если я признаюсь, что мы так и не смогли достать камень, то вы направитесь в Твердыню и заберете его, а если мы его все же забрали, то могу испытать весь твой гнев на себе прямо сейчас, ведь тебе нужна информация, где я его спрятал. Питер почти засмеялся вслух от иронии ситуации: они и правда рады друг друга видеть, но их диалог превратился в поле битвы за сведения. Как бы ему хотелось, чтобы они могли коснуться друг друга, обнять, поговорить без старания отбросить все происходящее и тот факт, что они являются врагами. — Я никогда не причиню тебе вреда, Питер, — уверенно и почти оскорбленно произнес Старк. — Слышишь? Никогда. Ты очень дорог мне. Я уже говорил, что многое бы отдал, чтобы этот ужас обошел тебя стороной, вот только отдавать мне нечего. У меня есть вечная жизнь и бесконечная сила, но я невообразимо беден. — Прости, — парень взглянул на Тони виноватыми глазами. — Ты мне тоже дорог. Я бы очень хотел тебе помочь избавиться от проклятья, но не знаю как. Если тебе известен способ, который может дать хотя бы мизерный шанс, я все готов сделать, чтобы попробовать. Старк не мог не улыбнуться на такое заявление. Он редко чувствовал что-либо кроме абсолютной пустоты или ненависти, но сейчас мужчина ощутил нежность. Это заставило его отойти от Питера еще дальше, боясь, что может навредить ему или даже убить. — Проклятье противоречия возникает в случае, когда человек это противоречие совершает. Ради создания жизни я пошел против законов природы, которая и есть воплощение жизни. За это и поплатился. В некоторых древних записях говорится о том, проклятье может быть снято другим, не менее сильным противоречием, но я не представляю, что как это осуществить. Даже не знаю, правда ли это. — Это и есть наш шанс! — обрадовался парень, но был резко перебит Старком. — Этого шанса никогда и не было, Пит! Какое противоречие может быть страшнее, чем идти против природы? И как мне его совершить? Я думал над разгадкой сотни лет, но не смог найти ответа. Подобные противоречия совершаются спонтанно и необдуманно. Нарочно такое не сотворишь. Если мне будет суждено, я смогу совершить нечто страшнее, чем то, что я уже совершил, вот только выдержит ли мир это? — Я не верю, что тебе невозможно помочь! — возразил Питер. — Не верю, что у тебя нет выхода. Ты не должен страдать! Ведь тебе всего лишь нужна была семья! Это несправедливо! Ты не такой, каким тебя описывают. Ты не злой и не страшный, не темный маг из страшилок. Без тебя мы бы не освободили Вибраниум, а я бы не спас друзей. Ты обычный человек, которому нужна помощь. — Не стоит давать мне надежду, Питер, — голос Тони был отчаянным. У него явно уже не было никаких иллюзий на этот счет, и это чуть ли не заставляло парня рвать на себе волосы. — Я не хочу, чтобы ты умирал, даже вместе с этим миром. Я хочу видеться с тобой чаще, больше разговаривать. Хочу, чтобы ты учил меня магии и давал советы. За эти почти десять лет я научился неплохо готовить, и хочу, чтобы ты попробовал мою стряпню. Почему все так несправедливо? Парню было плевать, что его могут услышать проходящие недалеко люди или дикие животные. Он так желал прокричать на весь мир, что эти законы мироздания ужасны, раз забирают жизни у невиновных. — Не знаю, Пит. Я бы так хотел встретить тебя тогда, пятьсот лет назад, до создания Альтрона. Возможно, ты бы стал моей семьей, и мы бы прожили вместе одну счастливую человеческую жизнь. Представив, какой мог бы быть исход при таком варианте развития событий, Питер неожиданно всхлипнул. Его голову заполнил туман, который вытеснил все предупреждения об опасности. Он ринулся к Тони, крепко обняв его и подумав, что если он сейчас умрет, то так тому и быть. Старк настолько растерялся и испугался за Питера, что несколько секунд статуей стоял на месте, ощущая первое за пятьсот лет человеческое прикосновение. Но вместе с теплом он почувствовал кое-что еще. И это испугало его до холодного пота. — Питер, расскажи мне еще раз, как ты использовал «Закон мира». Парень отпрянул, испуганный таким ледяным тоном Тони, и покорно начал вспоминать все, что с ним случилось тогда. — Винж пленил мысли Ванды, а она перестала контролировать свою магию и могла убить всех жителей города, Баки и Тора. Я взобрался на собор в центре площади и произнес заклинание. — Как ты его произнес? Что ощущал внутри? — глаза у Старка стали бешенными. — Я… я не помню. Я держал в голове информацию, что может не сработать, но и что я должен