Забери моё тело

Проснулся Антон в дороге, за час до прибытия в Воронеж. Несмотря на соседей, которые весь день провели, по всей видимости, продуктивно и достаточно шумно, он почти выспался. Наверное, секретом крепкого сна был виски. Ему приснилось, как Арсений заставляет его сниматься в какой-то дурацкой программе и петь при этом песни, и во сне Антон негодовал, но потом Попов смягчился и даже вышел к нему в кадр, чтобы показать, как правильно снимать шоу, а после неожиданно нежно поцеловал парня в шею. По всему телу вдруг разлилось приятное тепло, и на этом Шастун проснулся. В нос тут же ударил запах вареных яиц, отчего Антона чуть не стошнило: после пробуждения он никогда не мог нормально завтракать. По крайней мере, до первой сигареты. Так что, натянув на себя черную однотонную толстовку с бездонными карманами, Антон откинул одеяло и в ночных шортах потопал в тамбур. Примерно в это же время в Москве очнулся Попов, не понимающий, какой сейчас год. Сбивать какой-никакой режим, особенно в его возрасте, было идеей сомнительной, но об этом мужчина не жалел ни секунды. Весь взъерошенный и сонный он лежал в кровати и глупо улыбался, вспоминая, как было близко безмятежное лицо парня и как тот слегка даже подался вперед, втягивая носом воздух во время танца. Арсений теперь не сомневался, что с Антоном они еще наговорятся о превратностях судьбы и что все будет хорошо, так что решил не ебать пока себе мозги и пойти в душ. — А что это ты с утра такой довольный? — протянул Сережа из гостиной, как только улыбающийся Попов высунулся из своей комнаты. — Ты во сколько пришел, блудный сын? — Прости, мам, я больше так не буду, — гоготнул мужчина, демонстрируя поднятые руки с открытыми ладонями в ответ. — Ты так лыбишься, будто тебе перепало, — Матвиенко даже от телефона оторваться соизволил. — С мамами такие вопросы не обсуждают! — Дебил. Стас, кстати, звонил, нам через два часа надо в офисе быть. Арсений, уже собиравшийся закрыть дверь душа, высунул голову. — В офисе? Зачем? — Не знаю, просто спросил будем ли мы, и я сказал, что будем. Вряд ли у тебя планы, твой Шастун же уехал, — Сережа хитро усмехнулся, победно сдержав будничный тон голоса. Попов показал другу средний палец, хотя злиться на него, особенно в такое утро, не мог и просто захлопнул дверь из темного дерева. Персиковый аромат геля вперемешку с горячими струями воды расслаблял мышцы недостаточно отдохнувшего тела. Наслаждаясь такими, казалось бы, мелочами, мужчина неосознанно погладил правую ладонь, в которой еще несколько часов назад покоилась рука Шастуна. «Его Шастуна». Он повторил это про себя, как бы пробуя эти слова на вкус. Вкус был определенно приятный. В машине Сережи сегодня играли какие-то зажигательные хиты (видимо решил не париться, включив радио), под которые он начал слегка пританцовывать прямо за рулем. Арсений, будучи в приподнятом настроении, даже не стал делать другу замечание по поводу его езды. В этом плане он был, конечно, излишне правильным, и старался не позволять себе отвлекаться. — Так что, как у вас там? — наконец Матвиенко спустился с небес на землю и покосился на товарища. — Только давай, пожалуйста, вот как бы подробности, но так, чтобы я не сильно представлял. Арсений в очередной раз за день залился смехом. — Ну умрешь ты что ли, если я тебе что-то лишнее расскажу? — А там было лишнее? — насторожился Сережа, вопросительно вскинув бровь. — Не было. Мы просто хорошо провели ночь в парке с бутылкой алкоголя. — Ты же понимаешь, что это оставляет простор для фантазии? — спокойно спросил Матвиенко. — А нахуя ты обо мне фантазируешь? — Арсений бесцеремонно полез в бардачок машины друга, вынув свои новые и уже почти забытые солнцезащитные очки. — Да