Через время и пространство

Асуна чувствовала, что ужасно вымоталась. Управлять тенями было совсем не простым занятием, особенно поначалу, но после она додумалась отбирать свет из одного места и переносить его в другое. Тень стала более податливой, и даже могло показаться, что управляя ей, Асуна просто брала очень черное полотенце и управляла им при помощи телекинеза. На сегодня это был ее предел, и когда ночь сменила день, полностью войдя в свои права, чародейка и сама не заметила, как ее сморило и она уснула. Во сне Асуна вновь ощутила себя бесплотной прозрачной тенью, ступающей на этот раз не по городу, а по весьма отдаленным от цивилизации местам, заросших лесом, покрытым холмами. Как и в прошлый раз, она просто бродила то тут, то там, выискивая, зачем она вообще оказалась здесь. Ее блуждания были недолгими — довольно скоро она вышла на довольно высокую скалу, с которой открывался прекрасный вид на Хогвартс. Казалось, что до школы рукой подать, но присмотревшись, оказалось, что их с замком разделяют еще по меньшей мере несколько часов пути и большое озеро. На скале, совсем рядом с ней, возникли две фигуры. Девочка в желтом дождевике держала за руку парня в черном плаще, опирающегося на увесистый по виду черный посох, оканчивающийся красной сферой размером с кулак, словно оплетенной корнями и ими же удерживаемый. Каждый из них накинул капюшон, из-за чего их лица нельзя было разглядеть. Даже когда девушка попыталась обойти их, в капюшонах она увидела лишь непроглядный мрак. — Так вот ты какой, Хогвартс… — голос, прозвучавший от едва шевельнувшегося парня, был обращен куда-то в пустоту. — Значит, здесь может быть Асуна? — Мама и Лизбет были там. Им очень страшно… — как смогла понять чародейка, Юи говорила довольно обеспокоенно. Девочка явно боялась за них, и хотела как можно скорее найти ее. И во имя Трех Богинь, как же чародейка хотела того же. — Но узнает ли она нас? Спустя столько лет… — Кирито, если Диана правильно поняла личность человека в плаще, от чего-то вздрогнул. — И что будет, если она увидит меня таким… — Не бойся, папа. Мама не испугается, она любит тебя. И меня. Но знаешь, нам бы не помешала помощь. Мы ведь не знаем, как мама выглядит сейчас, так? Может, попросить кого-то помочь нам? — Хорошая мысль. Думаю, я знаю, кто может подсказать нам направление поисков на той стороне. Их фигуры постояли несколько секунд совершенно неподвижно, словно застыли во времени, а после их окутало облако черного тумана, скрывшее их от чужих глаз. Неожиданное чувство, словно ее дернули за волосы, едва не выбило девушку из равновесия, она ощутила под ногами твердую почву. Она оказалась в белой пустоте, в которой был только абсолютно черный глянцевый пол, черный цвет которого был до невероятного однородным. — Ты звала меня, — тень, возникшая фоне холодной белой пустоты, произнесла свое утверждение голосом, иначе как электронным который не получалось. Раздвоенный, звонкий, максимально неестественный, именно так тень, по силуэту напоминающая мальчика лет двенадцати, говорила с ней. — Ты прочла мое имя, применила мою стихию, и я откликнулся на твой зов. — Кто ты? — Асуна задалась этим вопросом, пытаясь понять, кто перед ней. — Мое имя стерто вечностью, но меня знают как первого мага тени, Гения Тьмы и ее Первоосновой. — тень то увеличивалась, то уменьшалась, не оставаясь на месте ни секунды. — Гением? — Каждая Первооснова воплощает одного из нас, восьми Гениев, первых магов первородных стихий. Каждый, кто хочет познать Гений, осознанно ли нет, но обращается к нам. И мы даем достойным свое благословение, называемое Первоосновой. Лишь те, кто подходит под требования Гения, может заполучить наше благословение. — У тебя есть три пути, пройдя которыми, ты можешь получит благословение Гениев Тьмы или Света. Первый путь: — перед Асуной возникло цветное видение, где она видела себя, наступающей на горло поверженной тени, ставшей гораздо больше и принадлежащей скорее крепкому молодому мужчине. — Подчинись мне! Покорись! — рычала Диана-из-видения, стоя над хрипящим противником. — Ты можешь подчинить себе Гений, сразив его. Тьма не будет сопротивляться