Ширма

Июль близился к своему логическому завершению. Не успели все опомниться, как пролетел этот самый жаркий, но всё же любимый для Изуми летний месяц. Школьники получили заветные результаты экзаменов, а Кейске с огромной помощью друзей всё же пересдал злосчастное сочинение и даже не завалил остальные тесты. Одзаки предложила отметить такое редкое событие, но парень встретил её идею с явным возмущением, дескать, он не такой глупый, чтобы праздновать подобную «банальщину». Хотя Чифую мысль поддержал с огромным энтузиазмом: Баджи не оставляли на второй год, а, значит, лишний праздник никому не повредит.
 В один из тех самых жарких дней, когда стоило бы отсиживаться дома под вентилятором, Изуми прогуливалась по улицам Сибуи вместе с Майки. Как ни крути, но всё же их общение молниеносно завертелось, что настораживало Кейске, который неоднократно предупреждал подругу о том, что Сано не такой уж и простой человек. Девушка пусть и прислушивалась к парню, но всё же не видела в Манджиро какой-то опасности. Напротив, он казался для неё родственной душой, настолько схожи порой были их мысли. Майки всячески поддерживал Изуми в минуты её переживаний или расстройств, которые зачастую были связаны с воспоминаниями о её погибшем брате. Кто, как не он, мог в этом понять её? Во многом благодаря ему девушка перестала бояться заходить в комнату Хидео и стала проводить там время, любуясь его невероятной коллекцией мечей, которая мирно покоилась на стене. Сано и сам нередко захаживал в дом Одзаки, успев полюбиться даже маме девушки, которая, будучи той ещё свахой, просто умилялась. Изуми же, смущаясь, пыталась убедить Морико, что та всё не так понимает, хотя, впрочем, даже отец предполагал, что что-то здесь не чисто. Но всё же Изуми за это время поняла для себя одну важную вещь — Майки не интересовал её в роли человека для потенциальных отношений. Он был просто хорошим парнем, с которым время моментально пролетало. Парнем, который знал, как утешить, поддержать в трудную минуту, развеселить. Сано, вероятно, видел в Одзаки ещё одну сестру. Конечно, не такую, как Эмма, с которой девушке тоже довелось однажды познакомиться. Она была приятной, как считала Изуми. Её кожа тёплого оттенка, светлые густые волосы, улыбка — лучезарная, дарящая чувство спокойствия. Майки тоже любил говорить о ней, рассказывая какие-нибудь нелепые и неловкие истории, которые происходили с ними двумя. Изуми лишь смеялась, удивляясь такой откровенности парня, которого она по-прежнему не решалась назвать даже другом. Особенно при Баджи. Он хоть и не любил проявлять чувства, но всё-таки иногда немного ревновал. Как подругу, конечно. А тем временем со знакомства Изуми и Майки прошёл целый месяц, наполненный различными яркими событиями, которые наверняка отложатся в памяти на долгие годы. Манджиро, понимая отношение девушки к бандам, старался никогда не разговаривать с ней о делах «Свастонов». Он был, в общем-то, уверен, что Изуми это никак не касается. И был прав. — Сегодня такая чудесная погода! — парень потянулся руками к небу, довольно прикрывая глаза. — И не говори, хотя я всё же изнываю от этой духоты, — девушка поспешила натянуть на глаза свою старую красную кепку, козырёк которой то и дело поднимался. — Кстати, как там Дракен? Давно его не видела. — А он тоже не любит такую погоду. Наверное, сидит у вентилятора и наслаждается. Негодяй. — Дай мне его адрес, я тоже хочу к прохладе! — Ну уж нет, терпи, — Майки заливисто рассмеялся, рассматривая раскрасневшееся и потное лицо девушки: — Кажется, тебе и правда плохо. — Ну, а я о чём? — Изуми недовольно буркнула, складывая руки на груди. На сгибе локтей моментально образовался липкий пот, который тут же заставил девушку разжать руки, полностью выпрямляя их. — Мама говорила, что, когда так парит, обязательно пойдёт дождь. — Думаю, она права, хотя в прогнозе осадков не обещали. Изуми только хотела ответить, как её отвлёк звук телефона. Она, вытерев ладони об шорты, поспешила достать устройство. Вглядевшись в экран, Одзаки увидела, что это был контакт под именем «Кто-то» — именно так девушка назвала своего анонима: «Ты не забыла, что