Сбежать (FLEE)

Стрелки часов указывали десять когда Чихо вышла на безлюдное футбольное поле недалеко от дома. Уличные фонари бросали под ноги золотистые лучи, а небо синело в поздних сумерках. Чихо огляделась: в детстве она играла здесь с друзьями и по сей день хорошо помнила это место, только вот время не пощадило белоснежную ограду, и теперь, вся покрытая ржавчиной, она скучала тут и едва ли переживала хотя-бы пару таймов в день. Блестящая некогда, нейлоновая сетка на воротах потемнела и у земли была изорвана в клочья, будто ее драли волки. «Славное было время — детство, — задумалась Чихо. — Все было ярче, новее…» Теплый ветер подул, напомнив, что время не остановилось и жизнь продолжается. Чихо осмотрелась, на этот раз менее бдительно, поверяя все поле целиком на наличие второй персоны. В конечном счете ею должна была оказаться Лайла, которая пообещала не так давно, что поможет узнать, на что способна Чихо и ее склонность к резонации с магией. Интерес Лайлы казался неподдельным. Чихо самой хотелось обуздать наконец силы, о которых Лайла так много говорила, и причин тому было много: чтобы защитить себя, помочь друзьям и навсегда забыть о страхе, что ее магия вновь выйдет из-под контроля. Вот только Лайла со всей той неудержимой заинтересованностью, какой она обладала, сильно опаздывала. Ее не было на поле, хотя она четко обозначила по мыслесвязи, что явится, как только Чихо окажется на месте. Ждать пришлось не так и долго. Чихо заприметила ее еще в небе: Лайла зависла над полем, осмотрелась, затем сложила крылья и спикировала вниз. «Вот она», — Чихо сжала ткань летнего голубого сарафана, совсем не приспособленного для настоящей тренировки, дожидаясь дальнейших действий. Лайла не причинила бы ей вреда ни при каких обстоятельствах, но, обладая званием скандальной личности, могла преподнести сюрпризы, в том числе и неприятные. — Прости, на работе задержалась, — хихикнула она так, будто прекрасно знала, что оправдание звучит как шутка. Ангел на работе. Что ж, на деле ничего странного в этом нет. Чихо уже давно свыклась с тем, что несколько дней в неделю стоит за одной кассой с Королем Демонов и нефилимом. — Келла последнее время дает много поручений. — Доктор Кагаяки не любит, когда ее так называют, — заметила Чихо в слегка язвительной манере. — Зато любит давать всем прозвища без всякого спроса. Не переживай, она рано или поздно узнает причину, по которой так прозвана, и обязательно посмеется. Чихо нахмурилась. Лайла начала с козырей. Снова странности и тайны. — Вы хотели научить меня чему-то. Но я не уверенна, хочу ли связываться со всем этим… и с вами. — Конечно хочешь! — ответила Лайла на вопрос, адресованный вовсе не ей. — Ты ведь хочешь помогать друзьям! Нам обеим это будет на руку. — Я чуть не умерла, — напомнила Чихо, — и потеряла кучу воспоминаний. — Твои способности исключительны. Я никогда такого не видела. — Я забыла, как зовут мою прабабушку. Забыла половину класса в школе. Забыла даже как идти от метро до дома, хотя вы говорили, что я буду помнить это. Чихо говорила со всей серьезностью. — Однако же ты здесь, — Лайла улыбнулась. — Не уж то ты хочешь, чтобы я убедила тебя в том, что ты не напрасно тратишь время? — Будет славно, если вы это сделаете. Если же нет, я пойду. Лайла шагнула Чихо навстречу, затем обогнула ее и обошла кругом, рассматривая. — Милое платьице. Чихо не отреагировала. — Эмилия и Джейкоб едва ли справились бы с Гаюриэлем и Рагуэлем на телебашне. Если бы ты не вышла на подмогу, они могли бы попасть в крупные неприятности. Помнишь, как это было? Чихо прекрасно помнила, как ворвалась тогда в битву и помогла отогнать ангелов. Это было так давно. Почти год назад. Правда сама она после битвы попала в больницу, однако ее помощь действительно оказалась решающей в ту ночь. — Им очень нужны союзники. Ты же понимаешь. Убеждать Лайла умела. Но так и не ответила на главный вопрос. Тот, который Чихо приберегла и держала в голове. — И что я могу без фрагмента Йесод? Лайла взяла ее за плечи и повертела, оглядывая с обеин сторон, будто присматривалась, идут ей новые сережки или нет. — У тебя в роду медиумов не было? Чихо тут же отмахнулась от нее. Глупости все это. Сверхъестественное, конечно, существует — на месте Чихо было бы странно сомневаться — но далеко не в той форме, в какой ее приподносят так называемые медиумы. Шарлатаны — вот их настоящее имя. Но потом Чихо задумалась и припомнила, что ее прабабушка, стало бы, говорила о каких-то видениях и предчувствиях. Больше походило на стерческие причуды, а не на магию. — Что вы этим хотите сказать? — спросила она с подозрением. — Если были — так и скажи. Этого мне сполна хватит чтобы объяснить твою способность манипулировать магией другого мира. — Хорошо, — Чихо чуть отступила. — Возможно. Точнее я думаю, что такое может быть. — Отлично! В таком случае, все очень просто: ты — тоже медиум. От того, что ты часто подвергалась воздействию магии и много времени провела рядом с Эмилией и Джейкобом — твои способности стали обостряться. Теперь нам нужно понять, в какое русло их лучше направить. — Русло? Я не понимаю… — Никому не дано уметь все. Это как разбираться биологии, но не знать, как устроен ускоритель частиц. Чихо так и не смогла вспомнить никого из окружения, кто был бы знаком с принципом работы ускорителя частиц. Тем не менее, она поняла, к чему ведет Лайла. — Значит тот сверкающий лук мне не подходит. Вы про это? — Нельзя сказать наверняка, пока ты не призовешь его сама. Без помощи Йесод. Вот так задачка. Чихо на секунду перестала верить в свою особенность. Призвать лук самой — она и думать не думала, что способна на такое. — Я думала, что лук — это нечто наподобие меча Эми, и что он не существует без Йесод. — Тот лук — скорее плод твоей чистой воли. А Йесод помогал ее выразить. Я подумаю, как можно воззвать к ней. Возможно нужна особая обстановка, какая-то опасная ситуация, требующая отчаянных решений… Чихо совсем не хотелось попадать в такую обстановку. — А сейчас что будем делать? — вопрос о целесообразности как-то сам собой отпал, и Чихо была готова тренироваться прямо сейчас. — Сегодня… Лайла подошла к ней, и на этот раз Чихо сделала уверенный ответный шаг ей навстречу. Докоснувшись до ее лба, Лайла задумчиво хмыкнула, затем расплылась в улыбке, заново убедившись в своих догадках. — Отлично. На сегодня все. Если тебя интересует происхождение твоих сил или нужно наглядное подтверждение — обсуди с доктором Кагаяки феномен «брухеризма» при возможности. Она может провести тестирование. — Ладно, — Чихо решила не задавать лишних вопросов — и без того много новой информации. — Спасибо вам. — Не за что, — кинула Лайла сквозь улыбку, расправляя белесые крылья. Она взмыла над футбольным полем, а затем и над Хатагаей и вскоре окончательно скрылась из виду.

