Мы с тобой по соседству.

* * * * После отбытия Байрона, Эдгара охватило манящее любопытство. Казалось, самое время взять подругу под руку и побежать к тому самому скрытому дому, изведать его части более подробно вплоть до сарайчика с растущими возле цветками ромашки, хоть он и обещал больше не шкодить. Беловолосая девочка стягивает с себя одеяло с рисунком ромбиков, да, она только-только встала. Комната постепенно заполнялась теплом, как от обогревателя зимой. Не обнаружив рядом Эдди, она спустилась по лестнице и наступила в холодную лужицу — тот пролил молоко для сухого завтрака. — Ты чего это тут? — Колетт отряхивает ножку. — Завтракаю, давай тоже, спишь долго, — и приглашать не стоило, она проворно заскочила на диван, по пути схватив тарелку и пачку со звездочками в глазури. По ту сторону окна уселась красно-черная бабочка, проползла к тому месту, где сидит девочка, проводящая пальцем по белой раме по траектории её движений. — Знаешь, я думаю, нам стоит навестить дом на окраине, — прервал тишину Эдгар. — Так, а где наш «чудо-данчик»? — подобным образом дети в шутку называли мединский кейс-чемоданчик, принесенный Байроном с работы. Он был пустой, острые инструменты убраны в виде щипцов и ножниц. Лишь законченные тюбики ранозаживающих мазей хранились зацепленные за резинки. — Наверное, — мальчик почесал подбородок, -на чердаке. Точно. Я его видел там вчера. — Эдди, — Колетт оперлась на локти. — Где Байрон? — неправильно проводить такие действия в его присутствии, и поэтому она максимально аккуратно. — Не волнуйся, дед уехал вместе с твоей бабушкой на кладбище проведать одну его знакомую, — Эдгар быстро намывал посуду за ними. — Сходи за чемоданом, — с некой бодростью подкрикнул голос за спиной мальчика, он аж подпрыгнул, сотрясая белую раковину. Это не какая-то глупость, по их мнению, они вкладывались в изучение. Наверное, странно застать двух детей с длинными ватными палочками, которыми они тщательно проводили по загрязнениям и ржавчине, а потом окунали в смесь из зеленки, воды и йода. И это всё комментировалось шëпотом: «Не испачкайся! » Секретные агенты курят в сторонке со своими методами. В принципе, лаборанты тоже. Эдгар однажды хотел стащить белый халат у Байрона, но так и не решился на кражу — в нем он был больше похож на безформенное привидение. * * * * Та самая дверка на чердак открылась, выплëвывая из себя пыльные ошмëтки. Колетт опустилась на колени и проползла в тесное помещение, спихнув наружу в свет фото-альбом (он так и остался лежать на полу, в попыхах они позабыли его убрать) и двигая костлявыми ягодицами. — Ну что там? — Эдгар заглядывает в темное помещение, хватая подругу за ногу. — Вижу, вот он, — она потянула кейс за пластиковые ручки, сверху посыпались старые вещи, и она стала вылезать. Встряхнув футболки, они принялись осматривать предмет на наличие дефектов- их не обнаружилось, и внутри все было на месте. — Нам нужно поторопиться, — девочка и мальчик выглядели сейчас так, словно опаздывали на авиа-рейс. Эдгар сошел в коридор первый и огляделся: машины не было, баня заперта. Успокоив свою детскую паранойю, он махнул Колетт, чтобы та тоже надевала сандалии и выходила. Тут его пронзила неприятная мысль насчет закрытия двери замком, ведь Байрон поймет, что мы не тут. В итоге он принял решение оставить все как есть, а калитку просто прикрыть снизу камнем. Как глупо надеяться, что никогда не смогут ограбить и что мир полон лишь добрых людей. Следующий инцидент застал их встать как вкопанным — за оградой показался Гэйл, таща за собой шланг, вода из которого шумно плескалась. Отчасти им повезло — пожилой мужчина был глуховат. Четыре ноги слиняли, оставляя вмятины в земле. Пять метров до забора. — Колетт, ты на «шухере», — мальчик уловил порывы ветра своей шевелюрой и начал искать подходящий камень-подложку. Озорные глаза проверяли пространство, пока не уткнулись в другие озорные глаза. Эдгар готов доверить своей подруге много чего, на самом деле. Будь они старше, может, даже и сердце. Цикнув, мальчик находит тяжелый камень, берёт в руку кейс. * * * * * Глотку пересушило от нервного напряжения, не то что Байрон ей был неприятен до такой степени, скорее, она поняла, к чему это всë. — Ты будешь целовать меня и представлять еë, верно? — даже кисель с комочками был намного лучше этих слов. Женщине оставалось лишь наблюдать, как его губы сводит в треморе. — Да, — зато честно. — Послушай меня, Байрон, — подушечкой большого пальца она вытирала его щеку, — тебе не кажется, что это все какой-то сюр? Тем более предлагать это такой женщине, как мне? Белль отстранилась от лица мужчины, пока тот совсем «не поехал головой». Любовь к Пайпер туманит разум до сих пор. — Я так давно не целовал жаркие любимые губы, — воздуха в лёгких не хватало, прямо как у больного пневмонией. В сердце не было тесно, но со временем тяжело становилось впускать туда новых людей, как гостей. — Белль, вы чем-то похожи, извини, — он еле поднимается с бревна и чувствует себя виноватым. Де Ла Прим косится с мрамора на обоих, якобы намекая «я вас помню, но вы свободны от меня. " — Ну и чем же? Белль внутри пришлось смириться с характером мужчины и с этими долгими паузами тоже. — Взглядом. — Это комплимент? — приблизилась женщина, покидая кладбище. В её представлениях Байрон — человек-гранит. Твёрдый, стоит на своëм и очень надëжен. Нынешние поступки рушили стереотипы, вводя Белль в большее недоумение. Она и не заметила, как мягкие губы накрыли еë, пройдясь вначале от краешек и дойдя до середины. Свободными руками он сдержал её плечи и маниакально-судорожно сжал часть тела. Язык протискивался к верхним зубам сквозь сжатые губы, которые вкушали солëную воду… * * * * * Если и существует слово, которым можно описать её, то это слово — экстравагантность. Добавим любовь к конфликтам, и получится Лола. Сдержав своё обещание, она приехала забрать внука. Такси остановилось, она оплатила проезд, злясь его дороговизне. Лолу смутил камень, она отпихнула его ногой и прошла на участок. Никого. Зайдя в дом, она начала звать мужа, который не откликался. Как и Колетт, она наткнулась на лужу молока, удивилась и полезла наверх.