Эта привычка убьёт твой мозг

Уильям ноет, что у него затекла нога, замёрзла задница, пропало желание жить, но появилось желание есть. Так что они бредут до ближайшего крытого кафетерия. Похоже, что пончики только раздразнили аппетит. Да и на пледе они провалялись не меньше двух часов. И всё это время Гарри упорно игнорировал настойчивые сообщения от друзей, которые звали его вечером развеяться. Меняет друзей на непонятно кого! Докатился! Но он смотрит, как этот "непонятно кто" дожидается их заказа, смешно переплетя пальцы рук и кутаясь в свой цыплячий прикид, и понимает, что не готов его сейчас оставить. К тому же он так давно вот так не гулял в парке. *** Они пялятся на фонтан, потом ещё на один, кормят утку куском печенья, и получают выговор от какой-то пожилой дамы за то, что животным нельзя есть сладкое. Потом они вспоминают, что хотели посмотреть на памятник Питеру Пену. - Я клянусь, вы с ним – одно лицо! Так на тебя похож! – смеётся Гарри, пытаясь уговорить Уилла сфотаться рядом с бронзовым мальчиком. - Скорее уж на тебя! - Ростом – точно в тебя. - Эй! Он же ребёнок! - Ты тоже, похоже, вечный ребёнок по жизни. - Ты знаешь меня всего ничего, откуда такие выводы? - Уверен, что так и есть. - Как скажешь. - Послушай, Уильям! – Гарри продолжает лезть к нему с телефоном, пока парень отбивается от него и пытается закрыть лицо рукой. - Могу я звать тебя Ви? -Оу! Ви? Серьёзно? – парень смеётся и пытается отпихнуть от себя Гарри ногой. – Стайлс, неужели тебе реально так трудно произносить целиком мои имена? Они итак достаточно короткие! - Имена? Ты имеешь в виду, что там тебя звали по-другому? Парень на этот вопрос морщится и чуть слышно шипит. - Не твоё дело, - слышится раздражённый шёпот. - Уильям – не твоё настоящее имя? – допытывается Гарри, получая в ответ убийственный взгляд. И начинает немного злится, больше на себя. Потому что, похоже, опять испортил Остину настроение. - Моё это, блять, ебаное имя. Отвали! - Скажи мне, как тебя поправде зовут! – решает настаивать Гарри. Остин же итак ему столько всего рассказал. А настоящее имя почему бы не назвать? - Может тебе ещё и панкейков на завтрак испечь? Сказал же – иди нахрен!!! - Где ты взял паспорт? Он же поддельный, да? Мне нужно знать, кто ты на самом деле! Может ты - чёртов маньяк. Может ты из психушки сбежал. - Всё может быть, Гарольд, всё может быть! Наконец-то ты начинаешь здраво мыслить! *** Остин больше не в настроении гулять, так что Гарри отвозит его домой в гробовом молчании. Парень вылезает из салона, не прощаясь. Гарри отъезжает несколько кварталов и останавливает машину, откидывается головой на сиденье. Это был какой-то слишком ебанутый день. Просто необъяснимый своими событиями. Гарри лежит так некоторое время, пытаясь унять непонятную тревожность, вызванную тем, что он вообще не понимает, что творит. Потому что вот эта прогулка - она же выглядела один в один как свидание. С его сталкером! А возможно и с парнем с шизофренией. Или с парнем вообще из параллельной реальности, который его терпеть не может. Да вообще - с парнем! Гарри решает, что нужно соглашаться на уговоры друзей и срочно нестись на вечеринку. Ну как, срочно. Сперва, конечно, домой, переодеться, он ведь весь день в траве валялся. Кофта Уилла всё ещё остаётся на нём, и Гарри не знает, сделать ли всё, чтобы она осталась у него, или сделать её поводом снова заявиться к Уильяму, чтоб он на него не сильно орал. *** Когда Стайлс приезжает в дом своей подруги, вечеринка уже в полном разгаре. Так что он пытается догнать всех, заглатывая много чего-то сладкого и обжигающего. Это вчера он цивильно попивал винишко, а сегодня он хочет уйти