Танец мыслей

Арсений был удивлён. Вроде письмо Антона сквозило намёками на то, что он не вернётся, а тут пишет, что сам приедет. Что могло поменяться за столь короткое время? Антон всё же любит Арсения и простил его за ту ночь? Простил же, ведь он сам сказал, что простил, разве нет? Сейчас неважно. Всё равно Арсений был настроен сам поехать в Воронеж и забрать того, кому он принадлежит. Его не волновала работа, не было интереса выходить с друзьями куда-то, его волновал он. Антон. Пять букв — столько смысла, столько воспоминаний, столько чувств. Это не любовь. Не в том плане, что Арсений не любит парня. Нет. Это привычка. Привычка сильнее любви, привыкнув к кому-то, становится невероятно больно терять этого человека. Дышать становится тяжелее. И вот, это сообщение, он приедет. Он вернётся. Это просто сообщение, а Арсению стало дышать легче. Теперь у него есть смысл. Дождаться любимого.

***

Антон проснулся от громкого телефонного звонка. Нахера он только поставил песню Скарлорда в качестве гудка? Долбоёб, не иначе. После всего выпитого алкоголя голова и так болела, а тут ещё и этот орёт во всю глотку. Он быстро нашёл телефон, смахнул пальцем и принял звонок, лишь бы поскорее певец заткнулся. — Алло? — Ну ты и соня, — бодро смеялся в трубку Женя, будто и не он вовсе пил вчера. — Так-то время шесть вечера, встреча отменяется? — Ка... А, не, не отменяется, как и договаривались, в семь у фонтана, — вовремя припомнив вчерашний разговор, проговорил Антон. — Всё, ок тогда, ты хоть таблетку от башки выпей, ещё и звучишь как Джигурда, до связи. Удивившись такому сравнению, Антон поморщился, решив привести себя в относительный порядок. Позавтракал печеньем (если это вообще можно считать за полноценный приём пищи) лишь бы не пить таблетки на пустой желудок. Он знал, как это потом сказывается. Когда стало легче, кинул взгляд на часы, время половина седьмого. Рановато выходить, фонтан-то в трёх минутах от дома. Включил музыку, прибрался, стало гораздо лучше. Верно говорят, что стоит прибраться дома, все проблемы сразу же отходят на второй план или пропадают вовсе. Эффект, может, и временный, зато сильный. Антон даже припомнил, как его отчитали за обморок в своё время, и потому открыл почти все окна в квартире, впуская свежий воздух. Прохлада остужала, приводила мысли в некоторый порядок. Было приятно. Без пятнадцати семь, делать было нечего, стало скучно, и Антон решил выйти на улицу. Надел куртку, кроссовки, которые так толком и не высохли, но сменных у него, к сожалению, не было. Антон вообще редко по магазинам ходил, считая это пустой и бессмысленной тратой времени, и покупал одежду или обувь исключительно тогда, когда старые уже были непригодные для ношения. Но в противопоставление самому себе с улыбкой вспомнил Арсения, который тащил его, сомнительно хмыкающего, за руку по торговому центру, заворачивая в очередной магазин, мерил новые красивые разноцветные вещи. В памяти всплывали до ужаса чёткие картинки того, как тот заходил в примерочную, переодевался в новый образ, артистично отодвигал шторку, выходил весь из себя король, модель, потом сам же от себя и смеялся, чем забавлял Антона. Ради таких моментов он терпел все эти походы по магазинам длиною в вечность. Но нельзя же было просто померить вещь и купить, Арсений подбирал ещё больше образов, совмещая бесконечные штаны, футболки, рубашки, брюки, толстовки и прочее и прочее. Антон же устало наблюдал за ним, понуро опустив плечи, и держал взваленные на него кучи одежды. Отказы не принимались, Арсений эти вещи подбирал не для себя, а для него. Заставлял примерять, оценивая, какой цвет больше подходит. В такие моменты он точно понимал, откуда появлялись горы одежды у Арса в квартиры и на даче. Антон опустил взгляд на оранжевую кофту, купленную любимым, и улыбнулся. Даже сейчас с ним Арсений. По крайней мере, частичка его души. Он тряхнул головой, отбрасывая воспоминания, застегнул куртку, взял большие мусорные пакеты и вышел. Выкинув мусор, он медленно направился вперёд, вспоминая, как короче дойти до фонтана. Антон достал пачку и закурил первую за день сигарету. От