Голубая остановка. Дело Птичкина

Каждый вечер прекрасного октября заканчивался свежо. Дул ветерок, предвещающий скорые вонючие морозы, когда придётся жить в пуховике и трех штанах... Но все это не сравнится с красотой осенних вихрей в теплый или уже как жопа Баскова прохладный вечер. Холодный воздух поступал в еще неотопляемую комнату в старейшем здании, которое должно было развалиться еще в развал СССР, но почему-то на говне, палках и скотче, все еще держится. Также, как полуоткрытое окно, закрепленное резинкой и старым презервативом.... —Ста-ас... Мнх, —Кудряш уже не знал куда деться. Он провалился в постель по самую основу, чувствуя холодный металл прутьев голой спиной, а приподнятой поясницей горячие потные ладони и поднапряженные пальцы, до синяков сжимающие мягкое тело. Стас молчал, только иногда мыкая и влажно выдыхая, отчего из-за низкой влажности в комнате казалось, что его дыхание оседает на теле. Хотя, кому не похуй. Кажется, парень получил уже тысячу и один оргазм, пока только смотрел на "нестандартное" мягкое тело. Марк держался, ведь как говорила Ореховна: "Кончишь первым - горе в семье", или что-то наподобие... В общем, не факт. За секунду до кульминации трехчасовых потрахушек без оргазма и вазелина, парень и не совсем, не останавливаясь, прислушались. Помимо противного скрипа старейшей кровати, они услышали скрежет металлического ключа в замке двери, доносящийся из коридорного мрака. —Ты ж говорил, она до поздна? —Стас, грозно взглянул на Птчкна под ним. Кудряш криво улыбнулся, опустив брови. —ПТИЧКИИИИИИН?!?!!!!?!!!!! КАКОГО ХУЯ МНЕ НА ТЕБЯ ЖАЛУЕТСЯ ВАШ.... —Девушка остановилась, снимая куртку с плеча, другой рукой держась за ручку раскрытой двери, с как обычно озлобленным, но теперь с примесью ахуевшим выражением лица. —Э-э... —Гримасса застыла на лице, одни лишь глаза скользили то вверх, то вниз, разглядывая картину Федерико Феллини, где на "Оскар" были представленны два пидораса, на которых смотрел зеленый Оскар с пыльной полки, который остался уже не как побрекушка, а как фамильная вещь. Как и остальные, что пылились на полке. Миленская конечно старалась не давать пыли оседать на тех вещах. Они представляли слишком большую стоимость для обоих. Поэтому она, уведя взгляд в обосранный плинтус на полу, прошла к полке, взяла оттуда что-то и вышла, захлопнув дверь. —Мне п#зда? —Мелодично промурлыкл Стас. —Нам п#зда. Примерно через полминуты бездействия, парни услыхали второй великий кухонный переворот, революцию посуды и возгласы сковородок. Уже тогда поняли, что лучше поторопиться. Первым, спустя ненасытных горечных 30 минут из комнаты вышел Птичкин, в накинутой рубашке, больше кудряша на семь размеров. Однако, выходить сразу в кухню было плохой затеей. —Ой. Прости. Просто думала первым покажется Стас. —Нож со звонким свистом врезался в стену дверного проема, в сантиметрах от уровня лица вошедшего Птчкна. —А-э, чхе-хпхе.... —Марк мигом развернулся, но его приостановил вошедший вслед Стас. —Так и знал. —В руке у него была деревянная дощечка, найденная под матрасом, в которую мигом, после грозного рыка прилетел второй нож, но по-больше. Для мяса, так сказать. —Еще злая? —Пошёл н#хуй. —Грубо, но метко. —Боюсь вместо меня уже сходил твой дружок. Томный взгляд девушки не выражал ничего хорошего, пока она смотрела на самодовольного юношу. —Не смотри на меня так. —Стас уже не видел смысла чего-то говорить. Все равно, она будет стоять на своем До Гроба. А может и на том свете. —Садитесь... —Монотонно произнесла барышня, встав из-за стола и отходя к холодильнику. Оттуда она достала припасённое игристое, поставив на стол к двум тарелкам, бережно накрытыми крышками из-под какого-то продукта, типа торта. —Бон аппетит. —Достала недопитую бутыль красивого портвейна и ушла, пред этим, приостановившись в дверном проеме, гулко посмотрев в голубые Птичьи глаза. —Не