***

Как только к станции подъехал поезд, позвонила Эми и попросила Чихо запрыгнуть в вагон. Чихо так и сделала, зная, что вместе они должны ехать в Эйфукучо. Летние каникулы начались, и первым делом Чихо решила сделать то, на что до этого не хватало времени. Прогулявшись по полупустым вагонам, она вскоре нашла Эми и села на свободное место рядом. В вагоне никого не было, он раскачивался и умиротворенно стучал по рельсам. Эми и Чихо ехали одни в холодном свете ламп, что растянулись по всей длине поезда. — Ну что, готова к ночевке? — улыбнулась Эми. — Конечно! Спасибо, что пригласила! — Тебе спасибо, что согласилась. Будет здорово! Вдвоем они планировали сделать многое в этот вечер; в основном те простые вещи, которые могут порадовать любую девушку в хорошей компании и спокойной обстановке. Накрасить ногти, сделать уход за кожей и множество других незамысловатых, но очень приятных процедур. — Я так рада, что вы вернулись из Отаки. Надолго же вы задержались. — Разделаться с Карабахалями было не просто. Но теперь все закончилось. Эми вновь улыбнулась, надеясь успокоить подругу. — Тот пожар… никто ведь не пострадал? — Нет, что ты, все в порядке! Правда Урушихара наглотался дыма, но ему это не страшно. А как у тебя дела? Тебя ведь демоны не донимали? — Меня весь месяц донимали экзамены, — хихикнула Чихо. — Но демонов я не встречала с тех пор, как вы уехали. — Рада слышать, что все хорошо. Тогда… посмотри-ка на это... Эми порылась в сумке и достала три пузырька с лаком для ногтей разных цветов и продемонстрировала их Чихо. Они блестели и переливались как леденцы. — Ух ты, Эми! Они очень красивые! — Я обычно не крашу ногти, поэтому не знаю, какой цвет мне подойдет. Но я выбрала не слишком броские, чтобы в МакРональде не сделали выговор. — Тебе очень подойдет этот, — Чихо указала на пузырек светло-лилового цвета, — А я бы взяла розовый с блестками. — Хорошо! — пропела Эми полным энтузиазма голосом. Однако ее радостный настрой и предвкушение рассеялись. На смену им пришло подозрение, с ним Эми прищурилась, рассматривая сарафан Чихо. — Не нравится? — смутилась Чихо. Вместо ответа Эми одарила ее толчком в плечо. «Ай!» — взвизгнула Чихо, не зная, что и думать. Настроение Эми еще никогда не менялось так быстро. — Это волос Лайлы, — резюмировала Эми, сняв с сарафана серебристый, почти полупрозрачный волос. — Что он делает на тебе? — Я… — Зачем ты с ней общаешься? Что ей нужно? Эми не давала Чихо и секунды объясниться. — Эми, послушай… — Сколько раз повторять, она может быть опасна! — Послушай же! — крикнула Чихо, не рассчитав силу, после чего тут же прикусила губу. Повезло, что поезд был почти пустым, и другие поссажиры рассполагались слишком далеко чтобы услышать. — Она учит меня правильно пользоваться магией. Всмысле, без использования Йесод. Это безопасно, клянусь тебе! — Откуда тебе знать, что это безопасно? Это наверняка очередная уловка… — Она хочет, чтобы я овладела своими силами. И чтобы смогла помогать вам. Я хочу того же! — Ты уже чуть не погибла из-за нас. Твоя память пострадала. — Это произошло не из-за вас, а из-замоеих чувств к Мао. Никакой магии не было. — С чего ты взяла, что можешь колдовать без Йесод? И что это не опасно для тебя? — Моя прабабушка — медиум! — Чихо задумалась ненадолго. — Возможно. И ее силы перешли ко мне. Это называется бру… брух… — Брухеризм — это сказки. Его не существует. Чихо опустила голову, отодвинувшись от Эми. Не уж то Лайла опять взялась за старое? Но ведь она была готова впутать в собственное расследование и доктора Кагаяки, а значит могла обосновать свои догадки. И уж точно она не стала бы отвлекать доктора из-за сказок. — Это не сказки… — промямлила Чихо. — Чихо, я знаю, что ты хочешь нам помочь. Но ты — человек. Мы уже впутали тебя в наши проблемы больше, чем позволительно. И тебе никак нельзя больше рисковать собой ради нас. Поэтому, какой бы лапши Лайла не навешала тебе на уши — не связывайся с ней. Поезд почти проехал одну станцию, но затормозил, остановившись в тоннеле. Чихо и Эми молчали, не до конца представляя, как проведут ночевку. Настрой был испорчен. Чихо надеялась, что Эми забудет о светлом волосе или хотя бы сделает вид, что забыла. Сама же она не планировала больше обсуждать ничего, что связано с Энте Исла и магией. Она хотела просто провести время с подругой. «Уважаемые пассажиры, — обратился голос из рубки, — просьба сохранять спокойствие, поезд скоро поедет!» Машинист говорил бодро, значит, ничего страшного не случилось. Начни он говорить спокойным тоном, и это заставило бы Чихо занервничать: спокойствие и холод куда легче сыграть, нежели расслабленную задорность, в особенности, если речь идет о десяти часах вечера и конце трудового дня. «Уважаемые пассажиры поезд отправится через пару минут! — уточнил тот же голос. — Приносим извинения за неудобства!» Поюлозив в кресле, Эми уселась поудобнее. Было сложно сказать, суетится на из-за остановившегося поезда или все по той же причине, что и до этого. Время шло. Пассажиры из соседних вагонов начали посматривать по сторонам, проверять окна, наличие связи и время на часах. «Уважаемые пассажиры, поезд задерживается на неопределенное время, — оповестил голос в рупке, — Приносим извинения за причиненные неудобства». На этот раз его голос звучал чуть менее жизнерадостно. «На неопределенное время» — если задуматься, то Чихо никогда не слышала такой фразы, будучи в вагоне метро. Что происходит? Ничего плохого, за что ей могло бы воздаться, она сегодня делала. С чего бы неприятностям настичь ее? В другой стороны, по соседству с ней сидела Герой Эмилия — магнит для неприятностей по своей природе. Возможно удалось прогнать не всех Карабахалей, или это вновь проделки ангелов. «Нет, — твердо решила Чихо, прервав поток опасений. — Это просто техническая неполадка, и сейчас ее устронят». «Уважаемые пассажиры», — вновь заговорил голос машиниста сквозь помехи. Он прервался и ничего не объяснил, шипение в рупке продлилось несколько долгих секунд и стихло. — Что-то не так, — не выдержала Эми. Чихо и сама успела почуять беду. Они продолжали сидеть на местах, когда свет в вагоне замигал и сверху на него приземлилось что-то тяжелое. — Что это, Эми? — Не бойся. Я схожу проверить. Эми резво подбежала к дверям и раздвинула их не напрягаясь. — Эми! Это же опасно! Ты одна! — Я справлюсь, оставайся внутри. Эми выскочила из вагона, со скрежетом задвинув за собой двери, и в мгновенье ока запрыгнула на крышу. Поезд застрял на выезде из тоннеля, прямо на развилке путей; одни вели на станцию Сасадзука, другие — в депо. В тоннеле стояла кромешная тьма, свет фар не доставал, и Эми почти ничего не видела. Но она знала: что-то приземлилось сюда и оно близко. — Алас Рамус, — позвала Эми, и малышка тут же матерелизовалась рядом, — что думаешь? — Это слон! Нет, это облако упало! В этом возрасте — в новом возрасте Алас Рамус, которого она достигла после выхода из «спячки» — ее воображение работало за троих. Она постоянно рассказывала Эми выдуманные истории и часто пугала рассказами о том, что видела лилового таракана на кухне. — Тише, Алас, не шуми… Эми