в разнос. Танцевать, кричать, радоваться жизни. А то уж слишком много последнее время переживаний. И понятно, что как только друзья вылавливают его, начинают допрос, какого хрена он их игнорил столько времени. - Так, давай, колись, на кого ты нас променял? Неужели опять в кого-то втюрился, любвеобильный ты наш. - Неа! Работы много, съёмки в разгаре, - почти правду говорит Гарри, потому что съёмки его вообще сейчас мало волнуют. Друзья, похоже, считают также, потому что он получает парочку пристальных взглядов и сразу сдаётся. - Просто есть один чел, он музыкант. Мутим с ним один проект. Правда, там вообще ничего не понятно. - О, хороший музыкант? Тащи его сюда! – сразу наперебой приходят предложения. В старой гвардии давно уже все приелись, все жаждут новой крови. - Хороший, – уверяет Гарри, хотя понятия не имеет, так ли это на самом деле. Он даже не знает, умеет ли парень вообще на чём-то играть. Они курят кальян в лаундж-зоне на пуфиках, здесь музыка не такая громкая. Гарри достаёт телефон. Ох, Господи, он же не станет названивать Уильяму по-пьяни? Ну, конечно, станет! - Вииии!!! – вопит он в трубку, когда после третьего вызова Остин всё же отвечает на звонок. - Стайлс, я разве не говорил, что ты можешь звонить мне только по делу? – раздаётся сердитое ворчание, и одна из девчонок вытягивает губки, шепча что-то про буку. - Так я и звоню по делу, о-о-очень важному делу! – вопит в ответ Гарри. Друзья начинаю хихикать. - Ага! Тебе, что, реально поговорить не с кем! Я итак весь день на тебя убил, сыт тобой по горло. Стайлс обиженно надувает губы. Друзья переглядываются, стреляя глазами. - Я просто хотел узнать, как ты. - О, я был бы замечательно, если бы ты мне не мешал. - Ты такой злюка, Ви! - ноет Гарри. - Стайлс, ты что, пьёшь? Мы же итак бухали всю прошлую ночь! С тебя ли не хватит, детка! Теперь друзья и вовсе округляют глаза, но Гарри уже как-то похер, что они прекрасно слышат весь разговор. Он вообще про них забыл. - Только вот не нужно меня отчитывать, папочка, – мычит он в трубку. - Так, всё, Хазза, иди займись делом: схвати какую-нибудь профурсетку за задницу. Ещё раз позвонишь мне – прибью. - Ви, ну Ви, нет, не отключайся!!! Приезжай сюда, а, ну пожалуйста! Вечеринка классная! - Стайлс, ты головой ударился? Ты хоть понимаешь, кому звонишь? - Ты – У-у-уи-и-и-ильям, – орёт Гарри и смеётся, потому что ему сейчас это кажется прям дохера смешным. - Блятушки-мохнатушки, да ты в дрова! - Билли! Приезжай! Тебе давно уже пора развеяться! Четыре года этой муры и никакого веселья. - Ты, придурок, знаешь ли, не самый подходящий человек для моего веселья. - Может именно это и нужно менять! Мы должны узнать друг друга с новых сторон! Жду тебя! Я сейчас вызову тебе такси. - И отключается сам, пока Остин его не сбросил. - Гарри, ничего не хочешь нам рассказать? – сразу интересуются все подряд. - Чего? Я вам уже всё рассказал! Что не так? - Ничего-ничего! Уже очень хочется посмотреть на этого твоего Уильяма. Он скоро приедет? – взмахивая ресницами интересуется Мэг, хозяйка особняка. Гарри вообще не уверен, что он приедет. Уилл с трудом переносит общение с ним, он его ненавидит. Зачем ему появляться на пьяной тусовке, где ему снова придётся его лицезреть? Но кудрявый надеется на чудо. Вчера ночью он видел столько тоски в глазах этого человека, столько боли. Он разбит. И Гарри, правда, хочет помочь, хочет сделать так, чтобы Уилл хоть чуточку перестал захлёбываться в своём болоте, ломаться под тяжестью своих проблем. Своих потерь. Стайлс опрокидывает в себя пару шотов, хватает очередной коктейль, совершает круговой обход по гостям, перекидываясь с каждым по паре