скоро начнётся фестиваль? Наверное, там будет очень интересно». Девушка зажмурилась, из-за солнца пытаясь разглядеть, что она набирает. Приходилось несколько раз стирать иероглифы, понимая, что текст получается абсурдным: «Слышала про него. И хочу пойти, но не знаю, с кем же разделить этот день. Туда обычно влюблённые ходят, да?» «Думаю, нет. Но можем пойти вместе. Буду писать тебе сообщения, а ты мне. Хули нет-то». Изуми, остановившись посреди дороги, тут же улыбнулась идее парня, хоть и понимала всю её нелепость. По крайней мере, её радовал сам факт того, что он предложил ей эту затейливую мысль. — Чего там делаешь? — Майки подошёл к девушке, заглядывая в небольшой экран её мобильника. Изуми тут же прижала устройство к своей груди и многозначительно улыбнулась. — Ни-че-го! Смотреть в чужие телефоны не вежливо! — Бука, я тебе тоже ничего показывать не буду, — Манджиро театрально надул губы, делая вид, что обиделся. — Ладно-ладно, прости. Просто общаюсь. — И с кем? — С другом по переписке. — Вот как. Реальных друзей мало? — Нет, но это другой случай. Изуми вновь уткнулась в мобильник, набирая ответное сообщение: «Идея класс. Так и поступим». За этот долгий месяц девушка всё больше узнавала личность парня, с которым переписывалась. Она предположила, что уже вполне могла бы написать его портрет, да вот только вдохновения было категорически мало. Однако радовало одно — Изуми спокойно могла прийти в школу, зайти в давно полюбившийся класс рисования и просто в любой момент предаться искусству, наслаждаясь тишиной. Но в такую жару делать это совсем не хотелось — помимо отсутствия вдохновения, сюда прибавлялась и слабость. Кроме того, Изуми была расстроена тем фактом, что не сможет показать портрет анониму, как бы она этого ни хотела. Негласным правилом их переписки было никогда не видеться, хоть и казалось, что они хотели нарушить это условие в любой момент. Одзаки боялась признаться самой себе, что прониклась к парню особой симпатией. Она постоянно ждала его сообщений, которые были для неё словно оазисом счастья. Его манера общения напрочь перекрывала тот факт, что девушка не знала внешности собеседника. Это казалось и не важным, когда он представлялся в её глазах таким интересным и необычным человеком. И он всё же сдержал своё обещание переживать за Изуми. Впрочем, как и она. «Друзья» старались рассказывать обо всём происходящем вокруг и делиться мыслями — будто их диалог был личным дневником для них обоих. Вероятно, сказывался тот фактор, что личности собеседников были сокрыты друг от друга. Это оставляло огромное место для вполне дозволенного в этой ситуации раскрепощения. Однажды парень написал девушке довольно длинное сообщение, в котором жаловался на скуку. Нет, дело было не в том, что ему нечем заняться, он имел в виду в целом скуку от жизни. Анониму было важно постоянно подпитываться яркими эмоциями, лишь бы скрасить серость своих дней. Изуми его хорошо понимала, в чём неоднократно заверяла парня. Однако всё же его поведение её малость пугало — не дай бог он решит, что единственный выход из ситуации смерть. Но собеседник всегда стремился убедить её в том, что самоубийство — путь слабых, а он не такой. Изуми спокойно выдыхала. Решив, что всё же переписываться с другим человеком во время прогулки неприлично, девушка быстро закинула телефон в карман, возвращаясь к реальности. Майки тем временем использовал из ниоткуда взявшуюся газету в качестве веера и обдувал ею своё лицо — как ни крути, жара его тоже не радовала. — Вот бы мороженого, — Одзаки, тяжело вздыхая, посмотрела на Сано. — Так идём купим, чего ждём? — Майки радостно прикрикнул, тут же скручивая газету. Подумав, что в такую погоду вполне можно получить солнечный удар, они зашли в небольшое кафе, которое радовало необычайной прохладой. Люди, заходившие сюда, больше не хотели выходить — настолько комфортная температура царила здесь. Изуми сразу почувствовала облегчение, усевшись за одним из столиков. Пот перестал стекать ручьём по лицу — во многом этому способствовало ледяное мороженое, которое моментально ударяло в голову, заставляя ту болеть от резкого мороза. — Скоро