присела на корточки и осмотрела то место, куда пришелся удар. Ни единого следа: не было ни вмятин, ни царапин. «Мне не могло померещиться. Я точно слышала удар и шаги», — Эми не брала во внимание, что звук могло вызвать короткое замыкание или перебои в работе поезда, и доверялась своему чутью. Ога прислушалась: где-то поблизости тихо гремел металл. — Ладно, рискнем, — кивнула она и выпустила волну магического света. Прежде чем волна затухла вдалеке, Эми разглядела на соседнем вагоне темную человеческую фигуру. Свет отразился в шлеме, напоминавшем мотоциклетный, и неизвестный обернулся. Когда раздался выстрел, Эми лишь ахнула и затаила дыхание. К счастью, Алас, кружившая рядом, успела обратиться в святой меч и закрыть Эми собой. Прищурившись и попривыкнув к темноте, Эми разгядела меч и отверстие в нем, идеально подходившее по форме и диаметру под пулю. — Алас Рамус! — всполошилась Эми, когда Алас вновь приняла форму ребенка и тяжело вздохнула. — Сложно… — прохныкала она. — Ты справишься! Мы должны победить. Алас восстановила дыхание, затем сделала резкий выдох, словно спортсменка, готовая к новому состязанию, и вскоре у Эми снова был меч. Ни один магический разряд не летал так быстро и не оставлял таких следов. Это было что-то другое. «Пистолет? — не верилось Эми. — Но пистолетом невозможно пробить стать святого меча, ведь так? Тем более теперь, когда с ним слилась Алас Рамус». Услышав нарастающий гудящий звук, Эми решила, что не может ждать следующей атаки. Она подалась вперед, перескочив целый вагон и намереваясь напрыгнуть на противника, но ее остановила какая-то сила. Словно невидимая рука схватила лезвие меча и не позволяла ему двинуться с места. Эми отпрыгнула назад. Алас Рамус была права: магия этого парня сильнее, чем кажется. Хотя уже после первого его выстрела было ясно, что он — возможно, один из самых опасных противников, что встречались Герою. Чихо, как и было велено, ждала внутри, напряженно прислушиваясь. Когда раздались выстрелы, малочисленные пассажиры в метро подняли гомон и, не сговариваясь, ринулись в противоположную шуму сторону. Это была прекрасная возможность для Чихо призвать лук и помочь Эми. Она не была уверенна, что сможет так же легко открыть металлические двери, но попробовать стоило. Заняв нужную стойку, она вытянула руку вперед, пытаясь эмитировать натяжение тетивы. «Не нужно», — послышалось со спины. Чихо мгновенно прекратила попытку, озираясь по сторонам. Голос был знакомым. — Лайла? Вы здесь? "Не лезь в эту драку, она не для тебя», — посоветовала Лайла, находять вне вагона и заглядывая в окно. — Как вы тут оказались? Перепуганную Чихо Лайла оставила внутри, наложив барьер на вагон. Она изчезла из виду, и Чихо пришлось ждать дальше. Пару раз Эми почти справилась с атакой, но все равно осталась в пролете. Она уворачивалась от магических пуль, по своей сути напоминавших обычные заряды, но все же ими не являющихся. В какой-то момент ей все же пришлось вновь закрыться мечом. Пуля не отрекошетила и пробила меч насквозь, лишив Эми оружия. — Алас! — выкрикнула Эми когда выпад противника заставил ее отскочить и разлучил с малышкой. — Я в порядке! — ответила Алас. Нападавший вдруг остановился и покосился на нее. — Только тронь ее! — разразилась Эми и продиктовала заклинание, которым намеревалась пройтись по всему тоннелю. Все ради сохранности Алас Рамус. Однако запас магической силы предательски иссяк, окончательно обезоружив. Лайла подоспела вовремя. Магии у нее было припасено побольше, нежели чем у Эми, и ей ничего не стоило отбросить нападавшего на несколько вагонов. В полете он сгрупировался и приземлился на ноги. Эми не успела понять, откуда взялся второй пистолет, но теперь она точно видела, что атаковал неизвестный именно огнестельным оружием. Думать о том, как можно стрелять магией из пистолетов не было времени. Пальба началась, и когда светящиеся пули полетели в их сторону, Лайла закрыла себя, Эми и Алас щитом. Он смог отразить серию выстрелов, в отличие от меча и от Алас, пребывавшую на исходе сил. — Ты… — прорычала Эми, завидев мать. — Знаю, что ты скажешь. Но я пришла помочь. На этот раз ты не можешь этого отрицать. — Да я тебя… — Эми вытянула руку, взывая к мечу. — Алас Рамус не может больше сражаться. Ей и не нужно. И тебе тоже. Он пришел не по наши души. Эми замерла. Лайла все знала. Она знала нападавшего и его мотивы. Но что она делала? Снова пыталась подставить Эми и ее близких под удар? — Я тебе не позволю подвергать Алас опасности! — Эми схватила ее за шею, передавив дыхание. К такому повороту Лайла оказалась не готова, и ее щит мгновенно ослаб. — Мама! Не надо! — вскрикнула Алас. — Не смотри, Алас! Не смотри… — кряхтела Эми, пытаясь повались Лайлу с ног. За нее это сделал очередной выстрел. Лайла предугадала его по звукам раскладывавшейся винтовки и попыталась оттолкнуть Эми от себя и удвоить щит, но не успела: мощный выстрел хлопнул, и пуля врезалась в щит, пробив его и расколов на уйму мелких осколков. Алас Рамус завизжала от страха, и ее услышала даже Чихо, запертая в вагоне, словно в консервной банке. Настало затишье. Эми ждала, что стрелок вновь атакует, но выстрелов не последовало. По звукам было неясно, чем он занимался в темноте. Скрежетал металл, запускались какие-то механизмы, что-то гудело. Эми на протяжении всей схватки казалось, что где-то запускали старый шумный компьютер. Вскоре стрелок скрылся, всколыхнув тени и оставив после себя лишь многочисленные следы разбрызганной гари в стенах тонелля, а так же кровавое пятно на одежде Лайлы. — Алас, — позвала Эми, поднимаясь на ноги. Алас пролевитировала к ней, по дороге оглядывая тело Лайлы, лишенное чувств. — Идем. — Но, мама… — Идем, — повторила Эми строго. Они с Алас почти вышли из тоннеля, как вдруг услышали шорохи позади. Кто-то добрался до Лайлы, бегло оценил ее состояние, обернулся и со всей мочи закричал: — Ты совсем сбрендила, Эми?! Эми моментально остановилась. — Мао? — Папа! — подтвердила Алас и выскользнула из рук. Она бросилась назад, и Эми пришлось пойти за ней следом. — Что ты тут делаешь?! — спросила она с возмущением и даже злостью. — Проходил мимо метро, почувствовал как подскочил уровень магии и решил спуститься проверить, — Мао взял паузу, чтобы оглядеть Эми, растерянную и очень напряженную. — И видимо не зря спустился, раз ты решила бросить ее тут истекать кровью! — Но! — металась Эми, — Но… Я не!.. — Короче, я ее исцеляю. Разборки свои учинишь потом. Он приложил ладони к раненому плечу Лайлы и почти сразу залечил ее раны. С виду было незаметно, каких усилий ему это стоило, однако он справился. Кровь остановилась, но пятно никуда не исчезло. — Она же могла откинуться, о чем ты думала? — И пусть! — не выдержала Эми. — Мне по барабану, что с ней будет! За их ссорой Алас бросила следить, когда глаза Лайлы ненадолго открылись. Увидев детское личико, Лайла улыбнулась сквозь боль, и снова отключилась. Ее волосы вдруг потемнели, но в темноте никто не обратил на это внимания. Это стало видно лишь под светом фонарей, когда Мао вынес ее на улицу и твердо решил отправиться вместе с ней на Вилла-Розу.