тебе, но она не будет добра с тобой, будет лишь покорна тебе. Этим путем ты прошла в тот раз, когда получила благословение Гения Огня, тем не менее, тебе удалось сменить подчинение на дружбу. Второй путь: — это видение исчезло, на его место пришло другое. Она говорила с тенью, сидя на чем-то вроде стены. Одетая в бордовую шерстяную накидку, накинув на лицо довольно глубокий капюшон, а лицо прикрыв шарфом, она смотрела на темный силуэт мальчика, болтающего в воздухе ногами и жующего что-то, по виду похожее на яблоко — Чего ты хочешь от меня за эту силу? — говорила Диана-из-видения. — Ты можешь договориться с Гением, и тогда Первооснова будет готова защитить тебя, стоит тебе того пожелать. Тьма будет тебе покорна, и будет следовать договору. Третий путь — пришло очередное видение. Асуна узнала в осунувшейся и изможденной девушке, обнявшей колени и утнувшейся в них, чьи короткие и грязные волосы казались замерзшими на холоде сосульками, узницу Нарсиля, себя. Она тихо плакала, когда к ней подошел котёнок, сотворенный из чистой тьмы, трущийся о ее ноги. Асуна-из-видения обратила на котенка внимание, и осторожно протянула к животному руку. Котенок понюхал ее и потерся мордочкой о тонкие пальцы. — Я осталась совсем одна. А ты хочешь быть моим другом? — всхлипывая, произнесла она. Котенок запрыгнул к ней на колени и принялся громко мурлыкать, успокаивая, убаюкивая ее. Асуна-из-видения еще сильнее расплакалась и обняла животное. Накидка из темного тумана накрыла ее плечи, словно плед, защищая и отгораживая ее и нового друга от всего существующего. — Ты можешь подружиться с Гением, его воплощением. Даже не зная его имени, если ты применяешь его стихию, он чувствует и знает об этом, и может даровать тебе Первооснову. Гений защитит тебя, опираясь на твои чувства, Тьма будет покорна, и будет укрывать тебя, как милосердная мать укроет свое дитя. Равно как и Пламя. — Но прежде, чем получить мое благословение, ты должна знать. Какой бы путь ты не выбрала, однажды познав Тьму, ты уже никогда не поверишь в Свет. Тьма будет с тобой до конца, она не оставит тебя. Выбор за тобой. — тень исчезла, а все три видения возникли перед ней. Сейчас в ней разрывались две ее части. Диана Лорен боялась, она хотела лишь подчинить и сразить Тьму, воспользоваться ей, пусть и не быть с ней жестокой. «Молния» в ней хотела взять это очаровательное существо, мурчащее у Асуны-из-видения на руках. И только Асуна не могла определиться. Ей было сложно довериться Первооснове. — Знаешь, а ведь юноша, которого ты ищешь… Он тоже здесь был. Он сделал свой выбор, и ни разу об этом не пожалел. — услышав о Кирито, Асуна на мгновение зависла. Она не ослышалась? — И что же выбрал Кирито? — спросила чародейка. — И где он сейчас? — А как ты сама думаешь? Что ты знаешь об этом юноше, и что он мог выбрать? И нам неведомо, куда воля Картографа приведет благословленных. Разве что… Гений Огня приглядывает за тобой. Ты очень напоминаешь его в начале пути. Асуна без зазрения совести направилась к себе из видения, где котенок уснул у нее на руках… На утро она очень смутно помнила произошедшее во сне, но теперь к ее обычным ощущениям прибавилось нечто непривычное, прячущееся на грани сознания. Тем не менее, оно лишь мягко приглядывало за ней, давало ощущение покоя. Она продолжила тренироваться в магии Тьмы, и, заметив серьезный прогресс, приободрилась. *************** Кирито Кауст-Блэк, чернокнижник Вечной Дороги, мастер Тайных троп, сейчас проводил свое время вместе с ученицей, которая сейчас исполняла довольно непростые, по меркам неподготовленного наблюдателя, ритуалы. В ритуальный круг, нарисованный на белой дощечке, отправилось некоторое количество измельченной смеси веществ. — Так, не забыть. Сначала вещество, после катализатор, и можно начинать. После охладить и добавить к первичной смеси — Арго практиковалась в алхимии, и для начала хотела сделать что-то вроде «чернокнижничьей хлопушки» — маломощного аналога петард, взрывающегося снопом разноцветных искр. В Крепости такие вещи они делали уже на первом круге, спасибо ребятам постарше, что научили. Алхимия была, по мнению