Противоречие

Ванда несколько раз в спешке обернулась, пытаясь найти глазами Питера, который как-то неожиданно смог освободиться из своего кристального заточения, но вокруг никого не было. Она ощущала головокружение, но больше не слышала чужих голосов. Юноша все еще был на своем месте, «парил» с закрытыми глазами, будто застывший во времени. Ванда точно знала, что слышала знакомый высокий голос, слышала свое имя. Это заставило ее не побежать за остальными, а остаться на прежнем месте. Вдруг произойдет что-то еще. Ответом на мысленный вопрос была тишина и почти неуловимый белый шум, эхом отражавшийся в ее голове. Так прошло еще двадцать минут или около того. Девушка не считала. Оставалось лишь догадываться, что же это было такое, и смиренно уйти, оставив блудного друга одного в темноте. Ванда спускалась на второй снизу этаж собора каждый день, сидела и ждала, вот только сама не понимала чего. Ее глаза уставали от тусклого розоватого свечения, исходящего от сферы, но настолько отвыкали от солнца, что выходить после очередного визита к Питеру на улицу было невозможно. Чтобы не заскучать, приходилось считать капли, падающие где-то вдалеке, или слушать стук своей же ноги о пол. Девушка пыталась понять, как Питер, если тот голос ей не послышался, смог связаться с ней. Через ее способность к телепатии? Но почему он не сделает этого снова? Да и вообще, как ему удалось? Ее умение работает только в сторону других, но без таких же навыком вторгнуться в ее разум невозможно. Ванде нужны были ответы, как и ее друзьям, которые все эти полгода с ума сходили от незнания, где же сейчас Питер. Последние несколько лет порядком измотали их. На ожидание сил больше не осталось Вот только даже Стрендж не догадывался, как можно разбудить или хотя бы достучаться до Питера, поэтому оставалось лишь смириться с его комой и продолжать заниматься извечным делом — поиском камней. Через неделю после неожиданного появления юноши на руках их учителя магии с очередной разведки вернулись Тор и Баки с хорошими новостями — они нашли место нахождения Камня Пространства. — Питер вернулся?! — взволнованно воскликнул Баки и уже было хотел побежать к юноше, чтобы увидеть его, но Ванда мягко взяла его за руку. — Да, но он в коме, непростой коме. Мы со Стивеном не знаем, как его разбудить, — грустно произнесла она. — Где он сейчас? — спросил Баки у Стренджа. — Я поместил его в магическую сферу, которая будет поддерживать в нем жизнь до пробуждения. Пока мы не знаем причину комы, вряд ли сможем ему помочь, — маг обессиленно пожал плечами. — Можно его увидеть? — Конечно. Через пару минут все четверо наблюдали за застывшим Питером, который никак не отреагировал на появление друзей. За это время Тор не проронил ни слова. Он стал молчаливым и достаточно замкнутым человеком со смерти жены, которую любил больше жизни. Сейчас его любовь была направлена на дочь, но малышка так сильно напоминала ему Джейн, что иногда забота о ней становилась невыносимо тяжелой. В день похорон Тор тоже ни с кем не разговаривал, вот только остальные не подозревали, что это молчание настолько затянется. Дарси росла спокойным, даже порой слишком спокойным ребенком. Она чувствовала состояние своего отца, и ей не хватало матери. Тор хорошо справлялся, делал для своей малышки все что мог, но иногда воспоминания накатывали лавиной. Приходилось просить Ванду посидеть с названной племянницей, пока тот справлялся с эмоциями. Волнение за судьбу Питера тоже добавляло масла в огонь. Его хороший друг пропал без вести. Все это привело к тому, что Тор начал выпивать чуть больше, чем обычно, а потом еще и еще. За эти полгода мало что осталось от прежнего беззаботного добряка. Стоя прямо сейчас перед сферой, в которой находился