По-людски

Это не произошло неожиданно. Это не произошло с наскока или случайно. Неделю назад Воропаев отвез супругу в больницу, чтобы за ней наблюдали врачи, и вот сегодня этот день настал. Он был на встрече, когда ему позвонила Кристина и загробным голосом сообщила, что Катерину увезли в родзал. Дорогу до больницы Воропаев помнил очень смутно, и сейчас наверное не нашел бы где припарковал свою машину. То, что он стоял на ногах, уже было чудом. Александр мерил коридор шагами, совершенно не слушая ни ворчания Пушкарева, ни успокаивающих слов Кристины. Все чего ему хотелось, это увидеть Рахова, который скажет, что все хорошо, этого было бы более чем достаточно. Медсестра, которая куда-то торопилась по коридору, остановилась напротив Зорькина. - Давайте я вам нашатырь принесу, - предложила она участливо, и Воропаев невольно повернулся, чтобы взглянуть на Николая. Неужели ему так плохо? Зорькин тоже удивился такому предложению. - Зачем мне это нужно? - он воззрился на медсестру, - я хорошо себя чувствую. - А это не для вас, - уверенно заявила она, - это для вашего друга, - девушка указала пальцем на Воропаева, - видите, какой он бледный, грохнется еще, чем будете его в себя приводить. - Я не бледный, - огрызнулся Александр лениво, - я всегда такой. - Тогда вам нужно анализы сдать, вдруг у нас вампир обнаружится, - едкость медсестры немного поразила Воропаева, - вы белый, понимаете, как стена, как потолок. Это не цвет вашей кожи, это отсутствие цвета. Или вы думаете, что я людей на грани обморока не видела? - она чем-то напоминала Александру Талу, и он не поспешил ответить что-то грубое. Но Кристина, явно переживая, что из этого может развернуться скандал, подошла поближе к брату. - Знаете, лучше принесите, на всякий случай, - она улыбнулась так мило и ласково, что Воропаев даже проморгался. Не начало ли его глючить на нервной почве. Но нет, она и правда старалась быть… не собой, - а то он как он, - она сильнее сжала руку брата, - а вот мне что-то нехорошо. - Тогда поделитесь своим “нехорошо” с родственником, - посоветовала медсестра, - а я сейчас вернусь. Она круто повернулась на пятках, направившись за нашатырем. Кристина проводила ее задумчивым взглядом, видимо тоже невольно сравнила ее с Талой. Жаль, что Калатай не могла присутствовать - работа. Вот она бы точно навела среди них порядок, ведь Александру было сейчас просто не до того. - Давай ты все-таки присядешь, - Кристина немного потянула его за руку, чтобы он отошел к ряду кресел у стены, - а то если ты упадешь, никто тебя не поймает. - Не хочу я сидеть, - Воропаев попробовал вырваться из захвата, чуть провернув руку, но Кристина не собиралась его держать, она отпустила его. - Я сдам тебя Кате, при первой же возможности расскажу ей, что ты пренебрег возможной опасностью для своего здоровья, - голос ее был ровным, и даже бесстрастным, но Воропаев ощутил холодок, который прополз по позвоночнику. После родов Кате точно не стоило волноваться. Он сделал шаг назад, опускаясь в кресло и разводя руки в стороны. - Довольна? - едко произнес он, сузив глаза, когда Кристина широко улыбнулась. - Молодец, теперь постарайся дышать спокойно, хочешь, я покажу тебе дыхание в форме квадрата? - сестра явно имела в виду одну из своих тактик успокоения в виде некой медитации. Но Воропаев только отмахнулся, просто опустив голову между коленями, недовольно простонав. - Я больше не могу