Ширма

Сообщение, присланное незнакомцем, словно обладало какой-то магией, которая заставляла Изуми перечитывать это послание раз за разом. Возможно, она пыталась читать между строк, пробираясь, тем самым, к глубинам личности собеседника. Приоткрыв немного окно, чтобы запустить в комнату свежий воздух, девушка устроилась на широком подоконнике. Это место всегда было завалено игрушками, книгами или различными свечками. Изуми старалась сидеть так, чтобы случайно ничего не задеть своими подчас неосторожными движениями. Собравшись с мыслями, она начала набирать ответное сообщение: «Значит, ты гедонист?» Изуми, привыкшая делить людей на категории, и сейчас пыталась определить, в какую из них попадёт неизвестный. Нет, она, скорее, любила типизировать людей, чтобы лучше понимать, как с ними вести диалог. Саму себя она тоже уже давно определила в разные категории. В делах философии и смысла жизни она отдавала предпочтение эвдемонизму, считая, что главная цель — стремиться к счастью, находясь в гармонии с миром. Это не эгоистическое желание получать лишь удовольствие, считала Изуми. Аскетический образ жизни тоже был ей чужд, ведь самоограничение, по её мнению, бессмысленно, когда мир полон удивительных вещей. Телефон, завибрировавший в руках, прервал мысленную полемику девушки с самой собой: «Да кто знает, кто я. Просто пытаюсь отгонять скуку. Иногда прибегая не к самым приятным методам». Девушка усмехнулась. Осторожно спрыгнув с подоконника и при этом не отрывая глаз от небольшого экрана телефона, Изуми подошла к кровати. Она завалилась на неё спиной, утопая в мягком матрасе. Удобно устроившись, тут же отправила следующее сообщение: «И что же это за методы? Можешь рассказать, всё равно мы никогда не встретимся». Изуми уже даже не откладывала мобильный в сторону — собеседник не тянул резину, практически сразу отвечая на сообщения. Ей же всё-таки иногда нужно было время. Нежелание показаться глупой заставляло её тщательно размышлять, чтобы не наговорить чего странного. «Если думаешь о наркотиках, то нет. Это способ развлечься нужен тем, кто не умеет подчинять себе жизнь». Каждое сообщение этого человека вызывало у девушки противоречивые, но вполне положительные эмоции. Она не знала, кто прячется за экраном, но уже была изрядно заинтересована. Возможно, думала Изуми, он просто примерил на себя удачный образ «не такого, как все», того, кто смотрит на всех свысока, осуждает чужие пороки, забывая при этом про свои. Но это было лишь мимолётное предположение, которое, тем не менее, имело место быть. «Почему тебе так интересна моя личность?» — ещё одно сообщение, пришедшее следом. Раздумывая, Изуми прикусила зубами ноготь большого пальца. Довольно сильно, из-за чего он сломался, издавая неприятный звук. «Может, я просто люблю людей. Или пытаюсь составить твой личностный портрет. Психология — классная вещь. Хоть каждого на травмы разбирай». Подождав минуту, она отправила ещё одно сообщение: «Мне нужно закончить дела. Потом поговорим». Отложив телефон в сторону, девушка приподнялась на локтях. Помогая себе ими, она приняла сидячее положение. Нежелание заниматься математикой полностью охватило её затуманенный сейчас разум, однако чувство ответственности было куда сильнее. Собравшись с силами, она нехотя подошла к сумке, доставая всё необходимое — тетрадки, папки, учебники. Интересные незнакомцы могут подождать, думала Изуми, ведь домашняя работа всегда выполняется строго по расписанию. И это непоколебимое правило, нарушение которого допускается лишь в редких случаях. Два часа утомительного процесса заставили глаза Изуми слипаться от усталости. Девушкой управляло желание поскорее уложиться в постель, размышляя о чём-то своём. Веки в мгновение потяжелели, словно на них навесили гири, как минимум, пятикилограммовые — глазам нужен был хороший отдых. Изуми попробовала поводить ими из стороны в сторону, делая зарядку, но это особо не помогало. Тогда она подошла к окну и открыла его ещё шире. Подставив своё лицо улице, Изуми ожидала почувствовать ветер, но сейчас даже листья на деревьях безмятежно свисали с таких же спокойных веток. Выругавшись, она решила попробовать самое верное средство — умыться. Прохладная вода хорошо освежала, хотя бы немного позволяя отогнать чувство усталости. Довольная результатом, Изуми сразу же решила пойти в свою комнату. Но, немного задержавшись рядом с дверью, она прислушалась. В доме стояла пугающая тишина — такая, словно уши заложило. Тогда она решила немного пройтись из комнаты в комнату, чтобы убедиться, что родителей ещё нет дома. Папа, очевидно, был на работе, как и всегда, а мама задержалась в гостях у своих подруг. Пожав плечами, девушка захватила с кухни плитку молочного шоколада и вернулась в свою спальню. Окончательно отогнав желание лечь спать, она решила посвятить вечер чтению. Выбор книги был