я вообще не… блять! Мудак! — заорал Сережа подрезавшему его мерседесу. Выместив злость на автомобильном гудке, мужчина раздраженно глянул на Арсения. — Ты, кстати, тоже. Я вообще не об этом. — Ладно, ладно, я ж шучу, — примирительно сказал Попов. — Ну еще мы немножко потанцевали, и дождь пошел. Там просто «Между нами» заиграла… Сережа округлил глаза и покачал головой из стороны в сторону. — Да уж, Арс. Два взрослых мужика танцевали под дождем ночью в парке. Ты знаешь, даже если бы вы потрахались, это было бы не так гейски, как танцы. Арсений легонько пихнул друга в плечо. — Да что ты зациклился так, я вообще-то не гей! — Не гей, у тебя просто парень есть. Арсений уже начал набирать побольше воздуха в грудь, чтобы разразиться какой-нибудь пламенной тирадой, но Сережа перебил его. — Ладно, не злись. Не у тебя одного сегодня настроение хорошее. Попов закрыл рот и уставился на друга. — Рассказывай. — Мы с Аней в клуб идем сегодня. — Так быстро? — Ага, она сама позвала. Правда, скорее потому, что не хочет идти с друзьями одна, там у кого-то день рождения, и они компанией идут, — Сережа отчаянно искал глазами хотя бы одно свободное парковочное место. — Но зато меня ж позвала, так? Значит, шансы есть. Арсений искренне за друга радовался, хоть и находил такое приглашение слегка сомнительным поводом для грез. Сколько лет он знал Сережу, но такие длительные увлечения происходили крайне редко и крайне болезненно. Для того чтобы этот товарищ перебесился, стоило лишь добиться совместно проведенной ночи с какой-нибудь миловидной особой. Кажется, Аня тот отдельный случай, когда все заканчивалось длинным разговором с крепкой выпивкой в баре около Сережиного дома. В обычный день мужчины ни за что туда не сунутся. Условия поминок последних неудавшихся отношений хвостатого обязательны. Арс изредка и сам топил там свои переживания, но только если становилось уж совсем паршиво. Последний случай был запечатлен месяц назад. — Кстати, — Матвиенко наконец нашел, куда поставить машину, и шел, точнее ехал к цели. — Аня сказала, что я могу кого-нибудь еще позвать. Пойдешь? Телефон в кармане Арса оповестил о новом сообщении. — Наверное, пойду, — ответил мужчина, вытаскивая гаджет. — Не бросать же тебя одного. — Отлично. Сейчас посмотрим, отпустит ли нас Стас, чтобы мы домой успели заехать… Сережа говорил что-то еще, но Арсений не слушал. На экране красовалось одно новое сообщение от контакта «Антон Шастун». «Я дома. Хорошего дня.»

****

Антон гипнотизировал телефон, с которого только что улетело сообщение и думал, зачем он это сделал. Как-то само в голову пришло. И только отправив, парень засомневался. Зачем Попову эта информация? Но, с другой стороны, вроде как оповестить его было логичным действием. Парень не мог подобрать слов к тому, что случилось прошлой ночью, но отрицать взаимный интерес было глупо. Или нет? Только здесь усталость минувших дней показалась во всей красе, что отразилось на бодрости и сопутствующей рефлексии Антона. Парень привык с трудом пробираться на разные шоу и проекты и уходить ни с чем (кроме зрительских симпатий), привык плыть по течению, но когда происходит что-то настолько масштабное, ты не успеваешь даже подумать об этом. Антон мечтал когда-нибудь прийти к подобному. Мечтал заниматься любимым делом и нырнуть в него с головой. Мечтал обеспечить маме жизнь, в которой больше не будет волнений и заоблачных для них цен за коммунальные услуги. Хотел не ограничиваться цифрами на ценниках товаров в магазине. Вот только растущее чувство тревоги с дня первого мотора его больше не покидало. Мама Антона суетилась на кухне, потому, отложив телефон и так и не прекратив размышлять обо всем понемногу, поспешил ей на помощь.