ждать, не могу! - Мы тут не можем ждать, а ты представляешь каково Кате там рожать? - Кристина передернула плечами, словно на нее подул резкий холодный ветер, пронизывая ее до костей. Александр вздохнул. - Почему она не захотела, чтобы я был рядом? - его действительно очень волновал этот вопрос, и он дрожал всем телом только от одной мысли, что она там сейчас совершенно одна, что ей может быть больно, а он никак не способен ей помочь. - Во всем виновато твое неадекватное поведение, - заметил Николай, присаживаясь рядом, - Катя на полном серьезе боялась, что ты можешь Рахову в глаз заехать, если она лишний раз крикнет. - Я не настолько крышей поехал, - отмахнулся Александр, он не хотел спорить с Зорькиным, все мысли уплывали и путались, а пальцы приходилось разминать от волнения, - все не настолько плохо. - На самом деле - очень, - возразила Кристина, - смотри, что мне Тала дала, на всякий случай, - она извлекла из сумки шприц, - успокоительное, а то вдруг ты начнешь буянить, - она выгнула брови, - у тебя еще есть сомнения? - Я просто волнуюсь, это нормально, - он потер лицо двумя руками, стараясь немного расслабиться и выдохнуть, - сейчас еще немного и все закончится. Еще немного. Немного не вышло. Но через, без малого, два часа к ним все-таки явился Рахов. Вечно улыбающийся Алексей и сейчас светился словно лампочка, и это успокоило Александра. Он подхватился со своего места, бросаясь доктору наперерез. - Как Катя? - Воропаев даже не понял, что вцепился в предплечье Рахова в болезненной хватке. Но врач терпеливо похлопал его по руке. - Как и каждая женщина, которая только что родила двоих замечательных малышей, - говорил он спокойно, едва ли не шепотом, специально для того, чтобы заставить Александра прислушиваться к его словам, а заодно и немного переключить свое волнение в другое русло, - я даже вам позволю к ней зайти, правда, минут через десять. Но, учитывая, сколько вы ждали, это будут сущие мелочи, - он обвел взглядом всех присутствующих, - и с Катериной, и с детьми все хорошо, можно выдыхать, праздновать и покупать вещи для мальчика и для девочки. А теперь, - он еще раз похлопал по руке Александра, - меня можно отпустить, пойти умыться, перестать делать такие жуткие глаза и готовиться ко встрече с женой. - А нам можно будет зайти? - Воропаев как раз разжал свою хватку, замечая, что Рахов, все еще ласково улыбаясь, повернулся к Пушкаревой, потирая прижатое место. - Я бы не хотел, чтобы Катерину перегружали. Вам, как родителям, я тоже выделю время, но остальным придется потерпеть до завтра, - он похлопал Александра по плечу, - замечательные малыши, вы постарались на славу. Воропаев, и правда, отправился в уборную, сразу же, как Рахов двинулся по своим делам. Пугать Катю своим растрепанным видом не хотелось, ему и так казалось, что от него за версту несет паникой и страхом. Теперь можно было расслабиться. Но ни добрые слова Алексея, ни холодная вода не помогли привести его в норму, и только когда он переступил порог палаты, увидев на кровати счастливую и довольную супругу, все стало совершенно неважно. Воропаев проигнорировал стул, и встал на колени у постели Катерины, прикасаясь к ее руке немного нерешительно и ласково. - Как ты себя чувствуешь? - он прикрыл глаза, когда Катя погладила его по щеке, зарываясь пальцами в волосы. Боже, не было ничего в мире лучше этой ласки, он буквально был в раю. - Я, - она