Питер, Тор и правда не знал, что сказать. Он почесал затылок, пройдясь пальцами по сильно отросшим волосам, которые не давал почему-то стричь, оправдывая это тем, что Дарси любит с ними играться. На пару минут здоровяк даже отвлекся от уже ставшей привычной боли в спине из-за резко набранного веса. Ванда взглянула на своих друзей. В последнее время она сильно волновалась за них, иногда вспоминала давно забытую прошлую жизнь искателей сокровищ. Они были такими счастливыми, свободными, не думали наперед, наслаждались моментом и жили им. После исчезновения Питера девушка, к своему стыду, часто задумывалась о том, что бы было, если бы они не согласились на авантюру младшего друга и не стали бы учиться магии. Возможно, им было бы действительно проще жить, они втроем не знали бы о грядущем апокалипсисе, о реальной опасности Старка, а просто бы путешествовали, просто жили. Но тогда бы рядом не было бы Питера, не было бы Джейн, не было бы миссии, которая, что уж тут отрицать, нехило их иногда мотивировала. Но все равно Тор и Баки сдавали позиции, слишком устали за эти десять лет, иногда уходили в себя, не хотели вставать по утрам и собираться в очередной поход к Северному Хребту. Каждый из них троих ощущал давление из-за знания об опасности. Ванда боялась, что и сама вскоре сломается, но ее движущей силой теперь были не мечты о двух сыновьях, а о том, как она лично убьет Вижна. В голове до сих пор иногда роились мысли, навязанные им десять лет назад, снились кошмары, приходили пугающие видения. В тот самый день Андроид оставил в ее разуме собственный мерзкий отпечаток, от которого невозможно избавиться. — Его принес Тони, — неожиданно произнесла девушка, обращаясь к друзьям. — Тони? — переспросил Баки. — Наш учитель. Возможно, они с Питером встретились, и тот после случившегося помог ему добраться сюда. — Где они могли встретиться? — Баки вопросительно скрестил руки на груди. Тор все так же стоял столбом, глядя на Питера. — Не знаю. Я не могу выйти с ним на связь. Разум Питера заблокирован кем-то, а может им самим, — пояснила Ванда. — Им самим? — удивился Баки. — Разве он способен на такое? — Пит всегда был очень сильным. Видимо, он не хочет, чтобы мы знали о чем-то. — С таким положением дел мы его точно не разбудим. Да и сам он не проснется, если хочет что-то от нас скрыть, — предположил Барнс. На это Ванда лишь кивнула. Она тоже думала об этом. Такой исход пугал. — Пойдемте отсюда, — произнес Стрендж. Его уставший голос растворился в каменных стенах подвала собора. — Нам нужно обсудить то, что вы узнали о местоположении камня. Спорить никто не стал.

***

— Итак… — Стивен решил подтолкнуть других к разговору, присев на край своего стола и скрестив руки на груди. Остальные уселись на свои привычные места, взяли по кружке с чаем, вкус которого стал для всех уже родным, пробежались взглядом по сторонам и начали. — Камень хранится в пещере седьмой горы из всей цепочки хребта. Вот здесь, — ткнул Баки пальцем на карту. — Там наибольшее скопление ледяных пиков, а еще часто бывает солнце, из-за чего лед блестит. Стрендж сразу же сделал пометки в своих записях. — В нее легко войти? — спросил он следом. — Войти легко, а выйти трудно. Мы столкнулись с одним из местных жителей. Их там меньше десяти человек живет. Он сказал, что многие пытаются зайти внутрь, чтобы сразиться с ледяным великаном, который обитает там. Возвращаются единицы. — То есть хранитель Камня Пространства — ледяной великан? — спросил Стивен. — Очень странный выбор, ведь хранитель должен осознавать всю мощь камня, чтобы понимать, что именно он защищает. — Не спешите с выводами, — ухмыльнулся Баки. — Местный сказал, что этот великан очень хитер и умен. Может без всякой магии забираться в