чернокнижника, наукой, богатой на разнообразные взрывчатые вещества. Нирия, некогда бывшая его ученицей, была от нее без ума, и даже привила свою любовь к взрывам наставнику. — Если тебя раздражает, значит, это что-то можно взорвать, главное, чтобы бомбовый подсумок был полон. — Кауст-Блэк не следовал этим ее словам, но вот в самые тяжелые и тоскливые дни метнуть такой вот взрывоопасный подарок на пустыре и наблюдать за поднявшимся облаком пыли он был отнюдь не против. Алхимия была наукой на стыке химии, биологии и магических наук, позволяющая изменять свойства различных материалов при помощи Энергии и ритуалов. Разные ингредиенты по-разному реагировали на применение заклинаний, их смеси реагировали между собой, и так можно было искать оптимальный вариант до бесконечности, пока есть компоненты, желание и время. И в результате можно было получить самые разные составы с самыми разными свойствами. Хосака, как смог узнать чернокнижник, была весьма заинтересована алхимией и Менталистикой, в отличии от самого Кирито, которого смешивание и последующие эксперименты хоть и забавляли, но он все же предпочитал нечто более подвижное и активное. Медленно время тянулось и приближалось к окончанию июля. За это время Кауст-Блэк и остальные понемногу набирались опыта в дуэлях, и все, что ему требовалось для соответствия образу — больше практики. Также чернокнижник все лучше и лучше осваивал Лауру в ее новой форме. Теперь ему вовсе не требовался какой-либо видимый концентратор, более того, ему даже не требовалось проявлять Лауру из своей тени, чтобы полностью использовать ее воистину немалый потенциал. Попутно чернокнижник пролистывал толстую книгу в красном переплете, откуда переносил заметки в тетрадь. Ее он вел еще до первого курса, но ему словно чего-то не хватало. Эта тетрадь еще послужит ему, и у чернокнижника была мысль, как ее применить. *********** — Кажется, я перестаралась — участок пустыря, на котором Александр организовал нечто вроде стрельбища, выглядел потрепанным, дерево, оказавшееся в зоне поражения, казалось, вот-вот упадет. Арго выглядела ошарашенной, чувствовала себя виноватой. — Ты еще нашу первую попытку не видела. Там половину полигона разнесло, и нам потом за это влетело — Кауст-Блэк припомнил, как они в Крепости развлекались, и улыбнулся светлым воспоминаниям. Хосака, услышав это, поперхнулась. Чем они там вообще занимались? ************** — Люци, сэр!!! — статный мужчина с длинными волосами цвета платины, сейчас смотрел за тем, как домовой эльф наказывал себя, прижигая уши утюгом. — Простите недостойного Добби, сэр. — Как ты посмел попытаться предать меня, эльф? — голос его был холоден. — Следующее наказание получишь позже. А пока что я запрещаю тебе покидать эту комнату и общаться с кем-то, кроме меня — мужчина повернулся и удалился, громко хлопнув дверью и оставив домовика в гордом одиночестве. Добби совершил непростительный проступок — попытался украсть дневник, в прошлом доверенный ему Лордом, как вещь, представляющую для него «величайшую ценность». Он был оставлен на случай, если однажды Лорд исчезнет. Дневник, если Люциус правильно расслышал слова Беллатрикс, должен был помочь их повелителю вернуться, для чего ему требовались жизненные силы тех, кто будет в нем писать. Добби, этот явно дефектный домовой эльф, попытался выкрасть дневник из библиотеки, но его вовремя заметил Драко, оповестивший отца. Домовик был наказан, а Люциус вынужден был задуматься. Иногда, в холодные осенние и зимние вечера, он и некоторые товарищи из Внутреннего круга собирались и вспоминали старые времена, когда Лорд вел их к победе. Тогда нечистые кровью, магглы и предатели идей чистоты стали бы фундаментом, основой нового общества, где настоящие волшебники стали господами, а выродки стали бы рабами. Но в последний день октября восемьдесят первого года случилась осечка, когда Лорд, услышавший некие вести от Северуса, отправился в дом Поттеров, взяв с собой вшивого полукровку Петтигрю, все же отправившегося в Азкабан спустя годы после падения Лорда. Не осталось ни одного свидетеля случившегося, но, если верить официальной версии, Поттер пережил Убивающее