Всегда за тобой и всегда за тебя

13

      Дворовые мальчишки окружили ее. Они были такие высокие, устрашающие, что казалось своими спинами закрывали солнце. Мирабель вся сжалась на грязной и пыльной земле. Ее совсем новое платье испачкано и порвано. Оно было таким красивым. Девочка сдавленно всхлипнула. —Бездарная Мирабель! Давай, заплачь! —крикнул один из мальчишек, —чего же ты молчишь, а?       Девочка тянется к очкам, лежащими у ног одного из обидчиков. Одна из линз треснула, вторая была просто грязной. Мирабель почти схватилась за дужку, но не успела. Чужая нога накрыла очки и послышался звонкий хруст.       Слезы сами покатились по щекам, неудержимым потоком. За что они так? Что она сделала такого, чтобы заслужить все это? Мирабель смотрит на их ухмылки, напоминающие шакальи, на то как мерзко вытягиваются их лица. Мирабель рыдает от боли и унижения. Она так хотела что бы Долорес услышала ее, ведь они совсем рядом, просто за каким-то углом, какого-то дома, но рядом. По крайней мере это не лес. Мирабель так хотелось чтобы хоть, кто-то пришел за ней. Помог, спас. Хоть один человек. Вместо этого она получает еще один пинок по ребрам. Никто так и не приходит.       Возвращается домой Мирабель как в тумане, ничего не видя вдалеке, с мутной головой и болью расползающейся огнем по всему телу. Она горит. Ее кожа горит от синяков и ударов. Ее душа горит от всякого оскорбления. Мирабель спотыкается о камень. Касита резко открывает двери, пропуская девочку внутрь. Она гремит ставнями и полом, в следствие чего на шум сбегается семья.       Она поднимает свое заплаканное, припухшее лицо и смотрит на всех. Семья разочарованно вздыхает. Мирабель суют в руки арепу, смазано гладят по голове, словно уличного кота. Это все происходит так незаметно и быстро, словно ничего и не было. И арепа сама собой появилась у нее в руках.       Но на самом деле, даже так девочка успела заметить , то как Абуэла скрипела зубами и сжимала кулаки, недовольно смотря на мамиту, когда та подавала угощение. —Джульетта, у нас нет времени на глупости, возвращайся к готовке. —Абуэла уходит прочь, как и все остальные, словно привязанные к ней, невидимыми нитями. Слезы все так же не останавливаются.

