Константа

Костя таращился в пустоту. Минута. Пять. Надоело. – Прекрати, – бросил Эдгар, не выдержав напряжения. Он повернул голову, заглянул в лицо молодого парня. Хороший пацан ведь. Перспективный. Шустрый. В школе любили, спускали с рук шалости, в университете отличился, грант в рамочке в родительской спальне. Гордость. Сквозь сумрак видно, как пылает. Родительская любовь. Да и Темным мог стать неплохим. Эдгар поборол желание протянуть руку и похлопать вампира по плечу. Сумрак звенел от эмоционального накала. Сумрак вился, жрал и густел. Иные расходились из зала Трибунала, мимо прошел один из Инквизиторов. Удостоил Эдгара легким кивком. – Ты слышал их. Это было омерзительно. – Саушкин проводил взглядом его худую спину и отвернулся, прикусив губу. – Слышал, – согласился маг, – Ничего нового не узнал. Ты ожидал чего-то другого? Антон сорвался. Завулон его не заставлял драму разыгрывать. – Завулон заставил его заживо гнить с голоду. Хоть это мы благодаря вашему суду уяснили. Спасибо, кстати. – Заживо? Технически… Костя вскочил на ноги, зашагал по коридору к двери, но развернулся, и обвинительно ткнул пальцем в сторону Инквизитора. По время маневра он столкнулся с несколькими Иными, но даже не заметил. – А ведь и правда. Ничего страшного. Голод вампира – вина вампира. Не пытка, а так… – Саушкин взмахнул руками. – Диета. – Тише, Темный, тише, – флегматично прошелестел незнакомый Инквизитор, обходя Саушкина. Костя сник, вжал голову в плечи. – Мне тоже погано, – признался ему Эдгар, подходя ближе. Думаешь, я не знаю, что такое быть обыгранным Великим? Оставь это. Они на пару постарались. – Кто и в чем постарался? – переспросил подошедший Завулон. – Эдгар. Приятно видеть, что рядовые разборки Дозорных по-прежнему не остаются без твоего внимания. Инквизитор скривился. Эта Темная гадюка даже после компрометирующего дела может ухмыляться так нагло. – Костя, – маг кивнул вампиру, – ты тоже меня впечатлил. Хотя твоя заинтересованность была очевидна. Терять соседа всегда тяжело. – Завулон сделал паузу, прищурился, заглядывая парню в глаза. – Но я верю, что время лечит. Зайди завтра ко мне в кабинет. Есть пара рабочих моментов, которые нужно обсудить. Эдгар переводил взгляд с одного Темного на другого. И ему не нравилось то, что он видел. «Ну уж нет, – подумал Инквизитор, – только не в мою смену». – Нам пора, Завулон, – сказал он, подавая знак Косте. Парень кивнул, и направился следом за магом. – До скорого. Константин. – попрощался Всетемнейший. – Даже и не думай, – предупредил парня Эдгар, когда они вышли за пределы защитной сферы и оказались под серым столичным небом. – Обойдусь без советников. – Он тебя распылит. – Плевать. У меня есть пара идей. – Я и забыл, что Иные тоже подвержены подростковому максимализму. – А Инквизиторы – старческому маразму. Не надо лицемерить. Тебе же все равно, так что я как-нибудь сам. – Костя махнул рукой и исчез в вампирском сумраке. – Все равно, – согласился с ним маг. *** – Нет, мне определенно не все равно, – признался себе Эдгар спустя три недели после памятного разговора. Вопреки его ожиданиям, ничего страшного с наглым вампиром не случилось. Даже наоборот, его повысили. От простой шестерки до стажера-оперативника. Это напугало Эдгара. Завулон оставался верен себе. Предугадать его следующий ход по-прежнему было невозможно. Костя пропадал на работе сутками. Он даже был направлен в командировку в Питер, проторчал там неделю. Что он там делал, и зачем это понадобилось Завулону, Эдгар так и не выяснил. Вся эта чехарда начала его утомлять, его злила сама необходимость следить за происходящим. «Ну какое мне-то дело?» – раз за разом спрашивал себя