труден. Ей хотелось чего-то лёгкого, несерьёзного, но при этом и интригующего. Возможно, какой-нибудь английский роман. Или, не взирая на все свои предрассудки, почитать, наконец, произведения японских авторов. Немного подумав, Изуми настроилась выбрать что-нибудь из отцовской библиотеки, в которой можно было найти произведение на любой вкус. Она неспешно переводила взгляд от одной книги к другой. Осторожно касалась их, словно пытаясь почувствовать какую-то энергию, видимую только ей. Девушка водила указательным пальцем по корешкам, тщательно вглядываясь в названия. В глаза бросилась книга под названием «Золотой храм». Можно было сказать с уверенностью — это произведение знакомо чуть ли не каждому японцу. Девушка многое знала об этом романе. Например то, что он был основан на реальных событиях, что ещё больше будоражило умы людей, оставляя на их сознании неизгладимое впечатление. По крайней мере, так рассказывали знакомые. Поэтому Изуми, осторожно вытащив книгу, пробежалась по ней глазами. Страниц было немного, на что девушка сразу обратила внимание. Она и не надеялась, что ей понравится, но решила попытать удачу. И её негативные ожидания не оправдались. Книга смогла захватить девушку с головой. Плавное спокойное повествование заставляло перевернуть ещё одну страницу, чтобы продолжить наслаждаться слогом автора. При этом вполне жизнеутверждающий сюжет не тонул в изящных описаниях. Напротив, они дополняли его, словно заставляя прочувствовать всё на себе. Увлёкшись процессом, Изуми не заметила, как часы начали показывать ровно четыре утра. Судорожно убрав книгу на стол, она приготовилась ко сну. Отложенная на время усталость вновь вернулась. Девушка тут же уснула, осознавая, что через несколько часов надо будет вставать на занятия. «Не проспала и даже выспалась» — первая мысль, которая посетила голову Изуми на утро. Быстро закончив все свои приготовления, она побежала в школу, даже не проверяя телефон. Впрочем, девушка успела сделать это перед началом урока. Открыв сообщения, она увидела, что её таинственный собеседник ответил ей ещё вчерашним вечером: «Хм, даже интересно, что бы ты сказала о моей личности. Но учти, я могу с тобой не согласиться». Прикусив губу в задумчивости, Изуми начала набирать ответное сообщение. Пробежавшись по тексту глазами, она быстро отправила его, чтобы не заставлять собеседника ждать ещё дольше: «Пока слишком мало информации, чтобы делать выводы. Но, если так хочется узнать, тебе предстоит потерпеть меня какое-то время. Хотя по СМС я почти безобидна». Отправив сообщение, Изуми уложила свою голову на парту, на всякий случай сжимая в руке телефон. Жалких трёх часов на сон оказалось недостаточно, что было вполне логично. Казалось, девушка так и уснёт, однако подошедшие Кейске и Чифую вывели её из полудрёмы. — Просыпайся, скоро уроки начнутся, — Баджи потрепал волосы подруги, заставляя её приподнять голову. — Доброе утро, — она оглядела парней, вновь опуская лицо в парту. Баджи, тяжело вздохнув, сел позади девушки. Чифую же не спешил возвращаться в свой кабинет — он сел за пока что свободную парту справа и посмотрел на Изуми. — Ну и как там твой незнакомец из СМС? С усилием повернув голову к Мацуно, девушка коварно улыбнулась. — Он очень странный, весь из себя загадка. По крайней мере, я сразу поняла, что это парень. Но ни имени, ни возраста он не сказал, да и я стараюсь ничего не палить про себя. Чифую, молча встав со стула, подошёл к парте Изуми. Достав из-под её руки телефон, он сразу же открыл сообщения. Девушка не сопротивлялась — то ли сил не хватало на споры, то ли она не видела в переписке чего-то такого, что нельзя было видеть парню. — Интересные темы обсуждаете… — заключил Чифую, прочитав весь диалог. — О, он тебе написал! Девушка тут же вскочила со стула, выхватывая свой телефон. Она с довольной улыбкой на лице уставилась в экран: «Ну, считай, что я готов терпеть тебя. Я привык вывозить трудных людей». Изуми хихикнула, перечитывая сообщение. Она, особо не задумываясь, отправила ответное: «Посмотрим ещё, кто здесь трудный!» Девушка, будто ничего и не было, спокойно уселась за парту, бросая на Чифую свой особый загадочный взгляд. Тот же непонимающе сощурил глаза и, пожав плечами, вышел из класса. Вот-вот должен начаться урок. Весь день Изуми была будто на иголках — она с нетерпением ждала литературу, чтобы узнать свой результат за сочинение. Ей было, скорее, страшно. Школьница предполагала, что вновь будет выслушивать претензии к своим аргументам, а, значит, можно и не рассчитывать на высокий балл. Впрочем, ей не привыкать к этому, но менять свою позицию совершенно не хотелось. Учитель медленно раздавал работы. Лица учеников искажались в разных эмоциях — кто-то радостно улыбался, пока другие недовольно кривили рты. Изуми же казалось, что стены кабинета начали сжиматься, а воздух резко