слов, а то и зависая надолго. Похоже с некоторыми он здоровается и обнимается уже на второй или на третий раз. В итоге он проливает дикое синее пойло - почти половину фужера - на себя, так что начинает вертеться, пытаясь снять с себя рубаху, но как-то умудряется запутаться в рукавах, а потом ещё и застревает головой, хотя вырез у неё достаточно широкий. Конечно, все смотрят на его потуги, ржут и даже не пытаются помочь. Он, наконец, предстаёт перед публикой с оголённым торсом, скидывает мокрую одёжку на ближайший диван, и поворачивается к стойке, чтобы снова раздобыть себе напиток. И видит его. Уильям стоит посреди гостиной, руки скрещены на груди, брови нахмурены. - Биллиииииии! – вопит Гарри и несётся к парню, намереваясь схватить его в охапку. И может даже чуток покружить. Ви же маленький, он точно его поднимет. Но уже на подлёте передумывает, потому что, очевидно, может за это получить по лицу. - Стайлс, как обычно, со своими замашками эгсгибициониста…- качает Остин головой. Гарри улыбается и откровенно им любуется. На парне майка с глубоким вырезом, обнажающая все его татуировки, и какие-то слишком зауженные джинсы. А ещё он уложил волосы. Это откуда он такой явился? Не для домашнего же времяпровождения он так прихорашивался. - Ты приехал! Так здорово, что ты, правда, приехал! – радуется кудрявый. И похоже, что горланит так сильно, что на них все обращают внимание. - Не всё же в одну каску пить. Тебе нужен отдых. - Я, знаешь, как раз и отдыхал, когда ты начал мне трезвонить. – Остин нервно почёсывает нос, явно замечая, что сейчас они в центре внимания. - Я вообще уже спал! - Ну, всё, прошло время сна – пора развлекаться, – всё так же, точно оглохший, надрывается Гарри, хватает руки Уильяма в свои и начинает прыгать. -Слушай, отцепись, а то я уже почти пожалел, что приволокся сюда, – рычит Уилл, стряхивая его с себя. - Понял, понял, хорошо! – Гарри демонстративно вскидывает руки, а потом начинает ими махать в воздухе, точно танцуя макарену. - Ребят! Это Уилл! Познакомитесь! - Привет, Уилл, – раздаётся нескладное с разных углов. Это привычная компания Гарри. Все – весёлые люди. И он уверен, что они примут Уильяма хорошо. - Ого, ты где такого раздобыл? – спрашивает одна из подруг, и Уильям ей вполне приветливо улыбается. - Я же говорил, что у нас совместный проект, да! – выдаёт Гарри и косится на парня, чтоб тот, если что, поддержал его байку. - Ага! – соглашается тот. - Ты пьёшь, Уильям? – Мэг привлекает внимание Остина. – Я, кстати, Мэгги. Добро пожаловать! - Очень приятно, Мэгги. Пожалуй, с выпивкой я сегодня пас! Тут где-то можно курить? - О, давай тогда с нами в лоджию, там кальян и ещё кое-что, ну если вдруг, – подмигивает она. И парень понимающе улыбается в ответ. Они идут на застеклённый балкон, где Уильяму первым делом вручают скрутку. Стайлс пристраивается рядом. Он надеется, что лёгкие наркотики - это то, что поможет Виллу хоть немного расслабиться. Сам Гарри не забывает прихватить очередной аляпистый коктейль с кучей сливок. - Так чем вы с Гарри занимаетесь? – спрашивает уже немного поддатая одна из подруг, Ханна. Её щёки горят, она сидит в странной позе и в таком наклоне, что волосы закрывают почти всё её лицо. - Я его учитель по вокалу! – не моргнув глазом сочиняет Уилл. - Да ладно! Гарри и петь? - Чему-то всё равно можно подучить! – пожимает тот в ответ плечами. - Гарри сказал, что у вас какой-то совместный секретный проект. - Оуф, да, собираемся вместе записать одну хрень, я буду петь, а Гарри красиво в кадре стоять, – продолжает сочинять Уильям. Он откидывается на стенку, и как-то, как кажется Стайлсу, грациозно зажимает косяк в своих тонких