****

Арсений завороженно смотрел на буквы, и у него в груди что-то сжималось. Антон оповестил его, что доехал. Мелочь? Мелочь. Для кого-то другого. Не в таких обстоятельствах. Из транса мужчину вывел друг, постучавший по стеклу снаружи. — Ты идешь? Чего завис? — Да так... Пошли давай. Мужчина энергично выскочил из машины и побежал за закатившим глаза Сережей, попутно набирая ответное «Спасибо, и тебе хорошего дня с семьей». В офисе, несмотря на законченные съемки второго сезона, малолюдно не было. Где-то расхаживал Дрон с занятым видом, кто-то напряженно монтировал новые выпуски, которые должны выйти уже в середине сентября, а кто-то просто мысленно вскипал из-за поджимающих сроков. Август – это месяц, когда все пошло не по плану. Стас ждал ребят в комнате отдыха с уже подъехавшим Димой. — Продуктивно проводите время, — прокомментировал Матвиенко, кивая головой в сторону включенной консоли. — Это мы вас ждали, — не отрываясь от игры ответил Позов. — А то вы ж пока доедете… — Мы вообще-то почти не опоздали, — Арсений завалился на соседний диван. — Так в честь чего сбор? — Стас новую игру придумал, — Дима отчаянно пытался прорваться к вражеским воротам, но начальник орудовал джойстиком быстрее. — О, я в деле. Попробуем сегодня? — глаза у Сережи мгновенно загорелись. — Если хотите, — Стас перехватил мяч и проводил какую-то хитрую атаку. — А Шастун? — тут же отозвался Попов. Сережа устало потер переносицу, наверняка думая о безнадёжности друга, благо коллеги были больше увлечены происходящим на пиксельном футбольном поле. — А что Шастун? Приедет обратно и вольется. ДА! — Стас забил очередной гол и ликующе поднял кулак. Дима разочарованно отложил джойстик. — Ладно, парни, собрались, — Стас повернулся к ребятам. — Пересматривал я наши старые технички с разными играми. Вот «Громкий разговор» у нас есть, «Опоздание» – тоже, а что, если кто-то из вас не будет слышать, кто-то видеть, а кто-то говорить? И вам надо будет друг другу объяснить, что конкретно надо делать? — Звучит весело, — Арсений тут же загорелся энтузиазмом. Позов поудобнее устроился на диване, скрестил руки на груди и продолжил молча наблюдать за происходящим, анализируя предложение Шеминова. — А по-моему пока что фуфло какое-то, — Сережа смотрел на начальника слегка недоверчиво, — что делать-то хоть надо будет? Ответить Стас не успел, потому что дверь открылась, и перед ребятами предстал высокий мужчина с поджарым телосложением. Юра озадаченно провел рукой по своему темно-каштановому затылку. Судя по выражению крупных черт лица Селихова, тот своих бывших коллег в полном составе увидеть совсем не ожидал. Но, как полагается импровизатору, хоть и бывшему, быстро сориентировался и придал себе совершенно скучающий вид. — Простите, не думал, что побеспокою. Я пару ваших вещей решил занести, они еще у меня были. — Юрка, привет, — Дима первый пришел в себя и встал, подавая мужчине руку в знак приветствия, на который тот сразу же ответил. — Ты как? Куда пропал? — Да так, были причины, — суховато ответил тот, продемонстрировав полупрозрачный пакет. — Вот, там две футболки и толстовка чья-то. И термокружка. Воздух почему-то резко стал каким-то наэлектризованным и душным. Машинальное рукопожатие со Стасом и Сережей, отрешенные движения и псевдоприсутствие Юры красноречиво передавали общую атмосферу между мужчинами. Арсений же предпочел помахать Селихову рукой из-за спин коллег. Впрочем, тот Попова даже взглядом не