фестиваль. С кем пойдёшь? — Майки, перебирая ложкой десерт, бросил взгляд на девушку. — Всем это так интересно, — она рассмеялась в ответ, — не знаю. А ты? — Не думаю, что хочу туда идти. Но если Изуми-тян захочет, я могу сходить с ней! — парень тут же воодушевился. — Я ещё подумаю, — подмигивая, ответила Изуми. И так пролетел ещё один беззаботный день каникул. Весело, без ненужных домашних заданий и школьных обязанностей и, самое главное, безо всякой изнуряющей подготовки к экзаменам. Ближе к вечеру девушке позвонил Баджи, настроение которого на удивление было слишком хорошим. Более того, он даже не бубнил понапрасну на Изуми за её общение с Майки, хотя обычно Кейске не забывал напомнить подруге о «мерах предосторожности». — Знаешь, с кем Чифую пойдёт на фестиваль, а? — лукаво спросил парень, не спеша рассказывать всё сразу. — Ну-ну, говори! — Со своей подружкой. У тебя будет шанс поглядеть на неё. Но она странная, сразу говорю. — Ради такого я точно пойду. Меня Майки звал. Вот думаю. Баджи не спешил отвечать, а Одзаки уже успела пожалеть о сказанном. Угнетающая пауза затягивалась, и, вероятно, даже парень понял это, решив нарушить молчание: — А если бы тебя позвал и Майки, и я, кого бы ты выбрала? Нервно похлопав глазами, Изуми на секунду призадумалась. — Не в твоём духе такие вопросы задавать, Баджи. — Не увиливай. — Мы все общаемся, что бы нам мешало пойти вместе? Так спрашиваешь, словно это свидание. — Ну да, ты права. Считай, в этот раз тебе удалось уйти от ответа. Изуми неловко рассмеялась, мысленно соглашаясь с другом. Кейске, будто понимая, что разговор не клеится, поспешил попрощаться. Девушка отбросила телефон в сторону, а сама уткнулась лицом в свою перьевую подушку, мыча в неё что-то нечленораздельное. Она думала о том, как нередко Баджи несправедливо относится к ней, часто пытаясь поймать на «предательстве». От этих мыслей ей хотелось самолично вырыть для себя могилу, настолько её не устраивал расклад дел. Вновь взяв мобильный в руки, она решила написать анониму, желая поделиться своими размышлениями: «Что ты думаешь о ревности? Мой друг вот ревнует меня к другому, скажем так, другу. Меня такое бесит. Считаю, что это чувство необъективно, особенно в дружеских отношениях». Парень, видимо, держал в этот момент телефон и быстро ответил на сообщение: «Никогда никого не ревновал. Что твоё, то от тебя не уйдёт. Разве не так?» Изуми, перевернувшись на бок, поспешила согласиться с собеседником: «Верно. Хотя всё же это чувство иногда непроизвольно появляется. Даже у меня». «Не понимаю. Я бы сразу послал людей, которые пытаются сделать меня своей собственностью. Ревность ощущается как присвоение. Тупость». «А ты вообще-то в чём-то прав». «Я прав во всём, малая». Изуми тут же улыбнулась, несколько раз перечитывая последнее сообщение. Она пыталась подавить эту улыбку, но в итоге просто прикрыла лицо ладонями. «Малая». Такое глупое словечко, но которое сейчас почему-то приятно отдавалось в солнечном сплетении. Сердце забилось, а стук его был слишком отчётлив в тишине небольшой комнатки. Опять открыв сообщения, девушка задумалась, что бы ответить. Не придумав ничего, она сказала, что идёт спать. Пожелав собеседнику добрых сновидений, Одзаки, размяв шею, пошла на кухню. Оттуда доносились разговоры и смех родителей, которые тоже до сих пор не ложились. — Изуми, ещё не спишь? — отец, ставя на стол маленькую чашку с чаем, посмотрел на дочь. — Уже собираюсь. Только водички налью. Девушка подошла к раковине и взяла первый попавшийся стакан. Набрав прохладной воды, она залпом выпила её, чувствуя, как холод проносится по горлу, приятно освежая. — Ложись-ложись, — улыбнулась мама, — тебе нужно набираться сил на каникулах. — И то верно, — Изуми улыбнулась в ответ. — Ладно, спокойной ночи вам! Морико внимательно посмотрела на дочь: — Тебя что-то беспокоит? — Всё хорошо. Просто устала. — Ладно. Но, если что, говори. Мы всегда тут. Девушка кивнула и быстро умчалась в комнату, желая поскорее оказаться на мягкой перине. Всё же долгие прогулки делали своё дело, выматывая Изуми. Да и ноги изрядно болели от усталости, лишь увеличивая желание отдохнуть.