***

Новый ноутбук Урушихары отлично вписался в интерьер комнаты. Он был идеальным: в большей степени потому, что теперь Ашия не мог забирать его, руководствуясь тем, что это вещица, взятая в кредит Мао. Ашия, конечно, продолжал ставить ограничения, пытался запрещать сидеть в интернете дольше трех часов в день, однако это не проблема — такие условия Урушихара просто игнорировал. От чувства, что этот ноутбук полностью принадлежал ему, на душе становилось тепло. Этим вечером он, как и обычно, изучал странички в интернет-магазине в поисках чего-нибудь интересного. Он вздрагивал время от времени, когда Цубаса с грохотом ставила шахматную фигуру на выбранную клетку. Затем Ашия спокойно делал свой ход, не особо заморачиваясь. Потом Цубаса снова громыхала фигурой, и Урушихара, только расслабившись, вновь дергался. — Если ты проломишь доску, победа тебе не зачтется! — гаркнул он, не сдержавшись. — Не важно, я только учусь… — ответила Цубаса, высунув язык и примеряя, будет ли ладья хорошо смотреться по соседству со слоном. Шахматную партию прервали тяжелые шаги в коридоре. — Мао вернулся! — Урушихара всегда говорил это с наигранным воодушевлением, будто Мао должен был принести ему брекет мороженого или целый литр газировки. — Без тебя слышу, — прыснул Ашия. — Мало ли ты оглох… Только когда частые шаги приблизились к самой двери, Ашия, Урушихара и Цубаса заподозрили неладное. Мао еле смог открыть дверь. Он вошел с Лайлой, которую тащил от метро до Вилла-Розы сперва на руках, потом перекинув через плечо, а затем закинув на спину. С каждой минутой Лайла становилась все тяжелее, помощь Чихо все неощутимее, а бубнеж Эми, неохотно плетущейся позади, все назойливей. — Господин! — Ашия сорвался с места и поспешил на помощь. — Нужно ее положить… — хрипел Мао. Ему казалось, что спина переломится в районе поясницы, и он сложится вдвое, если Лайлу сию секунду не снимут с него. — Урушихара, давай быстрее! — скомандовал Ашия. — Чего я-то? — Ты сейчас убьешь ее своей нерасторопностью! — подгоняла его Цубаса, сжимая в руке беленького шахматного коня. — Быстрее ее убьет отсутствие медика в этом доме! — Без паники, я ее уже исцелил. Осталось только привести ее в чувства. — Как нам это сделать? — спросил Ашия когда помог уложить Лайлу на пол у подпихнул ей под голосу одеяло. — Вы наверняка убили ее демонической силой, она ведь ангел… — Сейчас придумаем. Все равно самое сложное уже позади. Самым сложным было втащить Лайлу на второй этаж. Впервые Мао понял, насколько крутой она была, и как легко на ней навернуться, сделав неосторожный или неуверенный шаг. Восхождение по лестнице с Лайлой на руках стало целым подвигом. — Не хочу вас расстраивать, но места у нас нет. Сузуно уже спит, поэтому вам придется спустить ее обратно. Мао проигнорировал. Больная тема. — Ладно, Сузуно будить не будем. Нам нужна святая сила. Цубаса, помоги. — Сейчас… — Эми, ты тоже иди сюда! — Ну уж нет! — рявкнула Эми, сидя в коридоре на корточках. - Дура ты! - крикнул Мао. — Эмилия тоже тут? — спросил Ашия. — Да, это… это долгая история, я все расскажу. Сузуно проснулась из-за криков и собиралась пойти проверить, все ли в порядке, но за день она так устала, что быстро бросила эту затею и плюхнулась обратно на подушку. На шум пришел и другой жилец Вилла-Розы, который и без того собирался подняться на второй этаж соседнего корпуса чтобы позвать Цубасу готовиться ко сну. — Эми? — удивился Хироши, заприметив дочку около комнаты номер двести один. — Привет, — она обиженно фыркнула. — Пап… По лицу Эми было ясно, что говорить она не хочет, и Хироши не стал ее мучать. — Что у вас происходит? — спросил он, заглянув в комнату, из которой продолжали доноситься громкие встревоженные голоса и шум. Все стихло, когда Хироши увидел Лайлу, постепенно приходившую в себя. Она промычала что-то невнятное себе под нос, затем Хироши спокойно и уверенно вошел и поднял ослабевшего ангела. Он забрал ее с собой без лишних слов, не пытаясь ни в чем разобраться. Главным для него было унести ее в тихое место, укрыть от всех, от всего мира. Все, чего ему хотелось — дать ей возможность восстановиться в спокойствии. Цубаса молча посследовала за ним. В коридоре она помахала Эми, но та никак не ответила. В комнате остались лишь проживавшие в ней. Мао и Ашия продолжали смотреть в темный коридор, а Чихо, так и не найдя слов, откланялась и ушла, прикрыв за собой дверь. — Ее волосы… они ведь поменяли цвет, да? — спросил Ашия, спугнув тишину. Его фраза заставила Мао вспомнить об Урушихаре и странном свойстве его волос, проявившемся прошлой осенью, когда он попал в больницу из-за ударной волны Мики Шибы, которой, как она думала, она ликвидировала шпиона, подслушивавшего их с Чихо. Тогда волосы Урушихары впервые поменяли цвет и стали похожими на волосы Лайлы и Габриэля. После того случая метаморфозы повторялись, и Мао благополучно забыл бы об этом, если бы не изменения, произошедшие с Лайлой. — Не переживайте, это не смертельно, — съязвил Урушихара, когда и Мао, и Ашия покосились на него. — Теперь она падшая, — зафиналил Мао. — Думаю, это так работает. Парни не стали засиживаться — даже Урушихара лег сегодня пораньше. А ближе к часу ночи телефон Мао зажужжал. Он подскочил, затем раздраженно закатил глаза. «В выходные не дают поспать…» — сетовал он, открывая сообщение. Адресант его ничуть не удивил: в мире существует лишь одна девушка, способная без задней мысли разбрасываться сообщениями в такой час и не беспокоиться, если вдруг ненароком она кого-то разбудит. Как бы странно это ни звучало, она отправила фото. Развернув файл, Мао лицезрел фотографию, на которой Эми и Чихо, сидя на диване в темноте смотрели какой-то старый фильм. Они поставили его на паузу на моменте, где появился жестокий зверь, олицетворявший древнее, непобедимое зло — Сатана. «Король Демонов, — было подписано фото, — ну и сколько тебе заплатили за эту роль?» Мао ухмыльнулся, затем перепроверил фотку и, увидев, что девушки на ней старательно сдерживают улыбки, ухмыльнулся снова. Его приятно удивило, что Эми не только написала первой, но и выслала фото. Он переписывался с ней до тех пор, пока Ашия не начал ворочаться. Испугавшись, что свет экрана его разбудит, Мао накрыл голову одеялом и оповестил Эми, что собирается лечь спать. Он пожелал им весело провести ночевку, на что Эми ответила: «Встретимся завтра в Сасадзуке. В кафе около метро в полдень. Только ты и я. Надо обсудить кое-что». После этого сообщения переписка приобрела привычный вид. «Так и знал, что будет что-то подобное», — нахмурился Мао. Он согласился с приглашением, выключил телефон, поглядел в окно пару секунд, воображая, что может ждать его завтра, и затем лег спать, как и планировал.

