Через время и пространство

Каждая фигура, каждый символ и даже каждый завиток имеет свой сакральный смысл в ритуальном деле. Но лишь их правильная комбинация в сочетании с Намерением и Волей мага позволяют ему творить чудеса, стоящие за гранью возможностей величайших чародеев. Том Реддл, несмотря на свое шаткое положение, не спешил, вырисовывая ритуальную фигуру на полу Тайной Комнаты при помощи порошков разных цветов. Могло показаться, что он был ребенком, играющим в песочнице, аккуратно укладывая багровый песок в причудливые фигуры. Но линии казались идеально ровными, а кривые — плавными. Лорд Судеб находил в этих символах некую эстетику. Каждая из фигур, описанных в дневнике его великого предка, была, в той или иной степени, геометрически правильной. И, в конечном итоге, при наложении нескольких фигур друг на друга, получалось зрелище, которым можно любоваться очень и очень долго. Спустя несколько часов, сложный рисунок из порошков нескольких цветов и фракции, был завершен. Том вытер пот со лба, и вновь полюбовался на творение рук своих. Казалось, что рисунок был идеален, но маг предпочел свериться с расшифрованной частью дневника Салазара Слизерина, чтобы точно ничего не напутать. Записи, необходимые ему, находились в личном дневнике Тома — именно туда юноша перенес все, что удалось перевести и расшифровать. Взяв черную тетрадь в руки, Лорд Судеб быстро отыскал среди пустых страниц маленькую изумрудно-зеленую закладку. Затем он провел пальцами по толстому, качественному пергаменту, ощущая малейшие неровности и текстуру писчего материала.       — Покаж-жи ис-стину — прошипел он на змеином языке. В ответ на его слова на пергаменте возникли записи, фигуры, их описание. Чернила, которыми был написан текст, не ограничивались лишь черным цветом — фигуры, важные пометки и цифры были нанесены красным, зеленым и синим цветами.       — Младший Демон Перемен, Страж Тишины… — задумчиво произнес Лорд Судеб, пытаясь отыскать в тетради необходимый ритуал. Спустя минуту, все же найдя нужную страницу, Том стал сверяться с нарисованной ритуальной октаграммой. Результат оказался для него удовлетворительным, фигура идеально соответствовала исходнику, и, захлопнув черную кожаную обложку, темный маг встал перед ритуальной фигурой. То, из чего демон должен будет сотворить новое тело для темного мага, уже лежало рядом. Мясо и кровь животных, которым суждено превратиться в части его нового тела.Следом шла целая батарея флаконов с разнообразными ядами и токсинами, чтобы Темного Лорда невозможно было отравить. Волан-де-Морт чувствовал, как руки мелко подрагивают, к горлу подступает ком, а по коже бегают мурашки. Но откладывать ритуал — значит подписать себе смертный приговор, и, при помощи окклюменции, Темный Лорд подавил всякие чувства и сомнения, не давая им взять верх. Пора ему вернуться в мир живых. Ритуал готов, плата за создание и переселение в новое тело ждет своего часа. И этот час вот-вот настанет… ************       — Сэр Кауст-Блэк, сэр! — лопоухий главный дух Общины Хогвартса оказался в Выручай-Комнате посреди ночи, не на шутку переполошил Лауру, а та уже разбудила Кирито. — В покоях Мастера Салазара Рональд Уизли творит черную магию! — остатки сна у чернокнижника как рукой сняло. Прислушавшись к своей демонической стороне, Кауст-Блэк ощутил, как под замком кружит и поет чужеродная всему материальному Энергия Межгранья. Пока что ее было не столь много, но беспорядочный шум от этой чужеродной силы становился все громче, и будь здесь еще полудемоны, полуангелы или элементалисты, они бы непременно поняли, что происходит. Кауст-Блэк вскочил на ноги и, не обращая внимания на проснувшуюся Асуну, ловко накинул на себя свой плащ. Предмет одежды почти тут же подогнался под его нынешний размер. Чернокнижник уже собирался сорваться на галоп и оказаться в покоях Александра, как тонкая, но нечеловечески сильная рука схватила его за шиворот.       — Ты куда? — спросила Асуна. Даром, что спросонья, но от ее тона по спине чернокнижника пробежался целый табун мурашек.       — За Александром. Возникла небольшая проблема — здесь чернокнижник слегка лукавил, ибо «небольшой» проблема Рональда и крестража отнюдь не была. Но ему не хотелось беспокоить Асуну лишний раз.       — Я с тобой. — чародейка не просила, а ставила его перед фактом — либо она идет с ним, либо он не идет никуда. Кирито хотел было возразить, но его одернула Лаура:       «Она уже не маленькая, не бегай за ней, как за Нирией. Асуна не дура, и какую-нибудь хтонь с той стороны ей прихлопнуть как два пальца» — прислушавшись к этим выводам верного клинка, Кауст-Блэк лишь неохотно кивнул. Пиромантка поднялась еще быстрее, нежели ее парень, и в одно мгновение лимонного цвета пижама сменилась легкой волной голубоватого света, превратившимся в весьма и весьма удобный и практичный наряд, состоящий из кожаной куртки с капюшоном и высоким горлом, таких же черных брюк с наколенниками, высоких ботинок и легкой мантии красного цвета. При близком рассмотрении явно не повседневное облачение Асуны оказалось покрыто тончайшими чешуйками, идущими внахлест, а поверх было исписано светящимися мягким пурпурным светом рунами. Одеяние было идеально подогнано под чародейку, и Сабрина Эбонхарт выглядела в нем весьма и весьма неплохо. Чернокнижник также подумал, что на Асуне оно смотрелось бы еще лучше.       — Лиз доработала мою старую одежду — ответила она на невысказанный вопрос. Перед чернокнижником и чародейкой возник коридор, оканчивающийся деревянной дверью, и они ровным шагом устремились навстречу опасности. ************** Александр, когда они нагрянули в покои Гриффиндора, уже был во всеоружии.       — Кто этот демонолог недоделанный?! Найду — уши пообрываю! — ругался Грин. — А, вот и вы — старший чернокнижник обратил внимание на открывшуюся дверь и вышедших Кауст-Блэка и Лорен. — Уже поняли, что происходит?       — Рон Уизли и Тайная Комната. — кратко ответил младший чернокнижник. — Мы сейчас туда.       — Идем. **************       — Я взываю к тебе, Демон Перемен, Страж Тишины, и приношу тебе этот дар! — ритуал начался, и, вместе с его началом, в Тайной Комнате поднялся штормовой ветер, поднявший облако пыли. Само пространство было холстом, а результатом ритуала стал порез на этом полотне. Через разлом в Грани проглядывалась лишь пустота, напоминающая ночное беззвездное небо. Том вздрогнул — из пореза вышло нечто, что плавно перетекло в созданную ритуалом пелену.       — ТЫ ПРИЗВАЛ МЕНЯ, МАТЕРИАЛЬНОЕ СУЩЕСТВО — бесформенное нечто, напоминавшее облако белесого дыма, не говорило ни на одном человеческом языке, но смысл того, что демон пытался донести до Темного Лорда, все равно был понятен.       — Призвал — ответил чернокнижник-недоучка — Я хочу заключить Договор.       — ДОГОВОР — слово разнеслось по Тайной Комнате эхом. — И ЧЕГО ТЫ ЖЕЛАЕШЬ? НЕСМЕТНОГО МАТЕРИАЛЬНОГО БОГАТСТВА? СИЛЫ?       — Мне нужно новое, сильное человеческое тело. И я готов заплатить за него.       — И ЧТО ЖЕ ТЫ МОЖЕШЬ ПРЕДЛОЖИТЬ ЗА СВОЮ НОВУЮ МАТЕРИАЛЬНУЮ ОБОЛОЧКУ?              — Энергию. Кровь. И жертвы, но лишь после обретения мной физического тела.        Стоило Тому озвучить столь привлекательную для всякого демона цену, как в созданном разломе показалось что-то еще. Чья-то тень вытекла из него и оказалась в ритуальной фигуре, облепив материальное воплощение призванного демона. За считанные секунды дымка, бывшая материальным воплощением Демона Перемен, растворилась в черной тени.        «Ах, материальный мир… Как он…прекрасен» — эхом раздался в голове женский голос, от которого Лорд Судеб вздрогнул и попытался закрыться окклюменцией. — «Какая наивная попытка… Могущественный…темный маг, нашедший секрет бессмертия, обращается к темным силам.» Том был в панике — ритуал пошел не по плану, и с той стороны пришло нечто совершенно иное…       «О, не беспокойся» — нечто, находящееся по ту сторону, смаковало каждое слово, пытаясь заворожить Темного Лорда. Этот голос казался Тому обворожительным, властным, от него внутри все сжималось и переворачивалось. Как не пытался Лорд Судеб держать свой разум под контролем, но уже скоро маг услышал тихий писк, похожий на пение, и от этого пения разум медленно, но верно сдавал позиции, словно под воздействием поверхностной легиллименции сминалась окклюментивная защита.       «Я дам тебе то, чего ты желаешь. А ты…» — Том отчаянно выстраивал в разуме стену за стеной, пытаясь сдержать тень, проникшую в его голову. — «Будешь верно мне служить. И отдавать мне столько Энергии, сколько я того пожелаю»       — Нет! — выкрикнул Лорд Судеб — Прочь из моей головы!       «Как грубо» — усмехнулась тень с той стороны — «Я ведь могу дать тебе настоящее тело… Дать тебе силы, которые и не снились Волан-Де-Морту. Ты ведь хочешь вернуться в материальный мир?» Том, конечно же, хотел обрести человеческое тело. Но первые же строки дневника Слизерина, адресованные тому, кто сможет их расшифровать, гласили, что демоны из-за Грани — коварнейшие существа, жадные до жертв и магии, и они могут обмануть даже самого опытного и хитрого чародея. Стена за стеной, черная тень проникала в его разум, минуя всевозможные приемы защиты мыслей. Все, что оставалось Тому, это раз за разом поднимать перед демоном стены и лабиринты, пытаясь измотать тень, вызвать ее на поединок воли.       «Мы оба знаем, чем кончится наша игра, милый мальчик» — на последних словах тень сделала особый акцент. — «Так почему ты не хочешь заключить Договор со мной?» С ужасом для себя, Реддл осознал, что не может отстраниться от Рональда и вернутся в свой дневник.       «Ах, какой плохой мальчик. Задумал сбежать от меня?» — тень, казалось, играла с ним словно кошка, перед тем, как съесть попавшую в ее когти мышь. — «Ты решил побороться со мной всерьез, дитя?»       — Ч-что ты такое?! — от ужаса Том стучал зубами, словно вокруг царил холод.       «Я — та, кого ты ищешь, и кого жаждешь.» — последняя стена в разуме темного мага жалобно затрещала.       И Темный Лорд дрогнул. Его мысли заполонил силуэт самого совершенства, от которого черный маг не смог закрыться. Малейшее движение, напоминавшее перетекание жидкого металла из одной формы в другую, ослепляло Тома…       «Сотри ту грань, что разделяет нас, мой милый» — сказала она.        Одна часть Темного Лорда пыталась сопротивляться, строя лабиринты в разуме. Но вторая, медленно, на негнущихся ногах, шла к ритуальному кругу…       — Нет… — прошипел Том, одергивая себя, прежде, чем его разум поплыл.       «Позволь мне показать тебе то, чего ты заслуживаешь, и чего достигнешь…» — эти слова стали последним, что Темный Лорд услышал перед тем, как его разум угас. ************ Том резко проснулся от скрипа приоткрывшейся двери. В его весьма просторный кабинет проскользнула сиятельная Леди — Наместница Магической Британии, Защитница Чистой крови — Леллиана Малфой, старшая дочь ушедшего на покой Драко. Роскошная грива густых платиновых волос была уложена в весьма хитроумную и сложную прическу. Ее темно-синее платье с юбкой в пол открывало вид на обманчиво тонкие и хрупкие плечи и подчеркивало все достоинства фигуры чистокровной волшебницы.       — Мой Лорд — Леллиана изобразила изящный реверанс, и в ее руках Темный Лорд заметил стеклянную непрозрачную бутылку, подписанную на французском. — Ваша последняя речь была великолепна.       — Не одними лишь красивыми речами покоряются сердца… — глубокомысленно ответил наследник Слизерина — В наше время требуется не только красиво говорить, но и предпринимать решительные меры. Темный Лорд продолжал изучать свою наместницу на землях Великобритании. Вот оно — совершенное чистокровное дитя, ярчайшее олицетворение нового поколения магов, выросшее после победы Лорда Судеб над всем магическим миром. Прекрасные телами и душами, способные на великие свершения и открытые к величайшим знаниям и искусствам — именно им было суждено перекроить старый мир и создать на его основе совершенно новое общество. Свободные от гнета магглорожденных, предрассудков и терпимости — эти волшебники и волшебницы были идеалом Лорда Судеб.       — Вы совсем не бережете себя, мой Лорд — промурлыкала сиятельная леди — Мой отец просил передать вам его почтение и небольшой подарок — Леллиана поставила на стол принесенный с собой напиток. Бутылка, как смог понять Темный Лорд, с вином, была подписана 2000 годом — годом, когда весь магический мир пал к его ногам. Там же стояла вензельная аббревиатура семьи Малфой — символ владений семьи в солнечной Шампани.       «Драко, мой скользкий друг… Ты определенно знал, что преподнести мне в такую дату» — довольно подумал Лорд Судеб.              — Леди Леллиана, не окажете ли вы мне честь? — на предложение наместница лишь многозначительно улыбнулась.       — С удовольствием, мой Лорд. ************** Асуна, одетая в свое боевое облачение, сейчас спускалась по небольшой винтовой лестнице. Ее одолевало дурное предчувствие, которому чародейка была склонна доверять — что бы ни происходило внизу, добром это не кончится. И когда высокий ботинок коснулся каменного пола Тайной Комнаты, чародейка услышала тихий писк, похожий на пение. И это пение показалось пиромантке до боли знакомым… Даже спустя столько лет, это пение провоцировало в ней гнев, злость и желание уничтожить его источник. За все зло, причиненное Асуне монстром, за каждое мгновение пытки, за каждую секунду, проведенную в пыточных комнатах заброшенного замка, за каждую из нанесенных на ее тело татуировок.       — Демон Похоти, не ниже Герцога — озвучил свои мысли Александр — Всем быть начеку, разум под крепкий щит. — сказал он, покрепче сжав возникший в руке посох. Чародейка беспрекословно подчинилась приказу старшего чернокнижника, и окутала себя плотной пленкой щита из чистой Энергии, а ее разум, лишенный большей части тех брешей, которые в нем были до встречи с Кирито, перешел в режим осады. Пальцы чародейки сомкнулись вокруг рукояти Алексии — клинка, с которым девушке только предстояло сработаться. Этот жест слегка отрезвил девушку и придал ей уверенности — чтобы ни случилось, кто бы там не оказался — они справятся. Тайная Комната выглядела заброшенной. Пол, колонны и высокая статуя человека в мантии уже изрядно заросли, а сама комната, как показалось чародейке, была плохо освещена. Посреди зала с колоннами, перед статуей человека с волшебной палочкой, распростерся огромный светящийся ритуальный круг, в центре которого находилась человеческая фигура. В круге, с одной из сторон, виднелся разрыв — линия из красного материала, запекшегося в монолит, прерывалась. За одной из колонн виднелось бессознательное тело, по виду, мальчика. Из носа и ушей у него текла кровь, а рыжая макушка пострадала в результате падения. Даже в полумраке он казался бледным, словно сама смерть. Руки человека, вошедшего в круг, были широко раскинуты, спина была дугой выгнута назад, а голова была поднята к потолку. Ритуальная восьмиконечная звезда светилась, и ее свет собирался в потоки, которые оплетали контуры человеческого скелета, на котором с каждой секундой нарастали мышцы и кожа. Совсем рядом лежало иссушенное, словно из него выкачали кровь и извлекли внутренности, тело домового эльфа.       — Уже заграбастала мальчишку…– выдохнул Александр, еще крепче сжав древко посоха. — Вот же дрянь. Всем приготовиться. И в этот момент свет, источаемый ритуальным кругом, погас и чародейка поймала взгляд кого-то, кто принял в себя демона. Это был высокий парень, на вид шестнадцати-семнадцати лет. На нем не было никакой одежды, что позволяло рассмотреть весьма атлетичное и тренированное тело без следов загара или шрамов. Его кожа была бледной, исписанной сложными узорными татуировками. И даже на заметном удалении девушка рассмотрела его глаза, тускло светящиеся в полумраке Тайной Комнаты. Даже секунды столкновения взглядами хватило Асуне, чтобы в ней заклекотало пламя. Именно в такие, красные с черной склерой глаза, она смотрела в Дрейнаке, корчась и задыхаясь от боли и раздирающей страсти. Кулаки девушки сжались с такой силой, что ногти порезали кожу на ладонях. Правая рука схватилась за висящий в ножнах на поясе клинок Змеиного Пламени, и с тихим шелестом Алексия стала продолжением ее ладони. Кем ни был этот демон, Асуна ощущала — вокруг него был океан Энергии. Магия неостановимым ураганом кружилась вокруг него, отчего пиромантке стало дурно. Сводящее с ума пение стало громче и навязчивее, когда существо обратило на них внимание. Когда-то, очень давно, эта песнь опалила бы пиромантку фантомным жаром, спутала и сковала бы любые связные мысли. Но не сейчас. Сейчас она была гораздо сильнее, и приемы мерзкого суккуба на нее более не подействуют. Плотное облако Энергии, окружавшее чародейку, в одно мгновенье превратилось в голубое пламя, подобно плащу окутавшее ее силуэт. Одновременно с ним Асуна сотворила Преобразование газа, пусть это и потребовало от нее какого-никакого, но усилия.       — Архидемон… Вот так сюрприз — выдохнул Кирито. В его одной его руке возник тяжелый даже на вид полуторный меч, а во второй — длинный и массивный на вид посох, с красной сферой-навершием.       — Держите его в круге. Я с ним разберусь, но вы должны не дать ему из него выйти. Сдерживайте эту тварь. — Асуна приняла слова старшего чернокнижника к сведению, и сосредоточилась на сотворении кольца огня. Краем глаза она заметила, что камень в ее кольце горел ослепительно ярким красным светом, но не обратила на него особого внимания. Ритуальный круг окружило кольцо огня высотой в человеческий рост. Но его не хватило надолго — через секунду пламя потухло, словно огонь два метра в высоту был лишь горящей спичкой, затушенной поднявшимся ветром.       «Ах так!» — зло подумала Асуна — «Тогда будем по-плохому!»       — Кирито! — эта идея пришла к ним пару дней назад, во время очередного занятия с Александром. — Лёд! Чернокнижник понял ее без лишних слов и, с громким треском, словно совсем рядом разбились десятки окон, над ритуальной октаграммой поднялась высокая полусфера из фиолетового прозрачного льда, похожая на клетку из толстого стекла. Асуна же применила заклинание собственного сочинения — чары сдерживания. Воздух в зоне действия становился настолько плотным, что даже малейшее движение в зоне его действия требовало значительных усилий, а дышать с каждой секундой становилось все труднее. Асуна начала было формировать новое заклинание, но тут ее прервало нечто, напоминавшее длинный жгут, который чародейка не видела, но смогла ощутить благодаря чувствительности к Энергии,. Подобный кнуту, он едва не достиг руки девушки, пройдя от нее в считанных сантиметрах. Следом за первым порядка десяти таких же кнутов направились в ее сторону.       «Спали их!» — в ее голове раздался голос Алексии — «Используй меня как проводник!» — Диана сразу же поняла, что ей делать. Словно пропуская Энергию через концентратор в кольце, она сложила из своей внутренней Энергии, Намерения и Воли заклинание Темного Пламени. Пламя, пожирающее Энергию, от обилия магии вокруг занялось и объяло весь клинок Змеиного Пламени. Изумрудно-зеленое лезвие стало быстро темнеть. Повинуясь инстинкту и внутреннему чувству магии, ее клинок с тихим свистом пронзал воздух. Асуна раскрутила рапиру на манер мельницы, и в воздухе засверкали вспышки на месте, где пылающее лезвие сталкивалось с демоническими заклинаниями.       — Экзорт! — старший чернокнижник ударил посохом об каменный пол, металлический звон разнесся по всей Тайной Комнате и эхом отразился от стен. Как смогла рассмотреть Асуна, внутри ледяной клетки взорвался шар темно-фиолетовой воды, превратившийся в аэрозоль. Он не выходил за пределы нарушенной ритуальной фигуры, и напоминал густой туман. Из облака тумана послышался громкий, утробный вой, резанувший слух. Существо смогло сделать рывок, прорваться через воздушную преграду и схватиться за прутья ледяной клетки, но на этом предел сил существа был исчерпан. Тем не менее, демон все еще был опасен. Из тела существа вновь вырвались невидимые жгуты, на этот раз устремившиеся не только к чародейке. По паре из них отправились в сторону Александра и Кирито. Стена Темного пламени поднялась перед Дианой по взмаху руки, и цели исчезли в яркой вспышке пламени, изрядно ослабив крепкий щит. Одновременно с этим перед Кирито выросла стена из льда, с которой в следующее мгновение столкнулось заклинание демона. Оно застряло в ледяном щите, но не развеялось, а, как показалось Асуне, безуспешно пыталось проломить его.       — Он слабеет! — голос Александра, хоть и не был громким, но достиг ушей чародейки так же четко, как если бы он стоял у нее над ухом. — Все вместе, спалим его Темным пламенем. — все вместе, два чернокнижника и пиромант приблизились к ледяной клетке. Посох и два меча в унисон породили облако черного огня. Асуна не жалела своих сил, и именно ее пламя играло первую скрипку в великом черном пожаре, охватившем морозную темницу. Чары сдерживания, вся Энергия, в них вложенная, сгорели в одно мгновение, и чародейка прервала подпитку этих чар. Из темного пламени вырвался нечеловеческий крик. Существо металось от одного конца клетки к другому, пыталось применить магию, но малейшие попытки пресекались потоком пламени.       — Не прекращать огонь! — приказал Александр, обеими руками сжимая посох. Асуна не собиралась ослаблять напор. Все больше ее сил и эмоций шло в черную огненную бурю, что была способна поддерживать себя без чужой помощи. Пламя шипело и ревело, своими языками высовываясь из клетки и грозясь вырваться из-под контроля, но закованное в оковы стальной воли девушки Темное пламя продолжало исполнять свою задачу. *************       — В Британии все спокойно. — резюмировала свой рассказ наместница, расслабившись в кресле. Изначально деловая встреча, приправленная хорошим вином, плавно перешла в неформальную. Том крайне уважал Леллиану, как и ее управленческий талант. Именно она, будучи его правой рукой, восстанавливала сначала Англию, а потом и другие части магического мира, присоединенные к совершенно новому магическому государству. И именно поэтому Темный Лорд наградил ее по-особенному. Отнюдь, не только теплым местом у подножья трона. С самого первого курса, когда он постоянно был жертвой «темных» со стороны софакультетников и их интриг, будущий Лорд Судеб мечтал, как он возвысится над ними, станет первым среди равных, и как «благороднейшие и древнейшие» будут целовать его мантию, а изящные чистокровные леди будут стелиться перед ним. И после победы он вознамерился сполна отыграться. Вряд ли Леллиана знала об истинных намерениях своего Лорда, когда очередная деловая встреча плавно перетекла…в горизонтальную плоскость. Но верность своему повелителю, как и идеалам чистой крови, не позволила наместнице отвергнуть физическое влечение к главе семьи Слизерин. И, тогда же, Лорд Судеб преподнес ей подарок — зачарованный им ошейник, который не могли обнаружить никакие чары, если Леллиана сама того не пожелает, и который мог снять только ее Лорд. Артефакт должен был стать доказательством ее верности, ее влечения и ее порочности. Но на деле он преследовал куда как более значительные, далеко идущие планы и цели. Ведь артефакт был особенным, и был связан с ветвью магического искусства, которой Темный Лорд лишь недавно коснулся.       — Необходимые на новое строительство ресурсы приказываю стребовать в Индии, у наследника Эйвери. Найденные фоллианты приказываю перевезти в главное хранилище, сделать опись и опечатать. Опись жду у себя на столе, самое большее, через три дня — Лорд хотел поскорее разобраться с делами насущными и перейти к, несомненно, гораздо более приятной части этой встречи.              — Слушаюсь, мой Лорд. — Том поднялся из-за стола и зашел наместнице за спину, но та даже не шевельнулась. Лорд Судеб провел пальцем по сонной артерии наместницы, наслаждаясь ответной дрожью волшебницы и смакуя момент. Ошейник, повинуясь его воле, стал видимым.       — Мой Лорд… — томно выдохнула Леллиана. Пальцы Лорда коснулись шнуровки платья на спине, от чего по позвоночнику наместницы пробежала дрожь.       — Не здесь, моя птичка. И не так… ************* Спустя считанные секунды, пала и ледяная клетка, созданная Кирито. Но она уже не требовалась — заклятье исполнило свою задачу, и ему было суждено развеяться.       — Стоп! — в тот же миг пламя развеялось, оставив в напоминание о себе лишь покрытый черной копотью пол и обугленное тело, смутно напоминавшее человеческое. Красные глаза существа еще шевелились, но того океана магии, что кружил вокруг демона совсем недавно, не было.       «Мы победили» — опустошенно подумала Асуна. Поддержание огненной бури выпила ее эмоционально, концентрация же на сотворении и поддержании одновременно нескольких заклинаний измотала ее не хуже, чем разговор с Эмисом.        Девушка посмотрела на своего парня, и выглядел он явно получше нее. Словно не Кирито только что вместе с ними поддерживал Темное пламя, одновременно держа ледяной щит. Он был обманчиво расслаблен, даже умиротворен.       «Ему не впервой» — сделала она свое заключение. Кирито покрепче схватился за свой клинок и сделал шаг в сторону существа, но рука Александра его остановила.       — Подожди-ка. У меня есть идея — старший чернокнижник посмотрел на Диану — Асуна, подними ментальный щит и приготовься. Будем посвящать тебя в чернокнижники.       — Ты рехнулся?! — Кирито эта идея явно не понравилась — Это же Архидемон.       — Спокойно. Не тебе, на Посвящении подобную тварь схарчившему, про такое говорить. — Александр хмыкнул. — Если все пойдет по плану, Асуна, то у тебя откроется демоническое начало. И начало это будет крайне увесистое.       — Вы точно уверены, что все пройдет нормально? — эта идея не слишком привлекала чародейку, о чем, однако, она предпочла промолчать. — К чему мне стоит быть готовой?       — В самом лучшем случае, если демону не удастся пробиться за Крепость Разума, вам будет очень хорошо и очень плохо одновременно. Возможны неконтролируемые демонические трансформации, но это дело легко убирается. Внутренний резерв заметно возрастет, ибо это архитварь, и поглощая ее, силы должно прибавиться порядочно. Контроль над Энергией возрастет, и очень существенно. Может перепасть некоторая часть знаний или даже Высшее Исчисление… В худшем же, бывает по-разному — кто-то сходит с ума, кто-то попадает под контроль демона, и приходится изгонять его. Но даже если демон пробил защиту разума, всегда можно дать ему бой внутри. Так что волноваться не о чем.       — Зажги Пожирающее пламя и устрой ему аутодафе. Чтобы ни малейшей частицы Энергии в нем не осталось. А затем приготовься. Чародейка покрепче ухватилась за рукоять Алексии.       «Покончим с этим» — устало подумала она, вновь разжигая на клинке Темное пламя. ***************       — Ах, м-мой Лорд!.. — сорвался с губ наместницы стон наслаждения, перемешанного с болью. Лорд Судеб упивался дивным чувством. Идеальная, гордая чистокровная леди, изящная и непорочная, сейчас была отнюдь не такой гордой и непорочной. Леллиана в который раз полностью отдала себя в его руки, свое идеальное тело и душу, и с ней Слизерин был волен делать что угодно. И своим правом и привилегией Темный Лорд пользовался сполна. Пусть даже физическое удовольствие играло в его плане вторую роль. С каждой близостью, Лорд Судеб понемногу увеличивал свою магическую мощь, контроль над своей силой и разумом, а все благодаря хитроумному артефакту, выполненному в форме ошейника и преподнесенному наследнице Малфой. Чужие эмоции, чувства и ощущения — тот коктейль, та недостающая часть, необходимая для применения его новой силы. И эти чувства он сполна получал от той, кого поставил у подножья своего трона. Стоило ему произнести очередное заклятье, распявшее наместницу на ложе алыми цепями, как Лорд Судеб ощутил, как горит и отслаивается его кожа. На руках с громким шипением появлялись волдыри, разрывавшиеся изнутри. От боли не получалось отстраниться, казалось, каждая его частица горела в Адском Пламени. Он упал на колени, не в силах терпеть агонию. Комнату вокруг в тот же миг объял темно-фиолетовый огонь, и Леллиану, секунду назад неподвижно лежавшую на постели, охватило пламя, в мгновение обратившее ее в горку пепла…       — Не-е-е-т! — прокричал Темный Лорд, пытаясь унять боль. Когда он упал, задыхаясь в агонии, мир вокруг заиграл мириадами красок, а место действия сменилось. Том нашел себя в месте, которое он не мог не узнать. Потолок и каменные барельефы говорили, что он в Тайной Комнате. Воздух, вдыхаемый его легкими, казался обжигающе горячим; им не получалось надышаться. К нему приближалась грязнокровка Эбонхарт, которую так боялся Уизли, с пылающим мечом. Небесно-голубые глаза ярко сияли в полумраке покоев Салазара, а длинные соломенные волосы развевались за ее спиной, подобно плащу.       «Она опасна» — через пелену боли прорвался женский голос. — «Убей ее! Разорви ее плоть и сокруши ее дух!»        