тихо рассмеялась, - чувствую себя так, словно протолкнула что-то размером с дыню, через отверстие размером с лимон. Дважды. Но в целом, это прекрасно. - Это звучит как-то не очень прекрасно, - Александр поцеловал по очереди сперва ладонь одной руки, а затем и ладонь второй, - я рад, что с тобой все хорошо. - Я себя в зеркало еще не видела, конечно, - Катерина улыбнулась, - но мне кажется, что ты выглядишь гораздо хуже меня. - Возможно, - не стал отрицать Воропаев, снова принимаясь покрывать пальцы супруги поцелуями, - наверное, нам двоих детей будет достаточно, а то не знаю как ты, но я такую тряску второй раз не переживу. - Саша, - Катя покачала головой, - ты просто неисправимый, ты знаешь об этом? - Я? Да, - кивнул он, - я совершенно ужасный человек, но тебе поздно совершать попытку к бегству, это я тебе говорю так, на всякий случай. - Я и не собиралась, - Катя немного откинулась на подушки, прикрывая глаза, - присядь рядом, нам сейчас принесут плоды наших трудов, чтобы мы могли на них полюбоваться. Не нужно, чтобы кто-то видел, что страшный и ужасный Александр Воропаев вытирает пол своим дорогим костюмом. - А нам уже можно на них посмотреть? - Александр быстро сел на край постели, буквально автоматически отряхнув колени. - Саша, они будут находиться со мной в этой самой комнате, - погладила его руку Катя, вырисовывая круги на его коже своим указательным пальцем, - огромный плюс это частной больницы, за мной уже закрепили медсестру, которая будет помогать мне ночью, да и вообще на всякий случай будет приглядывать как я тут. - А мне остаться нельзя? - ему бы очень этого хотелось, но Воропаев понимал, что это совершенно невозможно. Катя улыбнулась. - Алексей Витальевич сказал, что мне можно будет поехать домой дней через пять, до этого времени нужно быть под его наблюдением. Ты понимаешь, на всякий случай. А ты будешь дома, придешь утром, принесешь мне что-то вкусное из списка, что тебе выдадут, проверишь как Черри. - Он безутешен, - заверил Катю Александр, - мы оба, мне дома без тебя невыносимо. - Сама домой хочу, - она поманила его пальцем, чтобы Воропаев склонился к ней, и Александр торопливо коснулся ее губ своими. Как хорошо, Господи! - Можно к вам? - медсестра вошла в палату без стука, толкая перед собой два крохотных кувеза. Малыши в них спали, совершенно не обеспокоенные ни посторонними звуками, ни сменой цвета, - поздравляю вас с пополнением. - Спасибо, Ира, - Катерина расплылась в улыбке, и Александр понял, что это именно та медсестра, что будет помогать ей в эти дни, - как они, - она попыталась немного приподняться в постели, чтобы взглянуть на детей. Но Ирина уже выудила кроху из кувеза, чтобы дать маме подержать ребенка. Второго она вручила Воропаеву, что слабо попробовал сопротивляться. Ирина его доводов не слушала, просто отдала ему дочурку, погладив мужчину по плечу. - Я зайду через часик, - пообещала она Катерине и удалилась. А Александр все смотрел на крошку в своих руках. Сейчас было невозможно понять, на кого похож этот крохотный человечек, но одно Воропаев знал точно, что такой красоты он не видел никогда в своей жизни. Он поднял взгляд на Катю, что ворковала с сыном. Она ощутила взгляд супруга и тоже посмотрела ему в глаза. - Спасибо, - произнес он одними губами, не в силах заставить свой голос звучать громче. Она улыбнулась. - Обращайся, - Александр знал, что этот день он не забудет никогда.

