Там, где нет нормы морали

Стук в дверь. Не дождавшись ответа от учителя, Арсений открыл дверь и зашёл в класс. – Доброе утро, Арсений, – сказал учитель больше в спину ученику, когда тот уже начал шагать в сторону последней парты. Обычный, детерминированный поступок Арсения. Все уже привыкли. Если так можно выразиться, конечно. Парень прошёл между вторым и третьим рядом. Он сел с одним из своих самых лучших друзей. Они дружат довольно долго. Серёжа действительно хороший друг. Он помогал Арсу, утешал, когда тому нужна была поддержка, и всегда готов был выслушать. Помимо всего выше перечисленного, Матвиенко ещё и весёлый. С ним не скучно. Он всегда за любой движ. Сгоняем на тусовку? А давай! Познакомимся с теми девочками? Почему бы и нет! Напьёмся и не пойдём завтра в школу? Живём один раз! Он всегда светился. Он был готов на всё. Он каждый день жил так, будто он его последний Его родители были против их общения. Они старались следить за сыном, но после знакомства с Арсением, его жизнь пошла под откос. Серёжа с Арсом дружат с девятого класса. Они познакомились спонтанно. Серёжа был новеньким, и ему нужны были друзья. А Арс таковых как раз искал. Они стали друзьями. Серёжа – единственный настоящий друг Арса. Он всегда был рядом с ним. С тех самых пор, у Серёжи в ухе серёжка, а на голове хвостик. Странный образ? Возможно. Но ему нравится, а это главное. Арсений закинул рюкзак на пятую парту третьего ряда. –Привет. Ты как? Выспался? – а Серёжа совсем не изменился. Всё лето они не виделись. Родители Матвиенко отправили его в лагере, в надежде, что тот найдёт себе новых друзей. Кто угодно, лишь бы не Арс. Но он провёл почти всё лагерное время в разговорах по телефону. Арсений рассказывал ему всё. Всё, кроме своих чувств. Их он не показывал никому и никогда. –Привет. Сойдёт. –Ясно. Как дома? –Мать уснула вчера в обед, сегодня утром даже не проснулась. –Она пила? –Я не знаю. Мне всё равно. На собственную маму Арсу стало плевать ещё в восьмом классе, когда она первый раз ударила его. Ему было больно физически. Было больно морально. Его разбило на мелкие части. Он говорил, что ему плевать на неё, но... Это же не так. Он заставлял себя ненавидеть её. Но так ли это легко, ненавидеть собственную маму? Нет конечно. Он не помнил ни одного хорошего воспоминания связанного с ней. Но ему очень хотелось помнить...

***

–Хочешь, я тебе после алгебры школу покажу? – еле слышно спросил Позов. Антон даже не обратил внимания на только что вошедшего парня. У него, в прошлой школе, тоже такие были. Он принял тот факт, что всегда и везде будут люди, поведение которых ему никогда не понять. Он просто "забил" и не обращал внимание. –Было бы здорово, – улыбаясь, шёпотом, ответил Шастун своему новому другу. Дима крутой. Он хороший, добрый, дружелюбный и, походу, ещё и весёлый. «Это уже что-то. Покажи себя с лучшей стороны, и, возможно, у тебя даже появится первый хороший друг.» Антону нравилось общаться. Тем более с такими хорошими людьми, как Дима. Антону определённо повезло, что в его новом классе оказался именно он. Алгебра – это, однозначно, не один из любимых предметов Антона. Он её то хорошо понимал, то не понимал, при чём от слова совсем. Странный, непонятный предмет, которому Антон, очевидно, не доверял. Их расписание на сегодня включало такие предметы как: алгебра, физическая культура и здоровье (физ-ра), искусство, физика, русский язык, русская литература. «Идеальное сочетание... Всё самое невыносимо-ужасное и самое лучшее. И всё это только понедельник.» – До этого он видел расписание только на понедельник. У его мамы, почему-то, было расписание только на этот день.

