Отблеск

Сакура вздрогнула от звука бьющегося в окно камня. Сначала она не обратила на это особого внимания, думала, послышалось. Затем стук повторился. Когда он раздался третий раз, Сакура со злостью поднялась и пошла к источнику шума. Возле балкона, внизу, стоял, задрав голову и держа ещё один камень в руке, Аксель. — Я уж думал, ты не появишься. Сакура недоумённо нахмурилась, внимательно посмотрела на него. Бледное сосредоточенное лицо, твёрдый взгляд — при сумеречном свете это приобретало таинственный вид, как и при свете фонарей и луны, но развеивалось при искусственном освещении. Аксель казался неоднозначным. Двойственным. И от этого не менее интересным. Но разбивать балкон ей не надо. — Что ты тут делаешь? — Она нахмурилась и сложила руки на груди. — Хотел убедиться, что ты не собираешься влипать в какие-то неприятности снова. — Да я... я... Я вообще в них не влипаю, вот! Она гордо выпрямилась, развернулась, собралась уходить. Но что-то заставило её передумать. — Стой, не покидай меня. Бархатный голос, врывающийся в сознание лёгким порывом. Сакура не знала, почему, но она повиновалась. Что-то потянуло назад с невероятной силой. — Хочешь зайти? И она не знала, почему так сильно ей хочется услышать "да". Услышала. Двумя минутами позднее она сидела за столом с Акселем. Керамические чашки с чаем отблескивали при свете лампы, и было в этом что-то угнетающее, мрачное. Сакура поэтому не любила тёмное время суток. Оно давило на неё, проникало в сознание, прогрызая дыры в голове, запускало туда тысячу чертей, которые шёпотом напоминали об одиночестве и неудачах. Сакура старалась как можно меньше времени проводить вечером дома, чтобы сбежать от этого. И пока Аксель не пришёл, она собиралась скоро выйти на улицу. Плевать, если снова нарвётся на кого-то, постоять за себя уж сумеет. Но рядом с Акселем черти в её голове затихали. Она смотрела на этого странного парня, обводила взглядом контур лица, ловила себя на том, что хочет запечатлеть его, увековечить в фотографии эти резкие черты и глубокие глаза. — Не думала, что снова увижу тебя. Сакура говорила правду. Но сейчас, смотря на него, поймала себя на мысли, что его приход — абсолютно естесственная вещь. По-другому и быть не могло. — Я люблю удивлять, — прозвучал бархатный голос с хрипотцой, и внутри всё встрепенулось и перевернулось вверх ногами. Сакура растерянно смотрела на парня, не понимая, почему реагирует на него так. Она даже не могла припомнить, когда в последний раз что-то подобное чувствовала. — У меня есть предложение. — Да? — Внутри всё затрепетало ещё больше. Сакура чувствовала себя сакурой — распустившейся, с раскрывшимися бутонами и нежно-розовыми цветами. — Я бы мог помочь тебе с твоей работой. Уверяю тебя, ты можешь стать куда востребованнее, особенно среди мужчин. Она моргнула. Было гораздо легче вообразить, что Аксель предложить ей выйти за него замуж, нежели это. Но постепенно на белом холсте сознания начала вырисовываться яркая и чёткая картинка, как к ней на съёмку приходят красивые мужчины в стильной дорогой одежде, с лёгкостью позируют, не возмущаясь, что какая-то из предложенных поз кажется "гейской". Как обворожительно улыбаются и благодарят за проделанную работу, не начинают требовать результат уже на следующий день. Сакура не хотела их денег; она хотела чувствовать, что её ценят. — И что для этого нужно? — с придыханием спросила она. — Всего лишь довериться мне. Но с одним условием. — Каким? — Сакура нахмурилась. Конечно, не может всё быть так гладко. А ты уже размечталась, дурочка. — Каждый вечер ты будешь рассказывать мне один интересный факт о себе. Она окинула Акселя подозрительным взглядом. — И? — И всё. — Ты предлагаешь свою помощь в обмен на это? Сакура сдерживалась, чтобы не расхохотаться или не расплакаться. Слышать это было и смешно, и неприятно оттого, как абсурдно оно звучало. Было ощущение, что её просто хотят развести. Посмеяться. Но она такой возможности не даст. — Очень хорошо. — Она поднялась. — Было приятно поболтать с тобой, но если ты думаешь, что я на это поведусь... Где дверь, помнишь или показать? — Да стой же ты. Я не глумлюсь над тобой. Мертвенно холодные пальцы сцепились на её тёплом запястье и потянули назад. — Бедное дитя, кто же тебя так оскорбил, что ты такого дурного мнения обо мне? Но я понимаю твоё недоверие и готов доказать, что у меня самые серьёзные намерения. Он легко поглаживал тыльную сторону ладони. И от прикосновений, гладких, нежных и невесомых, почему-то защипало в глазах. Сакура не знала, что ответить. Её никто не оскорблял, она просто слишком много повидала и знала, что доверие — вещь опасная, которая может обернуться против тебя. Но почему-то хотелось доверять этому странному парню с глазами цвета горького шоколада, который разговаривает как дворянин. — Хорошо. Что ты предлагаешь? Аксель дьявольски улыбнулся, сверкнув глазами. — Соцсети и таргетированная реклама. Он откинулся на спину стула с чувством собственного превосходства, не иначе как ожидая, что Сакура восторженно ввизгнет. Величественный, уверенный в себе. Харизма сочилась