***

Все утро Хироши беспокойно кочевал из одного угла комнаты в другой, переживая перед встречей с врачом, которого он вызвал на дом чтобы убедиться, что с Лайлой все в порядке. Мао пришел к ним проведать обстановку и был удивлен, что такого взрослого мужчину пугают доктора. Однако же проблема крылась в том, что Норд прибывал в роли Хироши Сато не так уж и долго, и многие аспекты этого мира все еще оставались для него непонятными. Он не знал как и о чем говорить с врачами Японии. Пока он ждал, Мао смог перекинуться парой слов с Лайлой, задав всего один вопрос: "Что за демон напал на вас? Хочу знать, кто это был". Ответ был краток: "Не переживай, это был не демон". В дверь постучали, и Хироши поспешил открыть. На пороге оказалась Мару Кагаяки с объемной сумкой, перекинутой через плечо. — Кагаяки, это вы! — Хироши облегченно вздохнул, увидев знакомое лицо. — Проходите. Не пугайтесь: Лайле плохо. Мы ждем врача. Мару как-то хитро посмотрела на мужчину, затем вошла, окинув взглядом комнату и людей в ней, которые, в отличие от Хироши, уже догадались, что к чему. — Правда? — спросила она с очевидным подвохом. — Только что-то он опаздывает. Тут уж Мару не сдержалась и усмехнулась. Разувшись, она запустила руку в сумку и достала медицинскую маску. — Подождите минутку, — Хироши неловко пошатнулся, осознав, что сильно сглупил, — Это же вы врач, ну конечно… Он взялся за голову и отступил, давая Мару пройти к раковине. Там она вымыла руки так тщательно, как никогда не мыла их в больнице. — Не знал, что ты работаешь по вызову, — заметил Мао. — А я и не работаю, — сказала Мару сквозь маску. Она вытерла руки полотенцем, которое подсунул Хироши, затем достала из сумки пару голубых перчаток. — Керо решил, что будет лучше, если я отправлюсь в эту вашу Трансильванию. — Это лишнее, док, — улыбнулась Лайла, указывая на перчатки, которые Мару натягивала с усердием, пытаясь попасть наконец каждым пальцем в нужные отделения. — Еще чего, вдруг ты заразная, — сказала она и первым делом потянулась к волосам, изменившим цвет. — Ее исцелили демоническим заклинанием. Есть ли риск для ее здоровья? Мару шмыгнула носом, продолжая играться с волосами Лайлы. Сперва она разделила их на две части, закрутила в локоны и положила на плечи, приглядываясь. Затем она поправила Лайле челку, и больше походило на то, что она пыталась понять, нравится ей смена имиджа асистентки или нет. — Как плечо? — спросила она между делом, перекидывая волосы Лайлы на одну сторону. — Порядок. Думаю, я в норме, док. — Тогда… ну-ка крутанись. Лайла послушно поднялась на ноги и сделала один оборот. — Сойдет. Пару недель не маши руками. И обойдемся без резких движений. Бинт наложу на всякий случай… больничный нужен? — Нет, — сразу же отказалась Лайла. — Но, доктор, как же ее волосы? — всполошился Хироши. — Это нормально? — Ну не знаю… — задумалась Мару и еще раз взглянула на Лайлу. — По мне так приятный цвет. Не нравится? — Нет, мне все нравится… — промямлил Хироши. — Блеск! Тоже люблю фиолетовый… Более Мару ничего не сказала, и только попросила Мао отвернуться, а Лайлу снять верх. Затем она довольно ловко перебинтовала покалеченное плечо, заставляя Лайлу, теперь частично похожую на мумию, с изумлением наблюдать за своими движениями. — Не думала, что будет так туго… — Лайла с усилием пошевелила рукой. — У тебя талант, док! — И не говори… — Значит с ней все будет в порядке? — не унимался Хироши. Его неподдельная обеспокоеность здоровьем женщины, которую он не видел почти двадцать лет, поразила Мао, все еще отвернутого к окну. — Так же, как и у Лии, — ответила Мару. — Она ведь меняет цвет волос когда колдует? — Да… — проронил Хироши. — И ничего плохого не происходит? — Нет. — Ну вот и все! Делов то! Тоже мне, какие-то волосы… не зубы же! Хироши, все еще взволнованный, наблюдал за Лайлой. Она, одевшись и заметив состояние мужчины, поднялась с пола и подошла к нему. Мао видел, как они, возможно, постеснявшись целоваться при посторонних, соприкоснулись лбами, что вызвало широкую улыбку у Лайлы, а Хироши осторожно положил ладонь ей на талию. — Вы только поглядите на это… — пробормотала Мару. Лайла и Хироши тут же отпрянули друг от друга, но внимание Мару было устремлено вовсе не на них, а в угол комнаты. Там, заслоненная длинной коробкой из-под не весть чего стояла неприметная гитара. Мару ткнула в нее пальцем и обернулась в сторону Хироши. Прочитав на его лице искренне непонимание, а вместе с тем и разрешение осмотреть находку, Мару подскочила и уже через секунду держала в руках инструмент. — И что? — пшикнул Мао. — И что?! — возмутилась Мару. — Да ты только посмотри на эту прелесть! Гитара оказалась старой. От времени лак на поверхности пожелтел и древесина приобрела приятный глазу золотистый цвет. Струны блестели — новые. В верхней части грифа красовался нанесенный золотой краской символ небезызвестного бренда. — Только сейчас поняла! — воскликнула Цубаса, незаметно подкравшись к Мару со спины. Она пару минут назад покинула ванную и вытирала волосы полотенцем. — Это же тот же значок, что и у тебя на мотоцикле! Но почему? — Не знал, что «Ямаха» выпускает гитары, — сказал Мао. Инструмент не очень-то его интересовал, зато то, что один бренд занимался и моторами, и гитарами, его увлек. — Хочу "Ямаху"… — прошептала Мару, влюбленными глазами осматривая гитару. — Увлекаетесь музыкой? — спросил Хироши. — Я?! Да если бы не он, — она указала на Мао, — то я бы сейчас была рок-звездой! — Что тебе мешало стать ей, когда ты сбежала в Японию? — предъявил Мао. Мару задумалась, затем вздохнула. — Не было у меня денег, ни на гитару, ни на музыкальную школу. Я была бедным студентом. А когда я разбогатела — свободного времени не хватало, чтобы начать заниматься. Потом я еще купила мотоцикл… — Какая трагичная история… — вздохнул Мао, затем искоса поглядел на Мару и улыбнулся, когда она скорчила ему рожу, передразнивая. — Это так здорово, что ты продолжаешь заниматься музыкой! — заулыбалась Лайла и погладила Хироши по спине. — Вообще-то я не планировал ее покупать. Цубаса заставила меня купить ее, чтобы скрасить наши вечера. Но