стал спёртым. Интенсивно стуча ручкой по парте, она внимательно следила за передвижениями преподавателя. Он был слишком медленным, словно оттягивал момент казни Изуми. Её дыхание было сбивчивым. Вероятно, всему виной было сердце, готовое в любой момент разорвать грудную клетку. Но вот учитель подошёл к её парте, осторожно положил перед ней исписанные листы. Казалось, на его лице на секунду промелькнула тень улыбки. Девушка почувствовала резкий холод, пробежавшийся по телу. Руки дрожали, пока переворачивали страницы. Её взгляд упал на число, красовавшееся в самом низу: 92 балла из 100. От удивления глаза Изуми широко раскрылись. Голова закружилась, а всё вокруг стало размытым. Всё, кроме красных чернил, так небрежно украшавших сочинение. Нерешительно подняв глаза на преподавателя, Изуми увидела, что он тоже смотрит на неё своими всегда спокойными глазами. Сейчас в его взгляде можно было увидеть что-то тёплое, словно он, не произнося ни слова, хвалил её. Легонько кивнув ученице, учитель вернулся за свой стол. Она же вновь посмотрела на результат своей работы. Прийти в себя было трудно, но Изуми, трижды ущипнув свою руку, убедилась в реальности происходящего. После этого она вспомнила и про Кейске, который тихо сидел позади неё. Обернувшись к парню, ей показалось, что его лицо чуть ли не посерело — он явно был недоволен. Не баллами, которые выставил учитель, а собой. — Баджи… — девушка шёпотом позвала друга, — сколько баллов у тебя? Парень, подняв голову на девушку, молча придвинул ей свою работу. Она взяла её и повернулась обратно к своей парте, чтобы спокойно прочитать. В глаза тут же бросились нелепые ошибки, допущенные, вероятно, из-за невнимательности. Не говоря уже о сплошной воде, которой был наполнен текст. Перевернув лист, Изуми ужаснулась. Могло бы быть и хуже, но хуже, казалось, просто некуда — он не сдал, набрав лишь 29 баллов. Вновь обернувшись к Баджи, она вернула ему листы и накрыла своей ладонью его руку. Слегка сжав его пальцы, девушка улыбнулась, пытаясь подбодрить друга. — Ничего, будет шанс исправить. Главное постараться. Мы поможем тебе. — Ты права, Одзаки, — Кейске широко улыбнулся, бросая взгляд на свою неудачную работу. Прекрасное чувство эйфории от собственного успеха быстро сменилось скукой из-за затянувшегося урока. Всё оставшееся время Изуми то и дело засматривалась в окно. На чистом и безмятежном небе, которое радовало с утра, появились тяжёлые тучи, заполонившие всё некогда голубое полотно. Солнце скрылось за этой мрачной завесой, и ни один его лучик больше не достигал земли. Казалось, что вот-вот прогремит гром — настолько небо было тревожным. Такая погода почему-то всегда располагает ко сну. Появляется непреодолимое желание укутаться в плед, наслаждаясь тем, как шумные капли без остановки ударяются о крышу. И всё же сверкнула молния. Яркая, резкая, пугающая и будто разделяющая небосвод на осколки. Изуми от неожиданности дёрнулась, возвращаясь из своих мыслей к реальности. Похлопав несколько раз глазами, она уткнулась в тетрадь. Но это уже было не нужно — учитель, встав из-за стола, завершил урок. — Одзаки, ты тоже зонт не взяла? — Кейске, закидывая свою сумку на плечо, обратился к девушке. Изуми сморщила нос, вновь поглядывая в сторону окна. Можно было заметить, как с неба начали падать крупные дождевые капли, всё усиливаясь и усиливаясь. — Не взяла. Прогноз погоды упустила! — Вот и я. Они вышли из кабинета в надежде, что зонт есть хотя бы у Чифую. Но, увидев его недовольное лицо, ребята всё сразу поняли. — И у вас зонта нет, — заключил Мацуно, осматривая друзей. — Мне всё равно надо в клуб рисования зайти. Надеюсь, к этому времени дождь закончится. Изуми, подойдя поближе к окну, охнула от неожиданности — внутренний двор школы, казалось, вот-вот начнёт утопать в лужах, которые появлялись буквально на глазах. У этого, конечно, было и своё преимущество — разгорячённая палящим без остановки солнцем земля сможет, наконец, немного освежиться. — Ты с этого кружка своего вечно поздно возвращаешься, — Баджи, подойдя к девушке, легонько пнул её локтем, — неадекватов по ночам полно. — Кстати об этом… — Изуми прикусила язык, раздумывая, стоит ли ей рассказывать о своей неприятной стычке, — когда я шла вчера домой, ко мне пристали ребята в белой форме. Кажется, «Мёбиусы». Злые ужасно были. Еле оторвалась. Изуми не отважилась поднимать на Кейске глаза, догадываясь, что сейчас его лицо выражает убийственую злость. К тому же и Чифую, услышавший разговор, решил вмешаться: — Чего? И как ты спаслась? Сколько их было? — Ну, трое. У меня баллончик перцовый был, он здорово помог! — девушка выдавила из себя подобие улыбки, по-прежнему не решаясь смотреть на Баджи. Но он молчать явно не собирался. — Ты мне их покажешь, и я их убью. Усекла? Изуми быстро похлопала глазами, медленно переводя взгляд со своих