головы людей, используя лишь обычные слова и свои навыки подмечать детали. Он способен одолеть нас в обычном разговоре, даже не приступая к бою. А еще ходят слухи, что он может насылать видения. Верховный маг хмыкнул — слишком рано обрадовался. Снова придется несладко. — Не удалось найти никого, кто был у него в пещере и смог выбраться? — спросил он у Баки, ведь Тор все еще сидел с непроницаемым выражением лица, думая о чем-то своем. — Нет. Этот старик, живущий там, узнавал у выживших все, что мог. Ему самому интересно было. Но те лишь сообщали, что великан этот огромен, но и может уменьшаться до размеров обычного человека. Носит головной убор с двумя длинными рогами, покрывшимися льдом, а в руке у него посох с каким-то артефактом внутри. Это может быть камень. — Вот только неизвестно, как этот камень получить. Чем можно заинтересовать ледяного великана, чтобы он отдал камень сам, ведь, насколько я понял, сражаться с ним бесполезно. Ваши разумы и так ослабели за последние пару лет, нельзя давать ему повода проникнуть в вам в голову. Все на минуту задумались. Каждый размышлял о своем, глядя расфокусированным взглядом куда-то вдаль, и это точно не ограничивалось собором. — Можем мы обсудить стратегию через пару дней? — это были первые слова Тора за эту встречу. — Нам с Баки нужно отдохнуть, а еще я по дочке соскучился. — Конечно, — без промедлений ответил Стивен. — Ступайте. Жду вас после хорошего сна и отдыха. Многие могут подумать, что Стрендж — хладнокровный придурок, нацеленный только на результат и спасение мира. Тор часто ругался на этой почве с друзьями. Его никто за это не винил, но Ванда все же старалась доступно объяснить, что все они чем-то жертвуют в сложившейся ситуации. Стивен не подарок, но и строгим диктатором его нельзя было назвать. Верховный маг и сам видел, что ходит по грани. Один неверный шаг, и он потеряет доверие Тора, а затем и всех остальных, поэтому усмирил внутренний гонор и попытался стать мягче. Баки и Тор быстро ушли. В его кабинете осталась лишь Ванда. — Вы так и не смогли найти Камень Времени? — задала она волнующий их всех вопрос. — Нет. Питер никому не сказал, где его спрятал, не оставил ни записки, ни даже магического следа. Я не могу уловить ауру камня. — Возможно, это даже к лучшему, — девушка пожала плечами. — Старк точно его не найдет и местоположение узнать не сможет, пусть и залезет с помощью Вижна нам в головы. Если мы проиграем, и он завладеет камнями, хранящимися здесь, устроить конец света будет не в состоянии. Поэтому, может быть, пусть пока все остается как есть? Стрендж задумался. — Ты права. Так действительно будет лучше. Если Питер проснется, мы попросим и дальше держать местоположение Камня Времени в тайне. Старк не доберется до него никогда, — с металлом в голосе сказал Стивен. — Продолжай пытаться достучаться до Питера, пока вы втроем не уйдете к ледяному великану. Я займусь поисками Камня Души. У Ванды не было ничего, чему она могла бы возразить или что добавить. Разум парня все так же оставался для нее загадкой, больше похожей на баррикаду, которую невозможно сломать. Она постоянно размышляла о том, что же Питер посчитал нужным скрыть от них, но если тот голос в первый день не был плодом воображение, то он сам хочет с ней связаться. Те два дня, что Тор и Баки приходили в себя после похода, она разрывалась между ними и Питером. Ванда осознавала, что именно ее настойчивость, забота и оптимизм, у которого тоже есть пределы, держат их вместе, и она нужна друзьям именно сейчас. Во время отсутствия отца Дарси оставалась с няней, которую иногда подменяла Ванда, а иногда к ним на огонек заходил и сам Стрендж, показывал девочке «фокусы» и потихоньку наблюдал за развитием магии в маленьком тельце. Ее