после этой покупки наши финансы пошатнулись. Я виноват, что не предусмотрел это… — Зато вечером нам не скучно и мы поем! — напомнила Цубаса. Мару тем временем дернула пару струн и звучание вышло на удивление приемлемым. — Говорите, с финансами беда? — Мару поднялась с гитарой в руках и протянула ее Хироши. — Правда играете? Хироши, чтобы не прослыть пустомелей, решил продемонстрировать умения на деле. Он взялся за гриф и уселся на пол. Мелодия, знакомая всем, кроме разве что Мао, струилась из-под его пальцев. Это был размеренный перебор, спокойный и плавный. — Это было суперски, пап! — захлопала Цубаса, когда Хироши закончил. — Потрясающе! — согласилась Лайла. — Я играю на лютне и на мандалине с двенадцати лет, так что это мелочи… — застеснялся Хироши. Мару шмыгнула носом и оценочно вздернула бровь. — Серенады - не совсем мое, но, пожалуй, для начала этого хватит. — О чем ты, Мару?.. — спросила Цубаса. — Времени свободного у меня все так же мало, да и деньги уходят как вода сквозь пальцы. Но, думаю, я смогу помочь тебе с работой. Хироши застыл, когда она вытянула из нагрудного кармана рубашки с коротким рукавом визитку с выписанным вручную телефонным номером и корявым рисунком чаши Гигиеи. — Позвоните мне, обсудим персональные занятия по игре на гитаре. Судьба еще никогда не подсовывала Хироши и Цубасе такого подарка. Репетиторство отлично подходило на роль второй подработки, которую можно было совмещать с подработкой почтальоном. Для этого не требовались даже права, получить которые Хироши так и не смог. Всего то нужно было приезжать в Дзимботе, где проживала обучаемая, пару раз в неделю, поставить ей руку, обучить аккордам, разучить с ней пару мелодий — и деньги в кармане. — Никогда не видел таких дерьмовых визиток, - не удержался Мао. — Я нарисовала их вчера, времени заказать нормальные не было. Это мой новый номер, ведь предыдущий телефон я угрохала когда… когда… — Мару остановилась, опомнившись. — Почему я вообще оправдываюсь? Внезапно в комнату постучали. — О, а вот и не подставной врач, — пошутила Мару, наблюдая за реакцией Хироши, однако его тревожность утихомирилась как только минуту назад работа сама нашла его, и он не отреагировал на сказанное. На пороге показалась Чихо. Она смекнула, что дверь открыта, и вошла, не дожидаясь, когда ее пригласят. — Доброе утро! Я принесла гостинцы для пострадавшей. Вы не против? — Конечно нет, госпожа Сасаки. Проходите. Чихо поставила бумажный пакет со свежей выпечкой на стол. — Там внутри еще листовой чай и маленькая баночка меда. Нам ее прислали родственники из Нагано. По соседству с домом моей семьи располагается большая пчелиная пасека — одна из самых крупных в Токио. Ее владелец и моя бабушка дружат. Мао, ты помнишь мою бабушку из Нагано? — Что? — Мао замечтался, повстечав Чихо, и опомнился только когда она обратилась к нему напрямую. — О да, твоя бабушка! Конечно же помню. — А я вот едва, — сказала Чихо и замолчала, поставив в ступор присутсвующих. Она поводила глазами, осматривая всех и когда поняла, что перебарщивает с затягиванием паузы, хихикнула и махнула рукой. — Бросьте, я просто шучу. Конечно я ее помню. — Ха! Недурно, — подметила Мару, уже успевшая стащить из пакета булочку с заварным кремом. Мао и Цубаса выдохнули с облегчением, тогда как Лайла усмехнулась немного нервно, а Хироши откашлялся. — В общем, это все вам, угощайтесь, — сказала она, затем обратилась к Лайле: «Спасибо большое, что вы помогли Эми. Ей могло достаться». — Глупости! Она ведь моя дочь. Как я могла остаться в стороне? Чихо улыбнулась, по-настоящему радуясь тому, что Лайла в конечном счете оказалась не такой плохой, как о ней думали. Это хорошее открытие. Пусть все ангелы были с причудами, и Лайла далеко не исключение — она уж точно не была злодейкой. — Кстати, доктор Кагаяки, могу я поговорить с вами когда вы закончите… закончите… Чихо наклонила голову на бок, пытаясь понять, что так привлекало Мару в гитаре в руках у Хироши. — У тебя все в порядке, Чи? Со здоровьем… - Мао немного замялся. Ему было неловко спрашивать такое, ввиду того, что, пусть и косвенно, он был причастен к ее недавнему недугу. — Я в здравии. Просто хотела уточнить у дока кое-что, пока она тут. Это личное. — Хорошо, хорошо, подожди в коридоре, я сейчас… — болтала Мару, рассматривая блестящие колки и успытывая неудержимое желание их повертеть. Она вышла к Чихо как раз тогда, когда она уже собралась заглянуть в комнату повторно. — Здорово, что вы здесь. Я очень хотела обсудить с вами одно дело. — У-у-у, — протянула Мару и потерла ладони. — Темные делишки… Чихо, как и ожидалось, взглянула на нее с недоверием. — У меня сегодня хорошее настроение, — объяснила Мару. — Так вот, — продолжила Чихо, но ее вновь прервали - на этот раз звонкий голос, донессшийся с лестницы первого корпуса Вилла-Розы. Урушихара позвал Мару по имени и только после этого понял, что привлек к своей персоне больше внимания, чем хотел. Обе девушки остановились, и Мару сделала непростой выбор: — Руши, я тебя очень люблю, — придуривалась она, — но прямо сейчас я на работе. Перезвоню тебе вечером, куколка. Целую, свет мой! До Урушихары быстро дошло, что сейчас Мару не до него. Он решил не досматривать выступление и ушел внутрь. — Так что у тебя, простудилась? — сегодня Мару нравилось строить из себя дурочку. — Если хочешь какой-то рецепт, то так и скажи… — Нет, что вы… никакого рецепта мне не нужно. — Что тогда? — Брух… — Чихо запнулась, вспоминая словечко, которое накануне ей шепнула Лайла. — Брухеризм. Мару повторила за ней, меняя слово на итальянский лад: «Брухерисмо». Затем она нахмурилась, погладив подбородок указательным пальцем. — Это Лайла сказала тебе? — Да… — Чихо показалось, что Мару непременно разозлится, вернется в дом и устроит погром, вынуждая Лайлу больше никогда не говорить о таких глупостях. Но Мару усмехнулась, разрушив ожидания и только больше подогрев интерес Чихо. — Лайла — молодчина, подкинула мне интересное дельце… — Так значит… вы можете это проверить? Мару постучала по подбородку. Ответ пришел быстро, даже не пришлось напрягать мозги. — Брухеризм