Wish You Were Here

Было утро воскресенья, время, когда не нужно думать о пустяках вроде обязанностей и просто наслаждаться лёгкостью и умиротворённостью начала дня. Джерард вчера вечером забрался к Фрэнку в комнату через окно и принёс овсяное печенье, свои карты таро и нежность. Нечёткие и сладкие ощущения, как на границе со сном, когда не отличаешь реальность от выдумки. Он снова пах лавандой и был одет в футболку Pink Floyd (футболку Фрэнка). Фрэнк иногда не мог отвести с Джерарда глаз и глупо улыбался, смотря на него, освещённого светом гирлянды. Они лежали в кровати голыми, прикрыв ноги одеялом и распахнув шторы, чтобы солнце просачивалось в окно. В воздухе на свету витала пыль. — Эти раны у тебя на руках, — Фрэнк слабо махнул свободной от сигареты ладонью на предплечье Джерарда, которому сразу же захотелось залезть под одеяло с головой, — ты знаешь, что надо резать вдоль, а не поперёк? Он ждал смеха в ответ, но увидел лишь опустошённый взгляд глаз с расширенными от ещё не спавшего возбуждения зрачками. — Я порезал. После того, как вы столкнули меня с лестницы зимой. Исполосовал себе руку и лёг в ледяную воду в футболке Queen. Если бы Майки не решил помыться впервые за сто лет, я бы умер в тот день. — Я всё ещё не научился думать прежде, чем говорить. — Я заметил. Повисло неловкое, скованное молчание. Фрэнк обладал талантом разрушения. — Я не понимаю этого, ну, всего этого, — Фрэнк не хотел говорить вслух словосочетание «твоего желания прикончить себя». Тишина наполнялась дымом от Marlboro и быстрым биением двух сердец. — Почему ты ничего не говорил, когда они.., — Фрэнк запнулся, — когда мы издевались над тобой? — Это всё равно было бы бесполезно, и распалило бы вас ещё больше. — Мужик, подожди.., — пазл в голове Фрэнка неожиданно сошёлся, — выходит, тогда, ну, когда Пати_Пойзон... когда ты пропал на месяц, это из-за...? — Да. Я лежал в больнице неделю или около того, а потом мама решила, что мне там не место. Хотя мне нравилось: никаких одноклассников, ненавидящих тебя, Майкс, неловко таскающий кофе из больничного автомата и целый день, чтобы рисовать. Я бы не отказался повторить, — он усмехнулся, но не так, как обычно, когда колокольчики звенели от дуновения ветра, а хрипло, как после продолжительного плача. — Блять.., — Фрэнк не знал, что ещё он может сказать. Ему было даже немного стыдно, но не перед Джерардом Уэем из зимы, а перед Пати_Пойзоном. Он время от времени не мог не воспринимать их как разных людей, даже сейчас, когда он лежал голый вместе с лузером на своей кровати. — Почему ты называл меня Schwuchtel? Твои друзья не были такими оригинальными, — Джерард явно не хотел продолжать, и Фрэнк не хотел тоже. — На самом деле это забавная история. Ну, не то, что я тебя обзывал, а то, как я это придумал. Мне было четырнадцать или около того. Я услышал это в песне Rammstein, потом посмотрел клип и ужасно разозлился от того, что мне нравятся голые парни. — Ну конечно. Я и не думал, что ты можешь по-настоящему знать немецкий, — Джерард с интересом рассматривал плюшевое кладбище на потолке и курил вместе с Фрэнком. Айеро искривился в ухмылке, сжимая сигарету губами.

***

Джерард стоял, сгорбившись, у доски уже около пяти минут, но до сих пор ничего не написал, даже маркер не взял. — Джерард, что здесь нужно добавить, чтобы получить формальдегид? — учитель химии точно не был заинтересован. Джерард всё ещё не знал, так же, как и секунду назад. — Да Уэй же тупой! Вызывайте его почаще, время урока потянет, — загоготал Кевин, и в ответ ему послышался одобрительный смех Уоллиса, Сэма и Фрэнка. Джерард обернулся на класс, смотря именно на Айеро, но Фрэнк никак не среагировал, даже взгляда на нём не задержал. — Кевин Эдгар Маллен, это моё последнее предупреждение. Ты хочешь снова быть отстранённым? Кевин промолчал, позволив химику и дальше допрашивать Уэя. Как только седая голова учителя отвернулась к доске, Кевин тут же прошептал друзьям: — Какой же он, блять, тупой, — он тихо хихикнул. Он успокоился, только получив ответное хихиканье от трёх своих друзей. Фрэнка остро и внезапно ударило осознание, что он перестал быть главным в компании, и это ему ужасно не понравилось. Кевин никогда раньше не был заводилой их развлечений, все, даже самые маленькие шалости, всегда начинал Фрэнк. Это не может привести ни к чему хорошему.