напряжённых рук на друга. — Баджи, всё хорошо! Я не договорила… Мне ещё помог один человек. Имя точно не помню, но фамилия, вроде, Ханма. Он их хорошенько напугал! — она широко улыбнулась, пытаясь отогнать неоправданную, по её мнению, злость Кейске. — А, этот… Так он урод же. Тип неприятный, просто поверь на слово. Избегай его. А лучше посылай куда подальше, — Чифую, оперевшись спиной о стену, странно покосился на девушку. Баджи же молча уставился в окно. — Хорошо, раз ты так говоришь… Я и не собиралась связываться со всей этой бандитской ересью, — она тоже устремила свой взгляд на улицу. — Вот именно, — лицо Кейске заметно нахмурилось, — тебе это не нужно. Разговор совершенно не клеился. Баджи, сжав руки в кулаки, упёр их в подоконник. Парень исподлобья смотрел на то, как от дождя образовываются новые лужи. Его и без того суровый взгляд становился тяжелее из-за напряжённых бровей. Изуми бегло смотрела на него, пытаясь оценить обстановку и жалея, что вообще начала разговор. Он просто слишком переживал, но никогда бы не сказал об этом прямо. Чифую неловко переминался с ноги на ногу, не решаясь нарушить мучительную тишину. В конечном счёте, он всё же предложил другу пойти домой, пусть и под проливным дождём. Девушка переживала за них. В такую погоду нетрудно заболеть, стоит только намочить ноги. Ребята, конечно же, решили, что им по плечу даже ливень, а Изуми оставалось только смириться — не держать же их насильно в школе. Посмотрев на время, девушка медленно поплелась в художественный класс, находившийся в другом конце здания. Это помещение всегда ощущалось иначе. Оно было наполнено необычайной свободой, которая, по всей видимости, исходила от рук людей, творивших здесь своё искусство. Небольшая комнатка, забитая изрисованными холстами, и сейчас была глотком свежего воздуха в этот мрачный день. Только перешагнув порог, Изуми сразу же улыбнулась. Старательные ученицы занимались своими работами, изредка нарушая тишину, чтобы спросить у кого-то совет. Девушка решила вернуться к своей старой работе, которая всё никак не могла завершиться, рискуя остаться лишь наброском. Это был портрет. Но не какого-то существующего человека, а образа из головы Изуми — девочка с глазами-лазуритами, заострённым носом и белоснежной кожей. Её лицо умиротворённое, а сама она словно стекает по стулу, на котором сидит. Живая кукла — такой она была в глазах юной художницы. Но Изуми страдала над этой картиной, каждый раз откладывая её в долгий ящик. То ли дело было в излишней придирчивости, то ли в каком-то внутреннем барьере, который мешал изобразить девочку такой, какой она засела в разуме. Часы всё сменялись, а кабинет постепенно начал пустеть. И без того тёмное из-за мрачных туч небо теперь и вовсе погрузилось в объятия тьмы. Изуми задержалась в школе, сама того не замечая. Девочка с портрета смотрела своими синими и словно мёртвыми глазами в почти чёрные глаза Изуми. Картина по-прежнему была не полной. Ей не доставало лёгкости и ключевых деталей, наличие которых изменило бы портрет, делая его живым. Но дописывать его сейчас уже не получалось — от долгого рисования руки девушки начали дрожать, а глаза перестали фокусироваться. Изуми, собрав все свои вещи, побрела по тёмным коридорам к выходу. Настойчивые капли дождя продолжали падать на землю. Девушка на секунду остановилась, не решаясь сделать шаг под этот водопад. Она знала, что нельзя медлить, иначе и вовсе не сможет сдвинуться с места. Зачем-то глубоко вдохнув, Изуми побежала по двору школы, шлёпая по глубоким лужам. Прохладная вода неприятно попадала на ноги, заставляя ещё больше дрожать от холода. Но была ещё одна неприятная деталь — дождевые потоки портили причёску. Девушка уже успела пожалеть, что утром выпрямила свои непослушные кудри. Пробежка в такую погоду оказалась гораздо труднее — Изуми была нужна передышка. Увидев продуктовый магазин, она молниеносно забежала туда, лишь бы скрыться от дождя. С её одежды потоками стекала вода. Было неприятно оставлять мокрые следы, но все собравшиеся здесь посетители тоже создавали грязь своей обувью. От этого Изуми стало немного спокойнее, а потому она решила пройтись по помещению, высматривая что-нибудь вкусное. Остановившись возле отдела с водой и соками, её взгляд зацепился за панорамное окно. Вернее, за то, кого она видела в нём. Этого парня по фамилии Ханма было трудно не узнать, хоть и сейчас его укладка тоже была неприятно испорчена. Он беспечно стоял под дождём в компании друга пониже. Парень, словно почувствовав на себе чей-то взгляд, повернулся в сторону Изуми. Она же, желая остаться всё-таки незамеченной, решила отойти от окна. Развернувшись к кассам, она заметила огромный стенд с сигаретами. Разноцветные пачки не были манящими, но вытаскивали из памяти девушки воспоминания былых дней, когда она баловалась этим легальным, пусть и