исследовался на Энте Исла. Но, учитывая то, как мало там людей, которым интересно что-либо исследовать, брухеризм все еще считается недоказанным. Если ты приведешь Сузуки и пройдешь с ней тестирование — да, я смогу проверить, есть ли он у тебя. Если выяснится, что есть - это будет презабавно. — А Господин Накамура не будет против? — Тебя примут из-за недавней операции, а Сузуки, — Мару самодовольно щелкнула языком. — Сузуки заплатит клинике. И дело в шляпе. В общем, позвони мне. Мару двинулась дальше, оставляя Чихо позади, но прежде чем обратиться к ней как к врачу, Чихо нужно было уточнить еще кое-что: — Это правда, что вы хотели облить меня кипятком в ресторане? Мару остановилась как вкопанная. — Откуда ты знаешь? — она спросила, чуть нервничая. — Сузуно рассказала. Ты ее здорово напугала. Мару выдохнула, нервозность тут же исчезла. Наверняка она думала о том, не раскусила ли ее Чихо сама, без посторонней помощи. Это значило бы, что Мару совсем растеряла хватку. — Вода была холодной, — вздохнула она и уж было собралась уходить, но остановилась, вновь обернувшись. — Не говори Сузуно. Хочу остаться злодейкой в ее глазах. — Зачем? — Это круто. — По мне так совсем нет, — улыбнулась Чихо. — Я тебя не спрашивала. Мару наконец-то продолжила путь к улице, кинув напрощанье: «Аривидерчи», заострив особое внимание на последнем слоге. Хоть Чихо не сразу поняла, что такой акцент был сделан нарочно, но в конечном итоге ее это порадовало. На неделе Чихо и Рика прошли тестирование, и доктор Кагаяки в тайне от начальства и других сотрудников сделала интригующее открытие: сердце Чихо и сердце Рики различались и эти отличия со скрининга были схожими с теми, что описывались в книгах медиками Энте Исла. Выяснилось, что так называемый «брухеризм» — генетическая наследственная особенность, по предположениям присущая каждому пятому и дарующая особую резонацию с магией. Такие люди обычно становились первоклассными специалистами, искусными знахарями или ведьмами — отшельниками, кто жил в единении с природой и обладал склонностями к нескольким магическим направлениям. Если Лайла права, и тесты Мару не врут, то брухеризм случается и на Земле, но редко, и Чихо — как раз такой случай. Сердце Рики если чем и отличалось от среднестатестического человеческого сердца, то только крепчайшим здоровьем. В этом Кагаяки под давлением Рики, сделавшей скрининг по полной стоимости, убедилась сполна. Ей прожжужали все уши, требуя подробной расшифровки результатов и завалили вопросами о брухеризме, который, между тем, не имел никакого отношения к пациенту, но ответить пришлось на каждый. Отныне Чихо знала, что Лайла не шутит с ней. И об этом она собиралась сообщить Эми.

Станция Сасадзука, Сибуя, Токио

— Не говори, что хочешь обсуждать Лайлу и то, какая она плохая, — прыснул Мао. Он активно жевал песочное печенье, посоветанное официанткой в кафе неподалеку от метро в Сасадзуке. — Я только хотела сказать, что она, возможно, подстроила все это. — И каким же образом? — Знаю, ее ранили, но она ведь пойдет на что угодно, чтобы втереться в доверие, да? Она проболталась. Сказала, что он не собирался нас убивать, но откуда ей знать? — Она могла понять это по его стратегии. Он ведь не нападал первым, а только остановил поезд. — Но она могла призвать дух или что-то в этом роде, чтобы подставиться всем на обозрение. — У тебя паранойя. — Но… — Она просто пролетала мимо, возможно даже ехала в том же поезде. Ей ведь в Эйфукучо, как и тебе, помнишь? — Нет, вовсе нет… такого не может быть… — Я думаю, что тебе нужно остыть, — Мао победно сунул себе в рот сахарное печенье. И все же был в словах Эми какой-то смысл. Мао не верил в заговор: Лайле не хватило бы наглости так поступить. Тем более после тех с виду искренних извинений, что она публично принесла на Вилла-Розе. С тех пор проблем от нее не возникало, и мало вероятно, что она была огранизатором вчерашнего нападения. Разве что, Мао показалось, что Лайла, сугубо гипотетически, могла догадываться, кем был стрелок и что ему нужно. — Думаю, она чего-то недоговаривает, — сказал он, быстро проглотив печенье. — Значит тебя тоже смутило ее поведение? — глаза Эми наполнились надеждой, а в голосе теперь слышалось радостное спокойствие. — Да, согласен, она веда себя немного странно. Не страннее обычного, но… — Она знакома с ним. Я ставлю на это. — Тогда я ставлю на то, что ей может быть известен мотив. Вряд ли они знакомы. Но может быть Лайла знает, по чьей указке он действовал. — Кстати, ты заметил, — вдруг сменила тему Эми, хотя еще минуту назад держалась за нее мертвой хваткой, — что ангелы… все что-то скрывают? — Ты о чем? Она ведь буквально люди с другой планеты. — Нет нет, я не о том. Вот Габриэль например: ему уже нечего терять. Однако же он старается избегать всех тем, связанных с Небесами. Габриэлю и правда не было смысла скрывать и утаивать информацию, тем более, что он вроде как внегласно находился под протекцией Даат, а это — вполне себе недурственный залог безопасности. Почему тогда он продолжает молчать? — Единственной, кто рассказал нам правду, была Мишель. «Мишель», — мысленно произнес Мао. С этим именем ассоциировалось мало хорошего. Хотя, несомненно, она открыла глаза на многие вещи. От упоминания этого имени во рту ни с того ни с сего возникало кисловатое послевкусие, а перед глазами вырисовывался приходелический образ лица Мару и того, как, искажаясь, оно превращалось в лицо Мишель. До сих пор оставалось загадкой, как Мишель и Маркелла могли иметь абсолютно идентичные черты лица. Их сходство поражало: пожалуй, самые похожие близнецы не сравнились бы с ними. Парадокс заключался лишь в том, что они не были близнецами. Не были они ни сестрами, ни просто родственниками. Кто такая Маркелла? Этот вопрос разумно задать, однако же Мао знал, кто она такая. Он знал ее много лет, лучше, чем кто-либо. Поэтому он, в отличие от большинства, задавался иным вопросом: кто такая Мишель? — Даже не рассказала — она вывалила нам правду. — И ее убили, — холодно и безэмоционально напомнил Мао. — Ты думаешь… — Я думаю, что ангелам нельзя говорить обо всех тех