***

Все разговоры последних дней волей-неволей сводились к грядущему фестивалю. Не успела девушка оглянуться, как это значимое событие, наконец, наступило. Её в этом радовало только одно — скоро все прекратят задавать вопросы о том, с кем она пойдёт. Однако сейчас Изуми всё же была расстроена, ведь и Кейске, и Майки чуть ли не в последний момент сказали, что не смогут пойти туда, объясняя это тем, что в «Свастонах» не та обстановка, чтобы позволить себе веселье. Девушка по обыкновению не спешила вдаваться в подробности, хоть всё же любопытство иногда брало верх. Баджи всё-таки успел проболтаться, сказав, что банда разделилась на две половины — те, кто за Майки, и те, кто за Дракена. О причине разлада он и не думал говорить, но взял с Изуми обещание, что она и не будет в это вмешиваться. Ей только и оставалось, что согласиться, хоть она и переживала за ребят. Внутри теплилась надежда, что на них влияла обычная усталость или парни просто перегрелись на солнце — вполне нормальная практика в это время года. — Будь осторожна. И, если решила надеть юкату, имей в виду, что в ней далеко не убежишь. Так что держись толпы, — Кейске, оперевшись спиной на столб, вновь читал девушке лекцию. — Хорошо-хорошо, — лениво ответила та, покачиваясь на качелях. — Тебе уже пора собираться. Да и мне нужно идти. — Хорошо. Баджи бросил на подругу недовольный взгляд. — Звони в случае чего. Я на связи. — Хо-ро-шо. Парень недовольно цокнул, а затем, садясь на байк, умчал по своим делам. Девушка же, всё-таки прислушавшись к совету друга, решила пойти домой и начать собираться, рассчитывая на помощь матери в этом вопросе. Прошлогодняя юката мирно ожидала в гардеробной. Изуми внимательно разглядывала её, пытаясь убедить себя, что светло-розовый цвет ей идёт. Девушка недовольно сморщила нос, переводя взгляд на вышитые цветы — пурпурная гвоздика . Она, впрочем-то, делала наряд более ярким, убеждая Изуми, что так он куда симпатичнее. Морико же то и дело говорила, как ей нравится юката дочери, что не было удивительным, ведь она всё-таки сама её и выбирала. Трудностей в надевании не возникло, хоть Одзаки и с неохотой смотрела в зеркало, то и дело повторяя, что ей не идёт традиционная одежда. Крепко завязанный пояс оби сковывал движения и не позволял вдохнуть полной грудью — это неудобство перекрывало даже тот факт, что пурпурная гвоздика идеально подходила к синим прядям волос. С этим оставалось только смириться, ожидая, когда же можно будет вернуться к удобной одежде. — Ну и кто ходит на фестиваль в одиночестве? — Морико недовольно покачивала головой. — Я, мама, — Изуми выдавила из себя улыбку, молча соглашаясь с женщиной. — Тогда будь осторожна. — Непременно. Девушка неспешно прогуливалась по главной аллее парка, внимательно вглядываясь во все украшения и наряды других людей — яркие, броские, цветастые. Настроение предательски улетучилось, внушая Изуми желание скорее вернуться домой. Но она яростно противилась этому, стремясь всё-таки попытаться насладиться вечером. Тем более обещали салют, а Изуми его любила с самого детства. Вероятно, дело было в приятных воспоминаниях, связанных с братом. Он обожал все фестивали, заставлял ходить на них семью, даже если родителям не хотелось, а младшую сестрёнку волновали в этот момент игрушки. После его смерти ни мама, ни отец больше не интересовались такими праздниками, всячески игнорируя их. Но не Изуми, которая видела в этом единение с Хидео. Сердце, отвечая на эмоции девушки, резко закололо. Но Одзаки, зная, что подобные угнетающие мысли до добра не доведут, поспешила отвлечься от них. Подняв глаза, она приметила яркие красные огоньки, которые освещали всю улицу, погружая её в особую таинственную атмосферу. Отовсюду доносился задорный смех