удостоил. Впихнул пакет в руки Матвиенко, стоявшего ближе всех. — Ладно, я быстро забежать хотел, тороплюсь. Удачи вам. Во избежание дальнейших расспросов, Юрий практически вылетел из комнаты. — И что это было? — Сережа еще пару секунд погипнотизировал закрывшуюся дверь и перевел взгляд на пакет. — О, кружка моя. А толстовка твоя, Арс. Кинув кофту в друга, он отдал пакет Диме. — Футболки твои, держи. Стас задумчиво почесал затылок. — М-да, мог бы и повежливее, все-таки не чужие люди. — Не чужие люди своих не бросают ни с того ни с сего, — слегка обиженно откликнулся Сергей. — И то верно. Ну да ладно, забыли, у нас вон Шастун есть. Давайте к его приезду подготовим примерный план игры. Сережа оказался прав: Стас промучил их четыре часа и отпустил только после девяти вечера, так что домой они заехать уже не успели, направившись сразу в клуб. Местечко было не особо известным, но, на вкус Арсения, довольно стильным. Высокие столики располагались у стен, рядом с барной стойкой стояли небольшие кресла, по центру — танцпол. Аня встретила мужчин на улице. На ней было облегающее серебристое платье, что придавало ее светлым волосам еще более нежный оттенок. Серо-голубые глаза подчеркивали аккуратные кошачьи стрелки, а естественный румянец придавал свежести коже. Галеева-таки мастер своего дела. Завершали прекрасный образ компенсирующие низкий рост девушки устойчивые каблуки. — Прекрасно выглядишь, — Сережа взял ее ладонь и поднес к губам. Аня смущенно улыбнулась. — Не могу не согласиться, Анна, вы очаровательны. — Арсений склонил голову, приветствуя барышню. Девушка проводила мужчин внутрь к нескольким высоким столам, за которыми расположились некоторые из ее друзей и подруг. — Именинница у нас уже, если честно, слегка перебрала и где-то в толпе танцует, — Галеева криво усмехнулась, — но можете познакомиться с остальными. Представлять всех при такой громкой музыке было крайне глупо, так что мужчины сами начали пожимать руки молодежи. Кто-то из них ребят даже узнавал. Арсений осмотрел всех, чтобы убедиться, что ни с кем не забыл познакомиться, но вдруг увидел перед собой знакомое лицо. — Арсений? — Лиза с очевидно свежим коктейлем в руке удивленно взглянула на мужчину. — Мир, действительно, тесен, — Арсений вежливо улыбнулся. Лицо той, кто, возможно, слегка подпортил ему отношения с Антоном в самом начале, он забыть так просто не мог. — Елизавета, если не ошибаюсь? — Да, — радостно ответила девушка, пытаясь перекричать музыку. — Какое совпадение! — Вы знакомы с именинницей? — поинтересовался мужчина, ведь в отличие от остальных даже не знал, на чей праздник попал. — Варя моя давняя подруга. — Ну, теперь я знаю хотя бы ее имя, — весело подмигнул Арсений. — Как же так получилось? — Лиза старалась искренне поддержать диалог. — Моего друга пригласила его знакомая, а этот друг, выходит, пригласил меня. — Это вы сейчас о тех двоих? — девушка кивнула в сторону барной стойки, где наблюдалась смеющаяся и не замечающая остальных людей парочка. — Именно. — Да, Аня рассказывала о нем, но женские секреты на то и секреты... — Лиза с загадочным видом прильнула губами к соломинке ее коктейля. — Я понял, кого сегодня звать в случае встречи незнакомого мне человека. — Обращайтесь, — Лиза кокетливо улыбнулась. — Обязательно. Покину вас ненадолго, — Арсений вежливо склонил голову и направился к бару за выпивкой. Да уж, общество дам в его планы сегодня не входило, а конкретно этой – тем более. Мужчина начал