Дитя бесконечности

Мы с Соу сверяли планы с помощью грокка каждый вечер. Такой способ общения постепенно становился для меня привычным, и теперь, когда требовалось, руки сами собой открывали крышку, чиркали стрелкой примерно на четверть оборота, укладывали прибор на стол, и в незультате я наблюдал за тем, как над синей лаковой поверхностью воспарял призрачный полумесяц. — Я завтра уеду, — сообщил я Арвэ, не здороваясь, наверное в первую очередь для того, чтобы сбить его с толку, — Так что не смогу завтра вечером посмотреть бумаги. — Добрый вечер, — помолчав, отозвался Соу. — Хорошо. Если не секрет, куда собираешься? Отчего-то я почувствовал себя неуверенно. Разговоры с моим, якобы, помощником — на деле казалось, что он мой вынужденный нянька, — всегда заставляли меня чувствовать именно неуверенность, как бы я не начинал диалог. — В Черах. Я отправлял письма в академию, но ответа так и не получил. Хочу поднять свою диссертацию, так как дома не нашел копии. По идее, оригинал должен храниться у них в архиве… Полумесяц, сияя, безмятежно застыл на высоте амплитуды, а после медленно принялся двигаться вниз. — Ты не против, если я составлю тебе компанию? — подумав, спросил Соу, и я, признаться, облегченно выдохнул. Для поездки в Черах мне требовался сопровождающий. Если воспользоваться кирбо, то пришлось бы провести несколько суток в пути. Да к тому же искать возницу, место для ночлега, а еще много объясняться и придумывать… Я уверен, что наверняка бы справился. Но… Я благодарно улыбнулся в «циферблат»: — Спасибо. Буду рад. Честно. Ну… То есть, не могу сказать, что наши с Соу встречи можно было назвать радостными или хотя бы теплыми. Но он один из немногих, кого я знаю с самого начала моей новой жизни, и, несмотря на наши пикировки или недосказанности, мне казалось, что он из самых близких мне людей. — Не за что. На сколько дней рассчитана поездка? — Я думаю, больше двух мне не потребуется. Да еще и в конце недели этот прием… Надо же подготовиться, да? Мой вопрос остался без ответа, потому как вместо него Арвэ задал свой: — Ты уже решил, как мы будем добираться? Кирбо, и-линией, аэролоком? — Еще не определился. Кирбо не подойдет — слишком долго. Я был бы рад такому путешествию, но не сейчас, времени жалко. Что бы ты посоветовал? — Аэролоком — часа два. И-линия тоже не отнимет много, но будут сложности из-за Источника. Я пожал плечами. — Значит, решено. Хотя я мало себе представляю, что такое аэролок. Джил говорила, это как большой кирбо, но летящий по воздуху… — Увидишь. Я сейчас поищу в Пространстве места и свяжусь с тобой, — сообщил Соу. И отключился. — Договорились, — проговорил я уже меркнущему полумесяцу, который постепенно уменьшался в размерах и встраивался обратно в циферблат. В общем, мы условились, что на рассвете меня заберет уже знакомый возница и доставит к главному входу в Ветряную гавань. Там и встретимся. Закрыв крышку грокка, я задумался о том, что не знаю, как Арвэ передвигается по городу. На личном кирбо? Общественном транспорте? И, вообще, далеко ли он от меня живет? Я почему-то никогда прежде не задавался этим вопросом. Наверное потому, что Соу всегда уже ждал меня там, где мы договаривались. Ну или просто приходил ко мне домой. Я решил, что надо будет это выяснить, кивнул сам себе и принялся собирать вещи. *** Огромное окно спальни никогда не занавешивалось шторами: вид отуда открывался на Старый город, — слишком красивое зрелище. Правый берег я еще не успел толком обойти, — так ограничился парой-тройкой вылазок, — и мне было интересно разглядывать далекие силуэты старинных зданий. Из окна неплохо были видны и часть королевского парка, и огромный купол главного храма, и башню Откровений в закатных лучах. Вчера вечером Джил упоминала, что каждого монарха на коронации благословляют Четверо: дают в небе этакое представление из облаков, — появляется то ли иллюзия, то ли какой-то иной оптический эффект, как раз над этой самой башней, — и ему внемлют все жители и гости города. И самое любопытное, что послание Четырех определяет тон правления монарха. Вот Его Величеству Арсину Второму боги явили золотые монеты — наверное, это к процветанию, — думали все. Я же мог только развести руками. Я еще ни разу не видел ни одного божественного знака или явления и не то чтобы не верил в знамения и пророчества, но просто не выходило у меня относиться к высшим силам с положенной торжественностью и благоговением. Думаю, дело в том, что у меня в принципе плохо выходило чувствовать. Даже поощряемая доктором Кеем «надежда» получалась через раз, хоть я и честно старался. И все же, чаще всего пребывал в унылом состоянии скептика и реалиста: мол, боги — богами, но жить-то мне