заклятие от Лорда, наткнувшись на некие защитные чары, созданные Лили Поттер. Зная эту женщину, Люциус был почти готов поверить в эту версию — даже в Хогвартсе она выделялась своим талантом, совершенно несвойственным для магглорожденной. Могло даже показаться, что она произошла отнюдь не из семьи этих животных, и является по меньшей мере полукровкой. Потребовалось сделать очень многое, подмазать многие рычаги в Министерстве, и к счастью, ему удалось помочь части сторонников Лорда остаться на свободе, благо, близость победы не успела опьянить Люциуса, и сориентироваться удалось достаточно быстро. Многие известные фамилии удалось сохранить на свободе, а то, что они оказались в некотором долгу перед старым товарищем, разве это плохо? Попутно Малфой пытался провести один проект, который шел еще во времена войны — заполучить состояние Блэков через Нарциссу и Драко. Регулус, о чьем предательстве мужчина стал догадываться еще до того, как тот пропал, исчез без следа, Вальбурга не прожила слишком долго, а остальные ветви Блэков в других странах аккуратно обрывались, сами по себе или им помогали. Остался лишь Сириус, которому в министерских застенках удалось подправить память и после отправить в Азкабан. Сделать это было отнюдь не сложно. Крауч-старший, столь фанатичный охотник на темных магов, прекрасно сделал всю работу, а Багнольд, скрепя сердцем, подписала необходимые бумаги, ибо крупные «финансовые пожертвования» на восстановление Британии и на «кофе с шоколадкой» министру, переданные Люциусом за некоторые послабления в судебном процессе, дошли до адресатов и осели в сейфах Гринготтса и швейцарских магических банков. Блохастого Блэка требовалось некоторое время продержать в живых, чтобы разобраться с остальными представителями черной фамилии. Если бы расследование было вдруг инициировано повторно, то человек, получивший необходимый приказ, просто разобрался бы с Блэком, и все концы в воду. А если же нет, то вряд ли бы он прожил в застенках Азкабана слишком долго, все же это был отнюдь не курорт. И здесь Люциуса Малфоя ждала очередная неудача — побег Блэка из Азкабана. Побег оттуда считался невозможным, такое разве что Лорду в лучшие времена удалось бы. Неясно, куда он делся после, но с появлением политической стороны Сириуса Блэка на политической арене Визенгамота дела стали идти по другому. Скиттер, с которой у Малфоя было долговременное сотрудничество, словно с цепи сорвалась, поливая всех и вся первосортными помоями. Доставалось и сторонникам идей Лорда, и клевретам Дамблдора, и клике Блэка. В воздухе повисло ощущение, что идет подготовка к чему-то масштабному, но к чему? Артур Уизли, этот магглолюбец и лизоблюд Дамблдора, на последней сессии Визенгамота предложил еще один нелепый законопроект, посвященный защите этих животных. И у Люциуса возникла мысль, как воспользоваться ситуацией и убить двух нюхлеров одним заклинанием. Даже хорошо, что домовик попытался предать его, ибо он подал ему прекрасную идею… ************** День рождения Гарри прошел довольно спокойно, в кругу друзей и семьи. Кирито приходилось держать хорошую мину, ибо тридцать первое июля — это не его день, но тем не менее, отдыхая в компании друзей, дурачась и веселясь, кислую мину почти не пришлось прятать, разве что в тени сомнения в глазах. Их даже навестила Тонкс, правда, надолго не задержалась, ибо совместные работы с Фредом и Джорджем и подготовка к поступлению в Академию Аврората отнимало у метаморфа все свободное время. Тогда же пришли письма с оценками за первый курс и со списком необходимых для второго курса книг и вещей. Сириус, смотря на количество и названия книг за авторством Гилдероя Локхарта, смеялся и рычал. — Этими книгами, Гарри, только печку у барсуков топить. И я не намерен тратить деньги Джеймса на дешевое бульварное чтиво этого… — Сириус вовремя схватил себя за язык и сдержался. — этого нехорошего человека. Всего в списке насчитывалось двадцать восемь книг за авторством Локхарта, и названия у этого чтива… Ну, назвать их учебным пособием у Кауст-Блэка язык не поворачивался. На следующий день после Гарри позвал ребят вместе прогуляться на Косой