школьников и детей, звучала весёлая музыка. На фестиваль пришли даже бабушки и дедушки — они, придерживая друг друга за руки, медленно расхаживали по аллее, очевидно, тоже предаваясь воспоминаниям из былой молодости. И всё же Изуми было приятно наблюдать за этим. Душа ликовала от всеобщей любви, которая окружала её — там и тут сновали парочки, неловко рассуждая о личном. Девушка всматривалась вперёд, пытаясь найти знакомые лица — на праздник пришли многие ребята со школы. Пройдя чуть вперёд, она заметила Чифую. Он был смущён, скорее всего, присутствием своей подруги, которая, впрочем, и сама явно чувствовала себя не в своей тарелке. Парочка куда-то спешно уходила и, как догадалась Изуми, вглубь парка. Отвлекать их не хотелось, ведь сейчас они погружались в какой-то значимый для обоих момент. Девушка улыбнулась собственным мыслям и пошла дальше, рассматривая различные ларьки со сладостями и уличной едой — здесь и правда можно было найти угощение на любой вкус. Особой популярностью пользовалось такояки — блюдо на шпажке с начинкой из отварного осьминога. Изуми тоже не смогла удержаться и купила угощение. Подойдя к одному из ларьков, она сделала заказ и стала мирно ожидать его. Стоя под небольшой крышей, Одзаки даже не заметила, как начал накрапывать дождь. Когда такояки оказалось у неё в руках, она увидела, что люди начали куда-то сбегаться — осадки только усиливались. Девушка тяжело вздохнула, не спеша покидать своё небольшое укрытие. Она, пожав плечами, решила быстро перекусить, а уж затем придумывать, что делать. Быстро доев, она достала свой телефон, чтобы написать анониму, раз уж тот обещал хотя бы так быть с ней: «Ну и как тебе фестиваль?» Парень не отвечал, поэтому Изуми только и оставалось, что смириться. А дождь тем временем спешно превращался в ливень, что делало девушку уязвимой — крыша больше не могла защищать, да и ветер делал своё дело, меняя направление водного потока. Изуми судорожно искала глазами место, которое спасло бы её сейчас, но все возможные укрытия были заняты такими же не желавшими промокать людьми. Остановившись посреди дороги, она прислушалась — до слуха доносилась знакомая мелодия. Узнав в этих звуках свой рингтон, она спешно открыла небольшой клатч, в который ранее убрала телефон — звонила мама. Изуми тут же взяла трубку: — Да, мам. Если ты про дождь, то я знаю. Мокну тут. — Нет, я не о нём. Твой отец сейчас проезжал мимо парка и заметил, что там как-то неспокойно. То ли банды какие собрались, то ли ещё чего. Может, домой вернёшься? Раз и ливень пошёл, — в голосе женщины слышались нотки переживания. — Банды? — недоверчиво спросила девушка, — ничего не слышала. Ладно, я… Что-нибудь придумаю. Так. Да. Изуми сразу подумала о Баджи, из-за чего не получалось нормально сформулировать свои мысли. Смахивая с лица дождевые капли, она попыталась сообразить, в чём дело. — Возвращайся, правда, — повторила мама. — Хорошо. Вернусь. Девушка быстро сбросила трубку, а после этого сразу позвонила Кейске. Долгие гудки говорили о том, что он занят и, вероятно, сейчас находится там, на парковке. Думать об этом не хотелось. Следом Изуми набрала Чифую, но и он, как назло, не отвечал. Выругавшись, девушка позвонила Майки, понадеявшись на него, однако итог был таким же. Сделав несколько глубоких вдохов и выдохов, девушка огляделась, стремясь сообразить хоть что-нибудь. Сердце бешено билось — казалось, что его темп настолько увеличился, что, в конечном счёте, удары просто прекратятся. Виски пульсировали, и Изуми судорожно хваталась за них руками. Кое-как успокоившись, девушка скорым шагом пошла в сторону парковки, но подлая юката не позволяла бежать в полную силу. Оказавшись неподалёку от нужного места, Изуми остановилась, чтобы отдышаться. До