Ведьмак. Мой блеск пронзает тьму...

Зимовка в Каэр Морхене, 2 месяца после резни в Цинтре Новиград всегда восхищал Весемира. Отливающие бронзой на солнце кирпичные здания, кои не встретишь в иной деревеньке; яркие чаши с негаснущим огнём; высокие стены и громкие крики на торгах - всё это пробуждало в нём какое-то странное, необычное, но тёплое чувство! Спокойствие? Умиротворённость? Ностальгия? Чёрт его знает, даже сногсшибательный молодой ведьмак, которого зачастую называли среди товарищей по цеху "змием-искусителем", не смог бы сказать, что за ощущение к нему приходило в этом древнем огромном городе. Многие здания прошлых веков ныне дважды, а то и трижды снесены и перестроены, но Весемир помнил их всегда... - Н-у-у, дядушка Весемир! - воскликнула Цири и потрясла его за плечо. - А, что? - старик вздрогнул и посмотрел на неё своими уже побледневшими кошачьими глазами. - О чём то бишь я?.. - Ты хотел мне рассказать, как ты сражался с какими-то фанатиками из Новиграда, - сказала Цири, надув губки, и поёрзала на коленях у ведьмака. - Но потом ты начал клевать носом и... - Тихо, тихо, принцесса, - поморщился Весемир, - не балагань! Ты вон, после тренировки возвращаешься - дрыхнешь, как сурок, и храпишь так, что на весь Каэр Морхен слышно! - Я не храплю... храпю... хра-... - утихла ведьмачка, а затем засияла и воскликнула: - Не издаю храп! Старый Волк аж подпрыгнул от испуга. - Ну всё, всё, помолчи. Ишь ты, разоралась она тут. Ты как крикнешь, стёкла во всей крепости звенят. Цири виновато потупила взгляд и опустила свою головку. Ведьмак вздохнул и погладил её. - Ладно, дальше рассказываю... * * * * * 100 лет назад... Странная фигура в капюшоне пробиралась на здоровенном жеребце цвета воронова крыла через толпу, насвистывая какую-то деревенскую мелодию и бросая резкие взгляды на горожан, отчего те мгновенно отворачивались, начинали покашливать и шли по своим делам. Редкая псина не обращала внимание на чужака и не начинала глухо рычать. Правда, стоило только ему приблизиться, они тотчас с тихим скулом пятились к стенам домов или своим конурам. Некоторые особо смелые (ну или глупые) местные жители хмуро косились на него, а то и плевали коню под копыта. Однако пришельцу было на них также наплевать - за плечом висят два меча, чего тут бояться? Наконец он подъехал к группке маленьких детей, играющих в салки. Большинству их не было и пяти лет, они бегали в одних рубашонках и обмотанных на манер трусиков полосках ткани. Ребятишки громко смеялись, повсюду звучал смешной писк и гомон, некоторые из них уже копошились в осенней грязи, пытаясь повалить друг друга. Один из мальчишек (вероятно, водящий) тоже остановился и внимательно осмотрел всадника. Тот не удержался и, подняв нос, встал к нему в профиль и выпрямил усталую спину. Было это непросто, учитывая то, что он ехал уже несколько дней почти без остановки. Затем этот мальчик шепнул что-то своему товарищу, и они подозвали остальных. Малыши мгновенно окружили незнакомца, но почему-то робко жались друг к другу, нерешительно переминаясь с ноги на ногу. Он усмехнулся, ведь не все взрослые на него так реагировали. Но вот один из детей (судя по соломенной копне волос на большой головке, мальчик) выступил вперёд и тонким-тонким голоском спросил: - Дяденька? - Слушаю, - улыбнулся ведьмак, и паренёк немного осмелел. - А зачем вам два меча? - спросил он. - Дурень! - с нажимом воскликнула девчонка, как две капли воды похожая на него. - Один, чтобы от разбойников отмахаться, а второй для колбасы! При слове "колбаса" животы всех ребятишек в унисон заворчали, и Весемиру (а это, как вы давно уже поняли, был он) стало их жалко. Он немного помолчал в раздумьях, а затем загадочно произнёс. - Тот что слева выкован из великолепной горной стали, а второй - из серебра, что блестит даже в непроглядной тьме. Оба они нужны мне для того, чтобы убивать монстров. - А какой для кого? - по-птичьи