спрашивать себя, зачем вообще согласился сегодня пойти в клуб, если общаться все равно не хотелось, и не нашел ответа. Видимо, вписываться без раздумий в любой кипиш вошло у него в привычку. — Виски? — Лиза кивнула на бокал мужчины, когда тот вернулся к столикам. — Настоящий мужской напиток. Никогда не понимала, как вы его можете так просто пить. Я вот больше по сладенькому. Девушка подняла свой напиток с чем-то розового цвета и по ощущению ужасно сладким. — На вкус и цвет, как говорится, вы же знаете, — Арсений очень старался быть вежливым, как учили, использовать когда-то давно выученные фразы. — Может, на ты перейдем? — девица с особой аккуратностью подперла подбородок рукой. — Почему бы и нет. Следующие полчаса прошли в разговорах с компанией, в которых, впрочем, Лиза участвовала особенно рьяно, чем слегка докучала Попову. Он понимал, что девушка она, скорее всего, неплохая, но подсознательно относился к ней предвзято, не мог ничего с собой поделать. Через пару-тройку коктейлей девушка перевела взгляд за спину Арсения и усмехнулась. — Смотри, кажется, они времени зря не теряют. Попов обернулся. На танцполе было людно, если не сказать тесно. Он быстро нашел объект внимания Лизы. Посреди танцующей толпы в свете нескольких десятков стробоскопов стояли и целовались Матвиенко с Галеевой. Стакан с мохито, с которым девушка, кажется, танцевала до этого, грозился выпасть из ее опущенной руки, но это сейчас мало кого волновало. Арсений слегка улыбнулся, радуясь за друга. — Наконец-то, — Попов повернулся к Лизе. — Я за них рад. — Да, я тоже, а то она мне все уши прожужжала уже, если честно, — Лиза с шумом втянула через трубочку содержимое ее стакана. — Я вообще не ожидала, что она в кого-то влюбится до двадцатипятилетия. Слишком принципиальная. — Видимо, Сережа чем-то ее покорил. Лиза отставила спиртное, взглянув на Арсения с неким сожалением. Алкоголь развязал ей язык, потому на гордость эта мадмуазель забила вовсе. — Арсений, вы мне не поверили тогда, так ведь? Поэтому не написали? — Лиз, ну ты же должна понимать, что это не вопрос веры. Неужели я бы и сам не знал, если бы мы с тобой поменялись? — А как бы ты узнал? — казалось, девушка находилась в диапазоне между отчаянием и надеждой. — Я тогда на улице стояла, на салюты смотрела, ты бы за минуту даже имени моего не выяснил! А ты вон на диване лежал, я тебя в зеркало видела. Арсений только сейчас осознал, что именно она сказала. Зеркало ладно, мало ли, но... — В смысле за минуту? — вот сейчас мужчине стало по-настоящему интересно. Чувство тревоги медленно и вязко обволакивало душу актера. Он даже заново вгляделся в ее глаза, замечая, что они явно не зеленые, скорее ореховые. Тонкие пальцы... и ни единого кольца. Нет, точно не она. Арс серьезно засомневался всего на секунду. На одну, такую вечную секунду. — Я не знаю почему минута, правда! Но я не вру! — Интересно, — мужчина склонил голову и взгляд его стал рассеянным. — И у тебя минута, значит. Может, сбой тогда был? — Так у тебя тоже все странно прошло? Ты же видишь! — Но Серый тоже тогда перемещался, у него был час, — Арсений, не слыша девушку продолжал размышлять вслух. — Ты кого-то еще знаешь с такой же проблемой? — Нет никого больше, я же говорю, мы с тобой... — Лиза, — Попов остановил ее, выставив ладонь вперед. — Я понимаю, что это все странно, но я действительно знаю, с кем менялся. И это точно не ты. Я видел. Ну, может, формально Арсений тогда Антона и не видел, но