слуха уже доносились крики, которые не сулили ничего хорошего. Девушка медленно пошла вперёд, сокращая расстояние до парковки. Она не хотела выдавать своё присутствие, желая лишь убедиться, что «Свастоны» здесь никак не замешаны, но очевидные факты всячески указывали на то, что именно они сегодня и находятся здесь, прямо в центре событий. Вспомнив про слова Кейске про разлад, Одзаки окончательно убедилась, что именно её друзья сейчас и дерутся по ту сторону парка. Пройдя ещё несколько метров, Изуми спряталась за деревом, лишь слегка выглядывая из-за него. Взору предстало целое побоище. Среди дерущихся девушка быстро узнала парней в форме «Токийской свастики». Девушка переводила глаза из стороны в сторону, выискивая друзей. Взгляд зацепился за человека, который лежал на земле. Рядом с ним семенил щуплый светлый паренёк, который, очевидно, всеми силами стремился защитить раненного друга. Изуми, желая узнать, в чём дело, подошла чуть ближе, рискуя выдать себя. В парне, лежавшем без сознания, она тут же узнала Дракена. Рука машинально потянулась ко рту, прикрывая его, а глаза расширились до размеров монеты в пятьсот йен. Что-то внутри кричало о том, что ему нужна помощь, но ноги будто окаменели. Одолев эту парализованность, Изуми двинулась вперёд, понимая, что сейчас будет в опасности. Только она вышла из укрытия, как услышала рядом с собой знакомый голос — это был Баджи. — Одзаки, ты чего тут делаешь? — Баджи? Что происходит? Парень, ударив в последний раз противника, подбежал к девушке, нервно впиваясь пальцами в её плечи. — Уходи отсюда. Сейчас же. — Но там Дракен… — Чёрт! — парень выругался, но ослабил свою хватку. — Ему нужна помощь. — Она может понадобиться и тебе, если ты останешься. Уходи. Немедленно. Изуми, проглотив все возможные неприятные слова, скинула с себя руки друга. Бросив взгляд на Дракена, она зажмурилась, пытаясь убедить себя, что всё будет в порядке. — Помогите ему. Срочно, — девушка, всё же послушав друга, сделала несколько шагов назад. Баджи лишь довольно кивнул, внимательно следя за тем, чтобы подруга и правда ушла. Убедившись в этом, он скоро вернулся к бою. Ноги Изуми сами несли её подальше от битвы. Мысленно она ругалась на всех самыми нецензурными выражениями. Оказавшись в отдалении, она на ходу достала телефон, проверяя его на наличие сообщений. Всё было пусто, а её друг по переписке тоже так и не объявился. Это заставило Изуми только больше переживать. Она решила вновь написать ему: «В парке драка банд. Будь осторожен, особенно в районе парковки». Сжав телефон в руке, девушка остановилась у одного из деревьев с густой листвой, лишь бы немного спрятаться от уже надоевшего дождя. Присев на корточки, Изуми продолжала смотреть на экран мобильного, ожидая, что кто-нибудь из друзей позвонит ей или напишет. Она не могла уйти домой, не убедившись, что всё будет в порядке. Мысли казались хаотичным потоком — таким же беспорядочным, как и ливень в этот вечер. Девушка, не выдерживая мрака, который окружал её, поспешила вернуться на оживлённую аллею. Она потеряла счёт времени, ожидая хоть каких-то результатов. Осознав, что это бессмысленно, Изуми поспешила пойти домой. И только тогда, когда она, будучи в своей комнате, сняла надоевшую юкату, телефон оповестил о новом сообщении. Это писал «Кто-то»: «Знаю. Весело там было. Наверное». Изуми возмутилась сообщением парня, поспешив скорее выразить своё негодование: «Нет, это не весело. Там, блин, мои друзья». Только отправив ответ, девушка поняла, что совершила роковую ошибку, указав на свою причастность к событиям. Изуми тут же успела подумать, что, если они вдруг тоже касаются парня напрямую, он наверняка знает больше, чем простой прохожий. В голове пронеслась неприятная мысль о том, что