мать не умела колдовать, но вот от отца Дарси вполне могла унаследовать эту способность. Когда Ванда с Баки зашли за Тором, чтобы вместе направиться в собор, то нашли его с бутылкой какого-то поила на кухне. Ребенок лежал в своей кроватке и игрался с мягкой игрушкой, к счастью, не замечая отца в таком состоянии. Девушка закрыла дверь в детскую, чтобы их разборки не услышала Дарси. — Опять ты за свое? — шикнула она на Тора. — Когда ты уже возьмешь себя в руки? Ванда ужасно не любила быть резкой и грубой, ведь понимала, почему ее друг в таком состоянии, но метод пряника уже доказал свою несостоятельность в самом начале, поэтому оставалось использовать лишь кнут. — Вы… вы оба не понимаете, как мне плохо, — пробубнил здоровяк, даже не поднимая глаза на гостей. — Мы знаем, что ты потерял любовь всей жизни, что теперь должен растить ребенка в одиночку, параллельно спасая мир, но это не повод загонять себя в такое состояние. Все, о чем ты должен думать сейчас, это твоя дочь, ее жизнь и будущее, которых может не быть, если ты не соберешься. Хочешь, чтобы Старк лишил счастья и ее? Хочешь посодействовать ему в этом? Это был удар ниже пояса, но именно эти слова вывели Тора из алкогольного транса и заставили посмотреть на Ванду с непроницаемым лицом, внутри которой сейчас бушевал пожар, сочетающий в себе жалость к другу и одновременно злость на него. — Не смей так говорить! Она — все, что у меня осталось. Я бы никогда так не поступил. Баки терпеливо наблюдал за ситуацией со стороны, понимая, что ему не стоит вмешиваться в действия подруги. Он знал, что Тор не причинит Ванде вреда, но если вдруг здоровяк успел выпить слишком много и накинется на нее, то Белый Волк сразу же ринется к ним. — Тогда вытри сопли и прекрати пить, как скотина, каждый раз, как возвращаешься из походов. Думаешь, Джейн бы одобрила такое поведение? Для решения проблем и помощи у тебя есть мы, твои друзья. Мы всегда были и будем рядом. Это не могло не выбить весь воздух из легких Тора, который спрятал лицо в ладонях из-за боязни показать стекающую по сухой щеке слезу. Ванда поняла, что на этом ее речь можно закончить, взяла бутылку с алкоголем на горлышко и вылила остатки в раковину. — Ты права, простите меня, — у Ванды и Баки неожиданно защемило сердце от искренних извинений Тора, который неожиданно осознал, куда сам себя загнал. — Не нужно просить нас простить тебя, — ответила девушка. — Просто найди в себе силы двигаться дальше. Ради себя и ради Дарси, — Тор лишь кивнул. — А теперь приходи в себя, умойся и пошли. Стрендж нас ждет. Ванда знала, что сейчас не стоит давать другу время на то, чтобы побыть наедине с собой или собраться мыслями. Так он снова пуститься в рефлексию. Дождавшись няню для Дарси, они вышли из дома. Стивен уже ждал их и, поинтересовавшись, почему они пришли на полчаса позже назначенного времени, не получил ответа. Ванда и Баки не собирались сдавать друга, которые точно не хотел бы, чтоб об его слабости узнал еще кто-то. — Вам лучше всего отправиться к Северному Хребту послезавтра. Погода будет наиболее благоприятной. Вот только у меня нет ни одной догадки, как можно было бы добыть Камень Пространства. Возможно, этот великан сразиться с вами за камень, если вы сможете одержать победу в разговоре с ним. Или хотя бы ничью. Вот только сможете ли вы выиграть в поединке… — Нас будет больше, и нам не первый год приходится сражаться со всякой нечестью, — хмыкнул Баки. — Не стоит недооценивать хранителей камней. Их выбрали не просто так. Именно поэтому я не хотел сражаться с Древним. Ни я, ни вы бы его не победили в честном бою. Тут ситуация проще не будет. Единственное, что я могу предложить вам, это слушать каждое его слово и оттягивать момент начала сражения.