вещах, что рассказывала нам Мишель. Габриэль, Рагуэль, Сариэль, Лайла — они все молчат не по собственной воле. — Кто-то заставляет их молчать? Магией? — Думаю, существует запрет. Запрет, который Мишель нарушила, раскрыв карты, и за это поплатилась. Эми поежилась. Мао прекрасно ее понимал: тайны, связанные с Небесами и даже простые безобидные догадки — были жуткими и пробирали мурашками до мозга костей. Осознание того, что, в теории, все могло быть устроено не так, как описывалось в поэтичном священописании, а намного приземленней, заставляло видеть Небеса - а точнее теперь уже говорить Аль-а-риж, ибо никаких Небес в самом деле не существовало - пугающе реалистичным местом. Бог и ангелы являлись частью природы — жестокой и в своей же жестокости неразборчивой. — Кстати, Мао, — вдруг опомнилась Эми. — Что? — Я тут хотела сказать… — Ну говори, чего еще? — Ну… сложно так с ходу это выразить, но… Слова действительно замешкались в голове и не могли высвободиться. Эми выдерживала уж слишком долгую паузу, и Мао решил, что она в оцепенении от их разговора. Его предположение о причине смерти Мишель и ангельских законах заставило ее замкнуться и лишиться дара речи. Но Эми не могла говорить отнюдь не по этой причине. Признание, которое она планировала, давалось ей слишком сложно. Остаточные напряженность и мрачность размышлений об истинной сущности вещей разорвала Чихо, подступившая прямо к столику Мао и Эми в желтом платье с шуршащей подкладкой. Она могла войти и раньше, а могла и повременить с появлением, задержавшись по дороге в кафе. Но появилась она именно в тот момент, когда Эми, словно ребенок, впервые вышедший на сцену перед публикой и позабывший слова, пыталась в чем-то признаться Мао. — Чи! Ты тоже тут обедаешь? — искренне удивился Мао. Он не думал, что появление Чихо здесь может оказаться чем-то большим, чем простое стечение обстоятельств. — Вообще-то я пришла к вам. Эми зыркнула на Мао в поисках спасения, но быстро смекнула, что он не собирается разруливать ситуацию, ибо ему невдомек, что происходит. — Чихо, поверь, это вовсе не то, что ты подумала! — начала объясняться и вместе с тем оправдываться она. — Мы просто встретились обсудить всякое. Никакое это не свидание! Чихо поглядела на нее пусто и незаинтересовано. — Я и не думала об этом, — хмыкнула она, — Просто взгляни сюда, я принесла это для тебя. Она говорила кратко и прямо, и было видно, что сейчас ей взаправду очень важно продемонстрировать документы, собранные в конверт со знакомым логотипом в углу. Сейкай — больница, о которой даже при большом желании забыть невозможно. Чихо вынула из конверта бумаги — небольшую стопку, в основном напечатанных не по шаблону документов, несколько их ксерокопий, копии томографии, ЭКГ и эхокардиограммы - все от доктора Кагаяки, и везде красовалась ее подпись. Было ясно, что исследования не несли цели выявить признаки осложнений после медицинского вмешательства. Это было сугубо личное расследование, которое увенчалось успехом и показало результат, который всех устроил, позабавил, а кого-то даже порадовал. Чихо и впрямь обладала брухеризмом, что и требовалось доказать. Эми, ознакомившись с выводами доктора, просидела минутку в замешательстве, затем взглянула на Чихо глазами, полными волнения и еле вымолвила: «Прости». — Теперь ты не станешь мешать мне тренировать свои силы? Эми слегка задела такая формулировка, в особенности слово «мешать», но она не подала виду, зная, что своим недоверием, должно быть, обидела Чихо куда сильнее. — Не стану. Но прошу, будь осторожна… — С Лайлой. Да. Не переживай, я справлюсь. Чихо собрала документы обратно в конверт и приготовилась идти, но все же решила повременить с уходом. — Спасибо. Это все, что я хотела услышать. Хорошего вам дня! После она ушла так же быстро, как и пришла, любезно оставив Мао и Эми наедине. — Что это было… — крепко задумался Мао. — Лайла, — Эми устало вздохнула, — хочет тренировать Чихо, а она и не против. — Это я уже понял. Про другое говорю. — И что же? Мао сделал вдох-выдох. — Ты не замечаешь? Чи словно… до сих пор злится на меня. Она говорит кротко, словно вообще не хочет меня видеть. Эми чуть было не улыбнулась, но сдержалась. Ее умилила реакция Мао и сам факт того, что он замечает малейшие изменения в ее поведении. — И все же ты совсем не тот, за кого себя выдаешь… — О чем ты? Слушай, я по делу говорю, а ты несешь какой-то бред. — Чихо вовсе не ненавидит тебя. Она никогда тебя не ненавидела. Это нормально, что тебе кажется, будто она похолодела, ведь раньше она все время была влюблена в тебяю Теперь она стала менее услужливой и уступчивой, ведь больше не испытывает к тебе чувств. Тебе просто нужно свыкнуться с ней настоящей. С той Чихо, которую знаем мы. Мао задумался крепче прежнего. Его взгляд то наполнялся озарением, то становился совсем потерянным. Он молчал, и Эми ждала, когда он будет готов продолжать разговор. — Ладно, давай вернемся к теме. Что ты хотела сказать? Эми вопросительно взглянула на него, забыв, о чем говорила до прихода Чихо. — Ты хотела что-то сказать. Что-то серьезное, судя по твоему лицу. — Точно… я хотела… — Эми сглотнула, собравшись с мыслями. — Я хотела поблагодарить тебя за то, что слушаешь меня и помогаешь. Ты действительно стал мне кем-то вроде друга на этой почве. Мао вздернул одну бровь. Он очевидно ожидал услышать нечто посложнее. Пищу для ума, какой-то замысловатый вывод, который могла сделать лишь дошлая и сообразительная Герой. — Если бы я не выводил тебя из истерик — ты бы точно расчехлила святой меч и убила кого-то. Поэтому не благодари, это просто необходимость. Глаз Эми слегка дернулся. Затем еще раз, и еще. А потом она и вовсе пожалела о сказанном, готовая расквасить лицо Мао прямо о блюдце с печеньем. — А хотя, — резко передумал Мао, — все же я спасаю тебя. Страшно представить, что с тобой сделается, если в один прекрасный день Алас Рамус начнет тебя бояться. Поэтому, в целом, можешь благодарить. — Кулаком в морду, — отчеканила Эми, — могу заехать. — Все. Молчу. Мао отвел взгляд и уставился в окно, но не выдержал давления и повторил: «Молчу я, молчу».