* * *

Воропаев был практически уверен, что Кира останется. Что она забросит эту идею с Индией и позволит семье исцелить то, что она надеялась исправить за океаном. Но, он ошибался. Буквально сразу после крещения детей она решилась ехать. Она запретила Кристине себя провожать, попрощалась с Катериной еще вчера, и только Александр смог получить шанс быть с ней перед отлетом. - Не смотри на меня так, - Кира вздохнула, поправляя на плечах худи, - ты же знаешь, что меня этим не проймешь, и я не поменяю своего решения. Мне нужна эта поездка, очень нужна, не меньше чем Юля и Костя. Считай, что теперь я делаю это не только ради себя, но еще и ради них. - Я знаю, - Воропаев не собирался ее отговаривать, потому что ничего хорошего это бы не сулило, - но год… это очень долго, я просто волнуюсь, Кира. - Я знаю, - теперь был ее черед произносить эту фразу, - и я очень ценю это, поверь, и мне крайне важно, что ты сейчас со мной. - Меня немного успокаивает то, что с тобой рядом будет этот твой Игнат, - признался Воропаев, он хоть и до конца не мог принять этого мужчину рядом с Кирой, но знал, совершенно точно, что Сикора не позволит ничему случиться с младшей Воропаевой. - И за это тебе спасибо, - да, Александр знал, что для нее крайне важно, чтобы он принял Игната. Он старался, возможно, не достаточно хорошо, но Сикора оценил его попытки, и даже не обиделся, когда Александр навел о нем справки, - Игнат очень хороший человек, думаю, он появился в моей жизни не случайно. - Я верю в то, что ничего не происходит случайно, - заметил Александр, - то, что ты не зря с Сикорой повстречалась, это точно. Но вот зачем тебе Индия, - он вздохнул, - тянет вас туда, как магнитом. - Может, и ты когда-то туда поедешь, - поддела его Кира, немного подталкивая брата в бок. Они ждали Сикору. Он звонил, клятвенно обещая быть через десять минут, и Кира уже дважды посмотрела на часы. Нет, Игнат не опаздывал, но у Воропаева складывалось ощущение, что ей бы хотелось побыстрее выпроводить Александра домой. Но Воропаев упорно решил быть с Кирой рядом до самого конца… точнее, пока они не отправятся на посадку. - Никогда, - Александр замахал руками, словно пытаясь отринуть от себя эту мысль даже в теории, - тем более не в ближайшее время точно. Мы ограничим наше путешествие Европой. Но, думаю, когда мелким будет не меньше года. - А не рано в такое время путешествовать? - Кира с сомнением выгнула брови, - два годовалых малыша, это крайне сложно, особенно в дороге. - Ты думаешь, что я не продумал все до мелочей? - Александр отзеркалил выражение лица сестры, - няня будет в обязательном порядке. - Вы сперва найдите ее, - хмыкнула Кира, прекрасно зная, что сейчас Катерина с Воропаевым занималась поиском няни. Это было крайне хлопотное, энергозатратное и пока еще безрезультатное занятие. - Найдем, - кивнул Александр, - я обратился в профессиональную контору и параллельно попросил Уютову мне помочь. Мы пока еще не решили, что лучше, но Катя готова рассмотреть разные варианты. - Катя когда собирается вернуться на работу? - Кира снова покосилась на часы, оставалась одна минута до прихода Игната. Воропаев улыбнулся, это был крайне хороший способ, чтобы проверить насколько пунктуальным может быть Сикора. - Юлиана сказала, что она может подождать годик, если Катя готова консультировать ее из дома по важным вопросам. Да и Жданов набивается в гости уже который день, и я не думаю, что ему хочется поглазеть на Юлю и Костю. - Ты подозреваешь, что Андрей хочет уговорить Катю вернуться? - Кира задумалась, - Кристина говорила, что дела в ЗимаЛетто сейчас идут хорошо, возможно он переживает, что без Кати все пойдет наперекосяк? - Не знаю, - пожал плечами Воропаев, - пока я вижу его бурный интерес и жажду Андрея добраться до Катерины. - Катя не против, но позволяет мне гонять Жданова кругами, потому что неплохо так выматывается с мелкими, - заметил Александр, - но это ненадолго. Скоро Андрей