наклонив головку, спросила другая девочка. - Серебряный для тех, что обитают на болотах и пугают путников, а стальной для тех, что сидят в городских ратушах. - Но ведь в ратушах сидят не монстры, а свиньи, - возразила с максимально серьёзной миной первая, и все остальные рассмеялись. Даже ведьмак улыбнулся. Девочка постояла немного, а затем со слезами воскликнула: «Мне мама так сказала!» Ведьмак спрыгнул с коня и наклонился к её заплаканному лицу. - Ну, не плачь, - улыбнулся Весемир и осторожно вытер слезы рукой. - Как тебя зовут, красавица? - Мирра, - смущённо пробормотала она. Однако она не получила от него насмешки или шуточного поклона. - Очень красивое имя!.. - с улыбкой прошептал он. - Пойдём, проведешь меня в ратушу, и я тебе пряники куплю. - К свиньям? - с сомнением переспросила девочка и вытерла ещё мокрые глаза. - Ага, именно к свиньям, - хитро усмехнулся ведьмак и подмигнул ей. Девочка окончательно повеселела и побежала по оживлённой улице, и все кони перед ней [почтительно?] останавливались. Он же посмотрел ей вслед и дал ребятишкам свежеиспечённый хлеб. - Берите, малышня. Вам он нужнее. - Безобразие!!! Ведьмак выпрямился и оглянулся. Позади него стояла, гневно сопя, дородная пышногрудая женщина в пышном платье и с кружевным зонтиком в руках, одетых в бархатные перчатки. Маленькие губки бантиком становились всё меньше и меньше с каждой секундой, и из них сыпались страшные оскорбления: - Псина! Грязный выродок! А ну живо отошёл от этих бедных детей! Весемир повернулся и спросил. - Это ваши дети? Она молча постояла, а затем медленно покачала головой. - Тогда в чём причина ваших отвратительных речей, сударыня? Ругаетесь, ей-богу, как сапожник! - Мутант! Мерзкое богоподобное чудовище! Тебе не место в нашем мирном, чистом городе! Как вас, чертей каэр-морхенских, вообще земля носит?! Ведьмак хмуро поднял руку и остановил её неприятный визг. - Меня - легко. Я достаточно худой для нашей бесценной усталой земли, а вот как вас она носит - вопрос! Женщина вытаращила глаза, вдохнула воздуха и начала злобное: - Да как ты смеешь?.. - Слушайте, - прервал её Весемир, - и вам, и мне этот разговор чрезвычайно неприятен. Мне даже ещё больше, и сейчас я объясню, почему. Я - ведьмак, меня подвергали самым безжалостным пыткам и экспериментам. В меня вливали яды, от которых любой городской обыватель вроде вас мгновенно превратился бы в сморщенное желе, лишь отдаленно напоминающее человеческое тело. На тренировках по владению боем на мечах мне ломали пальцы и конечности. Маятник, мельница, мучильня - я прошёл огонь и воду ради того, чтобы спасать ваши гнусные людские жизни. Я голодал, холодал и терпел ВСЕ лишения на своём Пути, ибо думал, что таково будет моё Предназначение. И, о, боги! Как же я ошибался! Вместо благодарности за спасение ваших нежных шкур я зачастую получал лишь презрительные взгляды, оскорбления, плевки в лицо! А ведь многие ведьмаки своё прекрасное лицо, полученное от матушки природы, потеряли после Испытания Травами и выхода на большак. Так что советую вам взять полы своего великолепного кружевного платьица - здесь всё-таки слишком грязно для таких "чистокровных" щеголей, как ваша братия - и ДУЙТЕ отсюда, в объятия своего богатенького мужа, иначе отправитесь к нему на серебряном блюде в образе жареной свиньи, коей, по своей сути, и являетесь! Весемир перевел дыхание, запахнул свой меховой плащ (на котором уже и меха-то, в принципе, не осталось) и повёл под уздцы своего коня. Последнее, что он услышал прежде, чем влиться в воскресную толпу, было: "Я буду жаловаться властям!" Однако ведьмак вновь стал тем, кем является по СВОЕЙ сути, - беспристрастным профессионалом, убийцей чудовищ, которому плевать на все... - Дядушка Весемир, ну хватит! - Что хватит? - Хватит начинать эти пространные монологи! - Ты хоть знаешь, что это такое? - Дядя... - Ладно, ладно, прости, Цири... Кхе-кхм, продолжим!.. * * * * * - Господин