пальцах. И Гарри так и подмывает спросить о том, что значит 28. Да он вообще хочет спросить о каждой его нелепой татуировке. Но тут есть и другие, чтобы донимать парня вопросами. - Ого, как интересно! А есть название у проекта? – Ханна так пучит глаза, словно ей раскрывают мировую тайну, и это действительно невероятно завлекательно. - Да, «В одном направлении», – улыбается Уилл, утопая в сизом дыму. - Что за странное название. Что оно значит? - Не знаю, - машет Уильям рукой, - это Гарри придумал. Стайлс таращится на него, пытаясь убить силой мысли, но при этом не может сдержать ржач. Ох как парень резво на него стрелки перевёл. Уилл кидает на него взгляд, мол «получай в ответочку». - Просто так в голову пришло, ничего конкретного, – туманно отвечает Гарри. - А сколько вы с Уильямом знакомы? - А сколько будет продолжатся это интервью? – отвечает вопросом Уилл. - Да это ж не интервью, мне просто интересно, – выдаёт она, принимаясь крутить головой, ещё больше встрёпывая свои волосы, – ну правда. - Милая, ты слишком на них наседаешь, – встревает в разговор Алиша, её подруга. Видно, что и той и другой Уильям понравился, они отираются рядом, и пытаются сделать всё, чтобы новичку было среди них комфортно. И Гарри рад, что Уилл, похоже, правда, расслабился, и вроде, получает удовольствие. Если бы ещё не навязчивые вопросы. - Да что такое, почему нельзя спросить? – хнычет Ханна. Благо, ситуацию спасает Арнольд, возникая перед Уильямом с электрогитарой. - Тут говорят, что ты, вроде, музыкант. Значит оценишь моё недавнее приобретение! Моя Бэрри! – машет он со счастливой рожей инструментом перед Остином. - Вот будет конфуз, если ты нихрена не музыкант на самом деле, – радостно шепчет ему на ухо Стайлс. Уилл только, улыбаясь и не глядя на него, отодвигает лицо Гарри от своего, при этом даже через чур сильно надавив на нос. Ну что за пренебрежительное отношение?! Гарри так вообще не нравится! - Чел, да она – красавица! – восхищается парень, игнорируя недовольство Гарри. – Можно? – спрашивает он у Арнольда и тянет руки к гитаре. - Конечно - улыбается Арни, вкладывая инструмент тому в руки. Гарри ощутимо выдыхает. Похоже, сумасшедший сталкер и вправду музыкант. Он оживлённо щебечет с Арнольдом о плюсах модели, о правильном корпусе, о чём-то ещё. Впрочем, Гарри слышит: «бла-бла-бла!». Благо, что Уиллу это явно вкатывает. - Хочешь попробовать? У меня комбик в машине! – спрашивает Арнольд, подрываясь с места. Счастливый Уильям на это утвердительно кивает. - Ща, сгоняю! - Давай вместе. Как раз немного проветрюсь, - отзывается Остин, вставая на ноги. Гарри тоже подрывается с места. - Эй, ты куда? – допрашивает он Уильяма. - Сейчас вернусь. - Я с тобой! – Гарри пытается стянуть с пуфа накидку. На улице, холодно, наверное, а он тут до сих пор полуобножёнкой щеголяет. - Нахрена ты мне сдался? – скалится Уилл, толкая Гарри обратно туда, откуда он с трудом сползал. – Хазз, я не маленький, не потеряюсь. Лучше вот, посторожи гитару, чтоб никто не лапал. Ты же справишься? Не разъебёшь её, как только мы отойдём? - Я присмотрю, да, присмотрю, - соглашается Стайлс, сам теперь понимая, что как-то странно он распереживался из-за того, что парень просто решил выйти на пару минут. - Тогда вот держи! На тебе большая ответственность. Только сиди и не шевелись. Я, блять, тебя знаю: встанешь – обязательно упадёшь. – Уильям кладёт Стайлсу на колени гитару, а потом наклоняется и черпает пальцем сливки с верхушки его коктейля, и тут же засовывает в рот. – Вкусенько! – сообщает он, при этом улыбаясь так, что глаза становятся щёлочками. Расслабление идёт Остину на пользу. Гарри тоже лезет в бокал за