***

–Ура! Наконец-то. У меня уже рука отваливается, – произнёс Дима, как только прозвенел звонок. Антон был рад не меньше первого. Эти "иксы" у него уже в горле стоят. –Так, а сейчас у нас искусство. Пойдём, рюкзаки быстро в кабинет закинем и я тебе школу покажу. –Хорошо. Они, по диминой памяти, дошли до кабинета искусства. Естественно, до этого, они вдвоём обошли полшколы, в поиске нужного им кабинета. Когда они наконец-то нашли его, Дима стянул с Антона рюкзак, быстро кинул на, теперь уже их парту и утянул его на коридор. Дима показал Антону буквально всё. Начиная от входа заканчивая туалетами и рассказами о том, в какой лучше ходить. Рассказал про каждый из кабинетов, где лучше парты и стулья,где у них какие уроки проходят, показал Антону и их кабинет. Кабинет их классного руководителя – Павла Алексеевича. Триста девятый. По совместительству кабинет русского языка и русской литературы. Павел Алексеевич был очень рад, что Антону удалось найти первого друга в этой школе. К тому же, у Димы тоже особо друзей не было, как говорится, двух зайцев одним выстрелом. Антон узнал, что Воля будет вести у них русский и литературу. Он был рад, так как мужчина казался ему хорошим и умным человеком. Ещё он узнал, что они едят после третьего урока и им надо было бы спускаться в столовую, но ни Антон, ни Дима не едят, поэтом им можно оставаться в классе. И ещё очень-очень-очень много всякой ненужной информации.

***

–Ещё раз здравствуйте, класс. Начнём? А где Арсений и Серёжа? Опять эти два аболтуса прогуливают? Ладно, с ними позже. Павел Алексеевич начал свой второй урок. Русский язык прошёл обычно. Почти на всех предметах ничего не объясняли, так как это первый урок в учебном году, и с классами только вели беседы про экзамены, учёбу, что они повторят, что пройдут и так далее. –А кто это? – неожиданно для Димы спросил Антон. –Есть тут у нас два... Арсений учиться здесь с первого класса. Я его, если честно, раньше даже и не помню. Такое ощущение, что он до восьмого класса не существовал. Вот просто не было его. Он стал злым и агрессивным. Раньше, он как таковой в памяти не отпечатался. Он стал задирать одноклассников, пререкается с учителями, грубить... Бунтарь кароче. –Бунтарь!? Звучит обнадёживающе. Он ходит в Адидасе и кросах? – удивлённо переспросил Шастун. –Нет. Он, я бы даже сказал, красивый. Все так считают. Особенно девочки. Боже, с кем он только не спал... Одевается, если тебя это так волнует, он нормально. Ты его, наверное, видел. Он опоздал на первый урок. Помнишь? –Да я, как-то, внимания не обратил. Может и видел. –Ну, у него волосы тёмные, смолистые, а глаза ярко-голубые. «Ярко-голубые...» –Не-а, не помню. –Ладно, забей. Сейчас это не так важно.

***

–Сколько до конца? – Антон повернулся к Диме сразу с вопросом. –Минут двадцать пять, а что? – с недоумением уточнил Позов. –Руки помыть хочу. Последний урок, а у меня они все в ручке. –Хах. Ну попроси выйти. Павел Алексеевич обычно отпускает. –Ладно. Антон подошёл к учителю и еле слышно попросил разрешения. –Да, конечно, – ответ не заставил себя ждать. Антон шёл вдоль коридора по направлению к туалету, который ему показал Дима. Раковины от туалетов ограждала стена и дверь. Открывая первую дверь, Шастун уже слышал чьи-то разговоры, доносящиеся из-за второй двери. Дверь открылась. Ярко-голубые глаза, чёрные волосы. Высокий парень, не намного ниже самого Шастуна, а за ним ещё один, совсем низкий. И с хвостиком. Оба парня вышли из туалета, кинув оценивающий взгляд на Антона. За ними вышел и шлейф тяжёлого запаха сигарет. Шастун стоял ещё с полминуты на месте, а потом помыл руки и вылетел из туалета, стремясь в кабинет русской литературы. Шастун понял, что это и были Арсений и Серёжа. Диме Антон об этой встрече не расскажет. А зачем?