переулок, купить все необходимое для второго курса. Никто не возражал, и утром они встретились у Дырявого котла. С Невиллом пошли и его родители, со Скарлетт пошла ее мать, и только Сабрина и Гермиона были сами по себе. Чернокнижник подумал, что за этим может стоять некая история, и думал, как бы узнать побольше, и, возможно, помочь. В неспешной прогулке за всем необходимым, они застали сцену обычного маггловского мордобоя в книжной лавке, где дрались взрослые. Двое мужчин, с огненно-рыжим и платиновым цветом волос сцепились в драке, в которой явно преобладал первый. Рыжий мужчина выдрал солидный клок длинных блондинистых волос у другого, поваленного на землю и испачкавшего дорогую на вид темную мантию. Надо признать, что и он сам выглядел помято, на левой его скуле наливался синяк. Кирито же ощутил, что в солидной по высоте стопке учебников, удерживаемых совсем мелкой на вид рыжей девочкой, находилось НЕЧТО. «Филактерия здесь. И, похоже, ее будущая жертва тоже. Ух, как она на тебя смотрит» — откликнулась Лаура — «Ты с ней поосторожней будь, она смотрит на тебя так, словно ты ее добыча, а она — хищник». «Это, кажется, и есть Джинни Уизли. Ох, и прибавится у меня проблем в этом году». Девочка смотрела на него и краснела, отводила взгляд, а после просто отвернулась и побежала к отцу, который, отряхнув свой костюм от пыли, уже поднялся и направился к жене. — Наслаждайтесь жизнью, пока можете. — прошипел блондин, отряхивая свою мантию и подбирая трость. После он гордо, как будто ничего и не было, удалился. *********** — Это же Гарри Поттер! — восторженно воскликнул человек, сидящий за столом и раздающий свои автографы. Он поднялся и попытался взять чернокнижника за руку. — Улыбнись, Гарри, мы попадем на первую полосу. — Сэр, кто вы и что вам от меня нужно? — понятное дело, Кауст-Блэк не хотел, чтобы кто-то его касался, а уж мелькать в прессе он не собирался. «Не нравится он мне. Смотрит он на твоих подруженций как-то…с нездоровым интересом» «Такие мысли следует пресекать. Позаботишься об этом?» — Кирито решился на небольшую шалость с применением Лауры. «Конечно» — клинок хихикнула в ответ. В ту же секунду Локхарт споткнулся на ровном месте и упал настолько неудачно, что его брюки разошлись по швам. Или им кто-то помог… — Отличная работа, Сохатик — шепнул ему Сириус. — Потом расскажу тебе кое-что про него. — Сириус Блэк! — уже немолодая женщина с рыжими волосами, уложенными в форме прически «взрыв на макаронной фабрике», до неприятного громко позвала крестного отца Гарри. — Здравствуй, Молли. — вежливо поздоровался анимаг. — Как жизнь? *********** В тот день Сириус Орион Блэк повстречал немало своих старых знакомых. Встреча с некоторыми была теплой, с некоторой — сдержанно неприятной. И в отдельную категорию анимаг мог отнести встречу с Молли Уизли. Эта женщина еще с четвертого курса занималась изготовлением самых разнообразных зелий на заказ. Косметические, просто полезные в быту и в школе. Иногда, по особому заказу и знакомству, она могла приготовить целый арсенал приворотных, одурманивающих и прочих не совсем законных зелий. И только Бродяга и некоторые ребята, бывшие с ней в доле, знали о еще одной ее стороне. Маггловские наркотики, создаваемые в совместном с барсуками производстве, через третьи руки расходились по Хогу в те годы, из-за чего некоторые студенты преимущественно с факультетов орлов, львов и барсуков нередко приходили на занятия в состоянии «под кайфом». Даже Петтигрю, этот крысеныш, нередко ходил в состоянии, в котором видел самые разнообразные галлюцинации — от оленей, едящих собак и говорящих «отличные глаза у тебя, Сопелька» и так далее. Преподаватели тогда отреагировали на удивление оперативно, строго и беспощадно. Организаторов, их приближенных и тех, кто создавал товар, конечно, не нашли, но вот шестерок, исполнителей, за пару галеонов готовых выполнить столь незначительную услугу, как спрятать пакетик или флакон в укромное место, ждала суровая кара — кого-то даже отправили в Азкабан. Вспомнив об этом, Блэк вздрогнул и понял, что надо бы снабдить крестника артефактом, способным обнаружить нежелательные добавки