***

— Пацаны, я сегодня не с вами. У меня намечается вечер вместе с Моникой: машина моего отца, то небольшое озеро.., — с гордостью растянул губы Уоллис, положив руки на стол в школьной столовой. — Ага, и ребёнок через девять месяцев. Не вздумай даже трахаться с ней без гондона, я не выдержку очередного месяца лекций о безопасном сексе, — Сэм пил яблочный сок и абсолютно точно завидовал. — Сэмми, не грусти, — с придыханием и невообразимо саркастично проговорил Айеро, — и на твоей улице однажды будет Праздник Потери девственности. — Ах ты сукин сын, — Сэм метнул пустую коробку из-под сока в проходящего мимо Шона, — как кстати у тебя на личном, Пэнси? Когда познакомишь нас с дамой своего сердца? — У меня нет никого сейчас. — Ты уверен, Фрэнки? Ты стал проводить с нами слишком мало времени, и мы подумали, что у тебя точно кто-то появился, — Кевин посмотрел на Фрэнка приподняв брови и скосив голову на бок. — Кажется, у его последней бывшей была зубастая вагина, и он не признаётся нам, что теперь без хуя, — Сэм заржал с собственной шутки. — Не, мужики, я с группой сейчас зависаю. Скоро весенний бал, вы понимаете. — Позови меня в следующий раз, уже сто лет не видел Ларри, — Кевин прозвучал слишком дружелюбно, и Фрэнк напрягся, совершенно не зная, чего ожидать. — Что такое, Кевин? — Айеро начинал злиться, и, даже если ему самому это не нравилось, он не умел держать эмоции под контролем. — Потом, Пэнси, позже, — Кевин победно откинулся на стуле, а Фрэнк нервно сглотнул. Что-то точно было не так. — Почему Заория решила, что я списываю? Она мне это сегодня после урока предъявила, прикиньте? — Сэмми, ты выходишь в туалет пять раз за урок, а для простатита ты ещё слишком молод. Фрэнк уже не особо слушал их бестолковую болтовню. Он высматривал Уэя в большом входе в столовую, желая просто убедиться, что он в норме. Джерарду не будет обидно из-за слов блондина-квотербека, Айеро был уверен. Кевин и сам-то не слишком далёк в интеллектуальном плане, как и почти все спортсмены этой гимназии. Фрэнк так и не дождался Джерарда в столовой. Да, конечно, Уэй появляется в ней не слишком часто, но Фрэнк всё равно начал волноваться. Он ненавидел переживать за кого-то, помимо себя, но чувства овладели им, когда он пошёл искать своего парня по всей гимназии. В ней было всего два этажа и Фрэнк знал здание наизусть, так что в этом не было ничего особенно сложного. Он обшарил каждый угол во второй половине большой перемены и дошёл, наконец, до белой двери мужского туалета в правом крыле второго этажа. Он, не раздумывая, вошёл туда и огляделся. Белый кафель - свежий ремонт, белые люминесцентные лампы и чей-то тихий плач в крайней кабинке. Дверь кабинки не доходила до пола, и через среднего размеров щель можно было разглядеть обувь человека в ней. Сиреневые конверсы. — Джерард? — тихо спросил Фрэнк, и в ответ Айеро он, очевидно, вздрогнул, но ничего не ответил. — Джи. — Фрэнк, скажи, — он всхлипнул, — для тебя важнее уважение футболистов или я? Айеро крепко задумался, примерно минуту стоял около двери кабинки и так и не смог ответить честно. — Джи, ты не можешь задавать такие вопросы. — Почему это? — Фрэнк слышал, как Джерард шуршит упаковкой и как трещит бинт. — Эй, ты в порядке? Ты снова ранишь себя? — Нет, я, блять, не в порядке, — он уже не плакал и говорил твёрдо — ты хочешь, чтобы твои шакалы и дальше унижали меня, а ты будешь позволять им это и одновременно