спасти друзей, — Питер не понимал, почему его так старательно допрашивают. — Я запретил тебе использовать это заклинание до двадцати одного года и взял клятву не просто так. И Магический Совет запретил «Закон мира» тоже по объективным причинам. Если творить такую магию без должной подготовки и с сомнениями внутри, то оно может убить всех тех, кого ты хочешь спасти. Ты буквально сыграл в ящик в тот день. И это и есть твое противоречие. Питер застыл на месте, точно так же, как и Тони пару минут назад. — Ч… что? — Ты хотел спасти людей, для этого пошел на риск и мог убить их всех, в том числе и себя. Я чувствую, что на тебе то же проклятье, что и на мне. Парень не мог понять, врет ли Старк или же нет. Но глаза у того были по-настоящему испуганными. — Это… это невозможно. Из-за меня никто не умирает. Я до сих пор живу со своими друзьями, и они в полном порядке. На мне нет проклятья противоречия. Мое тело просто застыло из-за «Закона мира» или нарушения клятвы. — Я прекрасно понимаю, что ты чувствуешь, Питер. Но отрицать происходящее невозможно. Ты проклят. Я не заметил этого в прошлый раз из-за того, что мы держали дистанцию, — Тони, казалось, тоже был на грани паники, не зная, как правильно вести себя. — Нет! Это неправда! Ты говоришь это, чтобы я отдал вам Камень Силы, чтобы помог тебе собрать все остальные камни и уничтожить этот мир! — парень не знал, как еще отреагировать на происходящее. Он не хотел верить в то, что проклят, и сказал себе, что ни за что не поверит. — Неужели ты не слышал моих обещаний и слов? — Старк явно оскорбился словами Питера. — Я никогда не причиню тебе боль, никогда не буду втягивать с эту войну. Мне незачем тебе врать, Пит. А еще мне искренне жаль, что я поспособствовал такому исходу. Не следовало учить тебя «Закону мира» и, возможно, не следовало даже обучать вас магии. Тогда Стрендж не завербовал бы вас в свой отряд. Ты был бы менее счастлив все эти годы, но остался бы обычным человеком. На минуту воцарилась тишина. Питер снова слышал музыку и голоса где-то вдалеке. Он изо всех сил старался не верить в свое проклятье, но не верить словам Тони было невозможно. — Почему тогда никто не умирает вокруг меня? — спросил парень уже спокойнее. — Ты еще молод, и мог не познать истинную ценность жизни. Ты родился во время войны, это немного деформировало твой моральный компас. Люди привыкли, что кто-то где-то гибнет. Но как только ты узнаешь, насколько важна и ценна жизнь, люди вокруг тебя начнут умирать. — Но у меня же умирали близкие, и это было очень больно. Я понимаю, насколько жизнь ценная! — возразил Питер. — Я не буду спорить насчет того, что ты любил своих близких, держу пари, что это и правда так. Но вспомни, насколько быстро ты смирился с их утратой, насколько быстро из твоих мыслей пропали их образы. Тут сыграл роль и твой легкий характер. Пока что ты не настолько любишь и жаждешь жизнь, чтобы отнимать ее. — Но ведь, если я ценю жизнь, то я должен умереть, так? Ты же не умираешь, потому что ненавидишь свое существование. — В этом и есть противоречие. Ты любишь этот мир, поэтому все вокруг начинает гибнуть. Осознавая это, ты возненавидишь себя, что подарит тебе бессмертие. Внутри будут существовать два этих чувства, что сделает твою жизнь невыносимой. Старк не знал, как ему помочь Питеру, и нужна ли ему помощь вообще. Из глаз парня полились крупные слезы, которые капали на землю. Он схватился пальцами за волосы, пытаясь так привести себя в чувство. — Все равно я не верю тебе! Не верю! Питер позорно убежал, не дав Старку сказать что-то еще. По пути до города он пару раз поскользнулся на влажной земле, но все-таки дошел до трактира, в котором остановился, быстро принял горячую ванну и завалился спать. Слезы и истерика оставили его совсем без сил. На следующее утро он собрал все свои вещи и сел на поезд до Вибраниума, который отвез его домой. Несмотря на то, что Питер до сих пор отказывался верить Старку, он опасался подходить к людям слишком близко, боясь, что на нем и правда проклятье противоречия. В голове пока не было ни одной мысли, как рассказать об этом Ванде, а затем и Тору с Баки, когда те возвратятся с разведки. — Я вернулся! — сказал Питер, войдя в дом и закрыв за собой дверь. — С возвращением! — прокричала Ванда с кухни. В воздухе витал запах только что приготовленной еды. Это вселило в парня некую иллюзию самообладания и уверенности, что все будет хорошо, ведь друзья ему всегда помогут.