не для неё, наркотиком. Но это больше не интересовало Изуми. По крайней мере, она так думала. Девушка вновь решила пройтись по магазину, заглядывая чуть ли не на каждую полку. Вернувшись к началу, она краем глаза заметила на входе того самого парня. Изуми решила прислушаться к словам Чифую и не сталкиваться с ним, ведь друг, вероятно, знает о нём значительно больше. Медленно развернувшись, она вернулась к отделу воды и соков. Присев на корточки, Изуми начала рассматривать товар, каждый из которых привлекал не только своей яркой этикеткой, но и ценой. Однако чужая тень, резко перекрывшая свет, испортила план. Девушка интуитивно подняла голову, сталкиваясь взглядом с глазами уже знакомого человека. Она вскинула правую бровь, словно спрашивая, почему он тут стоит. Ответа не последовало. Приподнявшись, Изуми отошла на два шага в сторону, чтобы внимательнее рассмотреть парня. — Всё думал, лицо знакомое или нет. Только по прядям синим узнал. Хотя, бля, вас таких много ходит, — Ханма, взяв первую попавшуюся бутылку воды, посмотрел на девушку. — Вот как, — немногословно заключила она, обнимая себя руками, лишь бы согреться в этом холодном магазине. — Волосы дерьмово выглядят. Дождь причёску подпортил? — парень настойчиво продолжал разговор, вертя бутылку воды в руке. Изуми недовольно покосилась на него. Разговаривать с ним не хотелось, но и молча выслушивать хамство было неправильно. — Не хуже твоей испорченной укладки. Хотя она у тебя, вроде, и без дождя убогая. Парень задорно рассмеялся, смахивая мокрые волосы со лба. Девушка же, взяв вишнёвый сок, молча направилась на кассу. Она быстро оплатила свой заказ, пряча его в промокшей школьной сумке. Стремительным шагом Изуми пошла к выходу, лишь бы больше не сталкиваться с этим грубым наглецом. Постояв несколько минут под узким козырьком магазина, девушка всё же решила вернуться под небесный душ. Но знакомый настойчивый голос опять застал её врасплох. — Эй! Ты ведь куришь? Изуми, закатив глаза, обернулась на парня. — С чего ты взял? — она сложила руки на груди, сощурив глаза от падающих на лицо капель. — Ты на стенд засматривалась, — он ехидно усмехнулся, зачем-то похлопывая себя по карману, в котором, вероятно, лежала пачка сигарет. — И как ты… Хотя не важно. Я иду домой. Отвали, — она только собиралась развернуться, но, застыв, посмотрела на парня уже не так грубо: — И ещё раз спасибо за вчерашнее. Хотя вообще-то я бы и так ушла, если бы в тебя не врезалась. Пофиг. Спасибо. — Не парься, крошка, — на лице Шуджи появилась лёгкая ухмылка. — Не называй меня так. И всё, не приставай ко мне. — Не думаешь же, что я решил подкатить? — парень тут же рассмеялся, подходя к девушке чуть ближе. Он устремил свой взгляд на неё, словно пытаясь переиграть ту в гляделки. Она в мгновение почувствовала себя вулканом, который готов вот-вот извергнуться. От злости она даже забыла про дождь, который уже давно заставил её насквозь промокнуть — вплоть до нижнего белья. Однако девушка не могла найти подходящих слов, чтобы ответить этому наглецу. Бросив на него взгляд, полный неприязни, она развернулась и уже уверенно направилась к дому, при этом часто оглядываясь — чтобы никто точно не решился идти за ней. Только будучи дома она смогла спокойно выдохнуть. Скинув с себя мокрую ветровку и обувь, девушка оглядела себя в зеркале. Её мама по всей видимости услышала шум, который создала Изуми своим возвращением домой. — Ужас, ты же вся промокла! — Морико подошла к дочери, осматривая её одежду и волосы, с которых по-прежнему стекала вода. — Точно заболеешь… — Надеюсь, что нет, — улыбнулась девушка, смахивая с лица надоедливые капли. — Иди в душ, я тебе принесу сухую одежду. Приятная горячая ванна успокаивала расшалившиеся нервы Изуми. Тепло приятно окутывало всё тело, согревая после холодного дождевого душа. Казалось, что под давлением жара из разума испарились все грузные мысли, накопившиеся за день. Пролежав так минут сорок, довольная Изуми поплелась в свою комнату. Но всё-таки мама была права — её самочувствие стало заметно хуже. В ногах появилась небывалая тяжесть, тело дрожало, а сознание мутнело. Спустя ещё несколько часов даже градусник подтвердил слова Морико — температура тела стремительно поднималась. — Ну не могла я так быстро заболеть! — завопила Изуми, усаживаясь на кровать. — Ничего, если будешь пить лекарства, всё быстро пройдёт, — женщина, присев рядом с дочерью, попыталась её подбодрить. Но утром девушке стало только хуже. Всё её тело дрожало от озноба, хотя Изуми спряталась под несколькими тёплыми одеялами, одно из которых заботливо принесла мама. Безостановочные потоки из носа мешали дышать, заставляя девушку принимать сидячее положение. В таком состоянии ни о какой школе речи и не могло быть, и Изуми это понимала. Бросив взгляд на часы, она прикинула, что уже должен был закончиться третий