трахаться со мной? — Джерард, я ведь тебе говорил, что.., — Фрэнк знал, что Джерард понимает. Джерард должен был понять. — Уходи. — Джи, мы... Прошу. Давай поговорим. Фрэнк подумал и добавил: — Пожалуйста. — Вечером. Сейчас ты оставишь меня одного. — Не вреди себе, ладно? — бросил Фрэнк и вышел прочь. Фрэнк плохо умел поддерживать, и решил не раздражать Джерарда своим присутствием. Уэю правда нужно было успокоиться в одиночестве. Всё вышло не так, как Фрэнк задумывал. Почему-то он считал, что Джерард будет рад его появлению и всё сразу же станет хорошо, как было ещё утром, но в жизни редко бывает настолько легко. Если Фрэнк дальше продолжит и быть участником главной компании хулиганов гимназии, и встречаться с Джерардом, проще говоря, будет пытаться удержаться на двух позициях сразу, то потеряет всё. Ему бы хотелось прямо сейчас развернуться и побежать к Уэю, потому что груз обиды любимого человека слишком давил, но это было глупо, а быть глупым Фрэнк не хотел ещё больше. — Привет, Пэнси, как жизнь? Кевин очень внезапно появился из-за спины, положив свою массивную и тяжёлую руку на маленькое плечо Фрэнка. — Здарова, Кевин, — желудок Фрэнка скрутило. Этот коридор был узким и закачивался тупиком с дверью в туалет, и это могло значить только одно. Фрэнк чуть ли не впервые в жизни надеялся, что ошибается. — Я папарацци теперь работаю, ты знал? — он весь переливался от своего превосходства и гордости. — Что ты, блять, имеешь в виду, мужик? Не тяни и говори прямо, что хотел. — У, Фрэнки, ты, кажется, нервничаешь? — он скорчил милую физиономию и по-женски похлопал ресницами, — как скажешь. Он разблокировал телефон и повернул экран к Фрэнку, победно оскаливаясь. Ноги Фрэнка отказывались его держать, окружение расплывалось и в висках начинало стучать. Сердце, казалось, перестало биться. На фото Фрэнк и Джерард целовались в парке. — Правда всегда выходит наружу, Пэнси, рано или поздно. Позовёшь меня ведущим на свадьбу, а? — он ликовал, и Фрэнк ещё не знал, что он задумал. — Зачем...зачем тебе это? Как ты... как ты вообще узнал? — У тебя что, голос дрожит? Я бы никогда не подумал, что ты педик, Айеро. Ты хорошо скрывался, пока не появился он. Тебя реально возбуждает этот тупой жирдяй? — Кевин указал пальцем на дверь туалета, — ты лишён вкуса. Я решил последить за тобой после слов Майки, потому что именно ты в последнее время вёл себя подозрительно, и выяснил много интересного. Вижу, младший Уэй не умеет держать язык за зубами. Слова звучали как будто за тысячи и тысячи миль, а в голове громко и чётко всё орало: «Он знает». Слова Кевина свалились как гром среди ясного неба, и Фрэнк надеялся, что заснул рядом с Джерардом утром в воскресенье, и сейчас он, наконец, проснётся. — Чего ты хочешь, чёрт побери? — коридор всё ещё был узок и пуст. Из центрального зала доносился мерзкий звонок, а в коридоре второго этажа только Кевин, Фрэнк и ещё ничего не знающий Джерард. — Ничего особенного. Услуга за услугу, — он гадко захохотал, явно довольный своей идеей, — клянусь, я не буду сливать это фото всей гимназии, но только при одном условии. — Какое ещё условие? — Зачем мне озвучивать, если ты всё равно согласишься, лишь бы прикрыть свой голубой зад? — Кевин провёл рукой по волосам и посмотрел на Айеро искрящимися глазами, — я тебя знаю слишком давно, и ты - самая настоящая мразь, Фрэнк. И сейчас ты это подтвердишь. — Говори! — Запиши на видео, как ты трахаешь его.