по телефону оседлает ее совесть, и она все-таки с ним встретится. - Да, - кивнула Кира, - это очень похоже и на Катерину, и на Андрея. Они оба найдут способ сойтись, если это нужно для работы. Как там твой зверь? - Черри, по-моему, сходит с ума от мелких, он никого к ним кроме меня и Кати не подпускает, - покачал головой Воропаев, - даже Катины родители у него пока не в чести, но мы над этим работаем. А ты что, никак не можешь забыть ему расцарапанную руку? Ответить Кира не успела, хотя по ее выражению лица было видно, что ничего хорошего она сказать не собиралась. - Привет! Прости! У меня сломалась змейка на чемодане, - Сикора покачал головой, стараясь чмокнуть Киру в щеку и подать Александру руку одновременно. Стоило ли говорить, что ни первого, ни второго у него не получилось - Иногда ты мне напоминаешь Кристину, у нее тоже вечно все не слава Богу, - озвучила Кира мысли Александра, тот только согласно кивнул. - Не знаю, меня постоянно какие-то шутки преследуют, - не стал отпираться Игнат, - но жить это, по сути, не мешает. - Главное, что жить не мешает, - подал голос Воропаев, - билеты где ваши? - У меня, - Сикора извлек их из внутреннего кармана куртки, - что-что, а билеты я никогда не терял. - Хоть что-то, и то хлеб, - не мог не согласиться Александр, - готова? - спросил он сестру, замечая, что ее начинает бить мелкая дрожь. - Ничего подобного, - покачала она головой, - и от этого еще лучше, - заверила Кира, поправив торчащие в разные стороны пряди, - жди меня назад совершенно другим человеком. - Не хочу другим, - он прижал ее к себе, совершенно не заботясь о том, как на них взглянул Игнат, со смесью понимания и нежности, - вернись собой, но только в мире. - Вот за это я тебя и люблю, - улыбнулась ему сестра, немного отстраняясь, - ты позволяешь мне ощущать себя настоящей. Он отпустил ее, отпустил ее с этим Игнатом в чертову Индию, и дорога домой оказалась дольше и сложнее, чем он мог предположить. Все внутри дрожало от неправильности и одновременно от логичности происходящего. Александр невольно задумался, что если бы он был один, то отъезд Киры, особенно такой отъезд, обязательно бы подтолкнул его утонуть в работе с головой. Но сейчас дома его ждала Катя, его лягушка не могла налюбоваться на малышей. Юля, да и Костя были довольно тихими, и Воропаев начинал переживать, почему они не плачут и не показывают характер. Но Рахов успокоил их, пообещав, что все самое веселое еще впереди. Воропаев ждал этого веселья с нетерпением. Остановившись на светофоре, Александр принялся похлопывать по рулю. Семья. Ощущение семьи было просто прекрасным, поглощающим. Теперь он знал, ради чего он живет, знал, что способен сделать кого-то счастливым, знал, что может быть счастливым сам. Причем практически без труда. Он вздохнул. Медленно втянул воздух в легкие, а потом также медленно выдохнул, расслабляясь совершенно. Все будет хорошо. И с Кирой, в ее поисках себя, и с Катериной с мелкими лягушатами, и с Кристиной в ее желании стать с Талой настоящей семьей, и с ним. Да, это было очень странно, впервые за долгое, возможно, длиною в жизнь время он ощущал себя восхитительно, отлично, отменно. И сердце заходилось в сладостном предвкушении чего-то большего, лучшего, прекрасного. Не смотря на то, что оно болезненно ныло от расставания с младшей сестрой. Зеленый свет подмигнул, и Александр вжал педаль газа, решив, что было бы неплохо поторопиться домой. Там он сможет немного поворковать над малышатами, прижать Катю в укромном углу квартиры под шипение Черри, который снова перепутает страсть с попыткой обидеть друг друга. Этого его успокоит, он физически ощутит, что мир его прекрасен, так же прекрасен, как был сегодня утром. На очередном светофоре он быстро набрал Катерине сообщение. Так, пару пошленьких слов о самом главном. И ее ответ не заставил его слишком долго ждать, наполняя все его тело легкостью и странно-пугающим чувством полета.

Я тебя тоже.