Дерек приходит в его жизнь

      Дерек приходит поздно.       Он упускает их разговор и сборы Джей на выезд, основательные сборы.       Входит, осматривается, незаметно, как он думает, принюхивается, словно выискивает что-то. И долго внимательно смотрит на Стайлза, пока он не сдается.       – Что?       – Вы расстались? – с сомнением спрашивает Дерек, присаживаясь рядом с ним на диван.       Его брови чуть приподняты, а губы приоткрыты - Хейл явно взволнован.       Части Стайлза хочется сказать "да". Части Стайлза хочется сказать "нет".       – Друзьями. – сообщает он, крепче прижимая к себе Дору и осторожно целует её в макушку.       Дерек приходит на переговоры.       Входит в дом Стилински, приносит Доре игрушку, здоровается с родителями Джей, впервые, как и Стайлз, видя их воочию. Садиться за стол как приглашенный гость, но в итоге говорит больше Стайлза, Шерифа, Джей, а под конец всех их вместе взятых. О том, что карьера Стайлза в полиции для Доры благожелательней карьеры Джей в ФБР. О том, что Стайлз важная часть его стаи, о том, как он справлялся с Дорой в самые первые дни её жизни совсем один. О том, что маленькая стая из четырех бет, один из которых человек, нуждается в пополнение больше, чем стая из восьми, двое из которых уже в положении или женились и скоро пополнят стаю щенками.       Стайлз и Джон синхронно морщатся на слове "щенки", а Хейл продолжает уверять родителей Джей в состоятельности и правильности решения оставить Дору с отцом. В процессе он умудряется преподнести в лучшем свете и Джона, и город, забыв только про себя.       Стайлз напоминает, что без малого за три года жизни Доры, Хейл был тем Альфой, кто был рядом, а ближайший по крови альфа в виде дедушки ни разу не приезжал. Это остудило пыл чужой стаи и поставило точку в обсуждении.       Джей вздохнула с облегчением, выпроводив родителей, и порывисто обняла Стайлза. Выглядела она по-настоящему счастливой, свободной, почти такой же легкой и беззаботной, неуловимо сильной, как и когда они встретились в академии.       – Как я рада оставить её с тобой!       Джей будет приезжать в любой момент, Стайлз знает, уверен. Дерек не разделяет его уверенности, тщетно пытаясь не показывать этого. Джей обнимается и с ним на прощание, а Стайлз вновь думает, как же они странно близки.       – С вами все будет хорошо! Люблю тебя... – Джей целует дочь и уезжает провожать родителей, а после на свой самолет, на новое дело.       Дерек жмет руку Джона, принимая благодарность за содействие в отвоевывании внучки.       Стайлз отдаёт отцу Дору, оставаясь с Хейлом один на один.       – Ты давно не говорил так много.       – Отстаивал самое важное. – пожимает плечами Дерек.       Он уходит, оставляя Стайлза в смешанных чувствах.       Дерек приходит с едой.       Приносит овощи из магазина, вегетарианские бургеры, детские пюре и творожки. Он закупает им продукты на полноценные обеды, завтраки и ужины. Сперва понемногу, а потом, не видя от Стайлза или Джона сопротивления, таскает еду сумками раз или два в неделю. Частенько в пакетах попадаются контейнеры с домашними готовыми блюдами, явно не из магазина.       Он всегда просит покормить или поиграться с Дорой, настороженно глядя на обоих Стилински, словно ожидая, что его выгонят. Но Джон каждый раз усмехается добродушно и хитро, будто знает какую-то тайну, и не препятствует.       С каждым днем Стайлза немного отпускает факт, что рядом с ним и Дорой теперь находится только один оборотень.       Дерек приходит заплетать косы и дарить подарки.       Усаживает Дору на столик, садится на диван и за полчаса создает на её голове красоту из косичек. Стайлз такого уровня качества украшений этой маленькой головы не достиг и смотрит на это с изумлением каждый раз.        – Эрика научила?       – Лора. – отвечает, не отвлекаясь от плетения. – И ютуб канал. «Папа может», кажется.       – Папа может! – вторит за ним Дора, посмеиваясь и сжимая в руках игрушечного волчонка.       