из каждой щели: в его улыбке, в лёгком прищуре глаз, в том, как пальцы барабанят по столу, в наклонах головы. Он мог бы сойти за короля, лидера. Мог бы править, вести за собой. Рядом с ним хотелось быть ведомой. Сакура задумчиво потёрла подбородок, неловко передёрнув плечиками. — Ты же знаешь, я в этом не разбираюсь. Да и качество моей камеры... — Важен не инструмент, а умение им пользоваться. Спорить было трудно. И бессмысленно. Да и не хотелось. — Позволишь взять твой гаджет? — Да, но зачем? Ты хочешь?.. Ответ Сакура не услышала — увидела, когда на рабочем столе её смартфона появилась знакомая градиентная, с белым квадратиком иконка соцсети. — Придумай себе никнейм. Она глубоко вздохнула и покачала головой. Как объяснить этому ненормальному, что она не признаёт соцсети? Что там сплошь и рядом — фальш, что это бескрайнее море, в котором легко пойти ко дну? Безликие красные кнопки, на которые бездумно тыкаешь, не принесут желаемого успеха; а если и принесут, то счастья от него будет мало. "Соцсетями пользуются те, кто хочет сбежать от реальности, кто не находит другого способа занять себя", — говорила мама, и Сакура ей верила. — Не думаю, что это хорошая идея. — Она упрямо вскинула подбородок, сцепляя руки в замок. — О'кей. Но вместо того, чтобы оставить свою затею, Аксель принялся что-то печатать, а через пару минут протянул телефон владелице. Сакура пробежалась по нему взглядом. Перед её взглядом появился новосозданный аккаунт с логином "rainbow_photo". В графе имени значилось "Радужная леди | Сакура", а в качестве аватарки был выбран снимок из галереи, где она позирует на пляже. — Выбирай, какие фотографии опубликуешь. Сакура глубоко вздохнула и, вопреки желанию кричать, возмущаться, выражая протест, боязливо загрузила несколько фотографий, не решаясь даже подкорректировать их. Не хотелось ничего трогать. У неё ещё будет время вникнуть в это. Аксель снова взял телефон в свои руки, и довольно долгое время, которое показалось вечностью, на его лице было сосредоточенное выражение, а Сакура невольно любовалась этими морщинами, пролёгшими на лбу, прищуренными глазами, поджатыми хорошо очерчёнными губами, на которых видно каждую трещинку. А когда он запускал пальцы в шевелюру и прикусывал нижнюю губу, невыносимо сильно хотелось запечатлеть его на снимке. Сакура жмурилась и качала головой. Наконец, Аксель воскликнул: — Готово! Он протянул телефон девушке обратно, и та недоверчиво полистала профиль. Последний пост был рекламным, и можно только позавидовать красноречию Акселя и умению пиарить. "Устал(а) от серых будней? Не веришь в свою красоту и уникальность? Приходи ко мне на съёмку, и я с радостью докажу тебе обратное и наполню твою жизнь яркими красками. С радостью жду и людей, и нелюдей, мужчин и женщин, взрослых и детей, пожилых и младенцев. Обещаю, что вы будете в восторге от себя!.." Ниже подавалась информация о стоимости фотосессий. У Сакуры глаза на лоб полезли. — У тебя всё в порядке с головой? Кто захочет платить столько за фотосессию?! — Те, кто ездят на Бентли, Мерседесах, БМВ и тому подобному. — Аксель невозмутимо пожал плечами. — Осмотрись, у нас в городе тысячи людей с высоким уровнем жизни. Взгляни, на чём они ездят, в чём ходят, какие заведения посещают... Я много наблюдал за людьми и с уверенностью могу сказать, что у них есть средства. Тебе нужно просто привлечь их внимание. Особенно больше всего толку от влиятельных мужчин. Сакура вздрогнула, опустила взгляд, зардевшись. Как он узнал, что она такими и хотела бы заниматься? Мысли читает, не иначе. — У тебя большой потенциал, поверь мне. А с развитием я помогу. Сакура подняла несмелый взгляд на молодого человека, ощущая, как внутри что-то начинает шевелиться. Что это было: благодарность за помощь, восторг от его личностных качеств, восхищение внешностью? Она не знала. Просто хотела, чтобы он помогал и дальше. Чтобы от этого был толк. И почему она чувствует себя настолько окрылённой? — Откуда в тебе столько... всего? — Она неопределённо взмахнула рукой. — Все эти знания... Ты учился на пиар-менеджера? Аксель негромко рассмеялся. Сакура не знала, что он потратил почти сутки на то, чтобы начать разбираться в этом хоть как-то, хоть было время, когда слегка интересовался этим. Что для него это так же сложно и ново, как для неё. Что день назад у него даже телефона и банковской карты не было. Что он не уверен, что это сработает. Ему просто очень хотелось верить, очень хотелось помочь. В его жизни наконец-то снова появился смысл. Сакура проводила его до двери, когда за окном была уже глубокая ночь. За это время был осмотрен профиль не одного бизнесмена, было отправлено не одно ненавязчивое сообщение с предложением провести съёмку, был оставлен не один комментарий под их постами. Сакура записала номер телефона Акселя, пообещала позвонить на следующий вечер и сообщить, есть ли прогресс. Когда Аксель покидал её, она смотрела ему вслед из окна и чувствовала необъяснимое сожаление от ухода вперемешку с радостью от появления в её жизни. Она не знала, будет ли толк от их затеи, но очень хотела верить.