***

Ледяные пики привычно сияли на солнце. Воздух вокруг был настолько холодным и сухим, что вдыхать получалось через раз. Лишь Баки чувствовал себя более-менее сносно, ведь его природа помогала существовать в условиях сильного холода. Они добрались до нужной горы быстро — Тор хорошо запомнил дорогу и без проблем провел друзей внутрь. Ледяные туннели казались бесконечными, ведущими в никуда. На какое-то время они испугались, что потерялись, но неожиданный порыв ветра подсказал, что они уже близко к нужному им месту. Огромная ледяная пещера, которая располагалась скорее всего в сердце горы, поражала своими масштабами. Свет поступал сюда через мельчайшие отверстия в своде над ними, а еще от Камня Реальности, освещающий лицо ледяного великана, восседающего на не менее ледяном троне и держащего посох в правой руке. — Так-так-так… — его голос был тягучим и даже сладким, отражался от стен пещеры, оглушая, буквально давя на мозг. — Неужели еще одни смертные пришли, чтобы сразиться со мной? — Мы пришли не за этим, — Ванда вышла вперед, оставив друзей за своими плечами. — Странно, ведь вы трое сильнее тех глупцов, что приходили до вас, — великан ухмыльнулся. Его рога сверкнули на свету. — Тогда зачем же вы здесь? — Наш нужен Камень Реальности, — открыто заявила она, ведь скрыть этого факта смысла не было. — Я удивлен. Вы первый пришли ко мне с такой просьбой. Значит, ты и твои спутники необычные маги, раз вам известно о камнях и месте их нахождения. Если хотите камень, то сначала было бы неплохо объяснить мне причину. Вот только говорить будешь не ты, — великан указал на Ванду, а затем перевел палец на другого. — А он. Тор вздрогнул. В его голове сейчас был полнейший беспорядок. Как можно в таком состоянии убедить великана отдать им артефакт? Перед глазами мелькал Стрендж, твердящий, что необходимо обдумывать каждое слово. Тор тоже вышел вперед, встав рядом с Вандой, прочистил горло и начал: — Нам нужен камень, что остановить Старка, не дать ему завладеть им, чтобы он не уничтожил мир. — Да-да, это все понятно, но что насчет тебя. Зачем тебе камень? — великан ухмыльнулся и откинулся на своем троне, наслаждаясь растерянностью на лице Тора. — Чтобы спасти мир… — Боги! Когда уже люди перестанут прикрывать свои личные мотивы благом для всего человечества? Если бы дело было только в этом, тебя бы здесь сейчас не стоял. Так ведь? Искренне скажи, что я неправ, и я отдам тебе камень. Тор на секунду подумал, что мог бы призвать на помощь весь свой актерский талант, попробовать убедить великана, но потом осознал, что именно так и вогнал себя в яму полгода назад. Слова Ванды, сказанные тогда у него на кухне, эхом пронеслись где-то вдалеке. Великан незаметно для всех провел двумя пальцами по воздуху, наслав на человека, отвечающего перед ним морок. Тор испугался слишком реалистичных образов, которые приведениями скитались перед ним. Там была и Джейн с Дарси на руках. Это был удар под дых. Непрошеные слезы подступали, ощущался ком в горле. Он должен помнить, что его жены больше нет, это лишь иллюзия. — Мне нужен камень, чтобы защитить дочь и доказать своей покойной жене и самому себе, что я еще чего-то стою. Что я достоин, - ответил он немного дрожащим голосом. — Если бы тебе дали выбор: твоя дочь или весь остальной мир, твоих знакомых и друзей, что бы ты выбрал? — с предвкушением спросил великан. — Я не знаю… — обессилено ответил здоровяк. Образы вокруг стали сильнее. Он видел смерть близких, друзей, своей дочки и даже самого себя. Начав бесцельно оглядываться по сторонам, здоровяк не на шутку перепугал остальных. Он пытался дышать полной грудью, чувствовал чужое копошение в своей голове, но не такое аккуратное, как это иногда делала его подруга. — Тор, просто ответить ему, — прошептала Ванда. — Я не знаю! — его крик оказался слишком громким в этой пещере. — Если мне предстоит сделать выбор между вами или дочерью, я лучше умру сам! Мне нужен камень, чтобы защитить вас всех! Пожалуйста, хватит. Не надо больше мучить меня! В миг все образы испарились. Великан встал и вальяжно похлопал ему. Только сейчас друзья поняли, насколько его рост огромен. Однако уже через секунду он принял человеческий размер. — Что ж, ты не соврал, ведь и правда не сможешь сделать выбор: лишь сам помрешь, либо погибнут и твоя дочь, и друзья. Но сейчас мы не об этом, — великан потянулся к своему посоху, достав оттуда камень. — Я, Локи, вверяю этот артефакт тебе, Тор, маг грома. — Так просто? Почему? — удивились все. — Я знаю о Старке и о том, что он ищет камни. Если он заявится сюда со своими шавками, я вряд ли смогу одержать победу. Мне легче перекинуть эту не самую привлекательную участь на вас. Пусть так, но камень им добыть удалось.