Зазеркалье: тёмная сторона

      Роуд увернулся от вспышки огня и перепрыгнув, через бревно, подбросил его и кинул в Чарльза. — Не плохо, — отдышался он, после того как разбил его на щепки. — Но ты опять не смотришь под ноги.       Роуд опустил глаза и увидел как две лианы уже обвязали его лодыжки, а в следующий миг, его подвесили вниз головой. — Ну всё, хватит! — Воскликнул он. — Хватит? — Чарльз присел на корточки и схватил его за волосы. — А что если на Пелли Роуз нападёт другой волшебник, ты тоже ему скажешь хватит?!       Лианы развязались и Роуд упал на землю с грохотом. Чарльз вскинул руку и бурдюк с водой тут оказался сжатым в его пальцах. — Я буду стараться лучше… — Не старайся, а делай, — Чарльз подал ему руку и помог встать. — На нас волшебниках лежит не только защита замка, но куда более важная миссия… — Служению королевской семье… — Нет, Роуд, — Глаза Чарльза стали мягче. — Конечно и это тоже, на самое главное следить за порядком и сохранением мира. И это важнее, чем прихоти королей. — Она сжала его плечо. — Помни это.       Тогда он был только учеником, мальчишкой. А сейчас… Роуд опустился на край постели и запустил пальцы в волосы. Ему не хватало Чарльза, с его смерти прошло почти пятнадцать лет. Так никто и не узнал о её причине. Ты знаешь, что его убили. Ты знаешь это. Роуд сильнее вцепился в волосы. Не правда. Он не знал, никто не знал. Бувар знает или догадывается. Они были друзьями…Стук в дверь прервал его тяжёлые мысли и выпрямившись, он махнул рукой, распахнув дверь. На пороге стоял паж, со вчерашнего маскарада и держал свиток в руке. Роуд в замешательстве протянул руку и развернул свиток. То что принадлежит тебе, теперь у меня. Роуд поднял глаза, но пажа больше не было.

***

      Королева молча смотрела на картину величиной с человеческий рост, на которой был изображён мужчина. Его каштановая борода с гривой волос, придавала ему сходство со львом. Он и был храбр как лев, этого у него было не отнять. — Ваша милость, герцогиня Бувар прибыла по вашей просьбе.       Она отпустила слугу и посмотрев ещё раз на картину, отправилась к гостье. Она специально выдала это как приглашение, чтобы не испугать её раньше времени и не создать подозрений у герцога. Ей даже стало немного жаль его, собственные бастарды… хотя чего можно от них ждать.       Герцогиня и правда была хороша, точно роза. Поклонившись королеве, она вопросительно посмотрела на неё. — Слухи не врут, и ты хороша, точно цветок, — королева мягко взяла локон девушки и заправила его ей за ухо. — Благодарю вас. — Герцог, наверное дни и ночи проводит с тобой в спальне, — улыбнулась она, взяв её руку. — Уж я то знаю, какие мужчины могут быть ненасытные.       Элизабет покраснела. — Герцог уделяет мне столько времени, сколько посчитает нужным. — Да, конечно, — кивнула она. — В отличии от его бастардов.       Элизабет с ужасом посмотрела на королеву. Женщина крепче сжала её руку. — Для столь юных лет ты далеко пошла, не каждая шлюха даже согласится принять сразу двух мужчин в своей постели.        Она выпустила её руку и уселась в кресло. — Скажи, милая Элизабет, что сделает герцог со своими бастардами и тобой, когда узнает?       Девушка молчала, казалось она ещё немного и потеряет сознание. — Возможно, чтобы избежать позора, он скроет это, тебя запрёт в замке, а их сошлёт подальше… Но мне то какой с этого толк? М? — Элизабет закрыла глаза, а когда открыла, две крупные слезы, скатились по её щекам. — Не плачь, милый мой цветок. Плакать будешь, когда весь твой род, с любимой матушкой погрязнуть в позоре и лишаться всего. — Нет, прошу…       Королева чуть наклонилась вперёд. — Элизабет Бувар, тогда ты должна будешь кое-что для меня сделать и сделать так, чтобы даже твои любовники об этом не узнали, — Элизабет с ужасом ждала её слов. — Мне нужно, чтобы ты подложила осколки зеркала в каждом месте, где бывает герцог один. Это пока всё, справишься и я подумаю, что с тобой делать.

***

      Бувар поднял глаза на пажа, который дожидался пока мужчина допишет письмо. — Я уже заждался тебя. — Я ждала, когда твои сыновья уедут, — Эсма сняла берет и встряхнула головой. Её голос осип от того, что ей долго приходилось его менять. — Роуд прочитал моё послание? — Да, — она уселась на стул, поджав одну ногу. — Свиток запечатана, он не выйдет на твой след. — Тогда, — Бувар достал бумагу и смочил перо в чернильнице. — Пусть день помучается в неведении, а завтра ты подложишь ему это письмо.       Эсма усмехнулась, вскинув голову. — А с вами не соскучишься, герцог.