14

      Все происходит быстро. Она скатывается по ступеням вниз, с помощью Каситы, прямо к ногам Абуэлы. Та смотрит все также зло: —Мирабель, что ты делала в его комнате? Мирабель дрожит от страха. Этот голос...этот голос вещал о страшном. Она знает. Ей хочется исчезнуть прямо сейчас. Провалиться под землю, рассыпаться на части,опять же просто исчезнуть. Тень шипит сзади, но девушка не смотрит на нее. Не сейчас. —Я...я ...просто.       В ребра приходиться удар, Мирабель отлетает чуть дальше, ударяясь о порог. Она вспоминает дворовых мальчишек и горожан. Сейчас Абуэла так напоминает ей обо всем этом. —Ты осмелилась нарушить правила, мерзавка! Ты говорила о Бруно! Об этой ничтожестве! Я пыталась быть милостивой, простила тебя в первый раз, когда ты начала расспрашивать всех. Но сейчас, когда ты, маленькая дрянь, ворвалась в его комнату! —ее бьют еще раз, Мирабель давиться вдохом и хрипит,—Мы не говорим о Бруно! Тебе стоило это запомнить!       Девушка привстает с пола, цепляя краем глаз фигуры собравшиеся вокруг. Она видит отца, мать, сестер, тетю,кузенов. Она видит всех. И все они смотрят на нее. Никто даже не двигается с места. —Дорогая, разреши мне помочь,—шепот проходиться по затылку. Темный, мрачный. Двойник совсем рядом. Но Мирабель уверена, что эта просьба сквозит чем-то плохим, незаконным. От этой просьбы веет опасностью. Поэтому она качает головой.       Абуэла хватает за руки, ставя на ноги, сжимает сильно, так что точно будет синяк, точно будет алый отпечаток чужой ладони, как и тогда, когда к ней приставали пьяные мужчины. Мирабель дергается, пытается высвободиться, но все тщетно. —Я долго терпела, пора все исправить. Видно ты давно не получала наказания, совсем позабыла какого это. —шипит Альма.       Тень вьется обезумевшей птицей,что ударяется о стены в попытке найти выход из комнаты, ее тело совсем теневое, как дым, оно растекается по полу, по ее плечам и витает вокруг Альмы: —Разреши мне помочь!—воет она, цепляясь ледяными пальцами за плечи, шею, руки. —Ну же, дай я проучу эту старую каргу. Один единственный раз.       Мирабель вновь дрожит и качает головой. Нет, Тень сделает что-то плохое. Что-то нехорошее. Девушка не хочет чтобы кто-то пострадал. Она оборачивается назад. —Мама! — зовет, потянувшись рукой вперед. Словно надеясь вдруг дотянуться до женщины. Надеясь на то, что вот-вот за эту самую руку схватятся и ее отведут от беды. Вместо этого из угла вылетает Антонио, испуганный и заплаканный. Он бросается вперед, но руки взрослых его успешно перехватывают: —Мирабель! Абуэла прекрати, ей больно,—рыдает мальчик, пинаясь в хватке отца.       Ее мальчик, в лице его столько боли, что становиться невыносимо. Мирабель вырывается яростнее, хотя точно понимает, что от этого будет хуже. Но там Антонио, ее милый Антонио, ему больно. Она не может на все это смотреть.       Абуэла не перестает тянуть за собой, непробиваемая даже детскими восклицаниями и плачем. Мирабель видит, как Феликс уносит Антонио прочь, видит как тот бьется уже в истерики.       Мирабель видит, что ее мамита даже не шелохнулась, только покачала головой. Словно она была не против всего происходящего. Или быть может она просто боялась Альмы? —Мирабель!—все так же воет Тень,—пожалуйста! Дай мне помочь!       Мирабель рыдает. Абуэла тянет ее в подвал, сталкивает с лестнице и запирает за собой дверь. Слышится хруст руки. Девушка воет от боли. Абуэла возвышается совсем рядом. И Мирабель кажется, что вместо Альмы она видит палача, что начищает свой топор до блеск. Он шепеляво смеяться и блестит глазами, так похожими на железо. Он в предвкушение перед новой смертью порочного существа.       Альма ее собственный палач. Она наносит удары не скупясь.       Тень кричит, пытается схватить абуэлу за руки, но вместо этого,ее рука проходит сквозь чужую кожу.Тень молит ее о разрешение, о свободе действия. Мирабель закрывает глаза. Она не позволит никому навредить. Пытка продолжаться, кажется, целую вечность. И только одна единственная мысль мелькает в голове на пару секунд:"А нормально ли все это?"

***

      Подвал пахнет сыростью, пылью и кровью. Запах железа заползает в ноздри и душит. Или быть может так кажется, потому что изо рта ее течет кровь? В углах подвала роются крысы, она слышит их писки и бег. В углах прячется темнота, а совсем рядом сидит тень. Двойник наклоняется над ней, бормоча проклятья, касается осторожно щеки, поглаживая ее: —Почему ты не позволила мне защитить себя?— шепчет тихо, сломленно. —Ты бы навредила им. —Они заслуживают этого! Они все заслуживают смерти. И даже еще хуже! Почему ты не можешь увидеть всего этого. Почему! О, милая моя, почему ты их настолько любишь! За что?! Мирабель угрюмо переводит взгляд на стену. Ей не нравится это разговор: —Потому что это моя семья.       Копия смеется, закинув голову вверх. После опускает ее и вжимается лбом в ее плечо, обхватывает руками шею, притягивая так близко, до невозможно. Нет ни единого свободного сантиметра, словно они одно целое. Но на удивление боли это не приносило. Даже как-то становилось прохладнее, лучше. —Как же ты похожа на него! Такая же добрая и самоотверженная. Но ничего, ничего. Я рядом. Мы все исправим.       Мирабель удивленно думает о ком говорит двойник, прежде чем проваливаться в зыбучую темноту. Она мягко обволакивает, как объятья сестер до пятилетия, в ней танцуют разноцветные светлячки и более ничего. Тишина и покой. Чужие руки осторожно укачивают, и Мирабель совершенно точно не увидит, что по ним бегут нити черной боли, ее собственной. Она точно не видит, что синяков ее становится меньше, а неестественно выгнутая рука, вновь выглядит совершенно обычно. Она не видит ничего из этого, но ощущает как тело перестает болеть. Мирабель блаженно выдыхает.       Она не видит, что на лице двойника изображено полное безумие и ненависть, то как руки ее сжимаются и из глаз льется чернь.