первой всегда голова кружится. Когда фонтан уже маячил на горизонте в паре десятков метров, он достал телефон, чтобы посмотреть на время. Без двух минут семь, значит, не опоздал, уже хорошо. Женя тоже оказался довольно пунктуальным человеком. Парни подошли к фонтану с разных сторон в одно и то же время. — Хоть выглядишь лучше. — Подкол засчитан. — Ой бля, — закатывая глаза, прошипел Антон. — Ладно-ладно, не шучу больше, ещё психанёшь, а мне синяки не нужны. — Ты как вообще домой дошёл? У меня полхаты на полу было, — вспомнив, с каким усилием Женя выходил из дома, поинтересовался он. — Да норм всё, на друзей натолкнулся, они и отвезли, повезло, хах. — Я чёт даже не проводил тебя до двери, прости. — Забей, чувак, да и ты себя видел? Не то чтобы встать и проводить, ты голову еле поднимал, чтобы посмотреть на меня. — Это да, не поспоришь даже. Так что за вариант? — Долбоёб, ты ещё мегафон возьми и спроси в него, — удивлённо, но от того не менее строго проговорил Женя, раскрыв глаза. — Подойди. Антон осторожно подошёл к парню, тот незаметно что-то кинул в карман и отошёл. Со стороны это действие походило на недолгое дружеское объятие. — Сейчас не открывай, когда плохо будет, выпей, станет хорошо. С виду ты всё такой же Антон, никаких изменений в поведении быть не должно, не уверяю на сто процентов, но не должно, короче. Зато злость ты чувствовать не будешь. Ещё добавлю, что побочка может быть хуже, а может лучше, может вообще и не быть. Тут всё индивидуально, когда отпустит — тоже индивидуально, может через час, а может и через сутки. — Стой, это че, наркота? — Блять, ты же не маленький, конечно наркота, но лёгкая, одну таблетку выпьешь и всё ок. Считай, я тебя пожалел и подарил из-за того, что мать померла, окей? Нужно будет добавки — придётся платить. — Я тебя понял. Пойдём в ТЦ, в кино сходим хоть? Я завтра уезжаю. — Хуясе ты быстрый, неделя только прошла с приезда, уже валишь? Что тебе так не нравится в Воронеже? — Да всё норм, с чего ты взял? — М, может, я вопрос неправильно поставил? Что тебя так тянет в Москву? — прищурившись, спросил Женя. — Ты к геям как? — Только не говори, что ты геюга. — Он самый, хочешь сказать что-то? — Антон, несмотря на то что сделал твёрдый выпад вперёд и выглядел закипающим от злости, напрягся так, будто не он провоцирует драку, а кто-то другой уже заносит над ним руку для удара. — Да не, норм всё, пошли в кино. — Зная проблемы Антона с агрессией, Женя понимает, чего тот хочет, и отступает, не давая повод для напрасного размахивания кулаками. Он умный парень, улавливает всё на ходу. — Какой фильм хочешь посмотреть? — Поебать, давай ужастик какой-нибудь, — предлагает Антон, мгновенно забыв о своём желании разбить Жене нос. Посмотрев какой-то сомнительный ужастик, парни не получили ожидаемых эмоций. Разочаровавшись, оба решили перекусить на фудкорте и после уже разойтись. Домой Антон шёл один. Они разминулись практически сразу, ведь Жене нужно было в другую сторону. Не зря он второпях перед выходом из дома запихнул наушники в карман, сейчас бы было слишком одиноко идти без любимой музыки. Доставая наушники, он нащупал небольшой пузырёк, который ему спешно кинул в карман Женя. Антон слишком мал и наивен для такого, оттого ему и было страшно ходить с наркотиками в кармане, а вдруг выпадут, а вдруг его остановят. Он напрягся даже сейчас, в тишине безлюдного двора, прерываемой музыкой из наушников. На ватных ногах он дошёл до дома. Закрыл дверь и облегчённо выдохнул. Достал пузырёк. Без этикетки, на вид обычная баночка с таблетками. Антон оставил их на столе; принимать их всё же побаивался. Звук уведомления отвлёк его. Достав из кармана телефон, разблокировал и открыл сообщения. Арсений Попов, 01:20: Антош, привет, спишь? Антон Шастун, 01:21: Привет, Арс, не сплю, как ты? Арсений Попов, 01:21: Нормально, скучаю только по тебе. Во сколько завтра приедешь? Антон Шастун, 01:24: Я тоже безумно соскучился по тебе, Арсюш, сейчас проверю. Арсений Попов, 01:25: Хорошо, я у тебя дома буду, не пугайся. Безумно жду и скучаю, ложись спать. Антон Шастун, 01:26: Люблю тебя. Спокойной ночи