Велесова книга

      Хильда не появляется давно, но про неё все очень громко молчат.       Папа из-за чего-то злится.       Иха почему-то томно вздыхает.       Ори никогда не помнит.       Ио переживает.       Фелис чему-то завидует.       Лоло многозначительно молчит.       Камилла расстраивается.       И всё же, о Хильде стараются не говорить.              – Бабушка, как сделать так, чтобы лес не уходил? – Мирабелла разливает заварку.       – Не знаю, но Хильда бы нашла ответ, – Альма сыпет сахарный песок по чашкам. – Возможно и нашла. Они о чём-то громко спорили с твоим отцом в день, когда ты выучила страницу. Она оставила для тебя послание на чердаке.       – Для меня? Тётя Хильда? Почему мне никто не сказал раньше?!       – Она сказала, что ты сможешь добраться только тогда, когда задашь вопросы, – церковная свеча моргает соглашаясь со словами бабки.       – На каком чердаке? На этом? Как его найти?       – Не знаю, в каком-то из домов. Иди на холод. Её пророчества всегда как могильные плиты.       Мирабелле не терпится, и она срывается с места. Бабушкин чердак она знает, как свои пять пальцев. Неужели там можно найти что-то новое? Пролезая по приставной лестнице в небольшое отверстие, она оглядывает вотчину всех детей семьи Мороков. Вот папин тайник между лагов, а рядом на ножке старого стула нацарапаны секреты юного Ио. В самой дали на девичьей половине под слуховым окном Хильдина карта мира. Мирабелла в который раз всматривается в крестики, перечёркивающие страны мира и не видит закономерности. Понятно, что Азия отметена вся, в Африке под вопросом север, в Европе под вопросом юг. От Северной Америки осталась Мексика, Южная Америка обведена вся. Именно оттуда веет холодом в протопленном доме, и Мирабелла срывает со стены карту.       Разочарование – такое чувство, которое настигает, когда слишком много надежд. Мирабелла в очередной раз стучит себя по голове. Под картой рисунки: деревья с котомками уходят куда-то, мальчик плачет у разбитого корыта, сияет книга.       – Тётя Хильда любила шутить? – спрашивает Мирабелла, вернувшись вниз.       – Могла, – соглашается Альма. – Но всегда со смыслом. Ничего не нашла?       – Глупости какие-то. Зато, одним чердаком меньше. Осталось два.       – Три.       – Да-да, бабушка, всего их три. Но твой я проверила.       Альма её не слушает, опять смотрит на занавески.              Когда Мирабелла возвращается в родной синий дом, папа уже проснулся. Он не такой, как обычно: не раздражённый, не мрачный, не душный. Отец целует Августине руки и заполошно шепчет какие-то нежности, а она тепло смеётся. Мирабелла очень хочет знать их историю, но папа и мама скрытны. Под мамин хитрый взгляд, дочь незаметно от отца проскальзывает к себе в комнату и только в безопасности под белой жестяной крышей понимает, что и второй чердак давно в её власти. Остаётся только дом Ио, но какую найти причину для проникновения?              Утром Тоша бегает по снегу верхом на волке и громко смеётся. Мирабелла просыпается от лая. Собаки всего посёлка сходят с ума. Да и волку неуютно, но Тоша пока слишком мала и капризна, чтобы вникать в чувства других. Внизу хлопочет Августина, помешивая кашу, Иха заносит дрова, чтобы подтопить остывшую за ночь печь. Мирабелла спускается в тот момент, когда Ори тихо передаёт маме приглашение на завтрак от дяди Ио. Августина знает всё, что будет после – папа заставит всех плотно позавтракать дома, настоит набросить самые небрежные выражения лиц и за весь завтрак у брата не притронется ни к чему. Ио же будет с высоты своего роста лениво рассматривать всех гостей и тянуть крепкий кофе. Такие завтраки никто не любил, но Мирабелла думает, что это отличный шанс напроситься на экскурсию по жёлтому дому, которую обожает устраивать Фелис.       Но...       Всё не задаётся с самого начала. Папа запрещает им идти к Ио на завтрак, Фелис грозится проклясть всю его ветвь Мороков, бабушка отказывается разговаривать, и Мирабелла чуть ли не плачет. Иха приносит её горячий шоколад.       – Ну, и семейка у нас, – говорит он с презрением.       – Нормальная, – хлюпает носом сестра. – Просто… Просто…       – Ненормальная… Что тебе сказала бабка?       И Мирабелла пересказывает всё. Иха слушает всегда внимательно. Он вообще очень чуткий, её старший брат, пусть и медведь в душе.       – У дяди Ио ты ничего не найдёшь, – пожевав нижнюю губу, решает брат. – Когда папа с Хильдой ругались, у дяди Ио ещё второго этажа даже не было, только коробка с крышей.       – И что мне делать?       – Идти домой к Хильде.       – У тёти Хильды нет своего дома.       – Очень даже есть! – Мирабелла первый раз слышит, как брат кричит. – Есть… Ей его строил дядя Ио. Я знаю, меня пустили только раз…       – Иха… Милый… что же не так с тётей Хильдой?       – Всё так, – шепчет отчаянно Иха. – Она не такая, как наша сумасшедшая семейка. Хильда смешная, красивая и такая загадочная...       Мирабелла спрашивает Ори про Хильду, и он первый раз в жизни боится. Она прощупывает почву с Лоло, и тот ищет Библию. Ей страшно подходить к Фелис, и она просто бормочет разные вопросы на веранде жёлтого дома, пытаясь подобрать верный.       – Мира, дорогая, ты же знаешь, мы стараемся не говорить о Хильде, – застаёт её врасплох дядя Ио.       – Да… Но почему? – вжимает голову в плечи племянница.       – Да всё из-за свадьбы…       – Она испортила вам свадьбу?       – Нет, – хихикает Фелис. – Нашу свадьбу она испортила для твоего отца. Он был мрачнее тучи ещё месяц. Она в тот день супругам предсказала, что дети все из леса возвратятся к нам с дарами, а вот ему такого напророчить не смогла. А может и не захотела.       – Мне бабушка сказала, что Хильда для меня на чердаке своём оставила послание. Как мне его найти?       У Ио странный взгляд. Он будто расцветает. Снег кружится вокруг, на небе солнце тучи пробивает.       – Раз мама говорит… Сходи на тот конец, – мечтательно он говорит. – Сквозь лес попасть к ней сложно. Возможно, ты найдешь ответы, как я не смог.       – На тот конце чего?       – Сестра так говорила: “Река, что наши земли разделяет, течёт по прошлому, по будущему и сейчас. Бегущая вода для магии преграда. Она же жизнь. Она же смерть. Её река.” У Хильды дом на нашем берегу реки. Я лично нанимал людей и переправу делал с берега на берег со стороны Калуги. Попасть к ней через лес способна только мама.       – И как его узнать?       Фелис завистливо дополняет слова мужа:       – Он там такой один. «Висит» над берегом. Брус шесть на шесть, прямая крыша, открытая терраса, увитая плющом и печь негаснущая. Вечно дым идёт. Он там такой один. Красивый… Лучше, чем у всех.              – Она пойдёт сквозь лес, – Лоло отложит книгу, как только Мирабелла побредёт домой.       – Она там сгинет, – шепчет в ужасе Фелис.       – Она пойдёт сквозь лес, так надо, – вторит Ио и про себя бормочет строчку книги про ручей, что вниз всегда течёт по дну оврагов до реки.