Sanatorium

— Вау, - с восторгом выдохнул Сокджин, задирая голову наверх, чтобы иметь возможность видеть край многоэтажного здания, - ты только посмотри! Это же просто люкс! Перед двумя мужчинами стояло масштабное построение оздоровительного санатория с широкими, словно змеями, колоннами, которые поддерживали крышу и кристально чистыми окнами. Само здание было покрыто кремовым цветом и на солнце ярко отличалось от груд снега. Юнги с Сокджином уже перешли гигантские золотые ворота, но восторг всё никак не покидал их лица. Летом здесь наверняка было красиво. Юнги предположил, что возле тропинок на этом месте сажают декоративные растения, а ели создают прохладные тени над ажурными лавочками. Вокруг санатория была просто огромная территория, которую в будущем Сокджин непременно собирался изведать. Юнги уже испытывает своего рода любопытство прогуляться вдоль и поперёк. Воздух здесь, в самом деле, был чистым. — Можно понять, почему люди вкладывают сюда такие деньги, - сказал Юнги, следуя за младшим к большому входу. — И здесь очень много иностранцев, - Сокджин шмыгнул носом, который стал подозрительно красным на морозе, - мир не увидел, но, возможно, послушаю из уст тех, кто жил за границей. Правда здорово, скажи? — Да, - генерал не разделял столь сильного восторга, как его любовник, но всё равно согласился. Внутри санатория выглядело ещё более роскошно. Мраморный пол блестел от чистоты; колонны, тут и там, с золотыми обрамлениями, радовали глаз. На ресепшене, помимо самого регистрационного отдела, стояли мягкие на вид диванчики с туалетными столиками, а дальше, в углу, было подобие бара. Возле окон стояли барные стулья и посетители пили кофе, имея возможность смотреть на снега. Внутри санатория не было ощущения, что в это место приезжают лечиться. Выглядело всё как настоящий курорт. Юнги действительно это понравилось — Сокджин не будет чувствовать себя как в больнице. Люди сновали повсюду, народу было много в помещении. Генерал пригляделся к окружающим, пока Сокджин заполнял нужные бумаги на ресепшене. Женщина, сидящая у столика, выглядела как живой скелет. Она словно потеряла надежду и больше не видела другого выхода, кроме смерти. Смотреть на неё было больно. Толстый мужчина читал газету немного дальше от неё — сложно было сказать, что он здесь лечился. Его здоровый цвет кожи отдавал загаром. Юнги остановился на мальчишке лет восемнадцати, что был резкой противоположностью полного мужчины. Его скулы запали внутрь, под глазами образовались чёрные тени. Но глаза эти горели, в отличии от живого скелета женщины, и сухие губы растягивались в прямоугольной улыбке, когда он говорил с другим мальчиком, на противоположном конце стола. По какой-то причине он напомнил Юнги Чимина. Мальчика, которого он клялся защитить, мальчика, который убивал солдат с жестокостью и желал кровавой мести. Мальчишка напомнил Юнги о Чимине, который был для него как родной брат. К горлу поднялся ком. Глаза у Чимина были намного темнее и лицо было покрыто страшными морщинами вследствие ежедневного крика. — Мы будем соседями, - Сокджин держал в руке звенящие ключи, делая акцент на последнем слове, - нам так повезло. — Удивительное совпадение, - Юнги улыбнулся мальчику. — Хочу кимчи. Комната, их новое пристанище, на эту зиму (Юнги внушал себе, что только на три месяца, не больше), была среднего размера. Две кровати были размещены противоположно друг от друга у серых стен. Напротив входной двери, между постелями, находился балкон, который с первой секунды захватил внимание Сокджина. Правда, поскольку была зима, Юнги не совсем представлял зачем он им бы понадобился. Хотя, возможно, курить ночью. Генерал очень сомневался, что санитары позволяют кому-либо иметь сигареты на территории санатория. — Что скажешь? - Сокджин спросил, в то время как начал разматывать шерстяной шарф с шеи, - уютненько? — Главное, что есть где спать, - скептически сказал Юнги, вешая пальто на вешалку, - и тепло. Не хочу, чтобы ты мёрз. — Ты как дед, - заявил Сокджин, - посмотри какие мягкие матрасы! На этих словах парень демонстративно попрыгал задницей на постели. Следовало отметить, что матрас действительно глубоко заваливался под тушкой Сокджина. Как-то спина Юнги недоверчиво отнеслась к этой новости. Что-то подсказывало генералу, что спать будет неудобно. — Чем бы дитя не тешилось, - мужчина улыбнулся. Наконец с его плеч была снята верхняя одежда и тяжёлые чемоданы стояли под столом. Юнги с облегчением встряхнул руками, чтобы облегчить боль в напряженных мышцах. Быть старым не было так круто. — Ну здорово же, как будто постель принцессы. Единственное, что радовало Юнги после долгого пути, конечно же, был Сокджин. Ему тяжелые походы казались нипочём, улыбка не сползала с его лица. Он напомнил Юнги бурундука и это ещё больше подняло ему настроение. — Думаю, можно прикорнуть на несколько часиков. — Мой генерал устал? Ты старый. Юнги взял тонкую ладонь, с волнистыми пальцами, в свою и поцеловал костяшки. — Тебе тоже нужен отдых, любовь моя. — Ты говоришь как моя мама. — Я говорю это как твой любовник, - Юнги улыбнулся и Сокджин захихикал. — А я уже начал подозревать… — Я заставлю тебя поверить. Сокджин потянул мужчину на себя и вдвоём они оказались на невозможно мягком матрасе. Юнги прикрыл глаза. Зачем им две кровати, когда они могут спать вот так, друг на друге? Было тепло.