урок. Поэтому, взяв телефон, девушка решила написать Кейске, чтобы рассказать ему о том, как ей плохо. Отправив другу чуть ли не целый роман с детальным описанием своего состояния, она проверила сообщения и от своего анонимного собеседника. Оказывается, он написал ей ещё вчера вечером. Изуми только хотела набрать ответ, как ей позвонил Кейске. — Баджи, ты как всегда звонишь вместо того, чтобы кинуть смску, — девушка посмеялась, но вместо смеха получился лишь прерывистый хрип. — А ещё нам с Чифую что-то говорила! Сама вон заболела, дурёха, — в голосе парня звучали какие-то грустные нотки. — Кто же знал, что у меня такой слабый иммунитет? — Изуми, почувствовав, что из носа снова льёт, судорожно потянулась к салфеткам. — Сегодня после школы зайду к тебе. Чё купить? Девушка, услышав это, тут же обрадовалась: — На твой вкус! Главное, просто приходи. — Хорошо. Только попробуй коньки отбросить, не дождавшись меня! — Не хорони меня раньше времени, — Изуми рассмеялась и на этот раз чисто и заливисто. После разговора по телефону девушка с трудом заставила себя встать, чтобы умыться и привести себя в более человеческий вид. Кейске хоть и был ей близок, но даже ему она не позволила бы увидеть себя с нечищенными зубами или неумытыми глазами. Сделав эти минимальные действия, Изуми вернулась в комнату, вновь заваливаясь на постель. Только она хотела взять телефон, как поняла, что не может его найти. Пройдясь руками по кровати, она обнаружила своё устройство под толстым слоем из одеял. Облегчённо выдохнув, она, наконец, смогла прочитать заветное сообщение. «Как денёк прошёл?» Самый обычный и, казалось бы, неприметный вопрос пробудил в солнечном сплетении девушки странное необъятное тепло. Наверное, ей было приятно, что чужой человек интересуется ею. «Я заболела после вчерашнего дня. Так что неприятно. А у тебя?» Собеседник ответил так быстро, будто ждал её сообщения: «Ха, я тоже заболел. Горло болит, хоть вырывай его». Изуми пусть и сочувствовала ему, но в глубине души радовалось, что неприятные боли в горле пока что обошли её стороной. Однако уже были и первые признаки начинающегося кашля, так что, вероятно, и горло вот-вот начнёт саднить. «Ужасно! Надеюсь, ты лечишься», — ответила она ему. Девушка посидела над открытыми сообщениями несколько минут, перечитывая всю переписку. Она думала, что её собеседник опять ответит сразу, но теперь, по всей видимости, он куда-то отошёл. Отложив телефон в сторону, Изуми решила прилечь. Сил ни на что не было — ей хотелось дочитать книгу, но и она бы сейчас не смогла достучаться до больного сознания девушки. Заснуть тоже не получалось. Изуми безостановочно ворочалась на кровати, скидывала с себя громоздкие одеяла, а затем, чувствовав озноб, накидывала их обратно. Ей оставалось только пялиться в потолок, лишь бы не нарушать постельный режим. Девушка уже начала вновь засыпать, как звук пришедшего сообщения разбудил её. Это был Баджи, который решил заранее предупредить, что вот-вот подойдёт к дому подруги. От радости вся сонливость Изуми тут же испарилась. Она накинула на себя одно из одеял и, несмотря на боль в мышцах, помчалась к двери. Долгожданный звонок был самой приятной мелодией для ушей девушки — так сильно она ждала, когда друг навестит её. Но, открыв дверь, Изуми удивлённо вскинула брови — Кейске был не один. — Одзаки, уж прости, что не предупредил, — начал Баджи, пожимая плечами, — случайно пересеклись, вот Майки и решил тоже зайти. За компанию. Девушка медленно переводила взгляд с одного парня на другого. Конечно, она слышала о Майки, но знала в целом лишь его имя и то, что именно он управляет «Свастонами». — Д-добрый день! — Изуми поспешила поправить спадавшее с плеч одеяло, — меня зовут Изуми Одзаки! Приятно познакомиться! — Эй, ты чё как солдатик стоишь? — Кейске, не спрашивая разрешения, тут же вошёл в дом. А Майки остался стоять, будто дожидаясь приглашения девушки. — Меня, наверное, ты уже знаешь, — он широко улыбнулся, разглядывая Изуми. — Прошу, проходи, — девушка неловко отошла в сторону. Её щёки в ту же секунду начали предательски гореть. Можно было списать это на вновь поднимающуюся температуру, но, вероятно, дело всё же было в другом. Кейске буквально впихнул в руки Изуми целый пакет всего, что он накупил в магазине. Девушка, быстренько посмотрев, что же захватил ей друг, довольно улыбнулась — сладости, шоколадки, апельсины и, конечно же, острая лапша. Всё в лучших традициях самого Баджи Кейске. — Спасибо! Ты самый лучший друг! — отложив пакет в сторону, девушка подошла к парню. — Я бы тебя обняла, но не хочу заражать. — Дурёха что ли? Меня ни одна простуда не возьмёт, — Кейске тут же приобнял Изуми одной рукой, со всей силы сжимая её плечо — Да у нас сегодня гости, оказывается, — Морико, занимавшаяся своими делами, вышла из комнаты, вероятно, услышав громкие голоса. На