сливками, только уже языком. *** Когда парни возвращаются, Гарри уже растрезвонил всем и вся, что Уильям сейчас им споёт. Вокруг уже расселись желающие послушать. - Что будешь петь? – восторженно спрашивает Алиша, когда Остин отбирает у Стайлса инструмент. - Петь? - почему-то Уильям сразу поворачивает голову на Гарри с каким-то диким прищуром. Похоже, он сразу понял, откуда у неожиданного выступления ноги растут. - А ты что, не собирался? Какой смысл просто играть? – отзывается Гарри, разводя руками. Он вины за собой не чувствует, хоть парень и пытается прожечь его взглядом. И, похоже, в этой схватке твердолобых баранов кудрявый неожиданно выигрывает. - Весёлую или грустную? – интересуется Остин, подключая инструмент и усаживается на высокий барный табурет, который уже приволок Арнольд. - Эммм, давай весёлую! Как-то с грустью, мне кажется, уже перебор, – выдаёт свои пожелания Стайлс, рассудив, что выбрать предлагали именно ему. Уильям косится на Гарри, хмыкает, а потом начинает играть. Стайлс слышал прежде его мурчание и уже тогда понял, что у парня есть слух. Но он, честно, не очень представлял, как будет звучать Уилл громко, особенно учитывая, что у него очень высокий голос. - Я поехал в Амстердам без тебя, и всё, что я мог делать - думать о тебе * – выдаёт парень первые строчки, при этом весело скалясь. Но чем дальше он поёт, тем заметнее становится натянутость его улыбки. И Гарри понимает почему. Песня, действительно, исполняется на мажоре и звучит бодро. Но текст – вообще не весёлый. Гарри эта композиция вдруг кажется совсем неприятной. У него всегда были быстротечные и яркие романы, которые как вспыхивали, так и гасли. Никогда не было той, из-за которой он мог бы страдать длительное время. Боль от расставания он, недолго думая, перекрывал волнением новой влюблённости. Он не знает, каково это – пытаться забыть кого-то дорого, кого сам не удержал. И жить потом в этих сожалениях. А Уильям знает. Он уже про это говорил, недавно, когда Гарри неуклюже попытался накормить его пиццей. Ему кажется, что именно ту девушку он ему тогда напомнил, о которой сейчас тот поёт. - Злая песня! – возмущается Гарри, когда Уильям дотягивает свое последнее «Моя детка» и все слушатели начинают хлопать. - Это ужасно – понять, что всегда любил одного человека, когда его уже нет! Мне не нравится! - Нормальная песня, Гарри, ты чего! – успокаивает его Арнольд. – Динамичная такая! - Она не соответствует заложенным в ней эмоциям. Это как панихиду на кладбище рэпчиком зачитывать! - Ну, спасибо, Гарри, за отличную оценку, – наконец встревает в диалог Уилл. - Что, по-твоему, я должен был слюняво рыдать о том, что я - главный неудачник и всё проебал? - Не злись, – тут же спохватывается Гарри, – песня хорошая, мне нравится, как ты поёшь. Но мне от неё почему-то жутко. Какой-то у неё осадок болезненный. - И всё-то ты чувствуешь. Прям эмпат какой-то, – кривится Уильям. - При тебе больше петь свои песни не буду, а то ты их все раскритикуешь. *** Ближайший час они проводят под песни под гитару, но уже акустическую. Друзья выкрикивают популярные произведения, которые хотели бы спеть, а Арнольд с Уильямом решают, что из этого они могли бы сыграть. Гарри замечает, что сейчас, когда Уилл играет и поёт, он как-то даже выглядит по-другому. Словно моложе что ли. - Так давно гитару в руках не держал – говорит он Гарри, когда музыкальная часть их вечера резко заканчивается, поскольку Арнольду неожиданно приспичило куда-то ехать, а Бэрри он напрочь отказался оставлять да хоть под чью ответственность. Гарри хлебает очередной коктейль, Уильям же обходится кальяном. Он почти не участвует в разговорах, но