отравишь, матушка? —Крикнул в вдогонку Стас. —Как раз собиралась! —Эм... Она э, шутит... Я надеюсь, —Птичкин улыбнулся, присаживаясь за столик. —Зная её, я бы не торопился... —Мимо парня прошел чёрный, как ночь и толстый, как три автобуса кот. —Кс-кс. Иди-ка, киса, попробуй вкусняшку хозяйки. В отличие от Стаса, кот был уже бронированным, и даже если бы еда была отравлена, ему бы ничего не было. Птичкин это знал, но сам лишь молчаливо наблюдал. —Ладно. —Юноша повернулся к своей любви и тихо шепнул, —Что она обо мне говорила? В последнее время? —Ничего хорошего, —Пережевывая вкуснейшие сырники в виде смачного толстого хуя, Птичкин повел рукой. Ничего не изменилось. Но хотя бы не ухудшилось, и то хорошо. Даже немного, кажется, улучшилось. Хотя, она до сих пор кидается в него вещами... Хорошо, что уже не бутылками. Деньги наверное кончились. Сырники у Стаса были не пережаренные с дорблю начинкой или золотистой корочкой, а такие же как у любимого сына Миленской. Как-никак, а человечность у неё не отнимешь. Ну, как не отнимешь.... —Что насчёт последнего расследования? Ты же понимаешь, что это Её рук дело? —Парень смотрел спокойно, почти медетативно. Его натура всегда нравилась Птичкину и окружающим. —Все не так однозначно. —Марк повел вилкой в сторону, —Она две недели назад приходила сюда с убитой. Я еще не допросил её, но думаю на этот раз это не она. Не станет же она специально устраивать эти оргии? —А как насчет надписи, выцарапанной на коже? Я говорю тебе, все здесь прозрачно и плоско. —Да не торопись ты. —Птичкин шикнул, —Когда мне сообщили время убийства... Понимаешь, у неё платиновое алиби. —Очень легко все обломать. Только дай повод. —Агрх, прости, забыл с кем разговариваю. —Кудряш закатил глаза, бросив вилку на стол. —Короче, звони как будет что-то известно. —Встал из-за стола и вышел в окно, подышать. —Как-никак, было очень много похожих дел, в которых она точно не участвовала. Мы не можем знать наверняка. —Чувак, это ее не оправдывает. —Уходя в коридор буркнул Стас. —Закроешь за мной? —Да, иду. Парни разошлись. А вот накопившееся все еще не разошлось. —Слушай, я так замечательно проветрилась, —По возвращению кудряша, барышня уже сидела за столом, подъедая вчерашние блинчики, запивая разбавленным виски, —Забрала белье у теть Маши, навестила Леночку... —М-м, да, да... Миленская, что по поводу С- —Чтобы я не видела его больше в пределах этого дома. —Её лицо мгновенно изменилось, а руки сжались в кулаки. —А то знаешь, когда-нибудь мое гостеприимство закончится, —Стакан в руке проскрепел от сильно сжатых ногтей, —...не на самой весёлой ноте. —Эм, хэ, ладно... —Птичкин кинул взгляд на кота, еле допрыгнувшего на подоконник. —М-м... Погоди, Лена? Какая?! —Ну... Помнишь, та черноглазая тянка, которую я приводила? —ТА САМАЯ?! —Ну... А что? Я не понимаю, чему ты удивлён. —А-э, с-секунду... —Марк со свистом вылетел из кухни, а после и из квартиры. На улице, в одном пальто, он дозванивался до любых тогда присутствующих и имеющих отношение к делу. —Алло? Алло? Да черт. Что б вас метеоритом раздавило! —Последний, кто остался в списке... Майор Одуванчик... —Алло? Птичкин, реально ты? Что за праздник такой? —Не до шуток сейчас. Ты на работе? —О, нет, мой дорогой. Я сейчас в сауне с самыми сексуальными девушками нашего района. —На фоне послышался пошлый смех нескольких наркоманок —Фу. —Птичкин покачал головой, —Слушай, у тебя есть доступ к последней информации о деле №144? Убитая Лена Сокольникова в морге? —Что тебя вдруг так заволновала одна мертвая девушка? Лучше поезжай ко мне, у меня тут много, да и живых, знаешь ли. —Майор ухмыльнулся, —Приезжай. Адрес ты знаешь. А я поделюсь с тобой нужной тебе информацией. —И лично сопроводишь туда, куда мне необходимо? —Конечно, дорогой. Все только для тебя~ Звонок оборвался. Что ж, придётся рвать жопу за оправдание своей матери. Снова....