Дерек заканчивает с прической Доры, вплетая ей в косы салатовую ленточку и закрепляя. Малышка хвастается прической, крутя головой, и короткие хвостики косичек бьют её по плечам. Дора бежит показать свою прическу уходящему на работу дедушке, а Дерек встает и протягивает Стайлзу что-то маленькое.       – Не золотой, зато можно носить повседневно.       – Спасибо…       Стайлз берет из его рук кожаный браслет и улыбается слишком широко по собственным ощущениям, замечая выбитый на коже значок Бетмена. Он надевает его на руку сразу же, и браслет мягко обхватывает запястье, подчеркивая стройность руки и косточку на сгибе кисти. Стайлз забывается, вскидывая на Дерека взгляд и нахально усмехаясь.       – Ухаживаешь за мной?       – Да.       Дерек посылает ему такую же наглую улыбку и опускает взгляд на врезавшуюся ему в ноги Дору. Малышка взахлеб рассказывает, как она назвала волчонка и подаренного им ранее мишку, и куда поселит их жить в своей комнате, утаскивая его за руку наверх. Дерек покорно идет следом, внимательно слушая, а Стайлз прикрывает лицо рукой, краснея, от реакции оборотня на неудачную шутку и понимания, что золотыми были браслеты для Лидии, в которых Хейл его когда-то давно застал.       Дерек приходит с рассветом.       Не через окно, к чему Стайлз привык, а через дверь. Будит его запахом чая и горячих бутербродов с сыром, звуком подноса, не слишком аккуратно поставленного на стол. Стайлз пытается привстать, не разбудив Дору на своей груди.       – Мы проспали?       Дерек отрицательно качает головой.       – Есть два часа на сборы.       – Класс.       Стайлз опускается на подушку и приглаживает мягкие каштановые волосы дочери, не стремясь сразу её будить до конца. Он уже видит, как маленький курносый носик, точь в точь его, дергается, принюхиваясь.       Дерек мягко садится рядом с ними и гладит малышку по спине.       – Пора вставать, сегодня твой первый день в садике.       Дора ворочается и кряхтит, пряча лицо на груди отца. Стайлз обнимает её руками, чтобы она не свалилась с него.       – Она очень на тебя похожа… – произносит Дерек тихо, улыбаясь ему. Стайлз резко чувствует уютное смущение и сглатывает. Новая улыбка Дерека больше чем просто приподнятые уголки губ. Это искренняя спокойная улыбка, почти счастливая. И она впервые обращена не на Дору, а на него.       – Ага. И ей пора вставать в садик. – отвечает, не отрывая взгляда от лица Дерека.       Дора шумно выдыхает ему в грудь и заваливается вправо, в сторону Хейла, переворачиваясь. Раскидывает руки ноги в стороны и открывает глаза, зевая.       – Неси!       Дерек смеется её наставительному, почти капризному тону.       – Как скажешь.       Он берет малышку на руки, подкидывает легонько и встает, поймав. Дора просыпается окончательно, заливисто смеясь и дрыгая ногами в воздухе, пока Дерек уносит её в ванну чистить зубы. Стайлз вытирает вспотевшие ладони о кровать, глядя на них, и понимает, что не скучает по Джей больше. Что скучает не по Джей. Вновь.       Дерек приходит в бешенство.       Молниеносно, одним рывком хватает омегу за шею, припирает к стене и приподнимает над землей. У него ходят желваки, горят алым глаза, и он четко говорит сквозь клыки.       – Никто не смеет трогать мою семью, мою стаю, мою землю!       Стайлз пропустил начало стычки и тушуется, не зная, что выбрать – то ли увести Дору, то ли бежать стоять на стреме у поворота в коридор, на случай если пройдут воспитатели или другие родители. Он выбирает совместить и, подхватив испуганную дочь на руки, скрывается в коридоре, мысленно радуясь, что ехал со смены и пистолет при нем.       Через пару минут, омега, зашуганный, выбегает из-за угла и, не оглядываясь, сбивая забирающих своих детей родителей из закончивший занятия группы, скрывается в толпе. Стайлз хватается за кобуру, но Дерек, невредимый, по прежнему на взводе, уже стоит за его спиной.       – Что случилось?       – Он высматривал детей. – Дерек опускает в пол вновь загоревшиеся алым глаза. – И Дору.       Стайлз прижимает к себе дочь, притихшую, жмущуюся, полностью впитывающую опасность и волнение, исходящее от Дерека и зарождающуюся, сдерживаемую панику от Стайлза.       – Я опрошу людей, иди. Не упускай его из виду.       К вечеру в полицейском участке омега пытается оправдаться за похищение недельной давности, а шериф и приехавший агент ФБР Марк – по иронии судьбы начальник Джей – топит его доказательствами по хищению детей в разных штатах с целью продажи.       Дерек ждет в кабинете шерифа разрешения дела, продолжая пылать яростью. Стайлз дает ему подержать Дору и малышка скулит, улегшись оборотню на грудь. Только после этого Дерек меньше хмурится, раскидывается в кресле и, гладя её по спине, немного успокаивается. Он соглашается уехать и отвезти Дору домой только когда за Марком и омегой приезжает машина ФБР и увозит их для дальнейшего расследования на самолет в Нью-Йорк.       Дерек приходит волком.       Подходит со стороны леса, останавливается в тени дерева и ждет, пока сидящая на его спине Дора спрыгнет. Стайлз встречает их, взволновано вглядываясь в подбегающий к нему маленький силуэт, и ловит в руки полностью обращенную дочку. Она царапает его когтями, с которыми не умет обращаться, клыкасто улыбается и демонстрирует бакенбарды. Брови благо у неё не пропадают, хотя и к такой внешности малышки ему придётся привыкать.       Дерек подходит к ним и тыкается мордой Стайлзу в пах, отвлекая от рассказа Доры. Стайлз давится воздухом, отходя на шаг, радуясь, что сидящая на его руках дочь не видит такого внезапного и бесстыдного поведения Хейла. Дерек тыкается в него мордой повторно, попадая в бедро и до Стайлза доходит, что его теснят к дому.       – Тетя Эрика очень красивая, а у дяди Вернона волос на голове не появилось. – делиться Дора, искренне расстроенная последним фактом.       – А ты надеялась, у него будут волосы после обращения?       – Конечно!       В подтверждение она цепляется за волосы Стайлза и оборачивается в его руках посмотреть, зашел ли в дом Дерек.       Альфа провожает их до гостиной и сидит неподвижно, пока Стайлз усаживает Дору, переодевает и кормит вторым ужином, включая ей мультик. Малышка недолго сидит спокойно и на первой же песне про семью Мадригал вскакивает, пытаясь повторить движения персонажей. Стайлз наблюдает за ней с дивана, пока Дерек подходит, запрыгивает и укладывается ему на колени головой. Дерек лижет его ширинку дважды, прежде, чем Стайлз успевает с силой отстранить его голову.       – Какого черта ты делаешь? – шепчет, косясь на танцующую дочь.       В красных глазах огромного волка нет ни единого намека на раскаяние или сомнения в происходящем. Он лижет ширинку Стайлза ещё раз, клацает зубами, чуть взрыкивая, когда его голову вновь отстраняют, и укладывается лежать смирно. Дерек говорил, что теряет контроль над звериным в себе больше, с тех пор как стал в полнолуния следить за Дорой. Но утром Стайлз так и не решается обсудить с ним произошедшее.       Дерек приходит за сексом.       Застает его одного, караулит практически после работы, ждет у джипа. Смотрит странно, берет за руку и целует кожу над браслетом, тонкую, с венами, в которых бьется бешено пульс.       – Я хочу быть… – хмурится, качает головой, зажмуривает глаза, изгибая брови в каком-то внутреннем мучении. – Я думал, я не могу, думал, будет лучше, но я хочу…       Стайлз хватает его за отвороты куртки и прижимается губами к губам, не давая договорить. Захватывает нижнюю, прижимается всем телом, шагает вперед, зажимая оборотня между собой и джипом.       – Я тоже хочу тебя.       Глаза Дерека загораются алым, он обнимает его крепче некуда и с жаром целует. Стайлз нащупывает ручку двери, отстраняясь, как только вспоминает где они.       – Не здесь, не здесь.       Стайлз заталкивает Дерека в машину, садиться за руль и везет их в лофт, по дороге пересекая двойную сплошную и чуть не улетая в кювет на обочине, экстренно тормозя, когда Дерек не выдерживает и расстегивает ему джинсы, утыкаясь лицом в пах на полдороги. Стайлз вцепляется ему в волосы рукой, пропадая под ласками человеческого языка, стонет, вспоминая огромную макушку волка, что отстранял недавно, и прижимает голову Дерека к себе, пока Хейл полностью заглатывает его. Приехав в лофт, выглядящий нежилым, будто Дерек действительно сюда только спать и мыться заезжает, Стайлз пытается воплотить сразу все, о чем мечтал с четырнадцати, сожрать Дерека как огромный кусок торта весь целиком.       