Инквизитор, и все равно наводил справки, просиживал штаны в архивах, сверял данные. Пытался распределять свое время так, чтобы личный интерес не мешал работе, но то и дело сталкивался с удивленными взглядами коллег. Его интерес вызывал у остальных подозрение. И когда штиль сменился легким волнением, когда Инквизиторы были вынуждены вынести предупреждение тому самому Светлому, из-за которого и пострадал дозорный Городецкий, тому самому новому протеже Гесера, Эдгар прекратил свои поиски, опасаясь лишнего внимания. Светлый был спровоцирован, это было понятно и новичку. На обучающей прогулке «в поле» он едва не напал на группу Темных, которые были показательно чисты перед Договором. Так Завулон передал привет Гесеру. Саушкин, судя по всему, в этой шутке не участвовал, к Светлому не лез, и вообще, вел себя тише воды, ниже травы. Эдгар не выдержал. Он пытался держаться на расстоянии, но линии вероятности, сплетающиеся в на редкость неприятные узлы, да и сама интуиция Иного, наконец привели его на знакомую лестничную клетку. И первое, что он сделал, когда на пороге возник Костя – это тщательно просканировал его сквозь сумрак. Так он и думал. Барьер. – Что он с тобой сделал? – спросил Эдгар, стремительно проходя в прихожую. Он поставил заглушку, разулся и прошел на кухню. – Кто? – с широким зевком спросил парень. Он потянулся и непонимающе уставился на Инквизитора. – Эдгар, у тебя паранойя развилась. – Конечно. Мозги мне не пудри. Он тебя закрыл. – Ну, закрыл. Это по работе. Чаю будешь? – Если тебе нужна помощь, лучше сразу скажи. – Зачем мне просить твоей помощи?.. С ромашкой? – Костя. – Что? Эдгар устало опустился на стул, положил руки на клетчатую скатерть кухонного стола. За окном вовсю пылало солнце, через открытое окно слышался детский смех. – Мне это все не нравится. – Мне тоже, – признался Костя, зажигая плиту. – Лучше бы Иных вообще не было, правда? Ты только скажи, какого лешего ты продолжаешь лезть ко мне? Все. Закончилось. Нет ничего. Вчера люди приходили смотреть его квартиру. Напугал их до чертиков. Я думаю, тебе твоя работа наскучила, вот ты и пытаешься снова почувствовать себя причастным к Дозорам. Костя сложил руки на груди, склонил голову. Выглядел он плохо. Как Антон в последние дни. Голодал, наверное. – Чушь. Вскипел чайник, но Костя не спешил заваривать чай. – Расслабься, Эдгар. Все идет своим чередом. – Когда он тебя закрыл? – Что ж вы все такие любопытные-то, а? Инквизиторы? – вздохнул Саушкин, взлохматив волосы ладонью. По коридору мимо кухни прошла женщина. Нежить. Ситцевый халат советских времен, шаркающие тапочки. Мать. Эдгар шевельнул пальцами, и одновременно с Костиным «Все в порядке, ма», кухонная дверь с треском захлопнулась. – Сразу после суда, да? – продолжил Инквизитор. – Ну, допустим. – Ну, допустим, – передразнил его Эдгар, поднимаясь. – Ты понимаешь, во что ты вляпался? Знаешь, почему я ушел из Дозора? Костя попятился. За его спиной надрывно свистел кипящий чайник. Эдгар чувствовал жар от поднимающегося пара. – Он заставил меня думать, что использует меня для возрождения Фафнира. Я поверил, но Завулон блефовал. Плохо быть разменной фигурой, но быть униженным для Темного – еще хуже. Костя вжался спиной в подоконник, поджал губы. – Хватит, – попросил он.