и он был там, участвуя в драке. На это указывало и то, что парень долгое время не отвечал, что не было характерно для него. Однако девушка пыталась избавиться от навязчивых идей, лишь бы ещё больше не загонять себя в пучину переживаний. Но звук мобильника вывел её из этих мыслей: «Ты уверена, что хотела мне это написать? Ставишь себя в неудобное положение. Вдруг я сумасшедший и захочу вычислить тебя?» Изуми почувствовала, как горло неожиданно пересохло. Дрожащие пальцы быстро ударяли по клавиатуре, пытаясь сформулировать внятный текст: «Ты не такой. Я уверена. Я просто переживаю и боюсь. Ненавижу все эти банды и их вечные драки. Всё это не стоит жизни, почему они не думают об этом?» «Верно, я не больной, чтобы заниматься вычислениями. А насчёт банд… Это и есть их жизнь. Без драк они себя уже не видят. Надеюсь, твои друзья не сильно пострадали». Следом пришло ещё одно уведомление: «Ладно, малая, у меня тут дела появились. Напишу потом». Изуми улеглась на кровать, на ходу отправляя Кейске уже чуть ли не сотое сообщение, лишь бы он ответил хотя бы на одно. Но, так и не дождавшись ответа, она провалилась в сон. Ранним утром её разбудил звонок — это был Баджи. Едва открыв глаза, девушка быстро ответила, прислоняя телефон к уху. — Я уже думала, ты не объявишься. Мне даже всё равно, что сейчас шесть утра. Просто скажи, что всё хорошо. — Всё хорошо, Изуми. Я для этого тебе и позвонил. — Что с Дракеном? — Он в порядке. Мы все в порядке. Собираемся уходить из больницы. — Стой, кинь адрес. Я доберусь туда. — Нет. — Да. — Ладно. Сейчас пришлю. Но лучше бы ты спала. Кейске, как и пообещал, отправил Изуми адрес больницы. Девушка, стараясь не разбудить родителей, осторожно выскользнула из дома. После дождя на улице ощущалась свежесть, а утренний холод приятно покалывал кожу. Город погрузился в туман, а тут и там были огромные лужи, образовавшиеся из-за вечернего ливня. Достав свой велосипед, на котором девушка довольно давно не каталась, она поспешила поехать к больнице. На входе Изуми увидела Баджи и Майки. Чуть поодаль стоял Чифую вместе с другими ребятами из банды. Девушка первым же делом подбежала к Кейске, сразу заключая его в крепкие объятья. Тот произнёс что-то невнятное, но затем обнял подругу в ответ, кладя свою голову на её. Вероятно, он был слишком уставшим и изнурённым и хотел спать. — Я рада, что с вами всё хорошо, — Изуми сжала пальцами форму Кейске. — Глупая, иначе быть не могло. Неловко отстранившись от парня, она посмотрела на Майки. Его глаза были красными, опухшими — девушка сразу поняла, что он плакал. Она подошла к нему и улыбнулась краем губ. — Ты как, Майки? — В порядке, — он тоже выдавил из себя подобие улыбки, смотря тяжёлым взглядом на Изуми. — Всё обошлось, тебе больше не надо переживать. Прости, что только сейчас приехала. — О чём ты? Это не твоя битва, а наша. — Вы мне не чужие люди. Я должна быть с вами. Нельзя вечно бегать от этого, — Одзаки нерешительно положила руку на плечо парня. — Спасибо, Изуми-тян, — Майки зевнул и спешно потёр свои глаза. — Вам срочно нужно поспать. Если хотите, я могу остаться в больнице, последить за Дракеном. Парни, неожиданно оживившись, ответили в один голос: — Не надо! — Ну ладно, чего вы такие резкие? — девушка издала смешок. — С кем вы дрались? Баджи отвёл взгляд в сторону, словно что-то высматривая в тумане. Затем, нахмурив брови, ответил: — С «Мёбиусами». Чёртов Ханма, я же говорил, что он мудак. Изуми убрала руку с плеча Майки и развернулась к Кейске, непонимающе глядя на него: — Это всё он? Из-за него пострадал Дракен? — Именно. Он решил развалить «Свастонов» изнутри. Не прощу. — И правда урод. Но не думай сейчас об этом гаде. Вам и правда всем нужно поспать, — девушка обвела присутствующих