в реальном мире, где камни всегда падают вниз. Даже в храме Четырех я тоже еще не бывал. В последнюю прогулку по Старому городу меня больше заинтересовала королевская библиотека, так как книги дома стремительно заканчивались. Но отсутствие Источника не позволило пройти автоматическую регистрацию, а для того, чтобы записаться по старинке нужно было посетить определенный кабинет в определенный день в определенное время. В общем, Арвэ раздобыл для меня абонемент на следующий день, но больше с тех пор я в библиотеке не появлялся. Нет, не из принципа, а просто не находилось удобного момента и настроения. Я обхватил подушку обеими руками, уткнулся носом в ее мягкий бок и разглядывал одним глазом зеленоватые огни правого берега до тех пор, пока не провалился в сон. *** Светало. Ветреная гавань представляла собой явную переделку чего-то старинного: здание из серого камня с тремя высокими башнями было одето в бликующее на солнце стекло. От круговой подъездной дороги шла аллея ко входу в центральный холл, и я, бредя в потоке и смешавшись с другими пассажирами, разглядывал ожидающих. Арвэ уже стоял неподалеку от высоких створчатых дверей, читал что-то на наладоннике и хмурился. Оправив ремешок сумки, — он «зажевал» шарф, и горло неприятно тянуло, — я бодрым шагом направился к Соу, и чем ближе подходил, тем сильнее удивлялся его внешнему виду: раньше тот всегда носил только деловое. Сейчас вместо бесцветно-серого костюма из-под распахнутого осеннего пальто выглядывала пестрая футболка, немного по-другому забранные волосы — более небрежно что ли, будто собирался впопыхах. И серьги. Нет, я и раньше видел в ушах у Арвэ маленьких стальных птичек, но они не обращали на себя внимание, а сейчас вот… Наверное, да — это из-за прически. И вообще, вид у него был какой-то помятый, непривычно взъерошенный. Так обычно выглядят люди из-за недосыпа. Я усмехнулся: — Как дела? Ты как будто после бурной вечеринки… Соу пожал плечами: — Ну, приблизительно так оно и есть. Кстати, билеты, как и обещал, у меня, и нам пора, посадку уже объявили… — Арвэ, подхватил рюкзак, кивнул мне с привычной созерцательной безэмоциональностью. И сейчас его бесчувственность вновь породила диссонанс: внезапно обнаружив, что у Соу есть какя-то своя личная иная жизнь, которая выходит за пределы офисов и кабинетов, та жизнь, признаки которой читались в этом его неидеальном небрежном виде, я почувствовал, что земля начинает уходить из-под ног. Появилось иррациональное чувство несоответствия. Показалось, что слышатся шепот и звук трескающегося стекла, а после на мгновение перед глазами все сделалось очень цветным и ярким настолько, что начало подташнивать от головокружения… Пришлось приложить руки к вискам и смаргивать наваждение, дыша через раз. Я глотал воздух, как после изнурительного бега или плавания, старался сдерживать разносящуюся по телу дрожь, но она все равно вылилась холодным потом на лице, спине, ладонях… И язык почему-то не слушался. — Все в порядке? — расслышал я знакомый голос и почувствовал, как рука легла на плечо. Наваждение рассеялось. Я ухватился за спокойный и ровный взгляд Арвэ как за спасательный круг, почти физически ощущая его уверенность и непоколебимость. Смотрел в серые глаза и чувствовал, как восстанавливается дыхание, успокаивается сердце и пропадает шум в ушах, налаживаются какие-то засбоившие процессы в моем организме… Пара секунд — и я был в норме. Будто ничего и не произошло. — Да… — с сомнением отозвался я, — да… Прости, меня замутило на мгновение. Наверное, я нервничаю перед полетом сильнее, чем думал… — Может, отложим поездку? — Соу пожал мое плечо и отпустил. Я тряхнул головой и сощурился: — Нет, конечно. Ничего страшного, я хорошо себя чувствую. Просто не позавтракал с утра. В полете можно что-нибудь съесть или в аэролоке как в кирбо? — я вновь оправил ремень сумки и потихоньку начал продвигаться ко входу.  — У нас видовые места за столиком. После взлета нам подадут завтрак, — услышал я Арвэ из-за плеча, и сообразив, что не имею представления, куда идти, притормозил, пропуская его вперед. — О! Замечательно, — нашелся я, но при этом уже думал совершенно о другом. С того момента, как очнулся, у меня было прекрасное здоровье. Нет, случалось, что разболится голова, если тревожно спал, но это быстро проходило, а потому по моему мнению, не заслуживало внимания. После аварии, в которой со слов медперсонала, я сильно ушибся головой, меня ровным счетом ничего не беспокоило: ни ран, ни переломов, ни синяков у меня не обнаружилось. Хоть мэтр Кей и объяснял мне это чудесами современной медицины и благословением Эйрадэ, но ничего конкретного мне не сообщал. Да и вообще, когда упоминали аварию, то