ведьмак, вы меня, кажется, неправильно поняли! Перед Весемиром стоял сухонький бургомистр, одетый в бархатный красный фрак и с моноклем на левом глазу. Бургомистр льстиво улыбался и "почтительно" склонял голову во время разговора. - В договоре было написано 250 новиградских крон, плюс чек на обед в "Мохнатом завсегдатае" за счёт конторы. Я выполнил свою работу, настал час расплаты. - Милсдарь, мы уже час бьёмся над этой проблемой, - хмуро ответил сотник, подняв голову от своего отчёта. - Вы выполнили свою работу, это правда. Однако очистка канализации от утопцев не соразмерна той оплате, которая была указана в договоре. Вдобавок, сейчас в Новиграде и в Редании в целом экономический кризис, мы не можем выдать вам такую плату! - Насколько я знаю, - Весемир покосился на него, - экономические отношения - это дело бургомистра и локального казначейства. Ваше дело, господин сотник, состоит в том, чтобы сохранять порядок и исключать беззаконие в городе. В крайнем случае, убийство чудовищ. Мне действительно интересно, почему меня наняли за такие гроши (а 340 оренов, которые вы мне предлагаете, - это по современным меркам всё-таки гроши), если можно было собрать небольшую группу солдат и очистить канализацию, не нанимая для этого дела ведьмака. Однако я стараюсь не обращать внимания на такие мелочи, и вам советую. Сотник побледнел и кашлянул. Льстивая улыбка уже давно слетела с губ бургомистра, и тот, наоборот, побагровел. - Да как вы смеете, сударь, так с нами обращаться! Мы всё обыскали, всю новиградскую казну, собрали все налоги с населения!.. - По сусекам поскребли, по амбарам помели, - усмехнулся Весемир. - Знаю, знаю эту сказочку. Гоните деньги, сволочи, иначе мой меч выскочит из ножен быстрее, чем вон тот парнишка обмакнёт перо в чернила, - писарь нервно сглотнул. - И, уж поверьте, тогда начнётся настоящая КРОВАВАЯ БАНЯ! Усекли? Бургомистр вскипел. - Стража! СТРА-ЖА! В кабинет вбежали двое вышибал, ростом повыше иного гризли. - Уведите его! Они подошли к Весемиру, но тот остановил их и тихо сказал: - Что ж, господа, вижу, мне здесь не рады. Раз так, я ухожу. Мне на вас теперь наплевать. Слышите журчанье? Это я ссу на вас с высокой колокольни. Те 340 оренов я заберу, всё-таки заслужил. Однако я припас на такой случай эдакий "прощальный аккорд". Всё утопцы, и не только утопцы, убиты, это так. Но гнёзда их я оставил, пусть плодятся. Если хотите, нанимайте ведьмака на эту работу, пусть он уничтожает их. Я - пас. Прощайте! Он кивнул охранникам. Те поклонились ведьмаку и провели его к выходу. - А вам то хоть прилично платят, а? - Да так, - скривился один. - Не то чтобы. Живём на месячном окладе, пока какая-нибудь заварушка на площади не случится и эти свиньи нас туда не отправят разбираться. - Вы, новиградские, все так их называете? - Ага, - оскалился второй. - Сами ведь видели, у обоих рожи - ну точно рыла! Все трое расхохотались и так дошли до выхода из ратуши. Там ведьмака уже ждала, присев на крылечко, девочка-провожатая. - Ну, бывайте, ребятки, - Весемир пожал обоим руки. - Не болейте и верно служите закону, которого здесь нет! - Бывайте, господин ведьмак! Он подошёл к Мирре и похлопал её по пыльной головке. "Пойдём на базар", - шепнул ей Весемир. "Тебя там пряники заждались" * * * * * - И что потом? - Потом, - задумался Весемир. - Потом я встретил своего знакомого, Фила. Он сказал, что у одного его знакомого есть работа для ведьмака... * * * * * - И что же это за работа? - Не знаю, - ответил со вздохом эльф и поправил свою суму. - Он что-то вскользь упоминал об эхинопсах, но я не уверен. - Эх ты, Seidhe. Надо было его расспросить, узнать, что за работа. А то вдруг там нужно провести конвой с полными бочками фисштеха из Новиграда в Цинтру! Aen Seidhe вздохнул и кивнул ему. - Виноват, не спорю. Прости, Весемир. - Ладно уж, - хохотнул тот. - На обиженных воду носят, как