– Ты сам все сказал. Это он и предложил. Обменять одного Иного на другого. Доволен? Оттолкнув приблизившегося мага, Костя бездумно зашагал по кухне. – Завулон ведь сам нашел тот ритуал. Наверное, подстраховался. Оказывается, связь между вампирами, которые делятся энергией, не так-то легко разорвать. Даже если один из них теперь глубоко в сумраке. Завулон не поленился привести доказательства. В прошлом уже были прецеденты. Эдгар отвернулся, снял чайник с конфорки, достал из верхнего ящика пару чашек. Замер. Обмен Антона на Костю его не устраивал. И когда только он успел привязаться к парню? – Костя, откажись. Ты имеешь право. – Я должен Антону. Он дал согласие. – Он? – Ну да. Мы уже менялись ненадолго. Связь оказалась куда сильнее, чем мы думали. В последний раз он продержался почти сутки. – И что? Что он говорил? Он согласен? – ужаснулся Эдгар. – Да, говорю же. Я бы соврал, если бы сказал, что он долго раздумывал. – Я хочу сам поговорить с ним. Как это происходит, вы, что, меняетесь местами? – Вроде того, и нет, Эдгар, прости. – Мне нужно. – Эдгар, ты же Инквизитор, – расплылся в неловкой улыбке Саушкин. – Вдруг твои начнут задавать вопросы, а ты, оказывается, знаешь ответы. Неловко будет. – Я с ума сойду. – Эдгар тяжело вздохнул. – Все будет нормально. – Костя неловко дотронулся до плеча мага. – Вот увидишь. Я и сам не поверил сначала в слова Завулона. – Неужели Антон для тебя настолько дорог? – Я, кажется, уже говорил, что он мой друг. Эдгар смерил Костю мрачным взглядом. – Какое редкое самопожертвование. Для Темного. Саушкин пожал плечами. – Что если я добьюсь запрета на это «мероприятие»? – А ты хочешь? – с деланным безразличием спросил вампир. – Я хочу, чтобы у Завулона не было возможности отыграть все назад ценой твоей жизни. – Технически я не живой, ты забыл? – улыбнулся Костя. – Технически, эта гадюка должна отвечать за свои поступки. И прекратить забирать у меня… знакомых. – Знакомых? – Я должен идти, – Эдгар направился к выходу. Саушкин пошел следом, с тревогой спрашивая: – Ты ведь не собираешься все испортить, да? – Я?.. – Пожалуйста. Эдгар, поклянись. Всем ведь будет лучше. – Ты не знаешь, какие последствия будут у такого возвращения, ты не знаешь, как поведет себя сумрак. А твои родители? – быстро говорил Эдгар, обуваясь. – Тише. – Ты о своих родителях подумал? – Не говори со мной как с ребенком, – нахмурился Костя. – И не надо мной манипулировать. – Куда уж мне. Я, видимо, рангом не вышел. – Маг замер на пороге. – Это не Завулон исправляет свои ошибки, – сказал ему Костя. – Это я. *** – Ты не сделаешь этого. Какая польза от этого будет Дозору? Завулон поднял глаза на Инквизитора. Перо «Ролекса» замерло на очередной странице проверяемого отчета. – Если ты ее не видишь, это не значит, что ее нет. – Даже для тебя это чересчур. Темного менять на Светлого. Антон ведь не останется вампиром, так не получится. – А каким боком мне сдались эти низшие твари, Эдгар? Ну ты что. Не разочаровывай меня, – хохотнул Завулон. – И вообще, – он замер, разглядывая собеседника слишком внимательно. Эдгар не чувствовал, что его щиты атакует чужая сила, но ощущения были неприятны на обыкновенном человеческом уровне. Завулон расплылся в гадкой улыбочке. – А вампиренок тебя зацепил, да? Вот это анекдот. – Еще смешнее, чем тот, про старого Темного, одержимого слабеньким Светлым? – Эдгар, твои домыслы всегда повышали мне настроение. Мне выпал шанс, который я не смогу проигнорировать. – Инквизиторы не останутся в стороне. Нельзя просто так беспокоить сумрак. Завулон отложил бумаги. Посмотрел на своего бывшего сотрудника поверх очков. Давно Эдгар не чувствовал на себе такой взгляд. Он словно вновь оказался учеником, который совершил глупую ошибку. – Я дам Саушкину пару дней отгула. Проведите их с пользой. Между прочим, я эти дни от сердца отрываю. – Темный маг сделал театральный жест, прижав ладонь к груди. – Меня от тебя тошнит. – Я знаю. Но я предпочту это проигнорировать. Передавай Саушкину привет. Через два дня жду его в офисе. Эдгар, сжимая кулаки, шагнул в открывшийся портал.