Он выдыхается под оборотнем спустя два часа, подаваясь назад из последних сил, дергая Дерека на себя, заставляя упасть и полностью прикрыть своим телом. Стайлз наконец на практике узнает, что узла у альф не оказывается.       Дерек приходит с дурными новостями.       Подхватывает рюкзачок Доры, забирает их двоих молча, но везет отнюдь не в сторону парка, где должен был быть пикник.       – Ты пропустил поворот.       – Джей сейчас в другом месте.       Дерек косится на Дору в зеркало заднего вида, когда девочка озвучивает для Стайлза:       – Папа, Дерек напуган. Мама не приехала?       Стайлз, который теперь тоже напуган, надеется на это, ведь работа в ФБР не позволяла Джей навещать их и в те редкие случаи, когда она на это решалась. Последние полгода встречи срывались из-за какого-то большого расследования, которое она не могла бросить.       – Пожалуйста, скажи, что это так.       Дерек не смотрит на него, крепче сжимая руль и тут же ослабляя хватку на повороте.       – Нет.       Он сглатывает, стараясь смягчить голос, обращаясь к малышке.       – Дора, мама приехала. Но преступник, которого они с коллегами искали, приехал за ними и ранил её. Сейчас мы едем к ней в больницу и узнаем, как она себя чувствует.       – Ты врешь! – Дора всхлипывает. – Ты знаешь как мама, я слышу!       Она плачет, теряет контроль, обращаясь, прижимает к груди любимую игрушку – волчонка – и ворочается, озираясь, в детском кресле. Стайлз с ужасом понимает, что она вполне может из него выбраться, отстегивается и почти встает коленками на сиденье, обернувшись, протискиваясь между спинками, хватая дочь за руки. Дерек ведет одной рукой, придерживая его за ремень джинс для подстраховки. Они почти приехали.       – Милая, посмотри на меня, хорошо? Дерек не знает, что с мамой. Когда люди попадают в больницу они в тяжелом состоянии, их кладут на операцию, увозят в специальное помещение. Врачи помогают им там, лечат, но близкие все это время знают только то, в каком состоянии больных туда увезли. Когда операция заканчивается, выходит доктор и сообщает, что именно они вылечили и какое состояние у больного сейчас. Мы уже почти доехали хорошо?       – Мама на операции сейчас, милая. – Добавляет Дерек.       Стайлз успокаивающе гладит дочь по плечам, медленно и глубоко дышит, пока она не начинает повторять за ним. В больнице глаза Доры уже не желтые и она бежит, быстро перебирая ножками, чуть не впереди Дерека, узнавшего, в каком крыле проходит операция. Дойдя до полупустого холла и закрытых створок, ведущих в коридор с операционными, Стайлз вскоре обнаруживает, что их, прибежавших сломя голову и вышагивающих напротив в нервном напряжении, четверо.       Дерек приходит с кофе.       Отдает стаканчик Стайлзу и присаживается в угол на полу к Доре. Ей он приносит конфетку, которую малышка игнорирует, уткнувшись носом в шерсть игрушечного волчонка. Стайлз наблюдает за ними, не выпуская из виду осунувшегося Марка, шагающего вдоль окон.       – Там больше ничего страшно не пикает. – сообщает Ясна шепотом.       – Это хорошо. Значит, опасный момент прошел.       Дерек обнимает Дору, гладит по плечу, когда она вскидывает голову и пытается встать.       – Там идет…       Дерек усаживает её обратно и что-то шепчет, видимо напоминая, что люди услышать приближение других не могут.       Стайлз засекает их шевеление и встречает врача у самых дверей. Мужчина снимает с лица маску, сообщая новости и ему, и подскочившему к ним Марку.       – Она стабильна, мы удалили шрапнель, отчистили рану от порошка, наложили швы. Ребенок не пострадал, но мы будем наблюдать её и доктор Ле…       – Ребенок? – переспросил побелевший внезапно Марк.       Стайлз машинально подхватывает пошатнувшегося агента под локоть, пока он переводит испуганный взгляд на Дерека и Дору, сидящих в углу.