её лице засияла довольная улыбка, когда она увидела Баджи. Она относилась к нему с особым трепетом и была уверена, что у него с Изуми не просто дружба. Девушку же злили такие бессмысленные предположения матери. Ребята, увидев женщину, тут же поздоровались с ней, легонько кланяясь. — Какие вы бодрые! — Морико оглядела молодых людей, а затем, подойдя к Изуми, слегка приобняла её. — Надеюсь, на чай останетесь? — Было бы здорово! — Майки первым подал голос, довольно улыбаясь. От его улыбки Изуми почему-то и сама улыбнулась, однако она поспешила скрыть эту неподвластную ей эмоцию. — Спасибо вам за предложение, Одзаки-сан, — Кейске ответил более сдержанно. Вся троица дружно уселась за стол, пока Морико наливала чай. Рассевшись по кругу, они могли спокойно видеть друг дружку, что делало их общение проще. — Не буду вам мешать. Если что-то понадобится, зовите, — женщина, бросив на подростков многозначительный взгляд, быстро выбежала из кухни. Майки оказался тем ещё сладкоежкой. Он не прикасался ни к чему, кроме пирожных и конфет. Изуми поймала себя на мысли, что слишком часто смотрит на него. В её глазах он выглядел Маленьким принцем из одноимённой сказки. И дело было не только в таких же золотистых волосах, а в том, что и Майки излучал какую-то особенную детскую наивность, искренность и даже непосредственность. Девушке было трудно поверить, что его все боятся. — Как самочувствие, Изуми-тян? — Майки, отложив в сторону десертную ложку, обратился к своей новой знакомой. — С вами стало значительно лучше, — она неловко отвела взгляд, вцепившись пальцами в ручку кружки. Кейске, отпив немного чая, тоже вступил в разговор: — Температура высокая? — Не измеряла сегодня, — Изуми неловко посмеялась, беря с этажёрки шоколадное пирожное. — Ну ты и дурёха, — Баджи тут же перехватил руку девушки, забирая из той десерт. Она надула губы и бросила на него обиженный взгляд. Тот лишь пожал плечами, как бы говоря, что она заслужила. — Баджи, ты грубиян! — Майки рассмеялся, смотря на друга, — нельзя так с девочками. Щёки Изуми вмиг стали пунцовыми, но она даже не силилась прогнать этот неуместный румянец. — Общаясь с ней, я и забываю, что она тоже девочка, — Кейске, отложив в сторону пустую кружку, откинулся на спинку стула. — Эй, сейчас ударю! — взгляд девушки хоть и был злым, но сама она с трудом пыталась сдержать смех. — Вот видишь, Майки. В компании этих парней Изуми и правда становилось лучше. Вероятно, дело было в том, что они отвлекали её своей пустой болтовнёй и шутками, которые хоть и были глупыми, но всё равно заставляли смеяться. — Прости, Изуми-тян, не подскажешь, где у вас уборная? — Майки, протерев рот салфеткой, встал из-за стола. — Перед лестницей заверни налево. Там будет дверь, — бросил как бы невзначай Кейске. Изуми хихикнула, прикрывая лицо ладонями. Баджи же продолжал невозмутимо сидеть. — Спасибочки! — бросил Майки, скрываясь за стеной. — Знаешь мой дом лучше меня, — девушка поправила спадающее с плеч одеяло, которое по-хорошему стоило бы убрать после кружки горячего чая. Однако Изуми переживала, что озноб снова захватит её тело. — У тебя не глаза, а сердечки, — Кейске, сложив руки на груди, ехидно посмотрел на Изуми. — Ч-что ты имеешь в виду? — она нервно сглотнула, отводя взгляд в сторону. — Можешь даже не пытаться. Не думаю, что ему нужны отношения, — парень усмехнулся, настойчиво продолжая прожигать взглядом подругу. — Я даже не… Ничего такого я не думала! — Изуми поспешила оправдаться, понимая, что от внимания друга ничего не уйдёт, — просто он выглядит очень милым. И беззаботным. Приятный, в общем. Баджи тут же рассмеялся, что вызвало у девушки недоумение. — Но он по-прежнему управляет бандой, — добавил он более спокойным голосом. Парень будто пытался предостеречь подругу. — Знаю я! А ты вообще-то тоже не просто мальчик на побегушках. Целый командир первого отряда! — Изуми широко улыбнулась, подпирая свою голову рукой. — Нашла, что сравнить. Всё-таки дружба и отношения — вещи разные. Будучи твоим другом, я могу здраво мыслить, а не вестись на какие-то там чувства, — Кейске отзеркалил позу девушки, при этом внимательно смотря на неё. — Хочешь сказать, если бы мы начали встречаться, тебе бы голову сорвало? — Изуми многозначительно поиграла бровями, а на её лице появилась самодовольная ухмылка. — Нет, ты ведь мне не нравишься, — Кейске выпрямил спину, потягивая её. — Майки что-то долго нет. — И правда, — девушка задумчиво посмотрела в сторону лестницы, — пойду проверю. Может, затерялся где-то. В очередной раз поправив своё одеяло, которое чуть ли не собирало за собой всю пыль, Изуми направилась в сторону ванной. Первым делом она обратила внимание на выключатель, показывающий, что свет в помещении не горел. Оглядевшись, девушка заметила, что дверь комнаты напротив была слегка приоткрыта. Изуми точно помнила, что закрывала