сейчас был уверен и ничего плохого в своем вранье не наблюдал. Девушка же тем временем смотрела на него влажными от набежавших слез глазами, но очень старалась не дать ни одной слезинке скатиться по щеке. — Я не понимаю... Я ведь не сумасшедшая... Это было, точно было... Я тебе настолько не понравилась, что ты решил отмазаться так? Мужчина заметил, что в данную минуту алкоголь в ее крови был явно лишним. К такому испытанию сегодня его жизнь не готовила. — Можешь тогда выкинуть эту сраную салфетку! Дура, — девушка откинула свои светло-каштановые волосы и опустила голову, — какая же я дура, не надо было тебе номер вообще давать! — Какую салфетку? — Арсению, несмотря на приближающуюся истерику Лизы, было действительно интересно. Даже мелькнула мысль, не числится ли за ней каких-либо заболеваний. Ну там, галлюцинации... Девушка шмыгнула носом и подняла ореховые глаза. Прямо в душу глядела. След слезинки все-таки виднелся на ее симпатичном лице. Глаза стекленели с каждым новым сказанным словом. Арсению стало не по себе. Стало больно и как-то паршиво. Что бы она себе ни думала, Попов не хотел ее ранить, но иначе не мог. До этого вечера уверенность в имени своей настоящей судьбы под сомнение даже не ставилась. Он узнал те зеленые глаза. Сразу узнал, не так ли? Арсений устало потер переносицу без возможности найти ответ. Без распутанного решения сей задачки. Такого в детстве не бывало. Отец всегда говорил, что решить можно любую школьную задачку, любой пример. — Я номер записала на ней и другу твоему дала, с которым ты там был. Он тебе не отдал? Несмотря на преобладающие сейчас не самые приятные думы Арсения, появилась и та, которой тот мысленно улыбнулся. Может, Антон просто эмпатичный и понял, что у мужчины совсем не было настроения и времени на эти глупости, а может, парень просто не хотел, чтобы Попов с кем-то переписывался в таком ключе? Хотелось верить в последнее, но, к сожалению, Арсений склонялся к тому, что Шастун просто-напросто забыл. Резко захотелось домой. Остаться одному и подумать обо всем в тишине. — Прости, — вместо такого желанного ответа мужчина тронул Лизу за руку в успокаивающем жесте. — Мне пора. Не переживай, когда-нибудь мы обязательно поймем, что тогда случилось. Не дожидаясь ответа, Арсений поспешил к выходу. Удержался от соблазна стрельнуть у курящих у входа парней сигарету и вызвал такси, которое подъехало буквально через пару минут. Мужчина ехал по ночной Москве, смотрел на пролетающие мимо огни и думал о том, что сейчас делает Шастун.

****

Где-то в Воронеже, в своей старой постели лежал Антон и крутил в руках телефон. Мыслей было много, но ни одна не была полностью трезвой. Он думал о сильных мужских руках и, что уж там, скучал по шуткам брюнета, порой граничащими со здравым смыслом. Улыбнулся, думая, как бы Арсений ответил на реплики мамы за ужином об этой треклятой Москве, где один разврат и все через постель. Взял в руки смартфон, открыл диалог с мужчиной. «Доброй ночи». Посмотрел на неотправленное сообщение несколько долгих мгновений и представил, как оно будет смотреться в их пустом диалоговом окне. «— Не сегодня. И так слишком навязываюсь» Антон удалил написанное, заблокировал телефон и нервно сунул под подушку. «— Вот приеду, тогда и посмотрим», — туманно подумал Антон, прежде чем отправиться в царство Морфея. Этой ночью его закрытые глаза слепил свет мигающих сирен, а чей-то животный крик оглушал до смерти, но помнить этого Антон не мог...