лицо его расслабленное. Гарри надеется, что он правда получает удовольствие от времяпровождения. - Гарри, чего разлёгся? Пошли-ка танцевать. - пытается растормошить Стайлса приятель Виктор, который настойчиво подходит ко всем с разного рода предложениями, словно ему ну очень не нравится, что тусовка начинает угасать. - Нееее, не хочу, – отмахивается Стайлс. И потому, что уже не совсем контролирует свои ноги, и потому, что не очень хочет оставлять Уилла одного в незнакомой компании. - Уильям, сначала ты советуешь ему хватать девчат за бёдра, а потом приезжаешь сам и всё – никакие женские ляжки Гарри уже не нужны. Он не отходит от тебя ни на шаг! - Ребят, давайте без всяких таких шуточек. Уильям немного гомофоб, – решает предупредить Гарри. - Я не гомофоб, Гарольд. Ты не прав. У меня лишь претензия к конкретной личности. - Ты говорил, что он и не гей вообще, – проговаривает Гарри и понимает, что в его мозгах уже всё начинает отплывать. – Тогда непонятно, чего злиться. Хотя понятно. Хотя…ой нет…а понял, – выдаёт он, уже не совсем сознавая, что часть текста не проговаривает вслух. - Ох, Гарри, отличная речь, так содержательно, – смеётся Мэг. - Да, уж... – поддерживает Уильям, и смотрит на Гарри с каменным лицом и сжатыми в тонкую линию губами. - Постой, – решает добить его Гарри: уж слишком ему не нравится, как тот злобно на него таращится. – Тебе не нравится, получается, не геи, а то, что на тебя могут подумать, что ты нетрадиционной ориентации? Так? - Хочу тебе напомнить, что мне подобное приписывают только из-за таких долбоящеров как ты, которые несут всё подряд. Если бы ты сейчас не начал эту свою пиздецки важную речь, не у кого бы и мысли подобной не появилось. - Ви, я тебе уже говорил – ты слишком загоняешься. - А ты слишком много пиздишь. - Да никто не думал, что ты – гей! – кричит Гарри. Что бы этот странный человек, наконец, его услышал. Ему сейчас капец как важно, чтобы тот его услышал. Важная же информация – нашёптывает ему алкоголь в мозгу, - вопи её погромче, а то, вдруг, её ещё не все услышали. И говорит этот голос в голове почему-то голосом Уильяма. - Стайлс, я тебе точно сегодня зубы выбью. Гарри с прошедшим по спине холодом понимает, что уже накричал лишнего. Теперь пьяный мозг говорит, что нужно не горланить, а что-то срочно делать. - Прости меня, я больше не буду, – выдаёт он, и начинает подползать к Остину поближе по дивану, и вцепляется в одну из его ног. А потом и вовсе впечатывается в неё лицом. - Какого хера! Ну ка, брысь! – Уильям пытается скинуть от себя Гарри, даже больновато, на его взгляд, хватая того за локоны и оттягивая. Так, Гарри готов к войне словесности. Сейчас главное - проорать всё как можно громче. Наверное. Перед глазами давно всё поплыло, особенно сейчас, когда он принял лежачее положение. Виски сдавливает, и мимо пробегают тёмные кляксы. - Ви, ну почему ты меня так не любишь! – начинает он похныкивать, чувствуя, как его заполняет несправедливость всей этой ситуации. Ведь он, правда, никогда в жизни не знал этого человека. А он его ненавидит. Несправедливо!!! А Гарри вообще – замечательный: полиции его не сдал за столько лет, да и вообще …- Я же не сделал тебе ничего плохого! Это всё тот мудак! А я - не такой! Дай мне шанс это доказать! - Сейчас доказываешь, что именно ты - ещё тот мудак, – возмущается Уилл, всё ещё пытаясь отпихнуть от себя Гарри. Тот чувствует, как вспотели его ладони, одной из которых он схватился за руку Гарри чуть выше локтя. - Я не заслужил! Не заслужи-и-и-ил! - Сейчас заслужишь! Не заткнёшься - я тебе всеку! - Ну, Ви-и-и-и – Гарри понимает, что из глаз полились слёзы, но он точно уже не в силах