Темный Лорд не мог проиграть! Не тогда, когда у него на руках еще оставался козырь…        *************** Когда-то внешне привлекательный парень шевелил глазами, словно и не пострадавшими в огненной буре, и пожирал приближающуюся Асуну взглядом. Он лежал посреди черного пятна, в котором расплавилась даже каменная кладка пола, его тело обгорело почти до костей.       — Шах-ахш-саш-шас — тихо прошипел демон, стоило девушке подойти вплотную и взяться за рукоять Змеиного Пламени обратным хватом.       — Ангельские сиськи! — выругался Александр, развернувшись на пятках и сменив хват на посохе. — Всем приготовиться! В тот же миг земля под ногами содрогнулась. Чародейка услышала, как трется камень о камень, и ощутила, что к ним приближается кто-то или что-то столь же большое, сколь и могущественное. Отступать было нельзя. Клинок чародейки с тошнотворным хрустом погрузился в грудь существа, объяв его тело огнем. Демон на мгновение поймал ее взгляд, и Асуна почувствовала, что красные с черной склерой глаза затягивают ее, словно водоворот.       «Держись!» — прокричала Алексия в ее разуме прежде, чем ее окончательно затянуло. ***********       — Приди же, о Салазар Слизерин, величайший из Основателей, и убей их всех! — хоть чернокнижник и избавился от филактерии, но, благодаря своей полудемонической природе, он мог воспринимать любую речь и письмо, понимая не буквы, звуки и символы, но смысл, вложенный в них любым существом, владеющим Энергией. Кирито быстро сообразил, к чему все идет. Оценив обстановку, он пришел к неутешительному выводу — против василиска из Тайной Комнаты они с Александром будут одни. Асуна стояла на коленях, оперевшись на свой клинок, казалось, без малейшего движения. Чернокнижник понял, что сейчас в ее разуме идет бой, не на жизнь, а насмерть. Как бы не хотелось ему оградить пиромантку от этого, но все же ему раз за разом приходилось признавать, что Асуна достаточно сильна, чтобы справиться со всем, что встало или встанет на ее пути.       «Василиск вот-вот будет здесь. Есть идеи?» — отвлекла Лаура.       «Есть одна» — после недолгих раздумий, ответил Кауст-Блэк. У него появился план, пусть даже крайне рискованный.               «Узнаю старого Кирито! План надежный, прямо как факт, что в Астории ты сопьешься, если я все правильно поняла» — расхохотался клинок. — «У тебя примерно пятнадцать секунд»              — Александр — обратился младший чернокнижник к старшему — Защити Асуну. Я с ним разберусь.              — Надеюсь, ты знаешь, что делаешь — буркнул Грин. В один прыжок, Александр оказался вплотную к чародейке, и Кауст-Блэк отвел взгляд.              «Десять секунд до цели» — верный клинок исправно вел отсчет времени до момента появления чудовища. Чернокнижник встал точно напротив огромной каменной змеи, приготовившись. Разум в одно мгновение замерз, бесконечный поток мыслей резко прервался, а все сторонние процессы приостановились.       «Девять секунд» Темная сущность, демоническое начало, дремлющее в каждом опытном чернокнижнике, проснулось. Она стала взбираться по его душе, стремясь пройти во внешний мир.       «Восемь» Демоническое начало вышло наружу, окутав Кирито черным непроглядным туманом. Тьма, плещущаяся в чернокнижнике, окружила его силуэт, дополнив его парой мощных черных крыльев, укутав в некое подобие мантии. Тени Тайной Комнаты заплясали и закружились вокруг мага Тьмы, призвавшего темные силы на службу.       «Семь» Глаза, до того имевшие зеленый цвет, окрасились золотом. Все, что отныне существовало, это статуя, из-за которой должен был возникнуть враг. В полумраке он видел малейшие детали барельефа, обломанный в горячке боя и теперь даже лежащий на полу каменный клык змеи казался крайне значимой деталью…       «Шесть» — пусть Кирито мог и сам отсчитать секунды, но его разум был занят другой задачей, требовавшей от него полного сосредоточения. Сущность демона, слепленная из десятков поглощенных им высших демонов, ангелов и духов, бросила в его разуме еще один якорь. В воздухе запахло озоном, а на каменном полу стала нарастать корка льда. Поглощенный некогда архидемон дал ему полную власть над магией, контроль над каждой ее частицей, преобразование ее без малейших потерь. Но лишь в одном случае. Когда остаток разума демона не дремлет.       «Пять» Каждый объект в комнате резко перестал отбрасывать тень, полумрак сменился глубокой темнотой, и лишь под самым потолком засияло маленькое солнце.       «Четыре» В следующее мгновение пол превратился в ледяной каток. Все, что было перед барельефом, покрыла чистая, как слеза, ледяная гладь. Дрожь земли становилась все более сильной, даже остатки штукатурки посыпались с потолка       «Три» За барельефом сверкнули два янтарных глаза.       — Убить… — послышалось шипение из-за барельефа.       «Два» Огромная, никак не меньше тридцати метров в длину, змея изящно обогнула свою уменьшенную копию, так что чернокнижник смог детально ее рассмотреть. В высоту она была никак не меньше шести метров, а два янтарных глаза размером с большую тарелку смотрели на него с жаждой убийства.       «Один» — верный клинок завершил отсчет. Глаза василиска сверкнули, и, как понял чернокнижник, направили в его сторону некое заклинание, действующее не только на тело, но и на разум жертвы, призванное парализовать и обездвижить, но ни в коем случае не убить. И, скорее всего, не будь Кирито магом, он бы превратился в застывшее изваяние из плоти и крови. Но Кирито не был простым магом, и уж, тем более, он не был простым человеком. Демоническая тень в одно мгновение поднялась перед ним на манер стены, и встретилась с невидимой волной. Тьма перед ним рассеялась под действием магии, но свою задачу она выполнила. Не успело его сердце сделать еще один удар, как василиск молниеносно распрямился. Кирито, словно в замедленной съемке, видел, как раскрытая пасть василиска приближалась к нему, как с клыков стекал зеленый яд. Он также видел, как нежное брюхо василиска стало скользить по льду, не способное прочно зацепиться за него и позволить змею замедлить свой ход. Полудемон ухмыльнулся. С этого момента опасное существо оказалось на его поле боя, где за ним его величайшее преимущество — подвластная ему стихия Льда. Повинуясь его Воле, ледяная корка между чернокнижником и василиском с громким треском превратилась в прозрачные темные скалы. Они имели форму ромба, оканчиваясь заостренными вершинами.       «Физика — справедливая, но беспощадная сука!» — Лаура откровенно веселилась. Змей, хоть и заметил преграду, но был не в силах остановится. Его размер и вес сыграли с василиском очень злую шутку. Кожа на брюхе, более нежная, чем на спине, с легкостью пропоролась острыми наконечниками изо льда. Сила инерции продолжала толкать его вперед, скала, формой подобная клинку, все сильнее разрезала кожу, нанося повреждения внутренностям, замораживая кровь. Темный Лед трещал и стонал от приложенного усилия, но маг Тьмы продолжал питать заклинание, не жалея сил. И заклинание держалось, невзирая на огромную тушу, всей своей массой прошедшуюся по его поверхности. Пасть василиска остановилась в считанных шагах от чернокнижника. Он уже почти не шевелился, но пытался вновь и вновь воздействовать на Кирито взглядом. Раз за разом перед полудемоном поднималась материальная Тень, не позволявшая взгляду змея парализовать его. Кирито не хотел убивать василиска. Питомец Салазара Слизерина, в общем-то, не был виноват в том, что потомок его хозяина разбушуется и поступит так. Но сдержать василиска все-таки требовалось. Прозрачный и чистый лед заковал змея в крепкую броню. Ослабленный ранами, пораженный и прикованный, вряд ли василиск сможет набрать достаточно сил, чтобы сломать несколько метров льда. Без должной помощи змей погибнет, но Кирито не собирался просто так его бросать.       — Эльф Хогвартса! — в полудемонической форме вместе с его голосом звучал хор из тридцати восьми голосов — каждый из них когда-то принадлежал высшим и архитварям Межгранья, поглощенным, но все еще хранящим остатки своей силы. — Найди Салазара и приведи его сюда. *********** Асуна резко пришла в себя. Вокруг нее была библиотека, с ее прошлого появления здесь сильно преобразившаяся. Чертоги ее Разума, до того пребывавшие в разрухе, теперь были аккуратно организованы во множестве стеллажей. Книги были разложены в порядке, который был понятен одной лишь чародейке. Ощупав себя, чародейка облегченно вздохнула — по крайней мере, в своем разуме она могла быть самой собой. Единственное, что отличалось, это висящие на поясе ножны, и выглядывающая из них рукоять. От мыслей чародейку оторвал женский смех, от которого по телу пробежала дрожь. Повинуясь рефлексу, клинок Змеиного Пламени оказался в руке Асуны. Затем чародейка пригнулась, отчего ее очертания стали гораздо менее заметны. Диана быстро проскользнула туда, откуда она слышала чей-то смех. Он становился все громче, по мере того, как девушка приближалась к выходу. Осторожно выглянув из-за угла, Асуна увидела ту, что смеялась. И от увиденного пиромантку пробрал дикий, животный ужас. Довольно высокое, почти два метра ростом, существо, напоминавшее женщину, обладало роскошной фигурой, а нечто, что заменяло ей одежду, напоминало пародию на бронированное бикини, не скрывавшее, тем не менее, почти ничего и открывая вид на слегка розоватую кожу. На ее руках, вместе с пальцами, были острые на вид когти. Ошибки быть не могло. Перед входом в ее Крепость Разума стояло самое ненавистное, омерзительное и жестокое существо, известное чародейке. Перед ней стояла хранительница Дрейнака — Архисуккуб. Именно она мучала Диану, совершенно бессильную, и именно она научила чародейку искренне ненавидеть. И особенно искренне девушка ненавидела именно их — существ страсти, разврата и порока.       «Вставай!» — Алексия отрезвила ее, вывела из оцепенения. Тряхнув головой, Асуна крепче схватилась за рукоять рапиры. В ней стал закипать гнев…       «Убью!» — прорычала про себя девушка и нанесла первый удар — в сторону демоницы с громким шипением устремился Бронебойный поток. Стрела из темного пламени почти достигла цели, но столкнулась с прозрачной сферой щита, пробила ее, и не принесла ощутимого эффекта. Вместо этого заклятье лишь привлекло к девушке внимание демона.       — И снова я вижу тебя, непослушная Асуна — последние сомнения чародейки развеялись. — Какая из тебя могла выйти прислужница… — Диана не могла понять, серьезно ли говорит эта мерзость или насмехается над ней.        Облако пламени окружило чародейку. Отныне игры кончились. Асуна снова была собой, снова была сильной, и теперь у нее хватит сил, чтобы разделить это существо на молекулы. Кольцо из огня окружило их поле боя, чтобы демон не смог вырваться и пройти в святая святых ее разума. Пламя поднялось до самого потолка, перекрыв малейшую возможность к побегу.       — Неужели маленькая Асуна решила поиграть с огнем? — чародейка в ответ лишь молчала. — Впрочем, я все равно это узнаю. Ты ведь мне расскажешь? — в тот же миг девушка едва успела среагировать на вырвавшиеся из-под пола алые жгуты. Там, где еще секунду назад был ее силуэт, из чего-то вроде веревки сложилась странная конструкция, в некоторых местах повторяющая контуры человека, находящегося в весьма…унизительном положении. В силуэте, опутанном заклятьем демона, четко угадывалась сама чародейка, от чего новая волна отвращения захлестнула ее. Но отвлекаться было нельзя. Один из жгутов, попавший в пламенное облако, в мгновение был поглощен языками огня и опал на пол, подобно увядшему цветку. После этого демоница перестала казаться расслабленной, но стала двигаться быстрее. В следующую секунду суккуб бросилась на нее врукопашную, настолько быстро, что Асуна едва успела перехватить ее когти. С громким металлическим скрежетом, они соскользнули по стали рапиры, и столкнулись с защищенной гардой. Но теперь Диана была готова, и следующий ход предстояло сделать ей. На рапире вспыхло Темное пламя — еще больше и горячее, чем в Тайной Комнате. И чародейка перешла в атаку. Колющий удар чародейки, направленный в шею демона, в итоге был перехвачен когтями. Когда когти столкнулись со сталью, демоница попыталась вырвать рапиру из рук пиромантки, и это стало ее ошибкой. Алексия на манер пилы прошлась по оружию демоницы, крепко вгрызаясь в них, не позволяя ей разорвать дистанцию и обжигая ее адским жаром от облака пламени. Их взгляды — яркий, почти сияющий медовый, и рубиново-красный, с черными склерами, столкнулись на считанное мгновение. Но даже этого мгновения хватило волшебнице, чтобы поднять в ней новую волну гнева. В ту же секунду суккуб решила отступить, даже ценой нескольких когтей. Демон отпрыгнул назад, разорвав дистанцию и опасно приблизившись к пылающей стене. На это пиромантка и рассчитывала. Очередной Бронебойный поток, напитанный Энергией, столкнулся с демонической силой. Подобно тому, как раскаленный нож входит в масло, заклятье прорезало полусферу щита. С шипением, от которого у чародейки заложило уши, Поток вонзился в грудь суккуба, подняв вокруг завесу темного дыма. Чародейка не стала ждать, пока дым развеется, и там, где должна была быть демоница, повинуясь Воле Асуны, возник огненный смерч. Подобно настоящему торнадо, он был закручен вовнутрь, и был практически неостановим. Пока заклятье не пожрет все, что способно гореть, и пока магия поддерживала его существование, его нельзя было остановить. Темное пламя, подобно огромной морской волне полыхавшее на клинке Змеиного Пламени, потухло само собой, тем не менее, готовое по малейшей прихоти пиромантки вспыхнуть вновь. В конце концов, когда девушке надоело ждать, по мановению ее руки огненный смерч потух, оставив за собой лишь огромное черное пятно и густой дым. Чародейка пропустила через кольцо очередное заклятье — Бреющий ветер. Оно перемешивало воздушные потоки вокруг, от чего по библиотеке стал гулять ощутимый сквозняк. Именно свежий ветер развеял густой туман, бывший на месте действия чар девушки. Совершенство разврата и порока, Архидемон предстал перед Асуной уничтоженным — тело существа было обуглено, сквозь почерневшие участки проглядывали такие же почерневшие кости, а серебристая кровь демоницы, казалось, запеклась здесь повсюду, оставив следы, напоминающие ртуть или расплавленный металл. Асуна хотела поверить, что демон, мучавший ее много лет назад, был повержен. Но чародейка знала, что это не так. Демоница все еще стояла на ногах, и пожирала ее взглядом. Фиолетовое пламя в очередной раз объяло ее рапиру. Девушка намеревалась покончить с демоном, уже не способным сопротивляться. Праведный гнев и ярость кипятили кровь, Огонь, ее надежный друг и защитник, кружился вокруг в такт ударам ее сердца, напоминая собой ураган.       «Покончим с этим. Здесь и сейчас!»       — Это — за татуировки! — пылающий клинок прошел сквозь плоть демона, словно раскаленный нож через масло, и отсек суккубу правую руку.       — За каждую обращенную и выпитую тобой душу! — голос чародейки дрожал от гнева, и оттого пламя на клинке становилось все больше, все ярче и все более горячим.       — За каждую с-секунду пыток! — Асуна одним взмахом рапиры отсекла Архидемону ногу, отчего демон повалился на землю.       — Это — за то, что использовала меня как столешницу! Как рабыню! — она провернула рапиру, вонзившуюся в место, где пару секунд назад была левая рука.       — А это — за то, что посмела не сдохнуть в Дрейнаке! — пылающая рапира вонзилась в грудь демона.       — Я — не твоя игрушка для утех! — кричала она. Пожирающее пламя, Темное пламя, Пламя, пожирающее души, объяло своими пурпурными языками остатки существа. С каждой секундой, тело существа распадалось на светящиеся кусочки, подобно мозаике. И с каждым отслоившимся кусочком в разуме Асуны становилось все темнее и темнее. И в один миг все закончилось. То, что осталось от демона, исчезло окончательно, а на входе в чертоги ее разума стало также светло, как и до этого. Диана, старшая из сестер Лорен, нервно выдохнула. Наконец… Ее личный ужас, некогда преследовавший чародейку ночами, испустил дух. Осознавая это, она вернулась в библиотеку, рассчитывая занять единственное имеющееся там кресло. Но отдых пиромантки длился недолго. В библиотеке загрохотал чей-то шепот, казавшийся чародейке инородным. Она не могла разобрать ни звука, но могла понять смысл, заложенный в сказанное. Девушка чувствовала, как шепот все сильнее давит ей на виски, как стеллажи с книгами стонут, дрожат и грозятся вот-вот рухнуть. И была не в силах от этого отстраниться. Асуна не могла однозначно сказать, сколько длилась эта экзекуция. Но в один момент все стихло. В чертогах разума стало все также тихо, как и было до этого. На больший анализ сил девушки не хватило. По окончании она чувствовала себя выжатой, как лимон. Перед глазами все поплыло, и нашла Диана себя уже в другом месте… *********** Возвращение в реальный мир далось ей нелегко. Словно ее выбросили из разума, перед глазами пробегали непонятные символы. Чародейка вновь ощутила себя маленькой, недоразвитой и слабой. Из носа капала кровь, как и из ушей, а голова, казалось, была готова лопнуть от боли и разбросать содержимое на всю округу. Асуна чувствовала, как буквально каждую мышцу сковала судорога, а к горлу подступила тошнота. И как вслед за ними пришли чувство невероятного облегчения и истома. Тело расслабилось, и девушка сползла на пол, выпустив из рук клинок Змеиного Пламени. Последним, что она увидела прежде, чем лишиться чувств, был Кирито, осторожно подхвативший ее на руки…