взглядом, — давайте я с вами поеду, чтобы вы по пути случайно не уснули? Парни, переглядываясь, вымученно улыбнулись. — Да, дай секунду, — Майки, посмотрев назад через плечо, отошёл к остальным ребятам. Баджи переминался с ноги на ногу, пытаясь согреться. Затем, скривив недовольно рот, обратился к Изуми: — Поэтому больше не контактируй с Ханмой. Девушка согласно кивнула: — Не буду. Он мне и самой отвратителен. Майки быстро вернулся обратно. Позади него шёл не менее сонный Чифую, засунув руки по карманам. Он буквально клевал носом, засыпая. Подойдя к Кейске, парень тут же заговорил: — Мицуя-сан сильно переживал. Мы с Хаккаем пытались убедить его, что всё уже хорошо. — Мы тут все на нервах, — Баджи обернулся назад, выискивая взглядом Такаши. — Давай ко мне пойдём, Баджи-сан. Твоя мама ругаться ведь будет, если застанет тебя сейчас в таком виде, — Чифую, подойдя к другу чуть ближе, начал внимательно изучать его внешний вид. — Хотелось бы сказать, что мне всё равно, но нет, — Кейске устало вздохнул. — Тогда ты, Одзаки, поезжай с Майки на байке, раз уж решилась помогать. Нам с Чифую в другую сторону, нечего тебе туда-сюда мотаться. — Х-хорошо, — ответила Изуми, активно кивая головой. Попрощавшись с Баджи и Мацуно, девушка ещё немного подождала Сано. Оставив свой велосипед недалеко от больницы, она села на байк Майки, крепко вцепившись в спину парня руками. Изуми редко позволяла себе кататься мотоциклах, нелогично их побаиваясь. Парень же то и дело прикрывал уставшие глаза, но девушка без остановки отвлекала его разговорами, лишь бы он не уснул на ходу. Пусть Майки и пытался убедить Изуми, что он в состоянии довезти её до дома, она лишь отнекивалась, говоря, что будет его будильником на пути. Вторым её аргументом было странное желание пройтись в такую рань по улицам Сибуи. Добравшись до дома семейства Сано, девушка слезла с байка, оглядываясь. Мир постепенно просыпался. Посмотрев на парня, она вновь заговорила с ним о событиях вчерашнего дня. — Я ужасно за вас переживаю. Каждый раз, когда узнаю о ваших драках, невольно вспоминаю, как погиб брат. Не хочу нагнетать, но… — Именно поэтому ты не должна вмешиваться во все эти разборки, Изуми-тян, — голос парня неожиданно стал серьёзным. — Вы мне не чужие люди, как я могу абстрагироваться? — Я прослежу за Кейске. С ним всё будет хорошо. Всегда, — Майки широко улыбнулся. — А кто за тобой проследит? — Уж поверь, обо мне тебе точно не стоит беспокоиться, — парень задорно рассмеялся. Убедившись, что с Майки всё хорошо, Изуми медленно побрела к своему дому, вдыхая воздух утреннего Токио. Было довольно прохладно, а глаза без остановки слипались — всё-таки сна оказалось мало. Придя домой, девушка, убедившись, что родители ещё спят, быстро вернулась в комнату. Перед тем, как вновь погрузиться в сон, Изуми проверила телефон. Ни одного нового сообщения. Открыв переписку со своим смс-другом, она написала ему: «И всё-таки я не понимаю, почему банды чуть ли не хотят поубивать друг друга. В чём смысл?» Отправив сообщение, девушка тут же провалилась в сон, всё так же сжимая телефон в ладони. В следующий раз она открыла глаза только к двенадцати часам дня. Зажмурившись от бившего в лицо солнца, она отвернулась, но поспешила поменять позицию, наткнувшись при этом сквозь сон на телефон. Немного повертевшись на месте, Изуми всё-таки взяла его. На экране красовалось новое сообщение: «Каждый хочет, чтобы о них говорили. Стать влиятельными, изменить город, подминать под себя всех, зарабатывать незаконно деньги. У каждой банды своя цель». Изуми такие умыслы казались глупыми, о чём она, едва пробудившись, поспешила сообщить: «Это же полный бред. Как ты сам-то вообще к этому относишься?» Парень ответил моментально: «Напрямую, малая».