их остановить. Последние коктейли точно были лишние. Последние три. - Так, дорогуша, а поехали ка баеньки! – объявляет Остин, переставая тянуть Гарри. Тот решает, что это замечательно, и наконец, можно прекрасно поспать, да, вот тут, на тёпленьком, мягоньком. Но спать ему упорно не дают. - Гони ключи! – жужжит у него под ухом назойливый голос Уилла. Гарри чувствует, что тот ощупывает его ноги, шурудит по его карманам. - Щекотно! – Гарри крутится, извивается, и отпихивает настойчивые руки, блуждающие по его телу. - Господи, наказание ты моё! Всю жизнь мне мозг вытрахивать собрался! – возмущается Остин. Так, похоже опять нужно много извинятся. - Ви! Прости меня! Я правда не виноват! Мне так жаль! Так жаль! Я не хочу, чтоб ты страдал. - Да, да, только дай мне ключики, а? - Какие ключики? – интересуется Гарри, тут же прекращая рыдать. Ви говорит с ним, как с ребёнком, и от этого хочется дурачится. Он чувствует руку почти рядом с целью, так что резко выхватывает из кармана ключ и вместе с брелоком запихивает его в рот. - Да вот что ты делаешь! ААА!!! Они же грязные! – вопит Уилл, хватаясь за голову. А потом словно сдаётся, понижая градус своего вопля и поджимая губы. - Так, детка, будь лапочкой, плюнь каку. Уильям надавливает ему на щёки, но Гарри вырывается из плена его пальцев. Ему пиздец как нравится эта игра, поэтому он просто машет радостно головой. - Гарри, ты ведь знаешь, что плохих детишек наказывают. И Гарри не то, чтобы решает стать послушным, он разевает рот от удивления. Потому что ему вот прям очень сильно показалось, что Уилл произнёс это слишком многозначительно. И при этом многообещающе и похабно улыбнулся скособоченным оскалом. На пьяную голову чего только не покажется. Остин тут же суёт пальцы ему в рот, выуживая нужную ему вещь и зажимает в руке, прям так, со слюнями. А потом встаёт, и тянет Гарри на себя, заставляя того подняться. Стайлс хихикает, путается в собственных ногах, но встаёт, наваливаясь на Уильяма. Тот сразу подхватывает его, приобнимает за талию. - Так, малыш, давай, топаем отсюда. Я верю в тебя, ты справишься. - Я-я-я зря-я-я теря-я-я-ю время, ведь это ты, всегда был ты-ы-ы!** – завывает Гарри, и счастливо коситься на Уилла, чтобы тот оценил, что он запомнил строчки из его песни, а ещё и умудрился их спеть. Но Остин смотрит на него как-то странно, словно Гарри посягнул на святое, взявшись её петь. - Эм, парни, у нас, как бы вопросы…- лепечет Алиша, а Виктор преграждает им дорогу. Остальные тоже поднялись, но так и остались стоять на своих местах. - Хоть один комментарий в мою сторону, и вы сильно пожалеете! - хрипит Уилл, потому что Гарри наваливается на него всё сильнее. А он нихрена не маленький. - Полегче, чувак! - возмущается Вик. - Свали с дороги! Не видишь, мне и без того тяжело. Эту тушу хрен дотащишь! - Так может мы сами? – интересуется белобрысый парень, кажется Брэдли. - Думаешь, мне впервой? Справлюсь! - Куда ты его попёр? – не унимается Виктор, и Гарри впервые отдалённо думает, что у него капец какой неприятный голос. - Домой, куда ещё! - Домой? – подаёт голос Гарри, наконец совладая с языком. - Не хочу! Я там ещё не убрался. Там грязно. И у тебя кружек нет! - Да не ко мне, дубина! К тебе. - Ты знаешь, где он живёт? - Ви всё-всё про меня знает! – Гарри считает, что обязательно это нужно всем рассказать, пока Билли настойчиво волочет его к выходу. Он чувствует прохладу на шее, и почти понимает, что они вышли на улицу. Гарри прикрывает глаза и сосредотачивается на том, чтоб хоть чуть-чуть передвигать ногами, позволяя Уильяму тащить себя в нужном направлении. Парень открывает заднюю дверь машины, и пытается уложить