говорится. Давай, веди меня к этому твоему знакомому. Путь к "знакомому" был неблизок: пришлось пройти 3-4 квартала. Потом они поняли, что пошли не в ту сторону... "А говорил, блин, что разбираешься в здешних трущобах!" ... вернулись на полквартала обратно (Весемиру показалось, что не в пространстве, а во времени), спустились по притаившейся где-то между домов лестнице, после чего их взору предстала встроенная между домами церковь. - Это оно? - Агась. - Твой знакомый - жрец Вечного пламени? - Весемир поднял бровь и усмехнулся. - Ты не поверишь, но - да! - эльф хохотнул и открыл дверь в часовню. Часовня была обустроена небогато. В то время культ Вечного огня обладал значительно меньшим признанием, прихожан почти не было. Парочка факелов, пять рядов из двух скамеек, между которыми был проход к алтарю, ну, и сам алтарь. "Алтарь" ведьмака совсем не впечатлил. Даже наоборот, разочаровал. Так, просто каменная чаша с костром, над которой качается небольшая позолоченная курильница. Что поделать, бо́льшим жрецы обеспечить себя не могли! На скамейках сидели хмурые люди, персонажи горельефов были хмурые, даже святой отец - и тот был хмурый, пока отпевал молитву. Пришедшие были встречены лишь суровостью и отчуждением. Филавандрель как ни в чём ни бывало пролез между скамьями и, подойдя к священнику, шепнул ему что-то на ухо. Тот медленно кивнул, окончил свою молитву и повёл их за алтарь. - Я так понимаю, вы тот самый ведьмак, маэстро магии и меча, о котором упоминал господин Филавандрель? - Да, это я, - Весемир поклонился. - Приятно завести с вами знакомство, - улыбнулся Уинстон (так звали того священника). - В отличии от простого люда, я не испытываю того отвращения и ненависти к представителям вашего цеха. Сказать по правде, я вам даже немного симпатизирую. - Приятно это слышать, милсдарь. Сейчас ведьмаков не то чтобы жалуют. А насчёт простого люда, я бы за них заступился - они хотя бы не смотрят высокомерно и с презрением, как аристократы и представители духовенства. Уинстон рассмеялся. - Немудрено. Мы, служители культа Вечного огня, считаем отличных от нас существ врагами. Что поделать, менталитет, у нас это в крови! Фил недовольно прокашлялся. - Я прошу прощения, но у нас дело. - Ах, да, простите, господин Филавандрель! Что ж, перейдём к теме нашего разговора. Он поправил свою чёрную с красным подбоем сутану и начал свой рассказ: - Когда-то давно, ещё до появления на Континенте эльфов, гномов и людей, на этом самом месте был построен языческий храм, в котором жили и молились враны - древняя раса, сгинувшая около века назад. Они, так же, как и мы, поклонялись разным богам. Гигантом среди этих конфессий стала секта, которая поклонялась Кровавой матери. - Позже легенды о ней несколько изменились, после чего превратились в "сказку" о проклятии Чёрного солнца и Лилит, - пояснил Фил. - Этот культ вобрал в себя многие конфессии. Кровавая матерь стала главой пантеона языческих богов; остальные божки, которые пришли вместе с новыми прихожанами из других племён вранов, стали её слугами или детьми. Говорили, что Она даёт им благословение, если её паства не грешила и активно плодилась. - Иначе говоря, они пропагандировали секс и прелюбодеяние, - засмеялся Весемир. - Абсолютно верно. Для вранов процесс оплодотворения был великим благом... Ну, или приятной привычкой, конечно. - Прямо как у нас. - И вы снова правы. Именно эта идеология и породила всеобщий "культ секса", который проповедует по всему миру. Он снова поправил сутану. - Итак, враны молились Ей, плодились и были, в общем-то, счастливы... Пока не пришло Сопряжение Сфер и мир не заполонили пришельцы - расы отличные от них, враждебные. Местные были весьма миролюбивы, они пытались наладить хорошие отношения с иноземцами. Однако ответом им стал клинок в горле и море пролитой крови. И тогда начался истинный ад на земле. Итлина, эльфийская пророчица, грозилась тем, что настанет