***

Тор и Баки вернулись из разведки через несколько дней, но никаких важных вестей не смогли принести. На своей изрядно потрепанной карте они отметили места с ледяными пиками, которые смогли проверить, но Камня Реальности там не было. Стренджа это огорчило, но сдаваться он не собирался, а отправил в поход Питера и Ванду. Им удалось добиться лишь точно таких же результатов, и они уже ожидали, что Белый Волк и Златовласка готовы сменить их на посту искателей ледяных пик, но Тор встретил их с ошалевшими глазами и широкой улыбкой. — Джейн беременна! — практически прокричал он. По лицу Баки, сидящего в гостиной, было видно, что он до чертиков устал справляться с воодушевлением друга в одиночку за то время, что Питер и Ванда провели на севере. — Поздравляю! — Питер бросился к Тору, а потом заметил, что тут и его жена, которая открыто наслаждается тем, насколько ее муж счастлив из-за их будущего ребенка. — А какой срок? — Два месяца, — ответила девушка. — Мы были у врача пару дней назад. Сказали, что пока беременность протекает хорошо. Жизнь сделала новый виток, заставив Питера оставить страхи где-то позади. Иногда ему снились слова Старка о наложенном на него проклятье, но днем все страхи и сомнения забывались. Следующие полгода у Питера и его друзей было много забот и работы. Они так и продолжали исследовать Северный хребет. Вот только работа подзатянулась из-за беременности Джейн и нежелания Тора покидать жену слишком надолго. Вначале Стрендж ворчал, что друзья начали пренебрегать таким важным делом, как спасение человечества и всего мира, но быстро бросил это дело, войдя в положение будущего гордого отца. Питер был доволен собой и тем, как вел разговор со Старком тогда, несколько месяцев назад. Тони явно подумал, что Древнего его врагам победить не удалось, и те не смогли добыть Камень Времени, поэтому отправил Андроидов в Твердыню времени, потратив бесценное время на то, чтобы узнать точное место ее расположения. Рыбаки и охотники, которые одним ранним утром были в лесу на юго-западе Земель Бесконечности, сообщали о том, как какой-то темный колдун рвал и метал, наказывая своей силой трех созданий, поразительно похожих на Андроидов, несущих разрушения и смерть. Питер впервые задумался о том, могут ли Андроиды чувствовать физическую боль, но моральную точно испытывают, ведь имеют реальный интеллект, пусть и искусственный. Внутри все сжалось от осознания, что Тони может быть жестоким. Легенды о его мощи и бессердечности ходят уже несколько столетий, но для Питера они были всего лишь легендами. А теперь это стало реальностью. Впервые за все эти года видеть Старка совсем не хотелось. Питер скучал, но до ужаса боялся возвращаться к их разговору, который они не закончили. Может, ему нужно было время убедиться, что это неправда, и только потом самому найти Тони, как-то доказать его неправоту и продолжить искать решение, как избавить его от проклятья. — Ты странный в последнее время, — своим низким и ровным голосом сказал Баки одним темным вечером. — Вроде ты говорил, что я странный даже в тот самый день, когда мы втроем решили пристроиться около моего костра в лесу, — усмехнулся Питер. Он так и не рассказал друзьям о том, что произошло, и о Старке. Парень убедился, что никто вокруг него не умирает, поэтому окончательно понял, что Тони либо ошибся, либо действительно хотел запугать его ради информации или помощи. — Да, но сейчас ты ведешь себя еще страннее, — Баки прищурился. — Уверен, что все хорошо? Белый Волк никогда не отличался способностью открыто выражать свои эмоции. Поэтому тот факт, что он сейчас напрямую спрашивает у Питера о его состоянии, о многом говорит. И это по-настоящему приятно. — Да, — твердо ответил Питер. — Да, все хорошо. Просто Джейн рожает через несколько дней. Я волнуюсь немного. А еще у нас так ничего и нет по Камню Реальности. Стрендж с нас кожу спустит, если мы еще несколько раз вернемся ни с чем. — Тут ты прав. Надо как-то задобрить этого деда. На это парень лишь рассмеялся, зная, что лучшим подарком для Стивена будет нахождение места, где хранится Камень Реальности. В момент, когда Баки хотел еще что-то сказать, в дом ворвалась Ванда. Ее руки тряслись, а выражение лица не предвещало ничего хорошего. — У Джейн начались схватки! Бежим к ним домой! — закричала она. — А чем мы там поможем? Только мешаться будем, — Баки нехотя поднялся с дивана. — Джейн вы и правда ничем не поможете. А вот у Тора там сейчас истерика случится. Боюсь, так и в обморок может упасть, если его за ручку не подержать. Чего встали?! — шикнула она на парней. — Ноги в руки и за мной.