на сиденье Стайлса. Но никак не может запихнуть туда его длинные ноги. Гарри только ржёт. - Ну что за игры, блин! Хазза! Остин снова подцепляет его левую ногу за щиколотку, и прикрывает дверцу, словно намереваясь зажать ей вторую конечность. Но потом всё же засовывает и её. Пока заводится мотор, Гарри всё ещё хохочет непонятно над чем, но стоит машине поехать, он проваливается в темноту. Выныривает парень из неё, когда Уилл вытаскивает его наружу. Поход до двери он помнит смутно, лишь сосредотачиваясь на мысли, что нужно назвать код. Как-то вот собраться и выдать все цифры. Уильям вводит их, и Гарри никак не может понять, когда он всё-таки успел их произнести, как сам проебал свой же момент. Уильям волочет его до кровати, на которую Гарри сразу радостно заваливается, загребая с собой и парня. Тот лежит какое-то время сверху на Стайлсе, не шевелясь, лишь очень шумно втягивая воздух. Но может это у Гарри время тянется с перепоя очень медленно, а на самом деле не прошло больше секунды? Он дышит парню в шею, улавливая аромат его кожи и шампуня. А ещё чувствует, что у того слишком быстро стучит сердце. Наверное, запыхался, когда тащил Гарри на себе. Конечно, он же такой хрупкий. А бедное маленькое сердечко, наверное, сейчас точно выпрыгнет. Он гладит Билли по спине обеими ладонями, чтоб успокоить его. Чтоб дать понять, что всё хорошо. Но Уилл наоборот вздрагивает. Гарри решает, что его руки слишком холодные. Хотя, парень, вроде, и не раздет. Кудрявый думает, что нужно это исправить, они же в постели, а он вообще не понимает людей, которые спят в одежде. Во сне тело должно полностью отдыхать. Так что он начинает стягивать с Уильяма его майку. - Гарри? – вопросительно хрипит шатен. Наверное, много пел и сорвал голос. Стайлс в ответ улыбается, наконец, поднимая глаза. В темноте Уилла плохо видно. Гарри прищуривается. Чёлка парня прилипла к вспотевшему лбу. Кудрявый проводит по ней пальцами, убирая. А потом спускается ниже, на грудь, прочерчивая выведенные на ней буквы. - Странное тату, – делится он своими наблюдениями, продолжая водить подушечками пальцев по гладкой коже. – Штаны нужно тоже снять! – резко приходит ему в голову. - Не...не надо, – парень хватается за ремень, и вообще пытается слезть с Гарри. - Ты одетым что ли спать собрался? Так нельзя. У меня простыни чистые. - Я...нет, я пойду в ванную, там разденусь, нужно перед сном принять душ. - А меня разденешь? Ви, пожалуйста! Ручки ватные, – хихикает Гарри, размахивая своими конечностями, словно щупальцами кальмара. Уильям сначала стоит чуть поодаль от кровати, в темноте. Но потом всё же приближается, и действительно помогает стянуть с Гарри оставшуюся одежду – то есть носки и брюки. Когда он справляется, то замирает рядом. Стайлс, до этого катавшийся по постели, пока с него стягивали штаны, решает подняться. А то чего он тут один развалился. - Что, чёрт возьми, я тут делаю! – шепчет Уилл. Но парень стоит очень близко, и поэтому Гарри его хорошо слышит. - Мне нельзя быть здесь! - А может именно здесь ты и должен быть, – решает предположить Гарри, почему-то завороженный тем, как смотрит на него Уильям, задрав вверх голову. - Если он сломал твою жизнь, то может быть ты тут со мной, чтобы я за ним всё исправил? - Ты мне ничего не сделал, ты даже меня никогда не знал, – качает головой Уилл, отступая от Гарри спиной. - Ты ни в чём не виноват. - Тогда почему ты всё время злишься на меня, Ви? – шепчет Гарри, и сам не понимает зачем, но делает несколько шагов к парню. - Я злюсь на себя. Это всё я, – хрипит Уильям. Он толкает Стайлса на кровать, а сам разворачивается и почти бежит в ванную. – Спокойной ночи, Гарри.