в пищу. Лучше быть параноиком, чем потом лечить Гарри от амфетаминовой или еще какой-нибудь наркотической зависимости. *********** — Что, Поттер? Опять шатаешься в компании грязнокровок? — Уизли номер шесть пристал к Поттеру, стоило взрослым намного отойти в сторону. Манерно растягивая слова, он был больше похож на условного Малфоя. Справедливости ради, общение с бледной молью явно пошло ему на пользу — Уизли номер шесть стал немного более опрятным, чистым и умытым. — Роннипупс, — Сабрина улыбнулась — Вижу, профилактика близнецов результата не принесла. Печально, печально. Гарри, можешь написать Фреду и Джорджу, что их братец совсем от рук отбился? — Конечно! — Гарри отзеркалил недобрую улыбку — Нехорошо называть всех и вся грязнокровками. — Близнецы наказаны. Мама запретила им заниматься своими экспериментами. — к некоторому удивлению, Рональд не испугался. — Да… Летом ты в безопасности от них. Но ведь лето скоро кончится, и мы отправимся в Хогвартс… — Сабрина выдержала зловещую паузу — Где мамы уже не будет! — она повысила голос, словно до этого она рассказывала ночную страшилку, и подошла к кульминации. Рональда проняло, но не так, как того ожидал Гарри. — И все же я, в отличии от одного шрамоголового, предпочитаю не общаться с грязнокровками. — выдохнул он, с трудом сдерживая себя от попытки наброситься на Поттера с кулаками. Видимо, компания Малфоя и слизеринцев повлияла на него, сделав его чуточку сдержаннее, хитрее и аккуратнее. — А я в отличие от одного рыжего болвана, не пытаюсь заколдовать метлу софакультетника на экзамене. — И чем докажешь, шрамоголовый? — Может, и ничем. Но знаешь, у не-магов есть крайне любопытная наука, физика, в которой есть один закон. Сила действия равна силе противодействия, может, слышал? Просто помни об этом, когда в следующий раз сядешь на метлу. — Гарри едва успел договорить, как Сириус и Молли подошли к детям. ******** — Гарри, я хочу, чтобы ты знал. Этот Локхарт, которому кое-кто организовал хорошую шалость, — Блэк улыбнулся, — очень плохой человек. И он будет вести у вас в Хогвартсе Защиту от Темных Искусств. С ним будь осторожен, и лучше не попадайся ему на глаза. И уж тем более не давай своих девчонок в обиду. Предупреди их. — Хорошо, я присмотрю за ребятами. Но если он так плох, почему бы просто не бросить ходить на его занятия, если они мне или нам не понравятся? — пожал плечами Кирито. — И кроме того, — чернокнижник склонил голову на бок — если он такой нехороший, то почему некий шутник или шутники не могут организовать ему пару невинных шалостей? — Если эти шутники не попадутся, старый Мародер Бродяга дает им свое благословение на любые пакости этому человеку. А что до причин… — лицо Блэка слегка потемнело, или это свет в доме так упал на него — Это не будет местью. Кажется, это называется правосудие, или карма, когда за плохие дела кому-то приходит воздаяние. — Я бы хотел узнать больше, но, кажется, это не то, о чем ты хочешь говорить. — Кауст-Блэк уже знал причины, почему Сириус не хотел рассказывать, и понимал их. — Ты лучше расскажи, чего ждать от этого профессора? К чему мне и ребятам стоит быть готовыми? ************ Так чернокнижник, снабженный внушительным запасом всяких пакостных инструментов и расходников, проводил последние деньки этого лета, рассматривая свою тетрадь о трансфигурации. Изумрудно-зеленая обложка, повторяющая таковую у дневников Айзека Кауст-Блэка, чернокнижника-ренегата и его первого наставника, с которым они сдружились за то недолгое время, пока они добирались до Крепости, несла в себе некую цель. Кирито знал набор чар, примененный наставником при создании своих дневников. Знал он и пароль, который при некотором старании можно было получить, стоит лишь приложить усилия и как следует подумать. Нужно, чтобы эта тетрадь оказалась в нужном месте в нужное время, и чтобы ее подобрал тот, кто знает пароль. В замке таковых было немного, если быть точным, то двое. И стоит им открыть тетрадь при помощи пароля, он об этом узнает .Узнает и о месте, где сработала его маленькая подлая ловушка, а следы от следящего заклинания Мортимера Кайлза смыть будет ой как непросто…