её после своей последней уборки. Шмыгнув носом, она медленно зашла туда. Предположения оказались верными — пропавший Майки был именно здесь. Он спокойно рассматривал стену, на которой красовалось огромное количество мечей разных размеров и видов. Пусть их и было много, но эта картина ничуть не пугала. Все они — от небольших вакидзаси до катан — были спрятаны в ножны. Но взгляд Майки был направлен не на этот живописный вид, а на фотографию, мирно висевшую в центре между мечами. — Майки-кун, — Изуми подошла к нему со спины, шёпотом произнося его имя. Девушка почему-то не решалась громко разговаривать в этой комнате, словно боясь нарушить её атмосферу. — Прости, Изуми-тян. Я не знаю, зачем зашёл сюда. Показалось, что я помню это место, — лицо парня было тревожным, а голос потерял свою былую задорность. Девушка молча посмотрела на него, не понимая, в чём причина таких резких изменений. Но парень поспешил продолжить: — Его звали Хидео, да? Представляешь, я знал этого парня. Изуми инстинктивно сделала несколько шагов назад, не понимая, что имеет в виду Майки. Она посмотрела на фотографию своего погибшего брата, а затем вновь уставилась на парня. Множество вопросов разом появилось в голове, но они почему-то застревали в горле. — Но как… Откуда ты знал его? — Он был одним из «Чёрных драконов». До ужаса безалаберным! Но здорово дрался. А ещё был очень принципиальным! — парень улыбнулся, предаваясь своим воспоминаниям. — Ты знаешь «Чёрных драконов»? — Изуми, покрепче ухватившись за своё одеяло, подошла к Майки чуть ближе, вставая сбоку от него. — Пожалуйста, напомни мне свою фамилию. — Сано, — он, повернув голову, внимательно посмотрел на девушку. — Точно такая же, как и у основателя «Чёрных драконов». Из-за вечных разговоров брата я многое запомнила, — Изуми постаралась улыбнуться, чтобы сгладить нависшее в комнате напряжение, — я не ошибусь, если скажу, что он был твоим братом? — Не ошибёшься, Изуми-тян, — он вновь бросил взгляд на стену, но уже изучая коллекцию мечей, к которой так трепетно относился брат девушки. — Я очень тебе сочувствую, — она втянула голову в плечи, ощущая странное напряжение. — Мы с тобой в этом очень похожи. Интересно, да? — на лице Майки вновь заиграла весёлая улыбка. Так, словно сейчас и вовсе не было этой тяжёлой беседы. Изуми внимательно следила за тем, как быстро сменяются эмоции на его лице. Его же взгляд цеплялся за фотографию теперь вечно улыбающегося молодого человека. Изуми и морально, и физически было тяжело находиться в этой комнате. Помещение будто сужалось из-за людей, которые находились здесь. Казалось, что оно пытается выгнать посторонних, так нагло нарушающих одиночество стен. — Стоит вернуться, Майки-кун, — Изуми схватилась рукой за его одежду, чувствуя резкое головокружение. — Изуми-тян, что-то случилось? — парень тут же поспешил удержать девушку, выводя её из комнаты. За порогом она сразу почувствовала облегчение, будто дело и правда было в комнате. Они вернулись на кухню, как ни в чём ни бывало, но встретили осуждающий взгляд Кейске, который всё это время их ждал. — Ты, вроде как, пошла на поиски Майки, — парень смерил девушку недоверчивым взглядом. — Да, то есть… Да, — не поднимая глаз, она заняла своё место. — Не ревнуй, Баджи! — Майки задорно рассмеялся, тоже садясь на свой стул. Следующие двадцать минут они то и дело обсуждали странные вещи, без остановки над чем-то смеясь. Изуми же чувствовала странный осадок после разговора с Майки в той самой комнате. Но больше всего её волновало, почему парень вообще решил зайти туда. Не мог же он знать, что это была комната Хидео, думала девушка. — Ладно, Одзаки, пойдём мы, — Кейске, лениво потянувшись, встал из-за стола. Майки же сначала зевнул несколько раз подряд, а уже только потом поднялся со стула. — Спасибо, что пришли. Вы скрасили этот день! — Изуми искренне улыбнулась парням, встречая их не менее довольные улыбки в ответ. — Я вас провожу до выхода. Ребята быстро собрались, лишь бы не заставлять девушку лишний раз стоять. Тем более они взяли с неё слово, что она сразу же отправится в кровать выполнять свою норму постельного режима. — Поки-поки, Изуми-тян! — Майки, выйдя из дома, задорно помахал девушке рукой. Баджи немного задержался на пороге. — Ты напряжена. Почему? Майки что-то сказал тебе? Девушка, прикусив губу, опустила голову: — Не совсем. Но это не то, о чём ты думаешь! — Что бы это ни было, ты всё равно дурёха, — Кейске подошёл к Изуми и несильно обнял её, поправляя при этом уже надоевшее даже ему одеяло, — ну вот сколько можно его с собой таскать?! — Заткнись, придурок. Даже обниматься не умеешь. Убравшись быстро на кухне, Изуми сразу отправилась в свою комнату. Первым делом она решила проверить оставленный здесь телефон. Как она и думала, её незнакомец прислал сообщение: «Может, хотя бы скажешь, сколько тебе лет?»