поначалу мне представлялось какое-то столкновение, ну или падение, на крайний случай — взрыв. Но после такого же долго восстанавливаются физически, даже с благословением Многоликой, а мне приходилось собирать себя как паззл в совсем ином плане — духовном и душевном. Я не раз уже наталкивался на мысль, что авария, произошедшая со мной — вовсе не рядовая дорожно-транспортная случайность, а скорее событие лежащее в области метафизики. Или богословия. Не зря же именно по этим дисциплинам присвоена ученая степень? Чем же таким занимался мэтр Ир’Риар и в какие неприятности он влип, что нынешнему мне недоступна энергия Источника? И что это за непонятный приступ сегодня? Кусочек воспоминания? Возможно ли, что это какие-то ощущения из прошлого? — Мэтр? — мои размышления прервала дама в алой форме работника гавани. Она внимательно смотрела на меня, явно ожидая ответа на вопрос, который я пропустил мимо ушей. Ответил за меня Соу: — Нет. Я обнаружил себя стоящим перед стойкой, похожей на нашу, в «Фоис-сит», где работница гавани теперь уже недоуменно рассматривала нас обоих, будто сравнивая. Переспросила: — Но, мэтр, вы же гражданин Катрии? Покосившись на Арвэ, я кивнул: — Все верно. Дама в алой форме задумалась, но после, как бы соглашаясь, кивнула сама себе и начала быстро водить пальцами над столом. Я привык, что не вижу микрострунных экранов, а потому быстро сообразил, что она заполняет какие-то документы. Я шепнул Соу: — А о чем меня спрашивали? Я пропустил… — Об и-идентификаторе, — так же тихо отозвался Арвэ. — А… Тогда ясно. Дама занималась регистрацией, а я рассматривал здание гавани изнутри — сводчатые высоченные потолки, пустые серые стены... Довольно унылый вид. Так я думал, пока не заметил, что некоторые останавливались в случайных, казалось бы, местах и начинали водить руками прямо перед собой в воздухе. А один парень, мимо проходя, указал пальцем вверх, будто там что-то изображалось, и рассмеялся, комментируя увиденное попутчику. И тут я понял, внезапно прочувствовал, что оказывается не вижу огромной части мира, которая доступна всем и каждому. Я слеп и целая часть вселенной скрыта от меня, спрятана за печатью увечья, которое непонятно как исправить… — За что они так со мной? — спросил я, кажется, одними губами, но Арвэ услышал. — Кто? — Четверо, — я проглотил комок в горле, и продолжил нормальным голосом: — Что я такое сотворил, что боги наказали меня? Соу похоже понял, о чем я говорю, потому как на мгновение сжал губы в линию, а после задумчиво произнес: — Риар, возможно, стоит думать об этом как об испытании. Не лучшее решение раньше времени брать на себя вину за события, о которых ты даже не помнишь… — Испытание? — удалось мне возмутиться и удивиться одновременно, — Арвэ, какое ко всем лихим испытание? Я не новая модель кирбо, чтобы меня испытывать! И не какой-нибудь герой эпохи Раскола, которому была поручена божественная миссия! Я просто… — вновь в горле начал собираться ком из созревающих эмоций, — я просто человек, мне не нужны ни приключения, ни жизненная драма, ни судьба какого-нибудь Избранного. Я хочу читать книги, слушать сплетни Джил, самостоятельно путешествовать, нормально работать и не бояться того, что завтра проснусь вновь как белый лист, не помня даже собственного имени! Арвэ выслушал, но вместо ответа многозначительно повел плечами. — Что? — продолжил я на эмоциях, — Ты думаешь, что я много хочу? — Я думаю, — Соу усмехнулся, — что вечером надо напомнить тебе связаться с доктором Кеем, чтобы рассказать о сегодняшнем дне. Может, он что-нибудь посоветует. — Я не больной! — почти выкрикнул я, и дама, занимающаяся моими документами, ненадолго прервала свое занятие. — А я этого и не говорил, — невозмутимо отозвался Арвэ. — Ты имел это ввиду! — Я имел ввиду только то, что сказал. И тут я обиделся. Почувствовал горечь вселенской несправедливости — как Соу может так говорить? Я поделился с ним своим переживанием, иррациональным страхом, а он взял и так просто обесценил мои эмоции! — Документы готовы, — сообщила дама. — Ваш выход — зеленый. Приятного полета! Нейтрально вежливый голос преребил кипучий внутренний монолог. Я взял свои бумаги, поблагодарил… И вдруг понял: только что впервые в своей новой жизни я испытал яркие, настоящие эмоции! Я все еще ощущал обиду на Арвэ — но уже мог посмотреть на нее как бы со стороны. Случившиеся переживания нельзя было назвать приятными, — я бы хотел, чтобы они поскорее завершились, — но факт оставался фактом: я понемногу начинал чувствовать. Это же хорошо? Значит и память может вернуться? И Источник? Все еще продолжая думать, я одернул Соу за рукав пальто: — Арвэ, ты прав. Надо вечером поговорить с доктором Кеем.