Час Меча и Топора, Час Безумия и Презрения. Однако она ошиблась: он настал именно в тот момент, когда был убит первый вран. Аборигены, если их можно так назвать, взялись за ум и сразу осознали - никто не хочет с ними сосуществовать. Простите, милсдарь Филавандрель, однако не только люди были и есть расисты - эльфы гнобили туземцев не меньше. Мы набросились на мирных вранов, как стаи собак, но они дали достойный отпор. Теперь в их пещерах горело обжигающее пламя, плавился металл, ковались мечи и копья, топоры и стрелы. Благословение Кровавой матери из бытового превратилось в боевое - все просили благословить их клинки на "праведный бой". Ну и, что делать, - она их благословляла. Ян Беккер - первый маг среди людей - писал в своей летописи, что во время боя острые как бритва лезвия мечей вранов блестели от чьей-то крови. Но вот война закончилась. Вранов почти не осталось, люди начали строить города, отправлять своих детей на обучение в Лок Муинне (там в то время обучали магии). Казалось бы - идиллия? Ничего подобного. Кровавая матерь всегда давала о себе знать, она не потерпела смерти своих детей, разрушения древних храмов и свержения идолов - символов мудрости и вечности. По всему Континенту чародеи замечали вспышки безумия, причины которых не мог никто найти. Позже оказалось, что в реках и озёрах, из которых горожане набирали воду, начали расти кроваво-красные цветы, отравляющие священную жидкость своими испарениями. Так появились Веленские болота, болота Предместий и другие. Вдобавок, монстров становилось всё больше, причём вели они себя весьма необычно. Обычно утопец не нападает без причины. Либо вы нашли его гнездо, либо он голоден. Теперь же они толпами валили в город и вырезали по ночам целые семьи! В частности, именно поэтому великие чародеи Альзур и Каспино Маласпина создали ведьмаков. Наконец, Кровавая матерь успокоилась. Земля впитала кровь её детей, на месте великих сражений выросли вековые деревья, "ложные идолы" были низвергнуты, сменились поколения... - Однако она вновь вернулась, - прервал его ведьмак. - Месть - блюдо, которое подаётся холодным. Я неспроста в начале своего рассказа упомянул, что на этом месте раньше стоял враний храм. Недавно один из прихожан заметил какой-то вход в подвальном помещении нашей часовни. Когда он спустился, мы услышали громкий крик боли, потом харканье из горла, а затем - какое-то низкое пенье. В одно мгновение все наши посетители будто обезумели: они хватались за голову, падали на коленях в беззвучном крике, кто-то даже бился в конвульсиях. Никто из служителей Вечного огня, что интересно, на ту древнюю песню не среагировал. - Сила веры, - кивнул головой Фил. - Вы служите Вечному пламени, и потому обладаете бо́льшей силой воли, чем другие. - Возможно. Позже всё стихло, и постепенно все начали приходить в себя. Я послал за десятником Ордена Пылающей розы, но тот, услышав про такое, отказался отправить нам отряд. - Подлецы, - буркнул Филавандрель. - На самом деле, - возразил Уинстон, - я их очень даже понимаю. Любой на моем месте испугался бы, это вполне естественно. Тем не менее, нам нужно, чтобы кто-нибудь пошёл разведать в эти катакомбы и, по возможности, вышел бы живым. Я подумал, что лучше ведьмака эту работу никто не выполнит, даже чародей. Весемир задумался, и священник поспешно добавил: - Все риски учтены. Думаю, сумма, которую я предлагаю, вас заинтересует... - И какова же она? - 1100 реданских крон. Именно такую сумму мне назвал один мой знакомый антиквар за те артефакты, что хранятся в катакомбах. Ими могут быть как осколки горельефов, если они действительно соответствуют цене, так и древние мечи, наточенные лучше махакамских. - В этом городе всё держится на знакомствах, - улыбнулся ведьмак. - Можете расслабиться - дело в шляпе! Однако, если вас не затруднит, мне бы ещё хотелось сытно пообедать. Всё-таки грех лезть в древний храм на пустой желудок!